(с)мутная история

В комнате звучит откровенно странный аромат. Свежий и медикаментозный. В основе точно есть лекарства, дезинфицированные полотенца, антисептик… Немного йода, немного глицерина, немного витаминов. Ещё что-то? Едва уловимое, но немаловажное. Запахи резкие, будто невидимый владелец сервера выкрутил параметр «работа рецепторов» на максимум. Вот уж по-настоящему нишевые духи вышли бы. Воздух в помещении холодный, свежий. Его много. Его физически много, слабым легким трудно с таким количеством справляться. Слабым легким? Мысль пришла в голову подсознательно. Конечно, к заядлым бодибилдерам Мирона отнести точно нельзя было, да и статус «МС» с мастерами спорта ничего общего не имел. Но диспансеризацию он проходил исправно, да и за показателями здоровья обстоятельства заставляли следить. Внутри стала нарастать невнятная тревога. Было бы тонко подметить, что Фёдоров пустился во все тяжкие, но на самом деле, это была лишь чудовищно долгая рефлексия. Рэпер искренне пытался вспомнить всё. С чего он начинал, в какой момент он (мысленно, в первую очередь) куда–то свернул не туда, когда его путь стал настолько замысловат? Кого знал? Что успел сделать? И, наконец, пытался найти внутри себя ответ на вопрос: где он? Славно, хоть на мне доспехов нет. Дожил до лет, когда и такое радует. И то, даже в этом факте не уверен. Долго ли он пробыл в этом странном состоянии между астралом и осознанным сном, Мирон не знает. Просто в один момент он весьма чётко понял. Понял, что просто тратит свою жизнь на вопросы. Даже не так. Он просто тратит свою жизнь. Мириться с подобными мыслями оказалось трудно. Мирон окончательно проснулся и распахнул глаза. И в ту же секунду зажмурил их обратно. Зрение, по всей видимости, не использовавшееся больше месяца, выходки с ярким светом не оценило. Поэтому организм, в ответ на внешний раздражитель, быстро продемонстрировал несколько побочек. Как минимум, резкая смена обстановки со склепного мрака на какую–никакую, но реальную, картину спровоцировала в теле неочевидную волну головокружения. Вестибулярный аппарат Мирона и так был не особо в восторге от пустых раздумий немногим после того, как сам "мыслитель" пришел в сознание. Но отреагировал он всё равно как-то неприятно. Иронично… Сам же написал тогда: «Не пойму, от чего накрыло конкретно, но накрыло конкретно, и, походу, надолго». И теперь эта фраза заиграла совсем другими красками… Также, Мирону показалось, будто глаза начали слезиться от ослепляющей вспышки. И его рука машинально потянулась в карман рубашки за платком. На долю секунды Мирон задумался. Если сейчас он где-то лежит… А он определенно где-то лежит. Тогда откуда на нём рубашка? Никогда он не имел привычки забираться на кровать в уличной одежде. Выходит, его уложил кто-то другой? Славно, что торопиться было некуда — эту мысль он извлёк в череде своих недавних дум, постепенно перетекающих было в самобичевание. Можно и постепенно освоиться. Руку пробило, как током, от одной только попытки ей двинуть. Стало больно. Но копошащиеся в голове мысли сиюминутно приглушили все физические сигналы. Превозмогая усилия, глаза Мирон всё же открыл. Как бы странно ни было, разглядел он смог очертания… Потолка. Та самая плитка: белая, крупная и слегка покосившаяся. Как в типичных государственных учреждениях. Жесткое верхнее освещение — длинные лампы. От окон полоска света. Сейчас зима? Люто хочется весны. Зачатки писателя в Мироне всё же не погибли. Надо было прислушаться к совету связать с текстом будущее. Возможно, тогда всё вышло бы иначе… А впрочем, всё исправить никогда не поздно. Но перед этим нужно уйти отсюда скорее. На ходу набрасывая план дальнейших действий, Фёдоров приподнял корпус с кушетки. От резкого движения в его глазах на секунду потемнело. Уши закладывает, а предплечье пронзает острая точечная боль. Взгляд невольно опустился на руку в поисках источника боли. Капельница. Что, чёрт возьми, с ним произошло накануне?!? В голове стали стремительно пролетать обрывки каких-то воспоминаний. ~~~ Всё закрутилось ровно месяц назад. Мирон сидел у себя в комнате и играл на своей многократно повидавшей мир гитаре. Он всеми силами старался сочинить какой-нибудь годный трек. Получалось только поочередно повторять аккорды, выученные ещё около десяти лет назад, в те времена, когда Мирон был ещё подростком и только купил себе эту гитару. Мелодия выходила неплохой, но явно пустоватой. У него в голове несколько лет назад появилась назойливая идея написать какой-нибудь альбом, который быстро разлетелся бы Интернету и принёс бы ему невероятную популярность, и теперь он только и делал, что всё своё свободное время пытался эту идею воплотить в реальность. Проблема была в том, что разнообразной попсятины в мире не счесть, а чтобы тебя заметили, то просто необходимо придумать что-то своё. И вот, Мирон уже два месяца как только и занимается тем, что ходит на подработку и бренчит на гитаре круглые сутки. Недоисполнитель слегка встрепенулся в тот момент, когда на его телефон пришло уведомление. Сам факт, что кто-то ему написал в тех немногих мессенджерах, где у него включены уведомления, вводил в ступор. Мирона начала охватывать легкая паника. Его родственники подобнымм мессенджерами не пользуются. Друзья и товарищи все сейчас очень заняты своими бытовыми проблемами и напишут ему сейчас только в чрезвычайной ситуации. А что касается его однокурсников, так они слишком трусливы, чтобы осмелиться ему написать. Фанаты тоже не могли. Во-первых, он нигде не палил свой номер, а во-вторых у него попросту нет фанатов. Он подрагивающей рукой взял и включил телефон. На экране высветилось сообщение: «Добрый день! Меня зовут Кира и я хочу тебе кое-что предложить. Как тебе идея встретиться в кафе "Красота&Уродство" сегодня около восьми часов вечера и обсудить все подробности моего предложения?» Мирон отложил телефон в сторону и облегченно выдохнул. Это была всего лишь рассылка. Очередная глупая шутка какого-то подростка. Над ним опять пытаются поугарать. К сожалению, эти дешёвые отговорки на этот раз, как, впрочем, и всегда, на Мирона не сработали. Хотя такой вид рассылок тоже существовал и являлся одним из числа первых в рейтинге самых бессмысленных, но Мирон всем своим нутром почувствовал, что здесь было замешано что-то большее. Телефон засветился от повторного уведомления. Пришло ещё одно сообщение от Киры. «И да, Мирон, только не думай, что это всего лишь какая-то жалкая рассылка» Мирон пробрал озноб. До его сознания постепенно дошло, что он молчал всё это время. Из этого напрямую следовало, что или эта загадочная Кира обладает способностями к телепатии, или она следит за ним довольно давно. Ни один из этих выводов не симпатизировал ни на миллиграмм. Мирон подождал ещё пару минут и включил телевизор на программе последних новостей за сутки. «- Итак, мы начинаем нашу передачу. Сегодня особенный день, и поэтому её поведёт мэр нашего чудесного Горгорода. - Благодарю, что предупредили. Побуждаю зрителей не паниковать. Просто сегодня я бы хотел лично предупредить город. К моему глубочайшему сожалению, на свободе всё ещё находятся все участники альянса "Turris eburnea" (¹) и продолжают орудовать на улицах нашего прекраснейшего Горгорода, ведя свою незаконную деятельность по продажам героина. Мы не можем никак на это повлиять, так как не можем вычислить ни одного из участников альянса, в том числе и их предводителя, если такой, конечно, вообще имеется. Альянс работает максимально быстро и бесследно. Мы не можем предугадать их действия, но они абсолютно всегда оказываются на шаг впереди нас. Временами, на улицах города до сих пор появляются граффити и надписи на асфальте угрожающего характера. Все подозреваемые, которые возможно были знакомы с кем-либо из участников альянса или даже в нём числились, были расстреляны и залиты керосином ровно за сутки до допроса. На этом пока что всё, спасибо что были с нами. При встрече с кем-либо подозрительным срочно звоните по номеру 8−800−555−06−11. Всем хорошего дня, до скорых встреч!" Мирон выключил телевизор. Обычно он не обращал внимания на весь тот бред, что несёт этот мэр абсолютно всегда. Но на этот раз он задумался. Почему эта Кира написала ему своё последнее сообщение ровно за пять минут до начала новостей на региональном телеканале? И что ему теперь делать? Мирон чётко знал только одно: он обречён пойти на эту деловую встречу. День у него прошел нейтрально, но Кира не выходила у него из головы. Вечером он собрался и направился в сторону кафе.