How You Gonna Lie Like That?

***

— М-м-м, чем это так вкусно пахнет?       Услышав сонный голос позади, девушка мягко улыбнулась и продолжила переворачивать аппетитные панкейки на сковородке. Лёгкая толстовка на молнии медленно сползла с левого плеча, на котором тут же остался отпечаток мягких губ. Следом ещё один, но уже ближе к шее. Чонвон не скрывал своего обожания по отношению к Ёнхи, которая стояла на его кухне такая вся домашняя и нежная и готовила им завтрак. Кажется, это второй раз за несколько месяцев. Именно поэтому парень и наслаждался данным моментом.       Он обвил талию Хан руками, прижимая поближе к себе, и оставил обжигающий поцелуй за ухом, аккуратно покусывая нежную девичью кожу. Ёнхи, которая всё это время старалась сосредоточиться на завтраке, уже не могла спокойно стоять, поскольку Ян сводил с ума, просто находясь рядом. Его прикосновения отдавали жаром, а голова совсем отключалась, уступая желанию. — Чонвон-и, — буквально выдохнула имя парня Хан, когда рука Вона уже по-хозяйски покоилась на животе, забравшись под футболку, — Я вообще-то готовлю нам еду… — Так…и что, я разве тебе мешаю? — девушка почувствовала, как он ухмыльнулся и снова захватил её кожу зубами, потягивая толстовку вместе с футболкой всё ниже.       Ёнхи прикусила губу и, дотронувшись до руки на своём животе, легонько отодвинула ту в сторону. Девушка выключила плиту и, отложив сковороду подальше, развернулась. Тёмные глаза внимательно смотрели на неё, изучая в очередной раз. Одного взгляда Яна было достаточно, чтобы сдаться и позволить ему делать всё, что угодно, но сейчас нельзя. Скоро нужно возвращаться домой, ведь дела не ждут.       Хан, вопреки своим же планам, всё же привстала на носочки и приблизилась к стоящему напротив парню, обвивая его шею руками. Её слегка влажные губы соприкоснулись с немного сухими Чонвона, на что он сразу же ответил. Рука снова обвила талию, собираясь укрепить телесный контакт, а язык так и просился, чтобы его впустили, однако Ёнхи отстранилась намного раньше, обламывая буквально всё. Ян негодующе вздохнул и задумчиво сдвинул брови на переносице. В ответ получил лишь хитрую улыбку. — Я же говорила, что нужно следить за своими губами. Видишь, снова потрескались, — перевела тему девушка и потянулась в карман толстовки, доставая оттуда бальзам. Открыла его и набрала немного на указательный палец. Ян молча наблюдал за ней, а потом почувствовал прикосновение на собственных губах. Хан водила сначала по нижней губе, а потом и по верхней, стараясь, как следует, распределить содержимое миниатюрной баночки, — Так-то лучше.       Девушка убрала средство обратно и отошла в сторону, собираясь поставить тарелку с блинчиками на стол. Чонвон молча проводил её взглядом и опёрся бедром на столешницу. Он не понимал, куда так срочно в воскресенье Хан нужно идти, ведь сегодня заслуженный выходной даже в его компании. Все нормальные люди отдыхают и проводят время с близкими, однако Ян, кажется, в их число ещё не входил, несмотря на то, что они вроде как вместе уже три месяца.       Ёнхи то подпускала к себе, то аккуратно отталкивала, выдерживая некую дистанцию. Она никогда не объясняла, почему именно, когда Вон спрашивал. На всё была лишь широкая улыбка и еле ощутимый поцелуй в губы с коротким «всё хорошо, Чонвон-и».       Однако ему что-то уже не казалось, что всё хорошо. — Ёнхи, — обратился Ян, продолжая в упор смотреть на девушку, которая уже накрыла на стол и собиралась наливать чай. — М? — отреагировала она, но на собеседника не взглянула. Видимо, уж очень была занята, наблюдая за закипающей водой в чайнике. — Почему мы не можем провести выходной вместе? Я до сих пор не понимаю, куда так срочно нужно идти, — Чонвон не врал, и на его лице было написано абсолютно всё негодование, которое накопилось, — Почему то отдаляешься от меня, то сама звонишь, умоляя встретиться? Что происходит? — Вон-и, давай не за завтраком… — Нет, — отрезал парень и подвинул собеседницу к себе, чтобы не сбежала, — Не увиливай от темы, пожалуйста. Я просто хочу знать, что значу для тебя ровно столько же, сколько ты для меня, Ёнхи. Разве многого прошу?       Хан, в отличие от Чонвона, серьёзности обстановки не разделяла. Она положила руки на широкие плечи парня, слегка сжимая их, а потом ослабляя хватку, будто делала массаж. Ей не особо нравились подобные разговоры, ведь они отнимали кучу энергии, а выяснять отношения таким прекрасным утром совсем не хотелось. Нужно было сгладить углы… — Ну, чего ты завёлся, кот? — надула губки Ёнхи, поднимая глаза на напряжённого Яна. Следом запустила свои маленькие ладошки под лёгкую футболку парня, нащупывая тот самый рельеф, который он упорно нарабатывал в зале. Девушка ногтями водила по медовой коже, чувствуя, как та покрывается мурашками. — Что ты делаешь? — удивлённо вскинул брови Вон, но по взгляду было видно, что он не очень-то и против, — Я же пытаюсь серьёзно поговорить… — Прости… — произнесла Хан, задевая тоненькими пальцами край домашних штанов, и улыбнулась, — Может, я как-то могу загладить свою вину..? М, Чонвон-и? — Что…       Хотел было возразить Ян, но заметил, как собеседница начала плавно опускаться вниз, скользя ладошками по его ногам. Парень набрал в рот воздуха и задержал дыхание, продолжая наблюдать за Ёнхи, чьё выражение лица было уже слишком хитрым и загадочным. Когда штаны вообще стали сползать вниз, оголяя явное возбуждение, время остановилось.       Хан дотронулась до упругого члена, проводя рукой сверху вниз по всей длине и вызывая шумный вздох у Вона, в чьих глазах уже горели огоньки, отодвинув всё негодование, которое присутствовало несколько минут назад в самый конец. Он желал её и совсем не скрывал этого, а девушка лишь наслаждалась своим неким моментом власти, ведь настолько пожирающий взгляд Яна ужасно льстил.       Ёнхи машинально облизнулась, не разрывая зрительный контакт с парнем, и, приблизившись, провела языком по головке, отчего Чонвон сдавленно простонал и закусил губу. Хан не спешила и будто дразнила его, однако буквально через несколько секунд насадилась на возбуждённую плоть, захватывая её почти до основания. Втянув щёки, создала вакуум и начала двигаться в медленном темпе, помечая губами каждый сантиметр Яна. — Блять, Ёнхи… — тяжело дыша, проговорил парень и посмотрел на девушку, которая старательно доставляла ему удовольствие, — Я же просто хотел поговорить. — Я же знаю, что тебе нравится, Вон-и, — отстранившись, хитро улыбнулась Хан и вытерла скопившуюся на губах слюну. Она продолжала держать член в своей небольшой руке, двигая ей туда-сюда, отчего Чонвон совсем не мог собрать себя в кучу, концентрируясь только на вспыхнувшем желании и назойливой мысли. — Ты бы знала, как я сдерживаюсь, чтобы не взять тебя прям на этом чёртовом столе, — с затуманенным рассудком всё же выпалил Ян, сильнее сжимая край кухонной столешницы прямо за собой. В ответ лишь смешок и довольная ухмылка. — Так возьми.       Ёнхи явно провоцировала, ведь некий вызов читался буквально в каждом движении, а Чонвон точно понял, что поговорить сегодня не получится…

***

      Закрыв за собой входную дверь, девушка не спеша разулась и скинула куртку, аккуратно вешая её в шкаф. На улице заметно похолодало, поэтому Ёнхи лишь желала залезть в тёплую ванну и пооткисать минут сорок, ведь времени была куча и маленькая тележка.       На полу Хан заметила начищенные до блеска туфли и вскинула брови. Неужели ещё дома? Из спальни послышался отчётливый шорох, который и послужил ответом на данный вопрос, а потом показался сам парень, который был на большую часть уже одет. Он отвлёкся от рукавов расстёгнутой чёрной рубашки и взглянул на стоящую в прихожей Ёнхи. — Уже вернулась, — звучало больше, как утверждение, чем вопрос. Чонсон подошёл к ней и оставил лёгкий поцелуй в уголке губ, — Как съездила? Хорошо провели время с мамой?       «Какой же ты глупый, Пак» — лишь звучало в голове, а на лице зато светилась широкая и уж очень убедительная улыбка. Ёнхи встала на носочки и чмокнула парня в ответ, а потом прошла в глубь квартиры. Джей молча поплёлся за девушкой, всё ещё мучаясь с дурацкими пуговицами на манжетах, которые никак не хотели поддаваться и постоянно выскальзывали. Хан кинула сумку с вещами на пол возле незастеленной кровати и развернулась к хмурому парню. — Съездила отлично, — ответила она, подходя к Паку и собираясь ему помочь, — Скучать было некогда. — Рад за вас, — мягко и немного устало улыбнулся Чонсон, смотря на девушку. Эту ночь он спал действительно плохо, постоянно думая о работе, да и рядом не было никого, кто мог бы как-то поддержать хотя бы своим присутствием. Всё же привык засыпать с женой в кровати.       Закончив с помощью, Ёнхи подошла к сумке и, схватив все вещи, понесла их в стирку, чтобы освежить. Из спальни тут же послышался голос парня, которому, видимо, уже начали названивать по работе. Как обычно. Выходной день, чёрт возьми.       Загрузив бельё в стиральную машинку, девушка открыла кран, и горячая вода моментально полилась в ванну, стремительно наполняя её. Хан подошла к раковине и, оперевшись на неё, взглянула на себя в зеркало. Она не понимала, какого человека видит в отражении, однако точно не самого хорошего. Однако процесс запущен и ничего уже не вернуть. Это был её собственный выбор.       Стук в дверь, короткое «заходи», и Чонсон появился в проёме с той же чёртовой улыбкой, которую Хан и ненавидела, и безумно любила. Как он мог улыбаться, несколько лет находясь в браке с человеком, который изначально не дорожил тобой настолько, насколько это делал парень? Как можно было согласиться на свадьбу по настоянию семей, надеясь на то, что что-то может измениться? Как?       Однако Пак почти добровольно подписался на всё это, думая, что сможет заслужить любовь той, которая заняла сердце ещё со старшей школы. Он работал днями и ночами, чтобы Ёнхи себе ни в чём не отказывала, покупал дорогие подарки, уделял внимания, сколько мог, и всегда интересовался самочувствием. Девушке же от этого всего становилось тошно. Она пыталась полюбить, но не получалось. Почему-то её сердце не хотело связываться с таким идеальным мужчиной, как Пак Чонсон.       Почему же Хан ещё не ушла от него? Точного ответа никто не даст. Ёнхи уже привыкла, что Джей всегда рядом, и это удобно. Он удобный в её глазах, потому что готов хоть горы свернуть ради жены, которая ничего из этого не ценила, в общем-то. Чонсон не держал её силой, просто Хан сама не уходила, ведь без него придётся строить и налаживать всё заново, а это такая морока.       Зачем, если есть Пак? — Я поехал на работу, — проговорил он и подошёл поближе, останавливаясь лишь сантиметрах в десяти. Ёнхи подняла на него взгляд и кивнула, прикусив губу. — Ладно, — всё, что получил в ответ Джей и вздохнул. — Я скучал по тебе, пускай даже это и был один день, — продолжил парень и заправил прядь волос Хан за ухо. Он положил ладонь на её щеку и улыбнулся, поглаживая большим пальцем, — Ты такая красивая, знаешь?       Чонсон наклонился и оставил еле ощутимый поцелуй на губах жены, даже не представляя, что происходило каких-то полтора часа назад в совсем чужой квартире и с другим мужчиной. Он и представить не мог, что творится у него за спиной, и от этого Ёнхи хотелось истерично смеяться, ведь Пак действительно слеп от любви. Так сосредоточен на своей работе и жене, что времени подозревать её в чём-то даже не находил. — До вечера, — прошептал Джей перед тем, как выйти из ванной комнаты, оставляя Хан в полном одиночестве.       Девушка шумно вздохнула и, скинув с себя лишнюю одежду, погрузилась в горячую воду, прикрывая глаза. Думать не хотелось ни о чём, ведь то, что заварила Ёнхи, кроме «пиздец», никак иначе не назовёшь…

***

— Я был уверен, что они подпишут с нами договор.       Произнёс Джейк, когда они вернулись в кабинет Пака после удачно состоявшейся сделки. Австралиец плюхнулся на кожаный диван прямо напротив друга и гордо улыбнулся, прикрывая глаза и откидывая голову на мягкую спинку. Она был более чем доволен исходом, поэтому теперь все могли спокойно отдохнуть и расходиться, кто куда на оставшееся время выходного дня. Джеюну заняться было нечем, поэтому парню в голову пришла мысль: — Джей-я… — А? — отозвался он, сидя напротив и устало потирая глаза. Всё-таки спать действительно нужно побольше, ибо чувствует себя Пак не лучше приготовленного на гриле баклажана. — Может, выпьем сегодня вечерком, как в старые-добрые? — заговорщицки улыбнулся Шим, не сводя щенячьих глаз с друга. Чонсон же неоднозначно пожал плечами и вздохнул. — Я сказал Ёнхи, что приду к ужину, — ответил он и поджал губы. Перспектива выпить с Джеюном, конечно, была очень заманчивой, но провести время с Хан тоже хотелось. Как-никак они муж и жена. — Куда, говоришь, она уезжала? — поинтересовался вдруг Шим, будто что-то вспомнив и сведя брови на переносице. Пак без раздумий ответил. — К маме своей. Она живёт в ста километрах от Сеула, а что такое? — Да? — вскинул брови Юн, заставляя друга напрячься, — Я буквально вчера вечером видел её в торговом центре неподалёку от моего дома… Она не заметила меня и прошла мимо, а когда обернулся, рядом с ней стоял какой-то парень. Сначала подумал, что ты, но плечи слегка шире, да и стиль одежды совсем другой. В общем, со спины не разобрал. — Ты сейчас серьёзно? — Джей, кажется, настолько сосредоточился, что на шее выступила вена от напряжения. Он знал, что Джеюну незачем врать, да и друг никогда не лез особо в их с Ёнхи отношения, хоть и был в курсе всех обстоятельств, ведь знаком с обоими уже достаточно давно. Тем не менее, поверить во всё сказанное — просто сойти с ума. В голове не укладывалось, что Хан могла так с ним поступить. Пак уже не говорил о любви, но надеялся хотя бы на элементарное уважение, которого, по всей видимости, тоже не заслужил. — Прости, но я не мог спутать жену своего лучшего друга с кем-то ещё, — поджал губы Джейк и начал хрустеть пальцами, немного распереживавшись от озадаченного вида Чонсона, — Это, конечно, не моё дело, но, если бы я не сказал, меня бы просто сожрала собственная совесть. — Всё нормально… — ответил Джей, ведь друг действительно ни в чём не виноват, — Давай просто не будем об этом, ладно? — утвердительный кивок, — Что ты там говорил насчёт выпить? — Ах, да… — перевёл тему австралиец, садясь ровно и смотря на сидящего напротив и втыкающего в пол Пака, — Помнишь Чонвона, который на пару курсов ниже учился и протаскался за тобой половину универа? — Угу, — усмехнулся Чонсон, вспоминая того паренька с кошачьими глазами, который каким-то волшебным образом прибился к нему, а потом и к его компании. — Сонхун говорил, что он несколько месяцев назад вернулся в Сеул и спрашивал твой номер телефона, потому что хотел встретиться. Может, его тоже позовём тогда? Интересно, что с ним произошло за эти шесть лет. — Давай…

***

— Виски, пожалуйста.       Парни направились в бар сразу, как закончили все свои дела. Общаться с Ёнхи совсем не хотелось, поэтому Пак отправил лишь короткое «Буду поздно» без всяких объяснений. Какая ей, в целом, разница, где находится муж, если, получается, он всё равно ничего не значит?       И на что Чонсон вообще надеялся?       Наверное, что у него всё же получится растопить сердце Хан своей заботой и любовью. В какой-то момент даже показалось, что что-то наклёвывается, но, по всей видимости, парень глубоко ошибался. Джей делал всё, что мог, и был примерным мужем, но…об него просто взяли и вытерли ноги. Только один вопрос: за что?       Дверь открылась, запуская внутрь холодный воздух и вместе с ним двух парней. Сонхуна Чонсон узнал моментально, ведь они виделись минимум раз в две недели, когда собирались с Джейком, а вот второй действительно изменился. Чонвон выглядел действительно возмужавшим: более острые черты лица, подтянутая фигура, но зато взгляд, когда он всё же с помощью Хуна нашел Джея, почти не изменился. Парень смотрел на старшего так же, как в университетские годы. — Хён! — расплылся в улыбке Ян, подходя поближе. Чонсон встал и протянул уже руку, как его затянули в крепкие объятия. Старший не ожидал, поэтому не сразу отреагировал, однако через несколько секунд похлопал Вона по спине, усмехаясь, — Сколько лет, сколько зим? — Да-а-а, Чонвон-и, действительно много времени прошло с нашей последней встречи, — произнёс Джей, а потом поздоровался с Сонхуном, который вместе с Джеюном молча наблюдал, не мешая. — Когда вы все выпустились и вернулись в Корею, стало так пусто в универе, — продолжил Ян, присаживаясь рядом с Шимом, чтобы лучше видеть Пака старшего. Он не мог перестать разглядывать его, ведь Джей действительно стал очень взрослым, несмотря на то, что изначально разница в два года. По рассказу Сонхуна в такси стало понятно, что тот организовал вместе с Джейком фирму, которой, собственно, они оба руководят. Времени собираться у этих двоих обычно не находится, ведь дела не ждут, и работа не должна стопориться.       В глазах Чонвона старший всегда выглядел отлично. Был при деньгах и умел общаться с девушками, да и учился хорошо. Можно сказать, Джей являлся кумиром для того паренька с младших курсов, мотивируя его работать над собой.       Ян действительно испытывал огромное уважение к нему и по сей день. — Надеюсь, ты быстро нашел новых друзей. Тебе же это по силам, да, Вон-и? — улыбнулся старший и обратил внимание на только что подошедшую официантку, которая аккуратно расставила три стакана виски на стол, — Мы не знали, что ты пьёшь, поэтому заказывай, что хочешь. Сегодня за мой счёт…       Ян поднял глаза на девушку и, улыбнувшись, произнёс «то же самое». Она кивнула и поспешила удалиться, чтобы не мешать разговору друзей. Чонвон снова глянул на Джея, и он, словно почувствовав на себе взгляд, поднял глаза, вопросительно вскидывая брови. Когда парень поправлял волосы, на безымянном пальце блеснуло кольцо, вызвавшее огромный интерес. — Ты женат, Хён? — всё же задал интересующий его вопрос младший, привлекая, тем самым, внимание всех сидящих за столом. Джеюн кинул неоднозначный взгляд в сторону своего друга, что не укрылось от глаз Яна. Видимо, происходит что-то, о чём он, естественно, не в курсе. Сам же Джей как-то горько усмехнулся и отпил немног янтарной жидкости из стакана. — К сожалению, да, — ответил он через некоторое время и поджал губы. Чонвон вскинул брови от удивления, поскольку, по идее, следовало бы радоваться, что у тебя есть семья…наверное. — Мне не стоило спрашивать, да? — поник младший и виновато опустил глаза, почесав затылок. Пак отмахнулся. — Просто у твоего хёна, Чонвон-и, всё идёт по пизде.

***

      Прошло уже пару дней после той встречи в баре. Парни отлично пообщались, вспоминая былые времена и рассказывая о том, что с ними произошло после. Тему брака Чонсона старались сторониться, ибо по его лицу становилось понятно, что говорить об этом совсем нет желания. Чонвон же рассказал, что всё это время находился в Штатах, работая и устраивая свою жизнь после университета. Всё складывалось довольно неплохо, однако мысли о возвращении в Сеул не покидали парня. Он хоть и привык уже к другому менталитету, к другой жизни, всё равно чего-то не хватало.       Ян часто вспоминал о своём хёне и мысленно интересовался, как у него дела, однако связи между ними не было никакой. Попытки найти старшего в социальных сетях не увенчались огромным успехом, ведь в профиле, который откопал Вон, фотографии не обновлялись уже давно, да и активности никакой. Почему-то в определённый момент парень забросил попытки восстановиться общение с Джеем, сконцентрировавшись на работе и личной жизни. Так продолжалось, пока в интернете не вылез аккаунт Пак Сонхуна, которого младший помнил смутно, так как они особо не общались. Зато вот в компании Чонсона он точно состоял.       Довольно долго не кидал заявку в друзья, ибо не был уверен, что его помнят, но вот буквально несколько недель назад решился. Ответа никакого не поступало в течение дней десяти, что Ян уже подумывал, что сделал какую-то глупость. Однако долгожданный статус “в сети” появился в профиле Хуна, как и уведомление о том, что его заявку приняли. Пак извинился за подобный игнор и объяснил, что заходит уж очень редко, а тут получилось как-то случайно. Чонвон был просто рад, что один шаг к восстановлению общения с хёном сделан, ведь всё это время его преследовало какое-то навязчивое чувство, которое напоминало о Джее. Хотелось банально узнать, как у того дела и чем он живёт, ведь не чужие же друг другу люди были раньше.       В конце посиделок Вон пригласил своего хёна к себе в гости, как у того появится время, и вот Пак всё же согласился, освободившись пораньше. Дозвониться до Ёнхи парень не мог почти весь день, да и вообще не понимал, зачем звонит. Наверное, по привычке, чтобы предупредить, что дома будет не скоро. Шумно выдохнув, Джей сунул мобильник в карман пальто и нажал на кнопку лифта, заходя в переписку с младшим, чтобы ещё раз проверить, на какой этаж ему нужно.       Чувства смешанные, ведь Чонсон тоже частенько вспоминал Яна, который влился в компанию так органично и спонтанно. Наверное, из-за того, что у самого Пака не было братьев и сестёр, к младшему появились именно похожее отношение. Парень следил, чтобы Чонвон не вляпывался в неприятности и старался помочь ему, если нужно. Младший же всегда был рядом и смотрел на своего хёна снизу вверх, как на пример для подражания, отчего Джей и воспринимал его, как младшего брата. Брата, которого никогда до того момента не было.       Двери лифта открылись на нужном этаже. Чонсон не спеша вышел в общее помещение, где было квартир пять. Огляделся и, сверившись с сообщением в очередной раз, подошёл к нужной, нажимая на кнопку звонка. По ту сторону послышался характерный звук, а следом и шаги. Дверь распахнулась, и сердце Пака, кажется, остановилось. Лучше бы он ошибся. Лучше бы всё это было совершенно дебильным сном.       Однако глаза не врут: перед ним стоит его собственная жена и смотрит непрерывно без какого-либо удивления, будто знала. Хан точно ждала этого момента, но зато Джей готов был раскрошиться в пыль и слиться с ветром, лишь бы не быть частью всего происходящего.       Он смотрел девушке в глаза с болью и некой злостью, ведь сама мысль об измене уже отвратительна, а когда понимаешь, что Ёнхи спала с человеком, который некогда был ближе кого-либо, то хочется кричать. Так, чтобы до потери голоса, ибо парень до сих пор не знал, чем заслужил подобное предательство. Знал ли об этом Чонвон? Вряд ли, так как кольцо на пальце Пака его по-настоящему удивило. Тем не менее, от этого нарастающей внутри боли меньше не становится. — Я, конечно, знал, что ты меня никогда не любила, но чтобы так втоптать в грязь, — нарушил тишину Джей, нервно усмехаясь, замечая в глазах собеседницы безразличие. Кажется, ей даже не жаль, — Даже не подумал бы, что за все мои старания в ответ получу подобный плевок в душу…Ты же специально нашла Чонвона, да? Знала, что он для меня значил, поэтому и изменила именно с ним, чтобы сделать побольнее? Я же прав, Ёнхи? — Да, — коротко и ясно. Без всяких бессмысленных извинений и оправданий. Девушка отдавала отчёт своим действиям, поэтому даже не видела смысла отрицать. Изначально знала, на что шла. — А ему ты сказала? — тон голоса Чонсона был резким, как и движения. Он провёл рукой по волосам, шумно вздыхая, — Говорила, что замужем? — Зачем? Разве это обязательно знать? — хмыкнула Ёнхи и скрестила руки на груди, опираясь на дверной проём. Джей не понимал, куда делась та самая Хан, которая всегда была за справедливость и всеми силами отстаивала её? Он не узнавал в стоящей напротив девушке свою жену. Ни капли, — Он всё равно по уши влюблён в меня. — Не думал, что ты такая мразь, Хан Ёнхи… — выпалил Чонсон, ведь в жилах уже закипала кровь от злости и негодования. Эта девушка, кажется, не заботится ни о чьих чувствах, кроме своих собственных. Мало того, что изменила с Яном, так ещё и разобьёт ему сердце, подставив перед старшим, — Завтра меня не будет дома с девяти до восьми, так что заберёшь вещи, чтоб глаза мои тебя больше не видели. Документы на развод пришлю по почте.       Пак развернулся и поспешил покинуть данное место, лишь бы не травить себе душу, смотря на Ёнхи. Хан проводила его взглядом и закрыла входную дверь. Развернувшись, встретилась с разочарованным взглядом Чонвона, который всё это время, по всей видимости, стоял в проёме и слушал весь разговор. Кажется, придумывать оправдание, почему ушёл Чонсон, теперь не придётся.       Ян смотрел на девушку с презрением, не веря своим собственным ушам, которым довелось услышать буквально всё. Если честно, лучше бы не слышал. Осознание окатило парня, словно ведро ледяной воды, заставляя очнуться и вернуться реальность, посмотрев на всё под другим углом. Настоящим.       Знать, что тебя использовали, чтобы сделать дорогому тебе человеку побольнее, хуже некуда. Теперь вся скрытность Хан встала на свои места, пазлы сложились, однако сердце отказывалось воспринимать. Чонвон действительно думал, что у них всё взаимно и серьёзно, одна это была игра в одни ворота, получается.       Обидно, досадно и отвратительно. — Я так старался наладить отношения с Джеем-хёном, и ты знала, — произнёс Ян, сжимая руки в кулаки, как бы сдерживая поток негативных эмоций, что давалось с трудом, — Все эти разы, когда я рассказывал об университетских временах, ты уже была в курсе обо всём. От Джея. Какой же я дурак… — Вон накрыл лицо ладошкой и шумно вздохнул. Противно от самого себя. Если б он только знал, что Ёнхи замужем за его хёном, даже в её сторону бы не посмотрел, — Уходи. Я не хочу тебя видеть.       Ян развернулся и, закрыв за собой дверь в кухню, сел на стул. Тело просто трясло от сдерживаемых эмоций, и парень лишь надеялся, что Хан побыстрее покинет его квартиру, чтобы не мельтешить перед глазами. Он чувствовал себя мусором. Все его чувства и слова просто сгребли в один момент, обесценили и выкинули на свалку, посчитав, что там и место.       Теперь младший понял, почему Джей не хотел разговаривать о браке тогда в баре. Почему Джейк каждый раз кидал на друга неоднозначные взгляды, которые были понятны только им. Чонсон уже тогда знал, что ему изменяют, но вот с кем, понятия не имел. Чонвон только обрадовался, что снова начал вливаться в компашку Пака, как всё взяли и разрушили. Без зазрения совести.       Вон потянулся в карман за мобильником и открыл диалог с Джеем, не зная, что и написать. Как вообще отреагирует старший? Пошлёт ли? Проигнорирует? Ян переживал, но всё равно слегка трясущимися пальцами написал: Прости, хён, я не знал…       Сообщение тут же отметилось прочитанным, и через несколько секунд поступил ответ: Знаю. Приходи в бар возле своего дома, Чонвон-а. Будем отмечать мой развод и начало свободной жизни…