Его любовь : Из пепла

16 сентября, 9:38, 1985 год.       Анжелика прекрасно запомнила дорогу к дому. Сначала идëшь к магазину, потом через переулок и дом, вроде бы ничего сложного.       Увидев из-за деревьев крышу полуразрушенного дома, её сердце ëкнуло от страха и воспоминаний, произошедших вчера. Она встала за углом барака, стараясь настроиться, чтобы было легче, но сердце никак не хотело успокоиться, оно стучало очень быстро, грозясь вырваться наружу.       Спустя мгновение ей стало лучше, и девушка направилась внутрь, пытаясь изобразить уверенность.       Открыв деревянную дверь, она прошла вглубь дома, замечая всë те же стены, только в дневном свете. Сравнив дом вечером и утром, то было заметно, что ночью он выглядит более зловещим и неизведанным, нежели чем утром.       В зале она не увидела никого, хотя кто здесь может быть, кроме него.       Внимательно осмотрев обшарпанные стены, она представила как он здесь жил всë это время? Из окон очень сильно дуло, пол был очень хлипким, что даже она боялась по нему ступать, хотя её масса не была велика.       Пройдя чуть дальше, она встала в дверном проёме, который вёл в спальню. Там она увидела его, стоящего у окна, упирающегося руками в подоконник, и что-то рассматривая за ним. — Зачастила ты, однако, — раздался голос Журова. Девушка прошла в комнату, становясь в углу, чтобы его лицо хоть немного было видно ей. — Я хотела поговорить, — отозвалась Анжелика, совсем негромко произнося слова. — Вчера ты об этом не думала, — произнёс он, поворачивая голову в пол оборота, — теперь что нужно? Она не понимала, почему сегодня у него такое безразличие? Вчера он был готов насильно оставить её в этом доме, а сегодня ему всë равно. — Мы вчера не закончили, я хотела сегодня поговорить с тобой. — Я знаю, что ты хочешь узнать, но ты слишком поздно одумалась, я предлагал тебе вчера, но ты просто плюнула на всë, — с каждой фразой он повышал тон, но не кричал, но этого было достаточно, чтобы в душе девушки возросла тревога. — Вчера ты был сам не свой, — выдала она, смотря на него в упор, но как только он полностью развернулся к ней, то опустила взгляд. Он подошёл к ней, смотря немигающим взглядом. Засунув руку в карман, он достал небольшую пачку и вынув белую полоску, засунул в рот. — Давно ты куришь? — спросила Анжелика, не веря глазам, прежде она никогда не видела, чтобы Журов курил. Никогда этого не было. — Достаточно, — ответил он, поджигая спичкой сигарету, а после выпуская белый дым. — Прежде никогда не видела тебя с сигаретами. — Много чего ещё не видела, — сжимая зубами сигарету, он направился в зал. Девушке ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. Ей было совсем непривычно видеть его без униформы, она стала его частью, которую, казалось, не оторвать от него, а теперь же он носит обычную одежду, совсем не выделяющуюся из толпы.       Журов сел за за стол, придвигая к себе пепельницу, и скидывая пепел уже наполовину истлевшей сигареты. Девушка села напротив него, складывая руки. — Как ты жил здесь? — решила спросить его Анжелика, пока он был в нормальном расположении духа. — Не так плохо, как кажется, — ответил он, смотря в одну точку, совершенно не мигая. — У тебя больной вид, ты бледен, и глаза стали уставшими. Как я поняла, теперь ты не работаешь, но где ты берёшь деньги для проживания? — Перебиваюсь как могу, в частности коллеги помогают, дают определённую часть денег. Я делю их напополам и вторую часть присылаю матери. Мама. Анжелика совсем забыла о его матери, которую он любил и уважал, но которая очень сильно её пугала. — А она всë там же живëт? Журов кивнул, но глаза наполнились едва заметной грустью. — Несмотря на то, что прошёл год, она даже не заметила, что меня нет. Я просто исчез для неё. Она видит, что приходят деньги от неизвестного и тому рада. А где я и что со мной, её не волнует. Девушка переводила взгляд то на него, то на окурок, который затушил. Анжелика знала, что его мать совсем ничего не соображает. Но чтобы до такой степени, что сына нет уже год, а она не интересуется о том, где он. — Когда тебя «убили», то я испугалась. И за тебя и за себя. Ведь соседи вызвали милицию, из-за того, что услышали крики и выстрел. Как сейчас помню, тебя забрала скорая, но я поняла, что ты умер, так как от такого невозможно выжить. — А что было с тобой после всего этого? Девушка снова опустила взгляд, но затем уверенно посмотрела в его утомлённые глаза. — Когда родители узнали, то чуть ли не поседели. Я им доказывала, что ничего ты со мной не делал, — тут её голос дрогнул, разум понимал всю суть происходящего. Она была ещё ребёнком, которого втянули в это всë, в весь ужас, — но потом мне пришлось рассказать всë, как было. Мама места найти не могла, да и папа тоже. Она настояла на том, чтобы я обратилась к врачу, иначе я бы просто сошла с ума. Год я жила, думая, что ты умер, но как только я тебя увидела вчера, то не могла поверить, думая, что мне мерещится, потому что это не могло быть правдой. Неужели до тебя не доходит, что всë, что ты делал, это было аморально и извращëнно? — Не я, а мы, — складывая руки на груди сказал Журов. — Что значит мы? — недоумëнно спросила девушка. — Ты же хотела этого, разве нет? — Ты просто давил на меня, мне не оставалось ничего, кроме как слушать тебя, и выполнять твои приказы — Нет, — протяжно сказал он, — я чувствовал тебя, твоё тело, оно жаждало моего так же, как и я твоего. — Перестань, пожалуйста, — зажмурившись произнесла Анжелика. — Тебе не хочется слышать правду, а я скажу, что это так, — поднявшись со стула сказал Журов. — А я хочу сказать, что ты не долго проживёшь, если будешь сидеть в этом доме так же, как и сейчас, — Девушка решила перевести тему, дабы не слышать снова всех подробностей прошлого. — Мне нечего терять, — угрюмо ответил мужчина. *Я бы на твоём месте подумала на этот счёт*       Поднявшись из-за стола, он снова направился в комнату, девушка оценила это как знак, что разговор окончен. Она решила не задерживаться здесь, и напоследок окинув помещение взглядом, покинула его, подумав: «Хорошо поговорили» разумеется, не без сарказма.       Журов же прокручивал в голове слова, сказанные ей. После стольких лет она осталась такой же наивной, как и тогда. Хотя манера разговора изменилась. Она стала рассуждать уже как взрослый человек. В окне он увидел подъехавшую машину, припарковавшуюся возле дома. Из машины вышел человек, державший в руках чёрный пакет, человек направлялся к дому.