Мир, в котором меня нет

Совершенно обычный день совершенно обычного четверга. Обычный учебный день, обычная дорога до дома. Казалось бы, что могло случиться в такой обычный скучный день? Ну, полагаю, я просто умею искать приключения на свою задницу. Потому что теперь я лежу в люльке и смотрю на воркующую надо мной красноволосую женщину. Как до этого дошло? Кто же знал, что плясать в ванной на мокром полу было не лучшей идеей?! Теперь там, на полу моей ванны, лежит мой полуголый труп, истекающий кровью из головы. И я, судя по всему, переродилась в другом теле со всеми своими воспоминаниями. Двойное комбо, что ж. Я привлекаю к себе неприятности, как магнит. Пока я очень мрачно думала о своей судьбе, мои не очень радужные мысли явно отразились на моем лице, потому как вошедший в дом черноволосый мужчина лишь тихо посмеялся, глядя на меня. — А кто у нас тут такой серьёзный? Чего хмуришься, вишенка? — он попытался пальцем разгладить недовольные складки между моих бровей, на что я только капризно заворчала. Вишенка? На мои ворчания мужчина лишь усмехнулся и убрал руку, начиная любовно ворковать с моей, предположительно, матерью. Значит, этот мужик — мой отец. Ну, или любовник матери. Не желая смотреть на момент нежности новых родителей, я заняла себя рассматриванием домашнего убранства. Судя по их одежде и облику дома это примерно Средневековье. Знать бы еще, в какой я стране. Если я вообще в знакомом мне мире. Может, меня унесло черти знает куда. Это будет невесело. Но, с другой стороны, это хорошая смена обстановки. Оказалось, что меня теперь зовут Сария Фридберг, мне один год и я нахожусь в городе Павлер. Но мне это ничего не дает, я не особо шарила за географию и историю при своей прошлой жизни. Так что теория о том, что это может быть другой мир, остается открытой. Я уже могу свободно стоять на ногах, но ходить пока толком не могу. Говорить получается корявенько, но получается. Особенно на своем родном русском, который никто, кроме меня, не понимает. Забавно, как родители принимают мои слова за детскую тарабарщину. Знали бы они, что я говорила им про них самих же. Пытаясь проползти в небольшую семейную библиотеку, к сожалению, незамеченной я не осталась. Мать схватила меня под руки и под мои недовольные русские маты потащила в общую столовую, где сидела какая-то семейка. Друзья, может. А я-то тут причём? Здорово, меня посадили с каким-то сопливым ребёнком. Он бьется головой об диван и смеётся. Зашибись компания. Я для вида взяла в руку какой-то деревянный кубик, скептически смотря на слюнявое нечто. Ладно, я не буду сравнивать этого ребенка с собой, понятное дело, я не совсем обычный ребенок. Но… Это явно неадекватное поведение. Похоже, он мой ровесник. Мне кажется, его били головой об дверь. Или в роддоме уронили. Он точно вырастет тем самым пацаном-клоуном класса. У него это на роже буквально написано. Слюнявое нечто заметило мой взгляд и с глупой беззубой улыбкой начало ползти в мою сторону. Я покрылась мурашками от этого зрелища и быстро упала на четвереньки, уползая подальше и матерясь крепким русским словом. Взрослые лишь смеялись и подбадривали слюнявое существо в подгузнике. Боже, предатели! Оно же хочет меня съесть! В итоге я благополучно смылась от этого милого ребёнка, спрятавшись в комнате родителей и каким-то образом сумев запереть дверь. Ну, это мне на руку, может смогу в родительской спальне найти что-нибудь интересное. Не факт, конечно, что дверь теперь откроется, но да ладно, тут есть окно. Из всего, что было в комнате, примечательным я нашла только какой-то голубой камень, к которому меня странно сильно тянуло, карту этого мира и пару книг. К сожалению, грамоте этого мира я пока не обучена и букв не понимаю, но там были картинки. В одной книжке были разные растения, и я предположила что это что-то лекарьское. А в другой нарисованы разные виды чудовищ. Зрелище могло показаться жутковатым, но не мне. И, конечно же, странный камень. Я повертела его в руках, осмотрев со всех сторон, потёрла, погрызла, даже понюхала. Обычный камень, правда не совсем обычно выглядящий. Синих оттенков, полупрозрачный, с разными вкраплениями внутри. Может, просто драгоценный камень, но он размером с мою ладонь! Если бы это было что-то драгоценное, не проще ли было бы это продать? Не похоже, что эта семейка живет уж слишком богато. Хотя, может, это семейная реликвия, которую не дай бог продать. Надо будет разузнать Тревогу взрослые подняли примерно минут через 30, когда сопливый малой оставил свои тщетные попытки открыть дверь и начал вопить в голосину, как сирена, мгновенно призывая к себе все внимание родителей. Увидев лишь одного ребенка из двух, мои родители подняли панику и начали искать меня по всему дому. Ну да, малой же просто так сидел именно возле двери спальни. Похоже, мои родители не особо отличаются интеллектом. Ну да ладно, родителей не выбирают. Когда же все поняли, где меня искать, то начали применять всяческие попытки открыть захлопнувшуюся дверь. Я же мирно сидела на полу комнаты, не выпуская из рук камень и продолжая разглядывать узоры в нем, слушая звуки копошения, скрипов двери и нервный мамин голос, кажется, бормочущий молитву. В какой-то момент дверь всё-таки поддалась и распахнулась с громким хлопком, напугавшим сопливое нечто до истерики. В спальню вбежали перепуганные родители и схватили меня на руки, укачивая и «пытаясь успокоить». Хотя, кажется, успокаивать надо было их. С того момента родители поклялись нигде меня одну без присмотра не оставлять. Это, конечно, не всегда получалось, ведь я очень люблю свободу и не люблю контроль, а потому под шумок уползла куда-нибудь в угол, позже наблюдая за панической беготней мамы с папой. Но мать действительно стала больше таскаться со мной, хоть я и не просила этого. Я ведь даже ничего плохого в спальне не сделала, я даже не поранилась. С чего вдруг такая резкая паранойя? Хотя, могу ли я их винить, я их первый ребёнок, им же не больше 20, их опасения вполне себе понятны. Надеюсь, став старше, это кончится… Отец у меня работал шахтером со средним заработком. Как я поняла, шахтер здесь — не очень прибыльная работа, ведь конкуренция очень большая и любой может пойти работать, согласившись на более низкую зарплату. Пусть платят немного, но зато стабильно. В отличие от бати того сопливого карапуза, который перебивается с подработки на подработку. Мелкой работы в этом городе навалом и даже подросток вполне имеет возможность заработать своим трудом. Это надо учесть, как стану постарше. Мама же у меня была местной знахаркой или типо того. Она разбиралась в различных травах и могла сделать из них даже простенькие исцеляющие мази. У нее даже есть что-то типо собственного магазинчика на дому. К нам часто приходят люди за разными мазями. Отсюда и та книжка, что я нашла в комнате. Конечно, с какими-то серьёзными травмами типо переломов или прочего к нам не приходят, так, простые ушиби, синяки, растяжения и так далее. Но это уже дополнительный доход в семью, так что никто не жалуется. Получается, когда я подрасту, нужно будет упросить маму научить меня всем этим делам. Но для начала нужно хотя бы научиться читать и писать. Дни тянулись мучительно медленно, мне было неимоверно скучно. Каждый угол дома уже был облазан и осмотрен, хотя я здесь всего ничего времени. Все интересные мне вещи и книги я стащила в один угол и с истериками не позволяла маме все убрать. Ибо нехер, мое добро. Научусь читать и буду самая крутая тут. Больше никаких развлечений не было. Игрушки и погремушки меня интересовали лишь первое время, сейчас уже наскучили. Мне оставалось из интересного лишь сидеть и наблюдать, как мама делает мази. Но и данное времяпрепровождение мне вскоре наскучило и я начала канючить. Мама, не понимая, что мне нужно, отчаянно пыталась укачивать меня на руках, пока мне не стало плохо от этой тряски и меня не стошнило на пол. Я извиняюсь, но у этого тельца еще слабый вестибулярный аппарат, разве можно устраивать такие американские горки моему детскому желудку?! Пока нервная мать убирала последствия своего аттракциона, я нацелила свое внимание на окно. Подползя туда, я приподнялась на ноги, держась руками за деревянный подоконник, и стала смотреть на проходящих мимо людей и в принципе на улицу. А ведь на улице я практически не бывала. Чтобы рассмотреть получше, я попыталась подтянуть себя на руках на подоконник, но мать тут же вновь схватила меня на руки и я, не ожидала этого, чуть снова не блеванула. Чувствуя, что мать уносит меня от окна, я начала устраивать истерику и скандал с русскими матами, которых она не понимала. Минут через пять моих непрекращающихся криков и плача женщина всё-таки поняла, что мне нужно, и принялась переодевать меня. Да, я манипулятор, я добилась своего криками, и что? Зато добилась и я увижу улицу и людей этого мира. Напялив на меня штаны поверх колготок и распашонку и заплетя два хвостика, она наконец-то вынесла на улицу. Здесь было тёпленько, теплый ветер трепал мои хвостики, а солнце ослепило глаза с непривычки. Заинтересованными голубыми глазками я осматривала каждую деталь, активно мотая головой и пытаясь захватить как можно больше новой информации. Вскоре мы дошли до какого-то базара или рынка. Похоже, мама решила совместить приятное с полезным. И меня выгулять, и продуктов купить. Ну ладно, я не против. По базару ходило много самых разнообразных людей и не совсем людей. С животными ушами и хвостами, с эльфийскими ушами, с крыльями и чуть ли не полностью оборотни. А так же я увидела всю палитру цветов на волосах. Жесть, все такие яркие, похоже, цветастые волосы — это довольно распространённая практика в этом мире. Я думала, что я здесь буду выделяться со своими волосами, но я еще даже не самая яркая здесь. Особенно мое внимание привлек большой, высокий мужчина-полуволк. У него были уши и хвост, буквально гора мышц и весь его вид подразумевал очень устрашающее зрелище. Но… Он продавал выпечку. Да, вот так просто. Мужчина, который одним своим взглядом мог бы убивать толпы, торговал на рынке вкусно пахнущей выпечкой. Данный образ не очень укладывался у меня в голове и я даже на пару секунд зависла, глядя на этого полуволка. Но, судя по реакции людей вокруг и моей матери, ничего удивительного здесь не должно быть. Как будто они подобное каждый день видят. А если я встречу здесь дракона, который будет воспитателем в детском саду? Или огромный орк, который собирает букетики и продает в цветочном магазине? Это адекватно, нет? Я бы посмотрела Внезапно мои глаза привлек мальчик на руках у женщины с короткой стрижкой, которые как раз стояли в очереди к этому чудо-пекарю. Одежда женщины похожа на церковную, монашка? А этот мальчик… Ну, вроде ничего необычного, белые волосы, панамка на голове. Но что-то невольно привлекло мое внимание и у меня возникло стойкое ощущение, что мы знакомы и причем немало. Но я точно вижу его впервые. Но странное чувство не проходило. Такое… Чувство тоски по дому, как будто я встретила старого друга, которого давно не видела. Сильное желание подойти и крепко обнять, прижать к себе и посидеть вместе, попить чай. Странно… Сама того не заметив, я пялилась на мальчика, нахмурившись и пытаясь разобраться в собственных чувствах и ощущениях, пока попутно изучала его внешность. Он явно младше меня. И миленький. Но очень бледный, как будто болеет чем-то. И тут внезапно этот мальчик повернулся и посмотрел прямо мне в глаза. Вау… Такие красивые. И в этих омутах появилось то же чувство тоскливого узнавания, только… Еще и смешанное с болью. Чего…? Внезапно глаза этого мальчика наполнились слезами и он громко, чуть ли не на весь рынок, крикнул на чистом русском «Блять!» и слезы потекли по его щекам. Чего??? На русском? Я же не ослышалась? И чего он плачет? Я настолько страшная? Я его напугала своим пристальным взглядом? Мой взгляд стал растерянным и я почувствовала внутреннюю панику, как будто обидела близкого человека. Но я впервые вижу этого мальчика! Внезапно он отвернулся и уткнулся в грудь той женщины, которая его держала, и начал тихо всхлипывать ей в платье. А я сидела в молчаливом недоумении, переваривая произошедшее и пытаясь подавить странное гложущее чувство вины, пока в моей голове родилось множество вопросом. Но, к сожалению, ни на один из них я не могла найти ответа.