Глава 6. За новое начало.
16 февраля 2025 г., 22:33
Штаб-квартира стражи оказалась довольно непримечательным местом, по крайней мере, с виду. Единственное, чем это здание выделялось – так это куда большим размером по сравнению с остальными домами, а также каменной оградой с металлическими решётками, увенчанными острыми пиками.
Ну-у-у, может быть, ещё чуть большим количеством патрулей, что шастали туда-сюда, несмотря на ночь, и задавали Дирку глупые вопросы наподобие – “Преступницу какую нашёл?”.
А всё остальное выглядело довольно-таки обыденно… для этого мира, конечно.
Тот же первый этаж, выполненный из каменного кирпича, входные двери с массивными металлическими петлями и укреплениями, малюсенькие окна с толстыми каменными рамами.
Та же архитектурная концепция, где каждый следующий этаж становился чуть шире предыдущего, создавая тем самым навес, который мог перекрывать небо на узких улицах благодаря плотному прилеганию зданий друг к другу.
Последующие этажи были сделаны из дерева. Деревянные балки, пронизывающие стены, создавали сетку, заполненную серой глиной. Те же закрытые балкончики и деревянные рамы. Та же красноватая черепичная крыша с крутым наклоном, украшенная деревянными брусьями и прочими декоративными элементами.
Вот и получается, что никаких особых отличий у штаб-квартиры не было. А вот её размеры впечатляли: четыре этажа и раза в пять больше прилегающих домов.
Внутри всё оказалось минималистичным и строгим. Главный холл встречал просторным помещением: пол был выложен крупными плитами серого камня – гладкими и прохладными. Простые, но ухоженные стены из серой глины местами перекрывались деревянными балками, что поддерживали высокий потолок.
Вдоль стен тянулись узкие, грубо отёсанные скамьи. В глубине помещения стояла массивная стойка из потемневшего дуба, за которой томилось несколько человек в штатной униформе, а за их спинами возвышалась доска объявлений, испещрённая листами с розыскными уведомлениями.
В углах холла, на простых глиняных подставках, стояли небольшие горшки с... “земными”?... И неприхотливыми растениями, чья приглушённая зелень слегка смягчала строгую, даже опасливую атмосферу, которая, казалось, пропитала даже сам воздух. Хотя... «Эмпатия» ничего такого в воздухе не заметила, так что, наверное, мне просто кажется.
Именно тут я и находился, но уже на третьем этаже, стоя около двери командира. Садиться на такие же, как и внизу, грубые и явно неудобные скамейки совсем не хотелось.
— Подожди, пожалуйста, здесь, — сказал младший стражник, постучал в дверь и попросил разрешения войти.
Через секунду она отворилась, и стоило Дирку скрыться за крепкой на вид дверью командира, как я перестал слышать даже намёки на какие-либо звуки оттуда. Наверное, какое-то зачарование. Или артефакт. Или псионика... Неважно. Лучше ещё раз взгляну, что у меня в логах!
[Внимание! Уровень способности “Эмпатия” повышен!]
Первая прокачка способностей – волшебно! Вот оно – начало моего пути, что отзывается старыми воспоминаниями и ностальгией. Но теперь это не где-то там, по ту сторону экрана, а в жизни! В моей чёртовой жизни! Я буквально чувствовал, как меня раздирают непередаваемые эмоции и восторг!..
Которые были неожиданно прерваны быстро вышедшим Дирком.
— Я поставил командира в известность о твоей проблеме. Теперь всё в твоих руках, Лили. И ещё... — Он слегка замялся, прервав свою серьёзную речь. — Если будет желание встретиться… Я часто бываю в кабаке “Весёлый звон”. Но сейчас мне пора.
— В таком случае, до скорой встречи, страж Дирк, — улыбнулся я ему.
— Пока ещё только новобранец, — Дирк улыбнулся в ответ, затем добавил: — Вас ждут, леди Лилия.
Он легонько поклонился и, с лёгкой тоской на лице, направился обратно по коридору, откуда мы пришли.
Ну вот и всё. Первый босс, встречай.
— Вух... — Я глубоко вздохнул, собираясь с ментальными силами (навыками), и отворил дверь.
Запахло цветами.
— То есть вы утверждаете, что не имеете понятия, где жили, откуда родом, как оказались в Роланде и что с вами вообще произошло, я прав?
Лилия задумчиво кивнула.
Эйнор выдержал короткую паузу и уточнил:
— Но имя-то своё вы помните?
— Это то немногое, что мне известно, господин командир Эйнор.
— Достаточно просто командира, — поморщился мужчина то ли от ситуации, то ли от такого именования, и продолжил, — Может быть, есть что-то ещё, помимо имени?
Теперь настала очередь девушки задумчиво молчать. Было видно, как она пытается вспомнить хоть что-то, всматриваясь в собственные ладони, которые плавно разворачивала тыльной стороной вверх и обратно, будто надеясь, что это как-то поможет.
— ...К сожалению, нет. Мне известно лишь то, что более часа назад я осознала себя в этом городе. Кто я? Почему именно здесь? Что же произошло на самом деле? Что было до этого момента?.. Всё будто покрыто непроглядной тьмой. Мысли словно останавливаются, не зная, за что ухватиться... А в голове всё настойчивее рождаются вопросы: а существовало ли вообще хоть что-то, за что можно ухватиться?.. — Её мелодичный голос плавно разливался по помещению, вот только каких-либо сильных эмоций, рассуждая о своём недуге, она не демонстрировала. Словно говорила не о себе, а о каком-то проходимце, которого больше никогда не встретит.
Ненадолго замолчав, она снова заговорила:
— Боюсь, это всё, что могу вам сказать.
— Хм, — невозмутимо хмыкнул командир и откинулся на спинку кресла, задумавшись.
Аура. Всё снова возвращалось к ауре. Как и раньше, она была спокойной, и лишь изредка по ней пробегали волны небольшого волнения, вспыхивали еле уловимые искры сожаления. Больше ничего. Ни единого намёка на ложь.
В противном случае её отражение дрогнуло бы, возможно, даже "забурлило" от столь глупой, но красивой лжи. Но нет – не может чья-либо сущность оставаться в покое, когда она идёт против самой себя. А ложь – это ни что иное, как идти против себя – гнилостный росток, что прорастает в душе человека, оплетая всё его существо.
«И что же из этого получается? Девка, просто-напросто, на ровном, освещённом Светлоликим месте взяла и потеряла всю свою память?... Может, это сильное заклинание или какой-то артефакт, скрывающий настоящую ауру? Конечно, очень сомнительно, но... Да нет же! Даже будь это так – подобный фарс не имеет никакого смысла. Найти стражу, попросить её о помощи, прийти в штаб-квартиру, попасть по случайности ко мне – чтобы... что? Чего этим вообще можно добиться?..»
Обдумывая имеющуюся информацию, мужчина прервался, заметив, как глазки девушки изучающе бегают то по бумагам, плавно пробегая по тексту, то по старинному глобусу, который ещё со времён Великого Раскола перестал быть актуальным.
— Вы умеете читать? — подал командир голос, вновь выходя из задумчивости.
Умение читать и писать было не то чтобы редкостью, но близко. Особенно в их королевстве, где после развала Кай’эрской Империи общественные школы перестали финансироваться.
Теперь же простым людям приходилось платить за обучение, но таких находилось немного – зачем тратить деньги на грамоту, если на них можно прожить пару месяцев в достатке? Поэтому грамотность в большинстве случаев так и оставалась уделом купеческих семейств и аристократических родов.
— Да, кажется, могу, — задумчиво произнесла девушка. — Это так странно... Я вижу слова, предложения, понимаю, что они означают, но… не узнаю сами символы.
«А что, если эту девчонку прокляли? Допустим, какой-то могущественный маг решил стереть её прошлое настолько, насколько это возможно. Почему оставил в живых – уже другой вопрос, но даже так есть за что зацепиться. Добавить сюда ещё тот факт, что, помимо имени, она хоть что-то да помнит, и... Может, я просто задаю неправильные вопросы?» — подумал Эйнор.
…наслаждаясь неуловимым ароматом цветов.
— Может быть, я и повторяюсь, но вы точно ничего не помните, кроме имени? Может быть, свой род? Фамилию? — Он покрутил ладонью в воздухе. — Честно признаюсь, вы не слишком-то и похожи на простолюдинку. Ваши движения, осанка, поставленная речь, простая, но качественная одежда... Да и чего скрывать – сама ваша внешность: гладкая кожа, нежные руки, чистые длинные волосы, ухаживать за которыми должно быть несколько затруднительно, хорошее питание, что помогло вам… — Эйнор мимолётно взглянул на грудь девушки, но та, кажется, не заметила, — повзрослеть... Да, повзрослеть. Так вот – покажи мне кто-нибудь такого крестьянина, и я рассмеялся бы ему в лицо, — с ироничной улыбкой закончил командир.
Ожидал ли мужчина от девушки смущения? Вполне. Дамы часто краснеют от похвалы и стараются спрятать лицо чем-нибудь. По крайней мере, дочки низшей аристократии, пытающиеся набиться к столь солидному, но одинокому человеку в супруги, поступали именно так.
Но Лилия даже не постаралась смущаться, наоборот – она словно вцепилась в самый смысл слов, мгновенно подхватывая его и сохраняя глубоко в сердце, будто обнаружила жалкие, но невероятно ценные крупицы былой сущности.
Ожидал ли командир этого? Более того – на нечто подобное он и рассчитывал. Девчонка не просто потеряла память – с ней произошло что-то очень необычное, что-то, что, скорее всего, и очистило её ауру, сделав её пустой. Но, как уже заметил Эйнор, что-то всё-таки да осталось. Просто не могло не остаться – это бы противоречило самой сути ауры, являющейся внешней проекцией внутреннего. Отражением самой сущности.
Прикрыв глаза, Лилия вздохнула и, собравшись с мыслями, наконец заговорила:
— Я… Я не знаю… но что касается моих… р-родных и б-близких… — Её аура на мгновение вздрогнула и замерла, а в груди промелькнула смесь злобы и обиды с щепоткой ненависти. Впрочем, всего на мгновение. — …У меня почему-то присутствует стойкое ощущение, что я… одна.
Несмотря на то что её ответ был отрицательным, он неожиданно дал куда больше информации, чем изначально предполагал услышать Эйнор.
«Может, я и ошибаюсь, но что-то мне подсказывает, что загадка, если и не разгадана, то я не так уж и далёк от истины.» — Мужчина ненадолго прикрыл глаза, вновь сопоставляя все имеющиеся факты:
Обучена грамоте, ухоженная внешность, красивое тело, приятный аромат цветов, идеально подходящий к имени, поставленная речь, элегантные, вбитые в тело движения, наличие магического дара, пустая аура и практически полная потеря памяти.
Она оказалась совсем одна в самом восточном городе даже не королевства, а всего Верхнего Полуострова. Выброшенная, словно никому не нужная безделушка.
«Изгнанница.» — вынес вердикт командир.
«Наверняка она была членом какого-то немаленького рода, ведь найти специалиста, способного настолько вычистить её ауру, при этом не убив и оставив в "своём" уме, — далеко не каждому по силам.»
Он постучал пальцем по столешнице, ещё глубже погружаясь в раздумья.
«Что послужило причиной – интриги семьи или её преступление?..» — Чтобы тут же опомниться, — «Да в гоблинскую задницу всё! Делать мне нечего, кроме как гадать тут сидеть.» — Командир слегка помассировал правый висок. — «Ну и чего мне теперь делать с этой девчонкой?»
Изначально простая и лёгкая задачка превратилась в настоящую проблему.
По уму – лучшим вариантом было бы отправить её в городскую канцелярию, где ей оформят документы с временным разрешением пребывания в городе, предварительно подвергнув пытке бумагами, а затем отправят на все четыре стороны с наказом выплатить долг в размере 25 серебряных да постращают темницей.
Но… Как минимум, сейчас глубокая ночь. А как максимум – поступать подобным образом с о̶ч̶а̶р̶о̶в̶а̶т̶е̶л̶ь̶н̶о̶й несчастной девицей совершенно не хотелось.
Неожиданно Эйнору захотелось выпить.
Смыть позабытую с юношеских времён внезапно возникшую сухость во рту.
…А ведь и правда, за сегодняшний день ему так и не удалось не то что к еде притронуться – даже испить воды… Но он сдержал этот внезапный порыв.
Всё-таки сейчас не самое подходящее время.
«Организация чёртового рейда в Дикие земли отнимает слишком много сил и времени, даже при том условии, что основная работа ложится на гарнизон и гильдию авантюристов…»
Мужчина пробубнил себе под нос нечто нечленораздельное и вновь обратил внимание на ладную девицу, что молча и методично изучала интерьер его кабинета, ожидая, когда командир стражи снова выйдет из раздумий и заговорит.
— Что ж, леди Лилия, думаю, я понимаю, в какой затруднительной ситуации вы оказались. Потеря памяти – вещь серьёзная, даже опасная. К тому же вы очутились в совершенно незнакомом для вас городе, да ещё и ночью. Центральное кольцо, конечно, безопасно, но кто знает, чем всё могло бы обернуться… Светлоликий точно озаряет ваш путь, раз уж вы оказались именно передо мной, в целости и сохранности. И мои долг, как верного последователя его учений, и честь защитника этого города будут попросту преданы, если я оставлю всё как есть! — Несколько высокопарно, но с ноткой иронии говорил Эйнор. — Завтра… вернее, уже сегодня поутру я помогу вам с новыми документами. Что же касается места проживания – ничего обещать пока не могу, но предоставить работу на первое время вполне в моих силах.
Командир видел, как Лилия внимательно его слушала, стараясь не выдать облегчения, которое накатывало волной. Она наверняка не знала, можно ли ему довериться, но… а какой, собственно, у неё был выбор?
По крайней мере, он говорил вполне откровенно.
И что самое главное – предлагал решение.
Потеря памяти, неизвестный город, отсутствие даже простых документов и абсолютное непонимание, как всё исправить самостоятельно, – всё это, как минимум, внушало тревогу. Но теперь у неё хотя бы появился ориентир.
Она слегка кивнула, опустив взгляд, будто обдумывая сказанное.
— Благодарю, — её голос был ровным, но в нём чувствовалась едва уловимая нотка облегчения. — Это больше, чем я могла ожидать. Но… не примите за грубость, вы… Я ведь могла солгать вам. Почему же вы… так легко мне поверили?
Эйнор внимательно посмотрел на девушку, отмечая, как она осторожно подбирает слова. Неуверенность, скрытая за сдержанностью, небольшие паузы перед вопросом…
Кажется, всё это время она больше всего боялась не своего положения, а того, что ей просто не поверят. Потеря памяти – слишком удобная отговорка для беглеца, преступника, или одним словом, для того, кто хочет скрыть своё прошлое...
Даже он сам изначально был настроен крайне скептически. Очевидно, Лилия прекрасно осознавала, насколько плачевно могла повернуться ситуация.
Эйнор и не думал шутить, говоря, что Светлоликий явно к ней благосклонен. Будь на его месте кто-то, кто не способен созерцать ауры, девчонке пришлось бы куда сложнее, пытаясь доказать свою искренность. Не смертельно, конечно, но хлопот это добавило бы изрядно – возможно, даже с холодом каменных стен и металлической решёткой перед глазами.
Он весело ухмыльнулся и, снова, расслабленно откинулся в кресле:
— Леди, я вас ни в чём не обвиняю. Но даже последний крестьянин в Элландоре знает, что воины, идущие по пути духовного развития, способны созерцать чужую душу и отличать ложь от истины.
Глаза девушки широко распахнулись, пухлые губки непроизвольно приоткрылись, но затем она нахмурилась, устало вздохнула и, прикрыв лицо руками, потерла виски.
— Точно… Магия, души, драконы… Как же я могла об этом забыть, — пробормотала она себе под нос, а затем, будто что-то осознав, подняла на командира настороженный взгляд. — И вы… в-всё это время видели мою душу?
В её голосе послышалась едва заметная тревога, смешанная со смущением.
— Не саму душу, лишь её внешнюю оболочку – ауру. Грубо говоря, это отражение самой сущности существа, — невозмутимо объяснил Эйнор. Он подождал, пока понимание не отразится в глазах девушки, и добавил:
— Как, собственно, вижу её и сейчас.
— И… как она?
Её охватило беспокойство. Пусть она этого никак не показала, но Эйнор это почувствовал.
Нет, она точно была знакома с основами магии, раз даже потеряв память забеспокоилась о состоянии своей ауры. Аура – отражение человека. Если он болен – аура это покажет, как показывает и эмоции, и значимые события в его жизни.
Они оставляют следы. Некоторые – глубокие шрамы, рубцы. Со временем в ауре оседает налёт выветрившихся чувств – отражение приобретает оттенок, уникальный узор. Аура – это твоё естество, твоя территория, твоё Я.
И, конечно, девушка, лишившаяся памяти, могла пусть и неосознанно, но интуитивно переживать за свою духовную целостность. Ведь если что-то не так с аурой, значит, что-то не так и с ней. Как и наоборот.
— В целом, ваше отражение в порядке, — Эйнор всмотрелся в девушку, но вместе с этим словно бы уставился в никуда. — Единственное, что выбивается в вашей ауре, – это пустота. Чистая, без следов, будто вы только вчера родились.
Он сделал паузу, заметив, как напряжённо Лилия вслушивается в его слова, и поспешил предупредить возможные вопросы:
— Боюсь, мои выводы могут быть ошибочными и, того хуже, ввести вас в заблуждение. Всё-таки Светлоликий даровал мне ратный талант, а не лекарский. Но всё указывает на то, что ваша аура была очищена… а вместе с ней и память.
Лилия, кажется, немного расслабилась, но всё же захотела удостовериться. Она сжала пальцы на подлокотнике кресла, словно проверяя, насколько реальны её ощущения, а затем спросила:
— То есть… со мной всё в порядке?
Эйнор кивнул, и девушка еле заметно выдохнула, потушив огонёк напряжения. Правда, не до конца.
— Н-но что же тогда могло произойти?
Мужчина задумался.
«Говорить ли мне о своих выводах? Глупость. Как бы мне не хотелось это признать – теория остаётся теорией. Да и зачем возможной выброшенной девчонке знать о подобном? Самым разумным вариантом будет привязать её к себе, поставить на ноги и, конечно, взрастить её магический дар, а не давать поводов бегать по миру в поисках правды. Раз уж Светлоликий мне улыбнулся, будет неправильно упускать такую возможность.» — Командир сцепил пальцы в замок, быстро обдумывая сложившуюся ситуацию. — «Получить в подчинённые благодарного мага… Звучит неплохо. Главное, чтобы талантом была не обделена, а там, быть может, и получится разобраться с её прошлым.»
— Произойти могло что угодно: энергетическая аномалия, враждебный чародей, искусный в магии душ, взаимодействие с каким-нибудь высококачественным артефактом, умысел злого бога или ещё какое-нибудь бедствие… Вариантов много. Наш мир, прямо скажем, не самое дружелюбное место. — Он устало провёл рукой по лицу. — Чего только стоит недавняя война с френдолийцами или постоянные набеги монстров. А это я уже молчу о Великом Расколе… или, да осветит нам путь Светлоликий, о Чуме Слепцов.
Девушка задумчиво склонила голову, разглядывая сцепленные на коленях ладони. Молчание повисло в воздухе, наполненное тяжестью её мыслей. Затем она робко подняла взгляд и, словно решившись на что-то важное, спросила:
— А… можно ли это как-то исправить? Вернуть утраченные воспоминания?
Вопрос прозвучал осторожно, даже немного боязливо, но в голосе проскользнула надежда.
Эйнор же не спешил с ответом. Он ритмично постучал пальцами перед собой, приподнял бровь, раздумывая, а затем коротко вздохнул.
— Сомневаюсь. — Его голос прозвучал спокойно, но в нём не было места ложным утешениям. — Если бы ваши воспоминания были бы просто утеряны из-за травмы или же… Ммм, запечатаны… Тогда, возможно, умелый маг или священник смог бы вернуть утерянное.
Он выдержал паузу, давая ей переварить сказанное, прежде чем продолжить.
— Но в вашем случае была очищена сама аура, а вместе с ней и ваши воспоминания… — Эйнор сделал едва заметный жест рукой, словно что-то стирал с гладкой поверхности стола. — Боюсь, вернуть то, чего уже не существует, невозможно.
Девушка сжала подлокотники кресла, опустив взгляд. В уголке её губ промелькнула слабая тень улыбки – горькой, но без слёз.
— Понятно… — тихо сказала она, больше себе, чем собеседнику.
После этого в комнате снова повисла тишина. Ни один из них не спешил её нарушать. Девушка смотрела в сторону, словно пыталась зацепиться за какие-то свои, ускользающие мысли, а Эйнор…
Эйнор просто устало прикрыл глаза, запрокинув голову на спинку кресла.
Запах цветов становился сильнее.
Жажда начинала снова напоминать о себе сухостью во рту и неприятной тяжестью в горле. Он провёл языком по пересохшему нёбу и, наконец, со вздохом разлепил глаза.
— Ладно, к Падшему это всё, — пробормотал он, наклоняясь вперёд. — Вы пьёте?
Девушка удивлённо моргнула, перевела взгляд на него — словно пыталась понять, серьёзен он или нет.
— Я… — она колебалась, но затем её губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Если только немного.
— В таком случае окажите любезность и удостойте чести попробовать моё любимое вино, — произнёс он, слегка склонившись.
Открыв нижний ящик стола, Эйнор достал тёмную бутылку из зелёного стекла с красиво нарисованной пергаментной гравюрой и пару простых, но добротных бокалов. Лёгким движением подушечки пальца он вынул пробку и без лишних церемоний налил в оба бокала тёмно-рубиновую жидкость. Как всегда — ровно до половины. Затем протянул один ей, сам же слегка качнул в пальцах свой собственный.
— «Винокурня Старины де Роя»? — девушка протянула руку, на мгновение замерев, а затем взялась за бокал. Правильным, по этикету, хватом. Что отметил командир, добавляя еще одно очко к версии о её непростом происхождении.
— Верно, — кивнул Эйнор. — Мундес де Рой, пожилой глава рода де Рой, одиннадцать лет назад решил развивать винное дело. Что вышло, как для воюющей семьи, на удивление замечательно.
Он поставил бутылку чуть в сторону и, глядя на девушку с тенью иронии, спросил:
— Так за что мы выпьем?
Она задумчиво посмотрела на бокал, затем на него и чуть пожала плечами.
— Пусть будет… за новое начало.
Эйнор вскинул бровь, но кивнул, принимая тост.
— За новое начало.
◇◇◇
Комната утопала в полумраке. Тяжёлые ставни на окнах пропускали лишь крохотные струйки лунного света, которые тут же размывались в слабом сиянии магического светильника. Молочно-жёлтый свет был мягким, но достаточно ярким, чтобы выделить основные детали помещения. Центральной частью комнаты был массивный дубовый стол, украшенный искусной резьбой. Его поверхность была завалена самыми разными бумагами, недалеко от которых располагалась чернильницей с пером и пара небольших шкатулок. Здесь же стоял миниатюрный глобус с пожелтевшей от времени краской. А с права от стола висела большая карта города, аккуратно натянутая на раму. Позади стола возвышался держатель для меча, на котором покоился простой стальной клинок. Было видно что он стар, как видно и то, что за ним часто приглядывают. Сама конструкция комнаты выглядела необычно: небольшая ступенька в центре пола возвышала его уровень в глубокой части кабинета, где стоял стол, подчёркивая важность этого пространства. Вдоль стен тянулись стеллажи и шкафы со стеклянными дверцами. В них хранились книги – потёртые, с облезлыми корешками, пережившие не один десяток лет. Хотя среди них виднелись и новые экземпляры. На тех же стеллажах располагались разнообразные предметы: слабо мерцающие камни, вырезанные из дерева фигурки, аккуратно сложенные обработанные шкуры монстров и причудливое оружие, которое сразу притягивало взгляд. Тут были кинжалы, булавы, даже один молот и парочка дубин. Но больше всего здесь было мечей: одни с кривыми лезвиями, другие – украшенные шипами, третьи и вовсе с двумя, и даже тремя клинками, смотрящие в разные направления. Тут даже находился костяной арбалет с тетивой из сухожилий. Но среди всего этого выделялась особенно странная пара вещей: кинжал, словно нарочито небрежно вырезанный из застывшего обсидиана и будто пропитанный кровью. А также жуткий комплект брони. Он был сделан из чёрных ветвей, что, казалось, готовы разрастись в любой момент, бледных, неаккуратно обрезанных костей и гладкой пепельной кожи, покрывающей сочленения доспеха. У входа в комнату, по обе стороны, стояли низкие диванчики, а стены здесь украшали трофеи – чучела голов монстров, застывших в хищных гримасах. Пол был устлан тёплым тёмно-багровым ковром, который тянулся от двери до самого стола, разделяя комнату на зоны. У левой стены, рядом с диванчиком, находился уютный уголок: тлеющий камин, мягкое кресло и низкий деревянный столик. А у правой стены располагалась ничем не примечательная дверь, ведущая в соседнюю комнату, ещё несколько лет назад оборудованную под спальню. Это был кабинет Эйнора Идущего – командира городской стражи, воина, заслужившего своё прозвище ещё в молодости, в кровавых сражениях, и с людьми, и с монстрами. Его кабинет и его коллекция. Сам же Эйнор – широкоплечий мужчина с аккуратной бородой и закрученными вверх усами – сидел за крепким дубовым столом, перебирая заметки и отчёты. Одет он был в бурый мягкий халат. Его лицо, грубое и с лёгким налётом хищной жестокости, покрывали редкие морщины и несколько шрамов на лбу и щеке. Всё это придавало ему угрожающий вид, особенно в тусклом освещении. Командир сидел в своём любимом жёстком кресле, читая бумаги и ставя печати. Где-то он просматривал отчёты, а где-то уже составлял собственные доклады для генерала. Естественно, тусклый свет ему никак не мешал. Проблема была в другом – в этой скучной и муторной работе, достойной какого-нибудь писаря, а не человека, карающего внезаконие и возглавляющего рейды по логовам всякой швали. Как же капитану было жаль, что его заместителю, который обычно и справлялся с бумажной волокитой, пару дней назад отрубили руку. — “Через седмицу будет как новый”, — с досадой прошипел Эйнор, вспомнив чьи-то слова. — А мне тут с этими бумажками возиться… Нет уж, извольте. Лучше… — Не успел он договорить, что же там лучше, как его невероятно обострённый слух уловил шаги в коридоре. Кто-то приближался к его кабинету. Точнее, это была какая-то парочка. Один из них носил шелестящую кольчугу и будто нарочно стучал ногами по деревянному полу, а второй… Нет, скорее вторая – тихо ступала следом. Без сомнения, незваные гости шли именно к нему. Остальные кабинеты по коридору сейчас пустовали. На скорую руку приведя в порядок рабочее место, Эйнор уселся поудобнее в жёстком кресле, опёрся локтями о столешницу и, сложив руки в замок, принялся ждать. Уже через несколько секунд один из пришедших попросил подождать вторую, а затем раздался стук в дверь. — Разрешите войти! — послышался голос снаружи. Командир коснулся коленом магического символа под столом, и дверь с лёгким щелчком открылась. В кабинет вошёл несколько помятый новобранец. — Свет ведёт нас, господин! — сказал парень, прижимая кулак к груди. — И свет не оставит нас, — завершил Эйнор приветствие, затем махнул рукой, мол, хватит формальностей. — Так что ты хотел, Дирк? — Во время патрулирования я с Роганом встретил девицу, которая ничего не помнит. Сначала я повёл её к младшему командиру, но его нигде не оказалось. Вот я и привёл её к вам, для дальнейших указаний! — чётко и ёмко ответил юноша, стоя по-военному выпрямившись и глядя одновременно вперёд и в никуда. — Да, Кейрон сейчас отсутствует. Там какая-то почти благородная пьянь в “Золотом Котле” снова поубивалась, вот я и послал его разбираться, — поделился Эйнор, внимательно наблюдая за новобранцем. «А неплохо его Роган поднатаскал… Стоит, даже не шелохнувшись», — удовлетворённо заключил командир, вспоминая дикарей-новобранцев месячной давности. — Что же касается девицы… — он покатал это слово на языке, раздумывая. — Она, естественно, без документов? — Скорее утвердил, нежели спросил командир, одновременно вспоминая было ли что-то подобное в его работе. «Украли куры», «Я просто потерялся… на неделю», «Я думал, что срок – это всего-лишь рекомендация», «Я потерял их в игре в карты с карликом…» — Мысленно пробежавшись по забавным причинам отсутствия важной бумажки, он даже с каким-то удивлением заключил, что нет. Потеря памяти ещё не встречалась. — Не было, капитан, ничего не было, — подтвердил новобранец очевидное. — Но леди сама к нам подошла и попросила… помощи. Парень на мгновение смутился – и это не ускользнуло от внимательного взгляда Эйнора. «Видать, помощь была не односторонней», — хмыкнул про себя командир и вынес вердикт: — Ну, давай, зови её сюда и… — Командиру не хотелось устраивать из простого и быстрого дела какой-то цирк, да и давить авторитетом на юнца, который ошибся и так легко поверил в какую-то чушь о потере памяти… С другой же стороны, а куда, собственно, смотрел Роган? Или всё не так однозначно, как кажется на первый взгляд? — Возвращайся к работе, Дирк, дальше я разберусь сам. Юноша с уважением поклонился и вышел. Всё-таки не зря он знает каждого своего человека по имени – людям такое очень нравится. А ему нравится, что такие простые вещи заставляют этих самых людей работать усерднее. «Надеюсь, это хотя бы поможет отвлечься от этой богохульной бюрократии…» – устало подумал Эйнор, невольно подслушивая, как парочка договаривается встретиться позже. А спустя дюжину ударов сердца в кабинет зашла девушка. Светлые волосы, милое лицо, низкий рост и хорошие формы. Одета она была в несколько запыленный, но не дешевый наряд. Она окинула кабинет цепким, хоть и слегка растерянным взглядом. Глаза на мгновение задержались на Клинке Марам’Ра, Плачущем Доспехе, книгах на стеллажах, затем – на карте города, а после и на миниатюрном глобусе. Наконец, она подняла взгляд чуть выше, замечая Эйнора – и изящно поклонилась. — Кхм, — она смущённо кашлянула, словно собираясь с мыслями. — Неловко это признавать, но я не знаю, как правильно вести себя в подобных ситуациях. Так что… приятно познакомиться. Меня зовут Лили, и… мне неведомо, как я оказалась в этом городе. Как неведома мне и вся моя жизнь в этом мире до сегодняшнего дня. — Она закончила с лёгкой печалью в голосе. Её голос был приятным, речь – поставленной, но несколько неуверенной. Впрочем, ничего необычного. Существует не так уж и много людей, что могут позволить себе спокойствие в его присутствии. «Да неужели?» — скептически подумал Эйнор, всматриваясь в лицо девушки, но ничего там не увидел. Ни в его чертах, ни в ауре. Особенно в ауре. Особенно ничего. — Хм-м-м… — промычал Эйнор, буравя взглядом представшую перед ним девчонку. Пока они молча смотрели друг на друга, пауза начинала затягиваться. Девушка явно ожидала от него ответа, а вот Эйнор… «Что за чертовщина? Что с её аурой? Почему она такая… стерильная? Без следов, без отметин… Прямо как у ребёнка…» — Командир не был мастером духовного созерцания, но опыта ему более чем хватало. И этот опыт позволял не просто отличить ложь от правды или понять, какие эмоции испытывает собеседник – он позволял заглянуть в самую суть человека. Конечно, это требовало концентрации и далеко не всегда было уместно, но сейчас вопрос совсем не в этом! По остаточным следам в ауре можно было определить, что пережил человек в недавнем прошлом, или какие события оставили на нём неизгладимый отпечаток. Однако сейчас… ничего. И проблема была не в том, что командир не мог что-то разглядеть – напротив, он видел даже слишком много! Эйнор сосредоточился ещё сильнее, вглядываясь в поток её духовной энергии. Светло-серая, лёгкая, чистая аура. Ни шрамов, ни узора пережитого, что неизбежно приобретается с годами, ни эмоциональных узлов… Спокойная, но при этом слегка подрагивающая от волнения. Разве что… какое-то розоватое пятнышко… Или нет? Показалось? Неважно. За исключением намёка на магический дар, терявшегося на этой картине, Эйнор не увидел ничего. «Её аура слишком пуста!» — Присаживайтесь, — невозмутимо сказал он, решив прервать молчание. Указав рукой на одно из пары кресел перед столом и не проявляя ни капли удивления, которое на самом деле испытывал, командир продолжил: — Меня зовут Эйнор. Эйнор Идущий. Вам уже известно кто я? — Да, мне о вас рассказал Дирк, — ответила Лилия, усаживаясь напротив и складывая руки на коленях. — Вы глава городской стражи и уважаемый воин, чьи подвиги известны всему королевству. Задумчивость Эйнора и ожидание девушки снова породили тишину. Ему было над чем подумать, и явно не о подвигах, которые, судя по всему, приукрасил юнец-новобранец. Но прежде чем делать выводы, мужчина решил удостовериться. Он подался вперёд, опёрся локтями о стол и цепким взглядом впился в лицо девушки.
