Месть Ким Джису

      — Приведи сюда девчонку, — скомандовал старший наёмник, направляя дуло пистолета на господина дома, в который они посмели ворваться.       Двое мужчин в костюмах привели в гостиную ещё совсем юную девчушку, на вид ей было не больше десяти лет. Девочка плакала, упираясь и цепляясь за одежду неизвестных ей мужчин, что так нагло и без приглашения посмели ворваться в дом её родителей и испортить день рождения матери. Комната уже не походила на праздничную, где ещё недавно царили мир и спокойствие, сейчас же все украшения были сорваны, а дорогие ковры были испачканы кровью её обитателей.       Пахло чем-то неприятным, то ли дело было в дешёвом одеколоне незваных гостей, то ли в людях, от которых разило презрением и желчью.       — Не трогайте дочь, — скомандовал отец Джису, даже несмотря на своё положение в такой ситуации, несмотря на то, что он стоял на коленях перед опасными людьми и к его лбу был приставлен пистолет, он говорил спокойно, будто бы совсем не страшился смерти.       Так и было.       Ким Джонсок не боялся смерти, он знал, что старая карга, которая вечно петляла по его следам, однажды доберётся до него, схватится костлявыми ручищами за его горло и перекроет воздух. Одного он лишь не мог знать, — она заявится в его дом по приглашению человека, который ещё совсем недавно приходил к нему на чай.       Быть преданным своим партнёрам по бизнесу — это уж точно не то, чего ожидал глава строительной компании.       — Слышь, ублюдок старый, как ты смеешь ещё приказывать? — мужчина, что держал пистолет, ударил отца семейства рукоятью.       Ким Джонсок припал к ногам бандита.       — Не трогайте отца! — кричала девочка, ещё больше захлёбываясь в слезах.       Джису много раз слышала рассказ отца об опасных людях, что носят с собой оружие, но она никогда и подумать не могла, что однажды она заявятся к ним в дом и убьют всех, кто встанет у них на пути.       За что?       Девочка ничего не понимала, она только могла, что плакать, цепляться за стоящих рядом людей и надеяться на лучший исход. Она молилась богу, она так сильно кричала внутри себя в надежде, что всё сейчас закончится, страшные люди с пистолетами отпустят её родителей и покинут их дом навсегда. Она всё ещё была маленькой девочкой, которая лишь иногда слышала о воинствующих бандах, когда ей удавалось подслушать разговоры отца по телефону с неизвестными людьми.       — Не плачь, детка, всё будет хорошо, — неподалёку от отца тихо всхлипывала мама девочки, чьи руки были связаны за спиной плотной верёвкой, обжигающей тонкую кожу.       — Кто-нибудь, заткните эту суку уже наконец-то, — рявкнул главный, после чего помощники тут же медленно начали подступать к Ким Дживон.       — Да как вы смеете заявляться в этот дом и издеваться над нами? — она не выдержала, женский голос, который до этого оставался спокойным, сорвался. — Вы просто нелюди, хуже зверей, что по приказу хозяина готовы порвать человека на клочки, — слёзы текли ручьём, а голос становился всё звонче, пока его не перекрыл выстрел.       Женщина упала замертво.       — Мамочка, нет, — девочка закричала, она брыкалась, вырывалась, но ничего не могла сделать против двух взрослых мужчин, что так цепко держали её под руки. — Пожалуйста, прекратите, я не хочу, пожалуйста, мама, очнись, пожалуйста, — бормотала Джису будто в бреду.       — Видимо, это моя расплата за сотрудничество с этим дьяволом, — имя дьявола для дочери оставалось загадкой до сего момента: — Чёртов Ли Минджон, да гори ты в аду, — отец всё ещё оставался спокойным, он был готов к смерти любимой женщины, был готов к собственной смерти, но надеялся, что хотя бы маленькой дочери сохранят жизнь. — Вы можете убить меня, но пощадите ребёнка, — карие глаза впились в детское заплаканное личико.       — Хах, — мужчина с пистолетом в руках усмехнулся, но стрелять не стал, он начал медленно надвигаться на Джису. — Такая маленькая, но уже, считай, сирота, — девочка брыкалась, не позволяя мерзавцу прикасаться к себе. — Такие длинные и красивые волосы, — мужские руки погладили ребёнка по голове, заостряя внимание на шелковистых волосах, за которыми мама девочки ухаживала с особым трепетом. — Малышка, прощайся с папочкой и запомни на всю жизнь, что иметь дело с корпорацией «Мирэ» нужно осторожно, иначе тебя ждёт жесткая расплата, — он насмехался над маленьким ребёнком.       — Не трогай отца, — единственное, что смогла сделать девочка, так это ударить ногой мерзавца, за что тут же получила смачную пощёчину.       — Тупая девка, — выругался мужчина.       Он наставил дуло пистолета на главу семейства и вынуждал его покаяться за грехи, которых не было.       Ким Джонсок просто перешёл дорогу не тем людям, он всего-навсего вёл свой бизнес на той территории, на которой это хотели делать более влиятельные люди со связями с группировками.       Он был ни в чём не виноват.       — Пожалуйста, помоги нам, — она молила бога, кричала что есть мочи.       — Прости, любимая, я тебя люблю, — по мужской щеке прокатилась скупая слеза. Он старался держаться сильным до самого последнего момента ради дочери. — Будь сильной, я буду наблюдать за тобой сверху, — он поднял глаза к потолку, а после замолчал навсегда.       Выстрел вышел оглушительным.       — Отец, нет! — истошный крик, казалось, разнёсся по всей округе.       Бога не было. И Ким Джису прекрасно запомнила это на всю жизнь.       — Что делать с девчонкой?       Главарь глянул на ребёнка, чьи глаза были полны отчаяния, — это была редкость для столь юного возраста.       — Бросьте её, приказа трогать мелкую не было, пускай купается в крови своих родителей, а потом и сама захочет сдохнуть, — он закурил сигарету, так нагло и позорно, он посмел ещё больше опорочить их уютное гнёздышко с родителями, которых уже и вовсе не было. — Пускай погорюет немного, а после приберём здесь всё, а девку в какой-нибудь лес выкинем, — мужчины под громкий хохот вышли из дома.       Джису упала на колени. Она не могла ни плакать, ни кричать, силы покинули её, а желание жить, которое ещё с утра цвело в девочке, испарилось.       — За что? — она подползла к родителями, измазавшись в их крови.       Бандиты были правы.       Она сама захочет сдохнуть.       — В чём мы провинились? Что сделали не так? — вопросы без ответа.       Хотелось просто умереть, задохнуться и утонуть в крови родителей, хотелось просто исчезнуть из этого мира, испариться, чтобы больше никогда не чувствовать этой разрывающей изнутри боли, от которой даже не было лекарства.       После утраты людям привычно ломаться, а маленьким детям подавно.       — Не прощу, не прощу, не прощу, — шептала девочка, сидя над телами мёртвых родителей.       Именно в этот момент десятилетняя Ким Джису сломалась, как карточный домик. Карты полетели со стола и упали на пол, оставшись там навсегда.       Отец учил быть сильной, учил не сдаваться никогда, потому даже пускай такая юная девочка словила себя на мысли, что если её конец будет таким жалким, — отец не поймёт.       Родители хотели, чтобы она жила.       И Су знала это.       Но как было жить, если этого желания не было?       Откуда ему было взяться?       — Не прощу, — вновь сорвалось с детских губ, и тогда девочку осенило, — гибель её родителей не должна была пройти даром.       Неожиданно глаза Джису вновь загорелись, но в них уже не было той детской непосредственности, они были пусты и измучены и горели иным образом — пламенем возмездия.       Времени медлить не было. С минуты на минуту должны были вернуться бандиты, чтобы убрать всё за собой, в том числе и её саму. Они хотели выбросить девчонку в лес, как запуганное и загнанное в угол животное, но это не то, чему её учил отец.       Ким Джису была вынуждена бороться до конца.       Но как ей это сделать?       Она не знала. Она всё еще была слабым ребёнком, не способным ни на что.       — Юная госпожа, — послышался тихий шёпот со стороны задней двери.       Девочка опешила, но чувствовала, что это была не ловушка. Интуиция подсказывала, что этот человек не желал ей зла.       — Ким Джису, надо уходить, — это был молодой человек, которого Су до этого никогда не видела. — Я человек вашего отца, пожалуй, единственный, кто остался в живых, мы должны уходить сейчас же, — мужчина чуть старше двадцати трёх лет медленно подползал к девочке. — Он знал, что за ним придут, поэтому написал мне, они дилетанты, но не так глупы, так что нам пора уходить, — это был её шанс спасения, спасения во имя мести.

* * *

      Девушка стояла на балконе квартиры в захудалом районе Сеула, зажимая меж пальцами сигарету с ментолом.       — Снова куришь эту дрянь, — мужчина откинулся на ограждение спиной, доставая из кармана штанов пачку.       — Сам не лучше, — усмехнулась Су.       — А ведь прошло уже одиннадцать лет, — в груди больно кольнуло, воспоминания со дня трагедии всё ещё были свежи в памяти Ким. Как бы старательно она ни пыталась забыть их, чтобы унять боль, они догоняли её во снах, каждую божью ночь они находили её и не давали забыть о данном себе в тот день обещании. — Ты так выросла, Джису, — мужчина достал зажигалку и прикурил.       — Джин, с возрастом ты становишься всё более сентиментальным, — усмехнулась девушка.       И впрямь, с рокового нападения прошло уже одиннадцать лет. И уже долгие годы именно с Ким Сокджином, который протянул ей руку помощи, который пришёл в самый подходящий момент, будто бы они оба были в фильме, где всё случается по чётко выверенному сценарию, пришёл к ней на помощь.       Хотелось бы Джису, чтобы всё случившееся было фильмом, а её погибшие родители были лишь актёрами, что после кровавой сцены поднялись бы со своих мест и отправились в гримёрку попивать латте и смывать краску с лица.       — Ты слышала последние новости?       — Так и знала, что ты не так просто начал всю эту херню с воспоминаниями, — ядовито прыснула она, делая ещё одну затяжку. — Что тебе удалось узнать?       — У Ли Минджона, поговаривают, всё плохо со здоровьем, — Джин закусил нижнюю губу, он даже не посмотрел на девушку, а лишь представлял её реакцию на услышанное.       — Я так и не смогла подобраться к этому старому ублюдку за столько лет, — в области груди сдавило, стоило ей только услышать имя человека, по чьему приказу были убиты её самые близкие люди. — А ведь он по сей день думает, что я мертва, — усмехнулась она, запуская одну руку в волосы, а другой стряхивая пепел с сигареты.       Фактически Ким Джису больше не существовало.       От неё не осталось ровным счётом ничего, она числилась погибшей во всех записях, за что ей стоило сказать спасибо стоящему рядом мужчине.       Она даже избавилась от ранее любимых её мамой длинных локонов. Стоило ей только взглянуть в зеркало и увидеть шелковистые волосы, что так роскошно струились аж до самой талии, на душе становилось тошно. Сразу же вспоминались слова того ублюдка, что трогал её в тот день.       В один из дней маленькая девочка не выдержала, схватила ножницы и искромсала красивую шевелюру по плечи.       Так хотя бы на секунду стало легче.       — Это правда, единственный человек, который знает о твоём существовании, это я, — на мужском лице появилась тёплая улыбка, но стоило лишь вспомнить, при каких обстоятельствах они познакомились и что им вместе пришлось пережить за эти долгие одиннадцать лет, Ким переменился в лице. — Я даже думал, что однажды ты убьёшь меня, чтобы полностью пропасть с этого света.       Джису и впрямь раньше задумывалась об этом, мужчина был её крючком, по которому девушку могли найти, но за долгие годы она слишком привязалась к нему, он был её спасителем. И пускай они не стали за это время близкими людьми, Джин был тем человеком, которому Су могла доверять.       — Так что там про Ли Миндже? — ей хотелось побыстрее перейти к сути дела, она знала, что Ким был таким человеком, который бы не завёл разговор о трагедии без причины.       — Говорят, что он хочет передать все дела своему сыну, — он знал, что сейчас они оба думали об одном.       — Вот как, — Су истерично усмехнулась и сбросила сигарету вниз. — Значит, этот мальчишка скоро заменит своего паршивого отца на посту и будет так же убивать неугодных, — как только девушке стукнуло пятнадцать лет, она начала копать под человека, что без капли совести и сострадания убил её родителей и испортил ей жизнь, сначала это была информация из интернета, но затем связи и способности Кима помогли ей найти чуть больше, и найденное оказалось неутешительным: он убирал всех неугодных на своём пути, семья Джису стала лишь одним винтиком на пути успеха Ли Минджона. — Сколько ему сейчас? Восемнадцать же?       — Да, — как бы Джину ни хотелось, чтобы девушка ввязывалась в грязную игру, он должен был сдержать обещание, данное ей много лет назад. — О его сыне почти нет информации в сети, даже в закрытых источниках ничего не удалось найти, я узнал лишь то, что он учится в элитной Сеульской старшей школе, куда не так просто попасть, — он кивнул в сторону комнаты: — Там лежит вся информация.       В горле встал ком, стоило ей только осознать, что она наконец-то сможет приблизиться к мести, ради которой держалась все одиннадцать лет, ради которой теряла сознание в тренировочном зале, обучаясь боевым искусствам, и ради которой она видела свой смысл жизни.       Желание жить Джису потеряла ещё в десятилетнем возрасте, но именно мысли о сладкой мести давали ей силы жить дальше и продолжать путь по бренной земле.       — Так значит, старшая школа Себом?       — Да, но неизвестно, кто этот парень, почти вся информация о нем скрыта, видимо, старик знатно постарался обезопасить своё дитя до вступления в должность, — мужчина плюхнулся на диван, закинув ногу на ногу. — Это всё, что мне удалось нарыть.       — Сможешь устроить меня в эту школу?       — Я знал, что ты спросишь это, — он устало провёл рукой по волосам, осознавая, какие мысли сейчас беспокоили сидящую рядом девушку.       Джин знал, что однажды момент возмездия настал бы, потому и был готов к тому, что ему придётся помочь Су справиться со всеми вытекающими проблемами.       — Мне нужны поддельные документы старшеклассницы и твоя помощь, чтобы я смогла попасть в эту закрытую школу для богачей, — она откинула листок с небольшим количеством информации обратно на стол.       — Что ты собираешься делать?       Джису лишь рассмеялась.       — А ты как думаешь? — стоило только девушке повернуться, Джин тут же заметил в её карих и обычно безжизненных глазах огонёк жизни.       Все эти годы девушка была лишь птичкой, запертой в клетке, прутья обжигали ей руки, стоило только коснуться их в надежде выбраться наружу, а запах стоял трупный, будто её родители лежали где-то неподалёку, поэтому она так долго искала ключ, чтобы упорхнуть подальше от этой сырой и удушающей темницы. Вот только ключа никак не находилось.       И наконец-то появился лучик надежды на освобождение — сынок ненавистного ублюдка.       — Сначала я заберу у него всё самое дорогое, а после приду в его дом, так же как он пришёл в мой, — Су ждала этого момента столько лет, что была готовы пойти на всё, что угодно.       Она искренне верила, что именно это подарит ей свободу.       — Как ты собираешься найти среди всех учеников его сына?       Это и впрямь было проблемой.       Никакой информации на сына врага не было, кроме его места учёбы.       — Для начала главное туда попасть, а потом я проверю каждого с фамилией этого ублюдка, уж я думаю, что яблоко от яблони недалеко падает, поэтому этот сопляк выдаст себя своим поведением, — девушка подошла к доске и взяла маркер.       «Найти сына Ли Минджона», — написала она.       — Я подключу свои связи, — это было меньшим, что Ким мог сделать.       До встречи с отцом Джису мужчина состоял в группировке, которая была не так влиятельна, как люди Ли Минджона, но тоже имела свой вес, потому у него и были хорошие связи с уважаемыми людьми темного мира Кореи.       Именно эти люди и помогали девочке, которую знали, как племянницу Кима.       У Джису была семья, пускай и придуманная во имя мести.       — Надеюсь на тебя, — она не сводила взгляда с надписи на доске, предвкушая, какой месть будет сладкой и желанной спустя столько лет терзаний и безысходности.

* * *

      — С этого самого момента тебя зовут Ким Дживон, — Джин бросил на стол личное дело новой ученицы.       — Всё прошло удачно?       — Я подключил знакомого хакера, он помог по старой дружбе и внёс твои данные в списки для поступающих, — он указал пальцем на экзаменационные баллы на листке. — Политика этой школы такова, что раз в семестр они проводят вступительные экзамены для желающих.       — А-ля жест доброй воли для нищих? — Су была права.       Элитная школа Себом была этаким пристанищем для детишек богатых и успешных, но, чтобы сохранять свой имидж добродетелей, руководство школы протягивало руку нуждающимся людям, которые из-за отсутствия финансов и статуса не могли позволить престижную школу для своих детей. Отметки — залог успеха, так и звучал лозунг, под которым проводились вступительные испытания.       — Да, но как бы это ни выглядело, обычно такие счастливчики сбегают спустя пару недель и возвращаются к себе в школу, — он сочувствующие пожал плечами.       — Я так понимаю, не выдерживают издевательств из-за низкого статуса, — тут даже думать не нужно было, всё и так было очевидно: простые дети не уживались с богатыми и избалованными.       В таких местах всегда царила жесткая иерархия, и если в обычной школе такие подростки были равны, то в элитной они оказывались в конце пищевой цепочки.       Закономерный исход.       — Верно подмечено, — Ким устало плюхнулся ну диван, на котором ему приходилось спать каждую ночь. — С завтрашнего дня происходит зачисление, так что подготовься к своему первому учебному дню за столько лет, — пускай это и прозвучало с насмешкой, но Су знала, что это было не так.       Как только она пропала со всех радаров, а её личность была стёрта с лица земли, она не ходила в школу. Ей приходилось обучаться дома самостоятельно.       Она даже со сверстниками не общалась, только с Джином и приближёнными к нему людьми, но они всегда были старше неё намного лет.       — И да, не показывай лучше свой характер, — по-родительски подметил он.       — Я и не собиралась, пока не найду нужного мне человека, буду ниже травы и тише воды, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание, — Су не была глупой девочкой, что так сильно была ослеплена местью. Нет. Наоборот, ради мести ей пришлось слишком много думать, чтобы совершать опрометчивые решения. — Надеюсь, это не превратится в ещё один ад для меня, — было неимоверно страшно встретиться лицом к лицу со своим главным страхом, что мучил её все одиннадцать лет.       Вот только другого пути не было.       — Ты сильная, так что со всем справишься, — мужчина говорил это искренне, не ради поддержки, он знал это, как никто другой.       Как только они сбежали с Джису, первое время она и вовсе молчала. Ни слова не срывалось с её детских уст. Сидела в углу, словно немая. Он боялся, очень сильно боялся, что этот ребёнок не справится со случившемся, но она держалась все эти годы изо всех сил. Старалась быть сильной, старалась не показывать свою слабость. Он слышал, как она плакала по ночам, вспоминая почивших родителей, как захлёбывалась в слезах, но старалась делать это так тихо, чтобы никто не услышал. Иногда Джин заставал её лежащей посреди комнаты на полу и смотрящей в одну точку, она могла делать так часами. Не ела, не пила, просто медленно умирала внутри, но вскоре каждое утро находила в себе силы подняться и помогать ему с домашними делами, зная, что для него всё это тоже было непривычным.       Джису не хотела быть обузой.       — Я знаю, — грустная улыбка озарила уже не детское личико, но в глазах Кима она всё ещё оставалась сломленным ребёнком, что так сильно любил своих родителей. — Спасибо, я пойду готовиться к завтрашнему дню, — она похлопала его по плечу и ушла.       — Чёртовы ублюдки, — тихо выругался он. — Сколько ещё загубленных жизней на вашем счету?       Вопрос остался без ответа.       Да и ответа лучше было не знать.

* * *

      Школьные коридоры были пропитаны ненавистью к новенькой. Стоило только появиться информации о девушке, что выиграла в конкурсном отборе на место в элитной школе, — это облетело все чаты и группы. В школе чеболей ничего не могло остаться без внимания, особенно если это что-то было новой игрушкой для битья.       Каждый проходящий окидывал Джису изучающим взглядом, они пытались понять, кем же она была на самом деле, насколько быстро сломается и сбежит из их идеальной утопии, которая только на первый взгляд выглядела как райское местечко, но на самом же деле кишела змеями.       «Какая же неудобная форма», — Су же даже внимания не придавала всем этим многозначительным взглядам, она была занята новой одеждой, что так непривычно сидела на ней.       Обычно она носила спортивные штаны да майки с футболками, в такой одежде было удобно тренироваться и ничего не сковывало движения, потому сейчас и думала лишь о том, как бы ей не засветить своей задницей в такой короткой школьной юбке.       Этот момент явно был не продуман.       — Прошу тишины, — молодая учительница в длинной юбке, которую Су тут же приметила и подумала, будь неплохо, носи она такую же в школе, пригласила девушку подойти ближе к ней. — Хочу представить вам новую ученицу, которая набрала сто баллов по каждому экзамену и получила шанс учиться в нашей школе, — Ким чуть не сморщилась от такой формулировки, она понимала, что таким, как она, здесь были не рады, а педагог еще больше указывала на это. — Представься, пожалуйста.       Джису глубоко вздохнула, всё-таки она уже отвыкла от столького количества народа в одном месте, ведь долгие годы жила чуть ли не затворницей.       — Меня зовут Ким Дживон, позаботьтесь обо мне, — с максимально равнодушным лицом произнесла она, а в конце легонько поклонилась новым одноклассникам.       — Хорошо, присаживайся, — учительница Хван мило улыбнулась новенькой и приступила к уроку.       — Ничего такая отличница, — шептались парни.       — Да, красотка самая настоящая.       — Жаль только бедная, — на соседних партах послышался смех.       «Вот же придурки, я всё прекрасно слышу», — возмутилась про себя Джису.       Пока все остальные занимались своими делами, кто-то слушал учителя, кто-то же мирно посапывал на задних партах, девушка стала изучать всех присутствующих. Она не хотела задерживаться в школе надолго, потому планировала как можно быстрее начать поиски.       Девушки её не интересовали.       Важны были лишь парни.       В Себоме училось не так много людей, так как школа всё-таки была элитной и подходила не для всех, а потому проблем с нужным человеком не должно было возникнуть.       — Отдыхайте, урок закончен, — Су и не заметила, как в размышлениях пролетел урок. Она даже тетрадь не успела достать и сидела без всего.       «Стоит после третьего урока сходить в столовую, чтобы изучить как можно больше людей», — она всё продолжала раздумывать про лучший способ поисков, но, кажется, у одноклассников были другие планы на этот счёт.       — Эй, новенькая, — женский голос справа вынудил Су повернуться. — Ты слышишь меня, я с тобой разговариваю, — школьница сидела на соседней парте и дула губки, смотря на Ким, а две её подруги лишь тихонько смеялись, наблюдая за происходящим.       — Что-то не так? — приключения только начинались.