Liam

*** Вечереет. По трассе в сторону города едит дорогая посольская иномарка.На заднем сидении которой мальчик с коричневыми волосами. В руках он сжимал головоломку. Квадратики с цифрами летали на голубой пластиковой дощечке звонко щёлкая под его пальцами. Он остановился. Лицо мальчика просунулось между передними сидениями. Локтями он опёрся на бардачок. И восторженно воскликнул. Daid ! Máthair ! Женщина средних лет обернулась смотря на него испепеляющим взглядом. Следом за ней отвлекаясь от дороги обернулся и мужчина. Пожирая меня своим злобным взглядом.Мужской баритон воскликнул. William cén fáth t ! .... Его прервал пронзительный шум от которого захотелось со всей силы закрыть уши. Яркая вспышка в глазах начали мелькать сотни таких цветных вспышек бесконечно кружась. И наконец он , крик. Протяжный сиплый что раздирал горло. Раскалывая душу на части... Все померкло. В ушах стояла звенящая тишина. *** Я резко поднялся на кровати и только сейчас он стал вглядываться в очертания комнаты где находился. Белоснежные стены. Старые деревянные окна прямо за его кроватью. "На их подоконник можно будет залезть... " — Отчего то подумал я свесив ноги с кровати. Глаза жутко чесались. Я потянул, на удивление, тяжелые руки к лицу и резко их одернул обратно. Мои руки были замотаны бинтами. Окровавленные повязки доходили до самых локтей. Я опустил руки. И просто сидел. Смотря вверх, где был подоконник. За ним виднелся кусочек окна, из которого было видно, как летают чайки. Я замер с открытым ртом, не в силах отвести взгляда от окна. Я впервые видел чайек вживую, а не на страницах энциклопедии. *** Сзади кто-то постучал о дверную коробку. Я резко обернулся. Каштановые волосы дыбом стояли на моей голове. Звонкий голос принадлежавший рыжеволосому дедушке как и в прошлый раз воскликнул : "Привет! " Я уставился на него. На что он только рассмеялся. Воскликнув. —Утречко маленький! Я молча наблюдал за тем как смеялся дедушка. Когда тот более менее успокоился. Мой голос неуверенно сказал. Sean... Он запнулся тут же исправившись. Salve ? Дедушка ударяет себя ладонью по лицу, бормоча себе под нос: "Совсем забыл, что ты у нас на языке Гиппократа говоришь.". Пожилой мужчина медленно подошёл ко мне и присел рядом на кровать, смотря прямо в глаза. Он мягко и задумчиво говорит: — "Hi parum one... " Теперь настала моя очередь смотреть на него недоуменный взглядом. Дедушка, которого я решил про себя назвать просто Рыжиком, нахмурился, прошептав: —" Non placet. " Я вздрогнул. Рыжик улыбнулся, мягко взяв меня за руки. Он прошептал: —"Quin tu es? ", Я молчал. Не желая отвечать. Мои глаза уныло следили за тем, как руки Рыжика разматывают окровавленные бинты. Когда Рыжик закончил копаться с бинтами, я увидел, на моих руках новые. Поднявшись, он направился к двери, как вдруг замер на полпути, резко обернувшисьРыжик хлопнул себя по лицу и мягко спросил то, что должен был спросить ещё давно: —Quid est tibi nomen, parum one? Я замер. Моргнув несколько раз. —Liam. Мой голос дрогнул и я чуть медленнее добавил.—Michi nomen est Liam Рыжик улыбнулся. Он застыл в дверном проёме. Ветер всколыхнул его шевелюру. Он сказал : —Veniam hora. Рыжик ушел, оставив меня в окружении белых стен комнаты. Наедине с оглушающей тишиной. Я глубоко вздохнул и бухнулся обратно на кровать. Я уставился в потолок. Казалось, что после ухода Рыжика прошла целая вечность. Глаза слипались от непонятно откуда взявшейся усталости. Внезапно я услышал тот самый крик. Я тут же распахнул глаза и спрыгнул с кровати. Упав на что-то мягкое. Вернее на кого-то. На Рыжика. Он вздрогнул. В глазах застыли слезы. Я прижимался к халату Рыжика так, словно от этого зависила его жизнь. Теплая ладонь дедули опустилась на мою спину, мягко поглаживая. Он только время от времени бормотал: Он только время от времени бормотал. Silentium, silentium, parum one,mitescere. Плечи мальчика перестали дрожать. Я шмыгнул носом. Чуть отстраняясь от Рыжика. Рыжик встал и тоже отступил назад. Он присел на корточки, чтобы быть со мной одного роста. И тихо спросил. : —Quomodo sentis? Я чуть виновато опустил взгляд. Делая вид что внезапно заинтересовался обувью. —Bene. Пробормотал мальчик, его мягкий голосок дрогнул. Рыжик чуть нахмурился. —Bene? Hoc est bonum.        Рыжик слабо хлопнул себя ладонью по лицу. —Omnino oblitus sum. —Ultimum nomen tuum non meministi, parum one. Мальчик покачал головой из стороны в сторону. —Quid de parentum numero telephonico? —Parentes... —Quid rogas? —Simul eramus iter dum...С трудом прошептал Я. Сглатывая застрявший а горле ком. Коричневые кудряшки прилипали к лицу. Я всхлипнул. Плечи предательски задрожали. Рыжик подошёл ближе. И мягко взьерошил мою шевелюру. —Шшш... Рыжик не задумываясь сказал.— Visam ubi sint, bene? Я слабо кивнул. Медленно поднимая голову. Волосы застряли во рту. Я поднял руку,и остановился на полпути. Рыжик ухмыльнулся,поправив мои волосы. Он пробормотал. —Non vis manducare? Я кивнул. —Volo.        Рыжик расплылся в теплой улыбке. По доброму пробормотав. —Abeamus ergo. Manus nostras lavent et ad triclinium ite.