Действие или противоположность...

На следующее утро, по молитвам Юнги, я заболел. Моя температура зашкаливала и тело ломило. Меня рвало несколько раз. Ко мне приезжали врачи и поставили капельницу. После неё мне стало легче, пусть и немного. Мама ушла на работу, но названивает мне каждый час. На самом деле, мне легче, что я один дома. Мама бы постоянно сидела у меня и у меня бы не получилось уснуть. Сейчас я лежу в зале и слушаю телевизор. Мои глаза слезятся, поэтому я не могу нормально посмотреть. Если бы у меня были друзья, они бы позвонили мне и спросили, как я. Кто-нибудь занес бы мне мою домашку и пожелал здоровья. Я перевернулся на бок и меня начало тошнить. Плюсы болезни это то, что я сижу дома и могу не делать домашку несколько дней. Я накрылся одеялом с головой и снова начал пытаться уснуть. Я померил температуру, которая стала ещё больше, теперь она 38,9. Взяв на кухне воду, я принял лекарство. Моё горло защипало и мне пришлось выпить два стакана воды. Я забрался на диван, как в дверь постучались. Думаю, не стоит открывать. Зевнув, я накинул одеяло на своё тело, выставляя ногу. В дверь продолжали стучать, попутно звоня в звонок. Я зевнул и снова начал засыпать. Спустя какое-то время, я начал разлеплять глаза и первое, что я увидел, это Юнги, который обеспокоено смотрел на меня. Затем глаза снова закрылись. Открыв их заново, Юнги всё ещё сидел рядом. -Чего тебе? — прохрипел я. -Почему ты не сказал, что тебе плохо? -Нахера? -Я беспокоился за тебя, чёрт возьми! — зарычал парень и положил свою руку мне на ногу. Он взглянул на мои руки и ноги, где было много царапин и осторожно погладил их. Я вздохнул и начал подниматься, как руки Юнги легли на мои плечи и толкнули обратно. -Не вставай, тебе нельзя, я сделаю тебе чай, — он поцеловал меня в лоб и поднялся на ноги, оставляя меня. Я вздохнул и перевернулся на другой бок, носом утыкаясь в спинку дивана. Тело снова бросило в озноб и я начал укрываться одеялом. Затем стало ужасно жарко и я сбросил одеяло. И снова холодно. Я захныкал и начал ворочаться. Юнги опустился рядом, напротив моего лица, и погладил по волосам. -Потерпи, тебе станет лучше, — прошептал он, разглаживая мои непослушные и лохматые волосы. -Когда? Мне станет лучше, максимум после завтра, а что, если я не доживу? То есть, умру в муках и мне никогда не станет лучше. -Ты уже бредишь, — засмеялся Юнги и помог мне подняться на диване, протягивая чай. Я поднёс чашку к губам и немного отпил. -Он горячий, — промычал я и сощурил лицо. Горячая жидкость прожигала моё горло, стекая вниз. -Он нормальный, это ты горячий. -Я же для тебя всегда горячий, — ляпнул я и закрыл глаза, не смотря на его реакцию. Простуда уже и мои мозги съела. -Пей, иначе тошнить будет нечем. Я начал небольшими глотками отпивать чай, отводя взгляд от Юнги. Он постоянно смотрел на меня и гладил по моему колену. Я допил чай и поставил пустую кружку на стол. -Ты можешь идти, Юнги, ты не обязан здесь сидеть, — посмотрев на его лицо, сказал я. -Нет, я останусь с тобой, пока твоя мама не придет. -Нет, уйди. -Нет, вдруг тебе плохо станет. -Скорую вызову, — я закатил глаза и закашлялся. Юнги подсел ближе и положил руку мне спину, поглаживая её. На мне была легкая футболка и шорты, но тело было накалено, что можно было чайник разогревать. Я лег на подушку и прикрыл глаза. Юнги схватил меня на руки и поднял в воздух. -Что ты делаешь? Отпусти меня. -Тебе лучше в комнате поспать. Я кивнул и положил голову на грудь Юнги. От него несло куревом вперемешку с дезодорантом. Он с ноги открыл дверь и подойдя к моей кровати, положил меня на неё. Постель была прохладной и на ней было приятней лежать, чем на диване. Юнги накрыл меня одеялом и закрыл окна шторами. В моей комнате стало темнее. Парень сел рядом со мной и погладил по спине. Затем он наклонился и губами прикоснулся к моей щеке. -Ты можешь заболеть, перестань целовать меня, — возмутился я. Если он заболеет, то будет винить меня и попросит прийти к нему. -Не могу себе запретить это, — прошептал он и наклонился к моему лицу, нежно целуя в губы. Я положил свои руки к нему на шею, притягивая к себе и углубил поцелуй. Юнги навис надо мной и завел руки под футболку. Его холодные руки прикасались к моему холодному телу. Я скользнул к его футболке и стал задирать её. Мин прикусил мне губу и оттянул её. Он стянул с меня одежду и стал оставлять горячие поцелуи по всему телу. Он сжал мои бедра и вошёл в меня, сразу же увеличивая темп. Я стал выгибаться, оголяя шею. Юнги заметил это и стал покусывать кожу на моей шее и ключице. Я начал стонать ему в ухо, из-за чего Юнги стал сжимать мои ягодицы сильнее. Моё тело накалялось, но я перестал чувствовать боль. Я поднял руки и подтянул лицо Юнги к себе, впиваясь в его губы. Я начал спускать руки по венам на руке Мина и взял его за руку, сжимая её. Парень оторвался от моих губ и останавливая темп, кончил в меня. Юнги лег рядом со мной, прижимая меня к своей груди и стал разглаживать мои волосы. Я стал глубоко дышать и закрыл глаза, кладя свою руку ему на талию, а голову на грудь. Проснулся я из-за того, что за моё плечо трясла меня мама. Я разлепил глаза и потер их рукой. Она протянула мне таблетку и разлохматила волосы. Я выпучил глаза и посмотрел на соседнюю половинку кровати. Юнги там не было и даже его следов. Я осмотрел себя, и я был в одежде. Может, это из-за температуры мне стали сниться пошлые сны. Я выпил таблетку и поставил стакан на стол. Посмотрев на свою расцарапанную руку, я улыбнулся и стал поглаживать шрамы. Нет, это был не сон.