Собеседник

— Говорят, они живые. Так сразу и не понять о чём собеседник болтает, но стоит лишь проследить за его взглядом, так сразу всё становится ясно — тени и нет не те, которые принадлежат нам. Но в любом случае, их давно уже не зовёт прямо, не зовёт нами же, людьми, данными когда-то именами. … потому что от тех, кто звал совсем ничего не осталось, во всех смыслах — на смену пришли они, другие. С теми же именами, что и исчезнувшие, с теми же полууродливыми свитерами и драными джинсами… только лучше, сильнее и… злее. Мы избегаем говорить о них и не только потому что они всегда где-то поблизости и слышат всё, но и потому что никогда больше не знаем, пытается ли собеседник разговорить нас так, чтобы мы допустили ошибку, сказали больше, чем надо, или же всё-таки нет. Вот только… тварь передо мной допустила промах: я видел, как умер мой друг, но главное теперь — не сказать, ни единым словом об этом не обмолвиться, потому что учатся они быстро. Какой-то неосторожный дурак уже научил их «считывать» воспоминания тех, кого они заменяют… такими темпами у человечества вообще не останется шансов. Едва ли и я выберусь, но буду молчать. Кто знает, может, это спасёт кому-нибудь жизнь.