Братик Ринни

Ран трахает его так сильно, до такой степени, что у Риндо закатываются к верху глаза и дёргается правый глаз, когда он кончает. — Р-ран! — вскрикивает он, но его затыкают жарким поцелуем. Риндо не в состоянии ответить и поэтому безвольно лежит, волоча языком внутри чужого рта, будто и не умеет целоваться. Когда старший отрывается, Риндо жадно глотает воздух, но чуть ли не давится, когда Ран двигается внутри него. — Т-ты что — он не успевает договорить — н-нгх!.. Риндо с трудом поднимает руки и кладет их на чужую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя, но его только сильнее насаживают на свой член, отчего изо рта непроизвольно высовывается язык со стоном. Он видит, как Ран загнанно дышит и волосы прилипают к мокрому лбу, но его член, несмотря на недавний оргазм, нещадно стоит, пульсирует внутри него и буквально горит. В эрекции у Старшего Хайтани член становится длиннее и толще, и массивная головка просвечивается через живот, заставляя скулить и хныкать. Внутри хлюпает сперма. — Р-рааан… — скулит, и пальцы на ногах поджимаются, когда член упирается в простату. — Братик, Ринни-чан — звонко, но мрачно произносит Ран, слизывая с чужой шеи солоноватый пот. Пальцы сжимают ноги под коленями, оставляя парня открытым, и младший идеально его принимает до упора. Он обильно потеет и не сдерживает слезы, краснея до неприличия — такой милый. Засосы на шее и плечах расцветают багровым, а затем и синим, а на следах укусов стоят засохшие капельки крови. Ран и впрямь зверь. Этого вполне достаточно для Риндо. На его запястьях красные следы от рук, Ран удерживал и сжимал его руки настолько сильно, что появляются синяки. — Тебе хорошо? — Старший как кот ластится, потирает щеку о подбородок и щекочет волосами лицо, все больше наполняя младшего. Риндо до боли приятно, его растраханная дырочка пульсирует и сжимает старшего, когда член слишком резко толкается внутрь, глаза судорожно закатываются, а в них чуть ли не сердечки загораются. Он упускает момент, когда его переворачивает, и просыпается только тогда, когда член до упора в нем. — Н-хаа… — его глаза расширяются от того, как резко его наполняют. Сзади блаженно стонут. — В тебе так ахуенно, блять — руки хватают за локти и насаживают глубже некуда. Ран откидывает голову к потолку с гортанным стоном. Он глубоко толкается и вновь кончает, кажется, ещё чуть-чуть, и живот Риндо вздуется от того количества спермы в нем. Член выскальзывает и из дырочки хлынет сперма. — Охуеть, из тебя так льет — Ран приближает лицо к дырочке и наблюдает, как из младшего толчками вытекает жидкость. Он оттягивает большим пальцем дырочку и оттуда хлынет сильнее — как тебе, Ринни)? Нравится быть наполненным мной)? Младший в ответ хнычет. — Слишком…много… — Тогда я тебя вылижу, хорошо? — скорее утверждает, а не спрашивает, и Риндо вскоре чувствует горячее дыхание у своей дырочки, а затем что-то шершавое, заставляющее вздрогнуть. — Аах!.. Ран слизывает с его стенок сперму и собирает на своем языке, чтобы потом подняться и прижаться губами к чужим, позволяя почувствовать вкус спермы. — Эй, и как тебе? — обманчиво-нежно спрашивает старший и поглаживает бедро. — Горько и солёно— Риндо снова чувствует язык в своей дырочке — нгх-а!.. Ран лижет и ведёт языком внутри, удерживая за бедра, пока младший постепенно не превращается в громко стонущую лужицу. Он отрывается и прижимается торсом к спине. — Я буду наполнять тебя своей спермой всю ночь, — шепчет на ухо и прикусывает мочку. — Нееет — хнычет Риндо и пытается уйти, выпучивая глаза, но Ран держит крепко. — Тише — успокаивает Старший, глубоко и медленно входя — мы же знаем, что если бы ты не хотел, уже давно убежал бы. Он бьётся яйцами о задницу и придавливает ладонью на животе там, где выступает контур члена. Риндо закатывает глаза и кончает от приятного давления, не сдерживая слюны, что течет вниз по подбородку. Ран снова хватает его за локти. — Блять… охуенно… Он выходит, а Риндо насаживается сам.