Мёртвый ворон

Последний сон был особенно хорош. Он чувствовал некое тепло и пьянеющий запах дорогого жасмина. Именно так пах Кевин. Потом в запах начал просачиваться одеколон, которым жутко как был пропитан Жан. А на самый конец всей этой смешанной запаховой франшизы начал появляться запах дорогого табака. Сразу видно — Ичиро. Рико никогда не признается, как сильно он обожал запах одеколона с жасмином. Так что, находясь в своем сне, он вдыхал его настолько сильно, что легкие начинали трещать внутри. Проснулся он из-за тошноты. Ужасной, сильной тошноты. Первая фаза ломки. Руки ужасно потели, а со лба стекало уже несколько капель пота. Он готов разрыдаться на месте, но не может, кто-то засовывает в его рот пальцы и заставляет что-то проглотить. По ощущениям таблетка, а на деле хрен его знает что. Потихоньку зрение проясняется, а бешеный пульс снижается до нормы. Его глаза наконец-то смогли разглядеть фигуру перед ним. Эндрю Миньярд собственной персоной засовывал свои пальцы ему в рот, чтобы тот проглотил таблетку. В его голове всплывает только один вопрос: нахуя Миньярду всё это делать? Рико изговнял ему жизнь по полной. Сначала убил сокомандника, потом устроил райские пятизвездочные каникулы с Прустом в Истхейвене, а напоследок чуть ли не убил Нила. Ну не букет же, да? И теперь Рико с громко колотящимся сердцем и слабой пьянеющей дымкой в ноздрях ощущает запах Кевина Дэя. — Откуда ты знаешь, что я пью? — хрипло говорит Рико и только сейчас понимает, как сильно обсохло его горло. Попробовав сглотнуть, горло поцарапалось, создавая дискомфорт. Пиканье аппаратов жутко выводило, но он держался, как мог. Запах жасмина его успокаивал. — Было нетрудно догадаться, — сухо отвечает Эндрю. Лицо каменное, ничего не изображало, даже той самой власти над беспомощным Рико. — Я теперь, типа, твоя нянька, — парирует Эндрю, усаживаясь на подоконник и закуривая сигарету из новой пачки. Ему плевать, запрещено здесь курить, можно, сейчас он хочет это сделать, а выходить куда-то вниз, а потом снова подниматься ему не хочется. — Мне не нужна нянька, - комментирует ворон. Ему удается немного приподняться, но голова тут же загудела, оповещая организм что его сейчас накроет. Рико не хотел, чтобы Миньярд этого видел. Он и так слишком много всего натворил. — Если бы была не нужна, меня здесь не было. — Эндрю оценивающе осматривает лицо больного, и что-то в его застывшем мозгу щелкнуло, кажется, он догадался, что происходит. О, это чувство ему хорошо знакомо. Чувство, когда твой мозг разъедает головной болью при употреблении, а потом наступает жесткая эйфория, которая делала облака мягкими, а обычное санье бомжа - радужным. — Ваймак попросил меня присмотреть за тобой. Будешь хорошим мальчиком, и я дам тебе еще одну таблеточку. — Да пошел ты! На хуй мне не сдалась твоя помощь! — Миньярд только фыркнул такому повороту событий. Кажется, таблеточки Рико начали заметно действовать. Ну и отлично. Он захлопывает окно, чтобы не простудить парня, но Эндрю бы соврал, если сказал, что волнуется за этого чертового ворона. — Убирайся! Прежде чем Рико кинул еще несколько угроз в сторону Миньярда, тот довольно спокойно, но железной хваткой стиснул челюсть младшего. Хрип Рико пронесся по всей палате, обжигая лицо блондина. — Слушай внимательно, потому что второй раз я повторять не буду, — шипит Эндрю. Рико замер, боясь даже дышать, зато Эндрю посчитал это как подчинение. — Мне плевать на тебя, твою никчемную жизнь, твои раны и твою фамилию. Мне срать на всё, что связано с тобой, но пока я нахожусь рядом — ты должен сидеть молча и ждать, понял? Ждать, пока я решу все твои вопросы. Насрать мне, сдохнешь ты от этой наркоты или нет, но я больше ни при каких обстоятельствах не хочу видеть Кевина бухого в хлам около моих ног, молящего тебя спасти, — тихо, но свирепо комментирует Эндрю, чтобы Рико понял каждое слово. Парень сглатывает, и что-то внутри, за мясом, мышцами и костями, щелкнуло. — Мой дорогой Рико, я лично позабочусь о тебе, если хотя бы один из монстров пострадает, ты меня понял? — Получив сдержанный кивок, он похлопал в ладоши. — Превосходно, через два часа к тебе приедет Ваймак с Кевином. — Рико похлопал ресницами, пытаясь переварить то, что сказал Миньярд. Он ожидал, что мелочь выйдет из палаты, но тот ненадолго задержался. — Не облажайся, Кевин верит в божье чудо, так что не спускай его с небес. Постарайся открыть ему врата в рай. — На этих словах дверь хлопнула, оставляя Рико тонуть в своих мыслях.

***

Ему снится поле. Он лежит в цветах, а вокруг летают пчелы. Вот только запах жасмина начинает усиливаться. Хочется тонуть в нем, вдыхать и тонуть. От такого напора Рико чуть ли не мурчал, как это делают коты, когда получают массовое наслаждение. В этот раз он проснулся из-за холода. Он не хотел вырываться из приятного сна, хочет подольше полежать в цветах. Глаза он открывает с протяжным стоном, но каково было его удивление, когда он открыл глаза и запах окутал его с ног до головы. Парень как будто задыхается, но легкие прекрасно выполняют свою функцию. Зрение подводит. Вместо старого старика, который следит за его состоянием, перед ним стоит сам Кевин Дэй. На губах играет мягкая улыбка от такой реалистичной галлюцинации. Он хочет что-то съязвить, по типу: неужели таблетки создают знаменитостей? Но, кажется, действие таблеток закончилось уже как двадцать минут назад, если, конечно, верить настенным часам. Галлюцинация нервно улыбается. Рико нравится за ней наблюдать, но каково было его удивление, когда оказалось, что оно еще и говорить умеет. Вот номер! Каждый бы пациент в психологической больнице позавидовал такой удаче. Рико приподнимается, чтобы оценить свое состояние тела, но не успевает он и предстать, как та самая галлюцинация укладывает его обратно в кровать, словно маленького ребенка, который на отрез не хочет спать. — Как ты? — произносит Кевин. Рико дико улыбается, будто перед ним не Кевин, а сам бог, но вот только ответа он не произносит. Его рука тянется к нему, мол, потрогать, настоящий? живой? Кевин не против, ему самому интересно. — Как живой, — комментирует парень, но руку не убирает. Он тонет в запахе жасмина, и он соврет, если скажет, что ему не в кайф. Все бы ничего, если бы Кевин не заметил, как слабеет хватка, а вместе с ней и сам Рико. Что-то в его глазах стеклянное, как будто он где-то не здесь, где-то там, далеко-далеко. — Я устал, — говорит Морияма. Он пытается уцепиться за джерси Кевина сильнее, но рука то и дело соскакивает. Это бесит. — Дурацкий Кевин Дэй. Даже галлюцинацией нормальной не можешь быть, мммм. Что сейчас услышал Кевин? Галлюцинацией? Кажется, только сейчас до него начало доходить, о чем все это время думает парень. Рико прикрывает глаза, надеясь, что, когда откроет, глупая галлюцинация уйдет. — Ты считаешь меня галлюцинацией. — Это был скорее не вопрос, а утверждение. Рико хлопает пышными ресницами, возвращая себе зрение. — Почему? — шепчет Кевин, как комната заполняется смехом. Ворон никогда так сильно не смеялся. Даже когда тренер всовывал ему три таблетки лекарства, его так не накрывало. Сейчас все иначе. — Ты спрашиваешь, почему? — смех немного стихает. — Да потому что я ебаный псих! Я сломал тебе руку, потому что моя жадность начала давить на мозг. Издевался над Жаном... Я ведь... Блять, я был уверен, что он покончит с собой! Ты не представляешь, какого было видеть трезвым мозгом его запястья! А еще в аптечке все время пропадали таблетки от кашля. — Теперь ему точно было не до смеха. Он замолкает, пока он не продолжает. — Натаниэль! Я даже его успел сломить... Я издевался над ним, как только мог... Я был уверен, что тот сбежит, но этого не произошло. Миньярд тоже пострадал по моей вине! И Гордон, ваш шестой номер... Ты никогда бы не подошел ко мне просто так. Ты слишком труслив, Кевин, — а напоследок он сказал. — Ты галлюцинация. Второй номер молчит, и Рико наконец-то снова улыбается. Кажется, он одержал победу в своем рассуждении. Как только он захотел прикрыть глаза, как его перебил голос парня. Слишком приятно его слушать... — Жан и Нил здесь... — медленно говорит Дэй, поворачивая свою голову в сторону окна, где находились его друзья. — Они хотят поговорить с тобой. — И, пока Рико не успел сказать протест, Кевин добавил: — С настоящим. — Что-то в подсознание ворона болезненно кольнуло. Ему хотелось сказать что-то язвительное, но горло загорелось. Возмущенным фырком он оглушил палату. Кевин покинул палату, но приятный запах жасмина остался. Рико приуныл. Он больше не хочет спать, и сидеть на месте он не желает. Дверь в палату снова открывается, и теперь в нее входят двое бывших участников свиты — Жан и Нил. Ворон пытается притвориться спящим, дабы избежать жалостливого взгляда Жана, но его французский акцент заставляет Рико вздрогнуть. По комнате проходит холод, который также вместе звучит с голосом Жана. — Не притворяйся. — Он не звучит настолько жалостливо, сколько это представлял Рико. Даже скорее наоборот — холодно и без сожалений. Нил почему-то молчал. Даже воздержался от коротких язвительных фразочек. Хотя Рико это не волновало. Сейчас ему хотелось бы тишины и поскорее остаться одному в приятном запахе жасмина. — Это должно было случиться. Лекарство не делает твою игру сильнее. Ты проиграл чисто из-за своей слабости. Сердце Жана билось в три раза быстрее. Он знал, на что способен Рико. Он боялся его больше жизни. Но также он понимал, какой он, когда чист. Серые глаза смотрят точно в черные. Он готовится, когда Морияма скажет какую-то угрозу или что-то типа этого, но слабый кивок он уж точно не ожидал. — Я знаю. Я должен быть готов к тому, что Кевин реабилитируется и натренирует «Лисов» как следует. — Слова дались с горечью. Будто раскаленная кочерга проехалась по глотке. Он ненавидит, когда кто-то прав, а особенно ненавидит это признавать. Надув губы, он повернул голову к окну, из которого просачивались яркие лучи солнца. — Ты в курсе, что Ваймак заключил сделку с Ичиро из-за тебя? — неожиданно заговорил Нил. Его голубые глаза не были пропитаны сожалением, даже скорее злостью. — Теперь его убьют, если ты не вступишь в команду, а ты вступишь, и я лично посмотрю, как ты будешь подписывать контракт. И еще, так, на заметку. Все не будут плясать перед тобой и жалеть, как маленького бедного ребенка. Не жди, что с тобой вообще начнут разговаривать. — Нил вышел из палаты, не успев услышать ответ ворона. Ему было плевать, что он скажет, за него уже все давно решили. Кевин встретил его дерганным взглядом, но тот его благополучно проигнорировал. Сейчас ему надо выкурить сигарету. Жан остался в палате. Его губы немного вздрогнули, но тут же спокойно сказали: — Не наделай глупостей. Это твой последний шанс.

***

Он смог встать через четыре дня. Спина болезненно хрустела, но Рико это даже доставляло удовольствие. В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалился Эндрю. Его глаза говорили, что ему скучно. Хотя, если не смотреть в них, то и так понятно. Рико нагло протянул руку, уже зная, зачем пришел парень, но тот лишь уселся в кресло и сложил руки на груди. — Ваймак запретил мне использовать свои методы, поэтому будем менять стратегию. — Эндрю перевел взгляд на ворона, и если бы в нем было хоть капля чувств, он бы рассмеялся. Лишь хныканье одарило комнату. Рико подошел поближе и снова протянул руку для таблетки, но Миньярд лишь отшлепал ладонь. — Ну же, дай мне эти чертовы таблетки. — Он казался быть злее, но выходило, как у маленького ребенка. Эндрю его проигнорировал. Из сумки он достал книжку и, игнорируя собеседника, начал читать. Рико захотелось ударить его, скрутить руки, но желание не было таким сильным, как на наркотиках, так что он проглотил эту мысль. «Миньярд...» — прошипел Рико, все еще ожидая порции. — Прижми свою задницу к кровати и сиди. Попробуй просидеть шесть часов без таблеток. Если сможет, дам половинку таблетки, — скучающим голосом сказал Эндрю. Было видно, как на лбу у Рико чуть ли не появились венки от злости. Его позабавило это. Он оторвал свои глаза от книги и устремился точно в вороньи глазки. Они вели трехминутную борьбу, пока Рико все же не оторвал взгляд и со стоном упал на кровать. Он ненавидит Миньярда. Он не знал, как будет справляться без этих гребаных таблеток, так что не представлял, что сделает с Эндрю в приступе ломки. Хотя он знал, что у Миньярда есть ножи. Если надо будет, он перережет ему глотку, и дело с концом. Примерно через десять минут его разум начнет сходить с ума, пятнадцать — его тело начнет замерзать, двадцать — конечности начнут трястись, тридцать — он начнет бредить. Всё это уже было, проходили. На двадцать второй минуте он заговорил. «Миньярд... Эндрю... дай мне ее, боже. Это так странно. Голова плавится», — бурчит себе под нос Рико. Эндрю это веселит. Он так мечтал увидеть Рико на своем месте, и вот, получите, распишитесь! — Веселье только начинается, — коротко говорит парень.

***

Кажется, из глаз текли слезы, или это просто пот уже начал заливаться в глаза. Он не знает, сколько прошло времени, но на улице уже начало темнеть. Голова гудела, он не различал, где реальность, а где иллюзии. Он успел исцарапать себе руки своими неровными ногтями, так что красные полосы оставались у всех на виду. Его несколько раз стошнило, благо Эндрю держал его голову над ведром. Хоть какая-то польза от этого придурка, пытался думать Рико. Врачи еще не знали, что происходит в палате. Обычно они должны были зайти в семь ровно, оставался еще час... Наверное, поэтому Эндрю выбрал шесть часов. Будь его воля, он бы запер его в этой палате на несколько дней, не давая даже еды. Сейчас он более-менее успокоился. Просто лежит и тяжело дышит. Пальцы подрагивают, а крупный пот бежит на мокрое пятно подушки. В горле пересохло, он хочет пить. — Налей воды... Горло... — больше он ничего не сказал. Он четко видел, как, не отрываясь от книжки, Эндрю шел в ванную комнату. Слышал шум воды, а потом тишину. Он поил его, как маленького котенка. Не дай бог еще утонет в этом стакане. Когда жажда утолилась, он попробовал спать. У него получилось. Проснулся он из-за судороги в колене. Он проспал лишь десять минут, а такое ощущение, будто и все десять часов. Эндрю сидел все так же, читая книгу и ни капли не обращая на глупого ворона. Когда там должны были прийти врачи? Резко Эндрю поднялся с кресла. Отложив книжку, он глянул на часы — почти. — Шесть часов пройдены, хороший пес, — говорит Эндрю и тут же сует Рико в приоткрывшийся рот таблетку. Как они и договаривались — половинка. Тело тут же начало расслабляться. Эйфория снова накатывала на него. Он должен сейчас быть дико зол и агрессивен, но у него совершенно не осталось сил на мелкие перепалки. Он тут же заснул, не дождавшись врача. На следующий день он проснулся из-за собственной дрожи. Тело всё чесалось, хотелось содрать её вместе с мясом. На кресле снова сидел Миньярд, читающий уже другую книгу. На часах 7:30, довольно рано. Вчера вроде у Эндрю не было очков? Или он не был таким внимательным... Он не стал ничего говорить, лишь перевернулся и закутался поглубже в одеялку. Этот Миньярд не стал игнорировать. Взглянув на него каким-то другим взглядом, он ухмыльнулся. — Что, херово? — Рико решил не отвечать на мелкую дразнилку блондина. — С тобой сегодня буду я, придурок. — А что, вчера был не он? Рико выпучил глаза. Присмотревшись к книге, он заметил учебник по любимой анатомии. Рядом набитая сумка с конспектами. Аарон Миньярд? — Второй Миньярд? — это даже не звучало как вопрос, но Аарон все равно утвердительно покачал головой. Он был более эмоционален, сразу заметно. — Где твой ублюдок-брат? — Миньярд посмотрел на него то ли агрессивно, то ли непонимающе. — Он отсыпается, — он снова начинает читать текст учебника, но тут же отрывается и смотрит на часы. — Ты спас меня от утренней тренировки, — он коротко зевнул и снова поднял ореховые глаза. — Эндрю рассказал, что с тобой делать. Сейчас семь, продержишься до шести вечера?— До скольки? Он вчера еле пережил шесть часов, а тут десять с половиной часов! Рико хнычет, но кивает. Он не хочет как-то спорить, он слишком устал от всего этого...