Однажды в сарае

Наталья не знала, что ей делать. Все вокруг гласят о том, что Натали стоит угомонить свой пыл и откинуть ненасытные мечты, которые наверняка никогда не станут реальностью. Дело было вот в чем: она устала жить со своим братом. Трешер не был громким, наоборот, по ночам он любил читать книги, да и в целом, шум – не для него. Вот в этом и заключалась проблема Натали, ей было скучно и тяжело. Поэтому первая мысль, которая пришла ей в голову на свой восемнадцатый день рождение – пора уезжать. Пускай и все говорили, что в этом нету смысла, она точно знает людей, которые ее примут. Собрав все чемоданы, уложив вещи и сев на кровать Наталья ждала. Именно в такие моменты время почему-то ставало идти медленно, а каждая секунда ощущалась как час. Совсем скоро в дверь постучали. Не было сложно догадаться кто это. –Я войду? Трешер выглядил взволнованым. – Чего ты хочешь? – Я решил, что поеду с тобой. – Что? Нет, я еду к Владику. Он не примет тебя. – Не ври мне, Наталья. Я прекрасно знаю к кому ты отправляешься, и там уж точно не один Влад. Громко выдохнув, Натали кинула Трешеру в ноги пакет для одежды. – Собери что тебе там нужно. Быстро. Трешер ушел. Наталья знала, что он не блестит особенностями долго собираться, в отличии от нее, поэтому уже через десять минут они оба шли по жаркому любенскому асфальту, таща в руках огромные сумки. Дорога была не долгой. Всего через пару часов на горизонте виднелся такой красивый для Натальи Киев. Но, к сожалению это ненадолго, ведь придется жить совсем не в шикарных отелях и квартирах в центре. Они с Трешером сели на автобус, который, кажется скоро сломается, взорвется, или еще что нибудь. На Натали ярко виднелся вырез декольте, автобус ужасно шатался издалека ям на дороге, она чувствовала себя некомфортно. На нее откровенно таращился парень напротив. Явно младше ее, куртка была мокрая и почему-то от нее ужасно воняло фекалиями. А еще, первое, что заметила в нем Наталья это рыжие волосы. Совсем скоро этот парень подсел к ней, устоять от запаха было невозможно. Она закрывала нос, кашляла, отворачивалась, лишь бы это не нюхать. Даже Трешер проснулся от вони, что сквозь пропитала автобус. –Привет, -парень заговорил от чего Натали стало еще хуже. С его рота воняло капустой, грязью и членом. Она молилась всем Богам, чтобы поскорее доехать и чтобы Трешер по дороге не умер, потому что тот уже забыл как дышать. – Я Богдан, приятно) Он улыбался настолько мерзко и отвратительно, что это было больше похоже на старого бздуна, нежели на молодого парня. Наталья в этот момент вспоминала всех корейцев с дорам, сравнивая с ним. К горлу начала подходить тошнота. – Н-наталья. – Почему так скромно, малыш? Натали явно не ожидала такого. Сразу к ласковым? Даже Трешер, задыхаясь от вони внимательно наблюдал за происходящем. – Извините, от вас ужасно воняет, ваша куртка протухла ссаниной и фекалиями, уберите свои руки от маня,- сказала она. Натали всегда была резка в своих выражениях, она еще потом пожалеет. Богдан на удивление послушался, уселся куда подальше и теперь мучал другого пассажира своим присутствием. Но, он снял куртку, снял футболку и остался в одной только майке. Чтобы не воняло из рота, он попросил у водителя жвачку. И только тогда рыжий направился к Наталье. Когда он пришел, Натали уже не чувствовала той вони, и Трешер спокойно выдохнул. – Все сделал как ты просила. Смотри на дорогу, Наталья. Она повернула свой взгляд в сторону шоссе. Ничего необычного, вроде как. Но мельком в ее голове начала рисоваться картина. Очень и очень странная картина.

<center>***

</center> 03.03.2019 Лубенская трасса – Богдан, я уже не могу так. Я ничего не успеваю! Мне надо ухаживать за Трешером, ведь он маленький, мне надо работать и давать тебе деньги. Я забеременела от тебя в 16 и сейчас ношу твоего ребенка.. – Ты сама в этом виновата,- лицо Богдана выглядело спокойным, но он был очень нервным. Еще и повороты везде, нужно быть осторожным. –Богдан! Дорога! Белый свет, вспышка, крики Натали и Трешера на заднем сиденьи и маты Богдаши. Приехали. Наталья тогда очнулась лишь через некоторое время. Было очень сложно открыть глаза, повсюду светят лампы, белые стены.. Кажется, она попала в больницу. Что с Богданом? – Вам сложно открыть глаза? Я могу выключить свет, но сначала мне надо осмотреть вас. – Г-где я,- слова лезли через силу и отпечатывались болью там же, это было невыносимо для нее. – Не переживайте, дамочка, Вы в больнице, я ваш врач – Анастасия Золо. – Э… – Нет, дамочка, Э-эмо работает в морге. Вам пока что туда рано,-врач Золо сложила все папки на стол, и только тогда принялась за осмотрение Натальи. В целом ничего очень страшного не было. Натали обошлась парочкой ушибов и переломом ноги. – С вами все впорядке. Мне жаль признать, но больше всего досталось вашему мужу. – Богдан.. – Не напрягайтесь с ним все будет хорошо, и еще ваш ребе- Дверь резко распахнулась и как вдруг, в помещении появилась медсестра. – Врач Золо, срочно в операционую! – Извините, я еще наведаюсь к вам. – Но.. ,-двери шумно закрылись и теперь палата была пуста. – Я все еще не знаю что с Ясоном.. И вправду, живот исчез и теперь на нем глубокий шрам, неужели?…

<center>***

</center> – Так ты выжил,-Натали вспомнила все, что тогда произошло. Она даже не знала, как ей это восприять. – Как видишь. Может, порробуем все снача- – Заткнись, я все еще не знаю где мой ребенок и что с ним. Я уверена, что ты уже давно его продал на черном рынке или отдал в детский дом. –Да что ты несешь! Стой, Натали..,-он даже успел коснуться ее лишний раз, как тут же Трешер закрыл перед ним дверь автобуса, показав язык.

<center>***

</center> – Извините, но разве это мои проблемы, что врачи перепутали ребенка и подумали что он мертв, отправив его ко мне? – Господин Эмо, положите пожалуйста книгу и выслушайте. – Послушайте, я знаю, что главный врач сказал мне не отдавать его матери, но куда я его дену? – Есть куча детских домов и родителей, желающих завести ребенка. – Рано или поздно Ясон найдет свою мать, и тогда вы все пожалеете о своем решении,- Эмо ушел, характерно хлопнув дверьми.