Закрытый город

Пятый более или менее пришёл в себя. Послышались шаги и вскоре голос Клауса. — Хэй, Пятый, надеюсь ты в порядке. Кудрявый встал перед кроватью, где, свернувшись калачиком, лежал мальчик. Увидев Клауса, Пятый поднялся на локтях. — Да, тебе бы не помешала ванна и чистая одежда, а то весь в крови. Пойдём, а потом проведу экскурсию по твоему новому дому. Пять не упрямится. Он послушно встаёт и шагает туда, куда ведёт его Клаус. Они вместе зашли в ванную комнату, и Клаус запер дверь. — Раздевайся, а потом залезай в ванну. — Ты будешь здесь? — с опаской спросил Пятый. — Да. Давай скорее, я не люблю ждать. Пятому пришлось послушаться. Он опустился в холодную чугунную посудину, где точно можно утопиться. Клаус настроил воду. Он заботливо смывает кровь с ручек Пятого, а затем и с лица. Бережно смывает с мальчика всю пену, будто это очень дорогая и диковинная игрушка. А дальше так же аккуратно, насухо собирает всю влагу полотенцем. — Можно спросить? — Конечно, — утвердительно ответил Клаус. — Мне сказали, что ты умер. Как это вышло? — Ну, подстроить свою смерть, оказывается, очень легко. Даже полностью сменить личность раз плюнуть. Вот, держи, это твоя новая одежда. Пятый принял вещи. Не очень комфортно стоять в одном лишь полотенце и светить тем, с чем мать родила. — А теперь идём на экскурсию, — Клаус открыл дверь. По очереди парень показывал предметы в помещении. Повёл на кухню и всё показал, рассказал, а дальше, в принципе, никуда не ходил. Дом был с одной общей комнатой, где стоит широкая мягкая кровать, два кресла и диван, перед которым стоит телевизор. Небольшой и всего с двумя каналами, как сказал Клаус. — Эта дверь заперта, так что можешь даже не пытаться. Так, а ещё окна все заколочены, поэтому тут стоят электронные часы, которые ещё дату показывают. Можешь не думать, они способны только показывать цифры. Так, что ещё… О, это кровать, на которой мы будем спать вдвоём. Представляешь, как здорово. Пятый лишь грустно кивнул, услышав эту «радостную» новость. — Ещё у нас есть второй этаж. Это самое гениальное моё изобретение. Сейчас тебе туда нельзя, но ты обязательно узнаешь. Мне нужно будет уезжать в город за продуктами и по делам, а я же не могу ребёнка бросить без присмотра, вдруг покалечишься, поэтому я буду запирать тебя в клетке. Тебе понравится, не волнуйся. Пятый слушал похитителя, и его надежда на спасения исчезает в геометрической прогрессии. — И вот держи твой телефон. Повезло тебе, если есть игры без интернета, потому что связь не ловит от слова совсем. Пятый взял свой мобильник. Сейчас без связи он похож на бессмысленный кирпич. Но ничего, скоро зарядка кончится, и он совсем станет бесполезным. Пятый положил смартфон на кровать и продолжил следить за Клаусом, который расположился на диване. — А теперь иди сюда. Будешь просить прощения, — прозвучал командным тоном Клаус. Пятый подошел. — Прости. Пять говорит это фальшиво. Мальчик не понимает за что извиняется, но Клаус смеётся не из-за его неискренности. — Ты не понял, малыш. На колени предо мной, — Клауса скомандовал последнюю фразу более настойчиво. Парень, скрипя гордостью, опустился перед парнем, но все ровно держался чуть дальше, чем этого хотел Клаус. Похититель резко приблизился и, схватив его за затылок, прорычал очень близко с ухом. — Ты насосёшь прощения за все те подарки, что ты выкинул! За то, что не впускал в гости и за то, что убегал тоже, — закончив говорить, он грубо отпустил мальчика. Пятый не удержался и упал на мягкое место. — Пожалуйста.. Я не хочу. У меня есть парень, — дрожащим голосом прошептал Пятый. — А за измену отдельно будешь извиняться, — Клаус потянул на себя мальчика, а когда увидел его не понимающий взгляд, продолжил. — Может, ты забыл, но мы всё ещё состоим в отношениях. И всё это время ты мне изменял! Клаус говорил спокойно, но последние слова он буквально прорычал, а его глаза загорелись злобой. — Нет, нет, нет. Ну, ты… Но ведь это не так… — Пятый не знает, что ответить, а возразить мучителю боится. — Прости, прости. Я могу повторить столько сколько захочешь, только не делай этого, — Пятый вымаливающее говорит, смотря на Клауса. Клаус лишь безразлично взглянул на напуганного мальчишку и продолжил расстёгивать ширинку. — Уже слишком поздно, малыш. *** Этой ночью, вытирая горячие слезы, пока Клаус обнимает со спины, мальчик несколько раз написал Эйдану. Осталось 6 процентов на телефоне, а смс не доходят, хотя они и не должны этого сделать. Пятый даже несколько раз пытался дозвониться в службу спасения… Результатов нет. От безысходности, он открыл галерею. Пятый просматривает старые фотки с Эйдом. Это было самое лучшее лето, ведь его он проводил с любящем парнем, рядом с которым можно почувствовать себя в безопасности. Это так больно. Фотографии только сильнее режут по сердцу. Пятому почти физически больно осознавать, что он находится рядом с этим человеком. Рядом с Клаусом, которого он боится и презирает. Мальчик бы придушил его во сне, если бы не боялся. Пять снова хочет попробовать позвонить Эйдану. Яркость на экране убавлена на минимум, но Пятый всё ровно старается спрятаться и скрыться, потому что подозревает, что Клаус не спит. И результат всё тот же… Пять не может дозвониться. Но на последние 4 процента он попытается вновь позвонить по кнопке «SOS». И кажется, только что случилось чудо. Из динамиков послышалось заветное: «Это 911, что у вас случилось». Пятый судорожно постарался сделать звук тише, но оператор продолжает говорить. У парня чуть не остановилось сердце, когда он медленно перелазил с кровати. Он заперся в ванной. — Ало-о. Хорошо, я отключаюсь, — послышался оператор, когда Пять прибавил звук. — Нет-нет, умоляю, помогите, — шепчет Пятый. — Что у вас случилось? — Меня похитили, и я не знаю, где я сейчас. А ещё телефон скоро выключится. — Как вас зовут? — Номер Пять Климов, — протараторил мальчик. — Хорошо, Пятый, ты можешь примерно сказать, где ты? — оператор экстренной службы застучал по клавиатуре. — Где-то в лесу. Не знаю, но здесь не ловит связь, — так же шепотом говорит Пятый. И тут по двери сильно забарабанили. Сперва Пятый замер, а потом стал истерично думать, что же делать. — Что ты там делаешь, Пятый?! Открой сейчас же! — Только ничего не говорите, он услышит, — Пятый сказал тихо для спасателя. — Ничего, — а потом для Клауса. И одновременно крикнув, Пять закинул телефон под ванну и только теперь пошёл открывать. — Что это за шум? И что ты там делал? — Я пошёл попить, — неуверенно ответил Пятый. — Так кухня же есть. Ладно, возвращайся в кровать. В этот раз Пятый засыпает, надеясь, что тот парень из экстренной службы все-таки успел его отследить. *** Прошло двое суток с момента, как Пятый смог дозвониться до 911, но никто не пришел. Возможно, телефон быстро выключился, и оператор не успел определить, где находится мальчик. А вдруг его вообще не станут спасать? Пятый старается отметать такие мысли и верить, но остаться навсегда в этом доме рядом с тираном кажется катастрофичным. Пять по-прежнему лежит рядом с Клаусом, зажатым в его объятиях, словно в тиски. Пятый желает поскорее уснуть, чтобы не испытывать вечное отвращение к садисту. Проще говоря, хочет забыться и оказаться дома, рядом с Эйданом, хотя бы на ночь, во снах. — Пятый, почему ты такой грустный? Почему не улыбаешься? — задал вопрос Клаус. Почему грустный?! Он действительно это спрашивает? Пятый впал в легкое замешательство, не представляя, как можно ответить на такое. Действительно, почему же грустный, ведь его всего-то вновь держат в заложниках, второй день подряд насилуют и внушают постоянный страх за жизни. Ничего особенного! Поводов для грусти никаких нет, так ведь считает Клаус?! — Я не грустный, я просто сонный, — выдавил из себя Пять. — Хорошо, тогда спи золотце. Завтра сходим на прогулку, — ответил кудрявый, натянув одеяло мальчику на плечи. *** Утром Пятый был разбужен поцелуями. И не просто обычными касаниями куда-то в лоб или ещё которые Пять может стерпеть. Клаус вовсе снял с него футболку и целовал животик. Пятый вздрогнул, в удивление распахнув глаза. Клаусу очень понравилась такая реакция. — Как хорошо, что ты проснулся. Не хочется, чтоб ты пропустил самое интересное, — оскалившись, парень прильнул к шее. Пятый не пытается сопротивляться. Исходя из опыта двух последних раз, Пять понял, что нужно делать, чтоб Клаусу наскучило. Насильник — садист, поэтому, не увидев попыток сопротивление, страха или слёз, ему становится неинтересно. Пятый понял, что чем активнее он сопротивляется, тем агрессивнее Клаус. Как, например, случилось буквально вчера. Пять не стал бороться и слезно просить не делать такого с ним, даже плакать и показывать хоть частичку боли или страха на лице. И это сработало. Парню быстро наскучило, и Пятого оставшийся вечер не трогали. Сейчас Пять намерен делать тоже самое. Позиция бревна, как говорится. Да, парню больно, ведь Клаус не пытается его пожалеть, резко входя на всю длину члена. Но Пять не собирается произносить хоть единого звук. Кусает внутреннею часть губы до боли, а потом до крови и терпит. Пятый даже не смотрит на Клауса, только в потолок. А когда парень намеренно заглядывает в лицо, он зажмуривается. Клаус остановился. — Почему ты ведешь себе безучастно? Это уже не первый раз, в чем дело, Пять? — Клаус будто искренне не понимает. — Мне не интересно и я не хочу, — сухо ответил мальчик. — А если я начну тебя бить? Пятый не ответил. Сначала Клаус несколько раз ударил рукой в районе бедер, но теперь Пятого поворачивают на живот. Достав ремень из брюк, садист стал наносить сильные увечья по всему телу. Ударил и ждёт реакцию мальчика. Затем снова и снова, а желаемого результата не получил. — Скажешь, когда станет интересно, и я остановлюсь. Клаус продолжил наносить побои. Пятый тяжело, но терпит жгучею боль во всем теле. Невыносимо больно, хотя вытерпеть это необходимо, потому что в случае проигрыша станет только хуже и больнее. Лучше уж такая боль, чем рьяные толчки в нежное тело. И тут Клаус прекратил и откинул ремень куда-то на пол. — Почему ты ломаешь весь кайф?! И мне, и себе, между прочим, — кудрявый со злобой рявкнул на мальчика и слез с кровати. — К вечеру я придумаю что-нибудь, чтобы ты влился в процесс. Одевшись, Клаус ушёл на кухню. И только теперь Пять даёт себе волю бесшумно поплакать, но насильник вскоре вернулся. Парень сказал, что из-за плохого поведения и испорченного настроения Пять остаётся без завтрака и отправляется на второй этаж под замок. Пятый незаметно вытер влагу с щёк и, напялив вещи, направился наверх. Он уже сидел запертым и это намного лучше, чем проводить время с Клаусом.