венок из ромашек

–семи-сан. семи-сан. семи. семи эйта, твою ж матушку! громкий голос ширабу вытаскивает семи из своих мыслей. его глаза были прикованы к небольшому полю с ромашками, рядом с которым расположилась вся команда. пикник - это, конечно, хорошо, но не тогда, когда вся компания кинула его с кенджиро, под предлогом закупить ещё еды. а семи оставалось лишь дуться на тендо-самого-настоящего-предателя-сатори. –про мать было лишнее. –да боже, не воспринимай всерьёз. взгляни лучше, что сделал. прямо перед лицом появился аккуратный венок из ромашек. кажется, из тех, которые как раз на полянке рядом. однако он был слишком маленьким для любого из их команды. –он слишком маленький для меня, кенджиро. –а кто сказал, что он для тебя? –для тендо тоже. –таичи? –и для него. –ой, да ну тебя. вакатоши-сану вообще отдам. теперь обижаться, видимо, начал ширабу. он отвернулся от семи спиной, начиная по-детски щипать траву пальцами. а семи пытается узнать у бога (он атеист, кстати) то, зачем он даровал ему такое наказание. но эйта всё таки не пальцем деланный, поэтому поднимается с покрывала, которое вся команда любезно скоммуниздила у ушиджимы, идя уже к до дыр знакомой поляне. семи кажется, что скоро он сможет с точностью сказать сколько там всего цветочков, ибо постоянно пялил именно туда. сидя на корточках и с досадой пытаясь понять, чем же он занимается, эйта сам плёл венок из этих чёртовых ромашек, которые уже начинали мозолить глаза. первый, второй, третий, четвёртый... стебельки один за другим вплетались в это не особо аккуратное цветочное мессиво, но семи не переставал стараться. не после того, как долго пытался научиться, смотря на руки ширабу, которые с особенной лёгкостью плели эти злосчастные венки. проведя ещё минут пять в этих раздумиях, эйта и сам не заметил, как закончил плетение. да, возможно, он был не таким аккуратным и красивым, как веночки кенджиро, но эй! в нем теперь были кровь и пот семи, пальцы которого теперь были противно липкими из-за сока из стеблей. а ширабу же всё сидел, не поворачивая голову назад и всё также щипая траву. но вдруг на голову приземлилось что-то очень лёгкое. слегка опешив, он поднял руки, чтобы ощупать это. семи научился делать венки? воу, не зря кенджиро всё таки давал недо-уроки, чаще просто бья эйту по затылку (после этого, кстати, у последнего действительно сильно болела голова), после этого перебира прядки его волос между пальцами и аккуратно массируя кожу головы. –а ты знал, что ромашки на языке цветов означают скромность и искренность? – спросил он, всё таки оборачиваясь на парня. –тебе совершенно не подходит. –тогда я могу снять и выкинуть? – боже, та самая усмешка. –посмей только.