and when justice will prevail

На пустыре за городом возвышалась огромная трёхкорпусная тюрьма. Главный корпус являл собой каменный кошмар, возникший здесь в начале двадцатого века. По его бокам позднее выросли ещё два. Эти здания огорождались забором с толстенными чугунными прутьями высотой более двадцати футов. Минхо провёл в заточении уже больше шести лет. Существование здесь давно потеряло смысл. Каждый день подъём в шесть утра. Завтрак. Тренировка. Работа. Обед. Бесконечный круг ада. Его сокамерники никогда не разговаривали с ним, ведь он выглядел так, будто дух испустил. Каждый раз когда их выпускали проветриться на огорождённый участок, он смотрел в небо, вдаль, на землю по которой он больше никогда не пройдётся. Он любовался ею как самым красивым что он видел за всю свою никчёмную жизнь. Но одно его спасало в этой чёртовой тюрьме. Он подружился со своим сокамерником. Но вскоре тот тоже умер. Как и многие другие его друзья. Это ещё больше повергло Минхо в тоску и состояние апатии, из которого он, как ему казалось, больше никогда не выберется. Через четыре дня его ждёт смертельная доза морфина. За убийство. Но он не был виновным, его подставили. Он до мельчайших деталей помнил ту историю. В тот, роковой для Минхо, день зимы он торопливо бежал после работы домой и, не заметив прохожего, врезался ему в плечо. Это был не простой прохожий. Конечно сейчас Минхо уже понял что это был психически неуравновешенный человек, но тогда до него это не дошло. Он был уставшим и ужасно злым после работы, как всегда. Незнакомец долго пристально смотрел на него своими прозрачными глазами, что казалось можно увидеть что находится у него за спиной через его глазные яблоки. Настолько они были неживыми. Бесчеловечными. На нервы Минхо уже начинала действовать данная ситуация и он, что-то недовольно пробормотав себе под нос, развернулся и быстро зашагал куда подальше от этого ненормального. И тут почувствовал чью-то ледяную руку на своём левом плече. Он знал чья это рука, но холодок по спине всё равно пробежал. Он развернулся с застывшим в гримасе страха и раздражения лицом и бросил вопросительный взгляд на прохожего. Тот с такими же стеклянными глазами продолжал пялить на Минхо. А потом ударил его в висок. От таких действий у него затрещала голова и всё в глазах стало разноцветным, а потом погасло. Очнулся он в какой-то подворотне, а рядом лежал труп. На вид совсем свежий, из него ещё текла кровь, и шёл пар. Он не успел опомниться как услышал пронзительный вой сирены и копы уже подхватили его под локти и заковали в наручники. Минхо пытался доказать что-то, но полиция в их штате работала ужасно, они вовсе не хотели его слушать, просто называли убийцей. После этого вся его жизнь слилась в одно серое полотно. А потом он оказался в этой темнице. Он узнал о своём смертельном приговоре ещё много лет назад, и уже успел смириться. Минхо просто пытался наслаждаться своей жалкой жизнью, хотя это даже жизнью назвать было сложно. Если бы не один напористый адвокатишка, он бы отошёл в мир иной ещё два года назад. И вот он снова сидит по одну сторону бронестекла в разговорной камере, и видит за ним своего товарища-адвоката. - Здравствуй, Минхо. - Добрый день, Хан. Минхо понурив взгляд, смотрит вниз, в бездну и спрашивает: - Зачем ты пришёл? Хватит тратить на меня время и силы, всё уже предрешено, приговор вынесен. К тому же я смирился с собственной кончиной. - Послушай, вчера я подал апелляцию, я покопался в твоём личном деле, в документах тех людей, и нашёл неопровержимые доказательства твоей невиновности. Я не могу оставить такую несправедливость не разрешённой, понимаешь? Ты ведь ни в чём не виноват. - Я знаю что я невиновен, но попробуй доказать это суду. А твоя апелляция будет отклонена, и завтра я умру. Конец. - Да не может же быть так, что тебя подставили и остались невиновными! Я уверен, мою апелляцию возьмут на рассмотрение и ещё отсрочат приговор. - Опять ждать? Да какая разница? Что тебе даст этот месяц? Я уже ни на что не надеюсь. - Ладно, я сам всё сделаю. Я вытащу тебя отсюда, слышишь? У них кончилось время, и охранник уводил Минхо обратно в камеру, пока Хан кричал что-то. Неприятный осадок остался у обоих. Хан бежит к себе домой, продолжать собирать информацию об этом преступлении. Всю ночь он не спал, рылся в архивах и ждал пока ему придёт ответ на апелляцию. Адвокат ничего не нашёл. Ему оставалось надеяться только на суд, который в настоящее время рассматривает все его обращения. На часах шесть утра. Голова Джисона ещё не касалась подушки, но он не чувствовал усталости. В его голове вертелась единственная мысль: Спасти Минхо. Он был одержим. Во что бы то ему не стало, Хан был готов пожертвовать всем ради справедливости. Ради Ли Минхо. Адвокат снова садится в машину, закидывает на заднее сиденье все нужные бумаги, и тут его взгляд цепляется за зеркало заднего вида в котором он видит собственные пустые от безысходности но горящие от надежды глаза. Под ними тёмные круги, которые не сползают с его лица уже второй год. Хан выпутался из мыслей и вернулся в своё тело. Провернул ключ один раз и двигатель старенькой машины заурчал. Потом взревел, и машина немного затряслась. Джисон сжимал водительский руль, чувствуя вибрацию машины. Он посмотрел в боковые зеркала и наконец выехал. Всю дорогу он думал только о его подопечном. Адвокат остановил машину на парковке, захватил бумаги с заднего сиденья, закрыл машину и, спотыкаясь, помчался к главному входу в тюрьму. Там ему даже не приходилось показывать документы, так как бывал он здесь часто. Он стрелой метнулся к корпусу, в котором души заключённых наконец обретают покой. Адвокат бежал по тёмным коридорам холодной тюрьмы в страхе опоздать. Он переживал не зря. Джисон со всей скорости впечатался в стеклянную дверь, и та со скрипом откинулась в сторону и ударилась о стену. Это действие привлекло внимание всех присутствующих. Кроме Минхо. Он уже лежал на кушетке, прикованный к ней стальными цепями, и из его предплечья торчал катетер. Хан проследил глазами за прозрачной тонкой трубкой и наткнулся на капельницу с инфузионным мешком в ней. В мешке похоже был морфин. Хан понял что шанс ещё есть, так как пакет с морфином был ещё не опустошён. Он начал истерически кричать и просить чтобы катетер вынули из руки Хо, затем понял что это бессмысленно и просто швырнул папку документов на стол и выдернул иглу из руки Минхо. Очнулся Минхо уже на холодной больничной койке. На его руке в месте прокола иглой осталась незначительная рана и синяк. Синяки были вообще по всему телу. Слева от его кровати стояла маленькая тумба, на ней пакет с неким продовольствием. Он сидел на краю койки и не понимал, жив он или умер. Из последних его воспоминаний: Он лежал на кушетке в медицинском корпусе тюрьмы и ему вводили иглу в руку. А потом всё растворилось вместе с его рассудком. Тут его накрыла резкая и сильная паническая атака. Он стал долбиться кулаками в хлипенькую деревянную дверь, она скрипела, будто плача. Затем Минхо охватил страх от непонимания почему он здесь. Он сел на кровать, поджал колени и начал лихорадочно качаться из стороны в сторону обхватив ноги руками. Тут уже успела подбежать медсестра и почти насильно запихала ему в рот несколько таблеток успокоительного. Он успокоился, а потом снова уснул. Его разбудил адвокат. Минхо вскочил на ноги и страшно вытаращив глаза спросил что он тут делает, и зачем Джисон пришёл сюда. - Все вопросы с судом решены, - адвокат положил ладонь на руку Минхо, - ты свободен. - Что? - Я доказал твою невиновность. Эти слова для Минхо были чем-то немыслимым. Джисон произносил их так, будто они находятся не в реальном мире, а за его рамками. Его окутала пелена непонимания, он не верил в происходящее. Он был уверен что здесь кроется подвох.