На грани раскола

      На улице все еще было темно. Утро постепенно озаряло улицу оранжевым весенним цветом. Было тепло, девушка открыла окно, чтобы проветрить помещение. Порыв ветра подхватил занавески, легкая почти прозрачная ткань с красивыми самодельными вышивками внизу мягко, под мелодию таяния сосулек, будто плыла по волнам. Птицы уселись на подоконник и в период обострения распевали чарующие мелодии. Повсюду пахло свежестью, почки уже давно набухли и появились небольшие зелёненькие совсем свежие листья. Чайник закипал на кухне. В гостиной на диване под пледом спал малыш, пока в единственной спальне от жары мучался парень. Вся грудь мученика была перевязана плотно бинтом. Пот горячим ручьем никак не заканчивался, как бы девушка не старалась каждые полчаса вымачивать тряпку в холодной воде, казалось, она то и дело постоянно старалась бесполезными движениями снять лихорадку. Сон был прерывистый, но даже так мужчина все равно был будто бы вне пространства. Не помнил, что бормотал, что говорил в полудреме. Никогда подобного не было, но организм ни с того, ни с сего резко ослаб под давлением одного повреждения от пули. Конечно, ряд факторов поверх еще, странные препараты, непонятные снотворные, да и жидкость, которой его так старательно пичкали весь вчерашний день.       Мужчина тяжело приоткрыл глаза. Он все еще чувствовал тяжесть во всем теле, спина болела и горела одновременно, а глаза были настолько мутными, что что-то рассмотреть нужно было еще постараться.       — Шери! — тонкий и мягкий голосок девушки раздался у порога в комнату. Маленькая трудяга сразу подбежала к мужчине и положила его на место, не позволяя встать:       — Тебе нельзя вставать! Только посмотри на себя! Ах… Ай-яй, ну что же такое? Тебя кое-как спасли, не заставляй меня звонить Норе. Она сегодня за тебя на работе отдувается. —       — Л-Лив? — мужчина болезненно, приоткрыл один глаз, глянул на девушку:       — А как же твоя учеба?.. —       — Ничего, — мягко улыбнулась хозяйка. Только сейчас волк заметил, что студентка была одета в фартук, завязала волосы в пучок и завернула рукава. Этот образ ей очень шел. Конечно, не домохозяйка или кухарка, в плане, он делал ее более домашней, что ли?       — Ч-что сказала Нора? —       — Сказала, что твое резкое исчезновение вызвало много вопросов у начальства… Говорят, что оштрафуют тебя рублем… Ну или предупреждение максимум. А так, Нора сказала, что ты болен. Но тебе нужно будет добыть справку. —       — Вот оно как… Ладно, я знаю у кого можно… — Шери тяжело вздохнул и приложил ладонь ко лбу. Голова все еще раскалывалась. Самочувствие оставляло желать пока что лучшего.       — Снова знаешь, — Лив села рядом с парнем и протянула тому чай:       — У тебя так много знакомых, которым ты помог? Как это так вышло? —       Шери осторожно взял горячую кружку из ладошек девушки и попробовал чай. Крепкий, горячий. Ложка сахара, вероятно.       — Просто, когда оказался на свободе, помогал другим. Не понимал еще, что мое желание справедливости может меня подставить. Они настойчиво предлагали помощь, я решил, что они лучше будут мне помогать в моих делах. Так проще. —       — А как ты помог? —       — Ну… — Шери взглянул на Оливию и усмехнулся:       — Сначала, когда проходил мимо бара, столкнулся с ростовщиками. Они вытряхивали долги из моего товарища, у которого бар. Я помог ему не разориться, иначе как он на хлеб себе и семье зарабатывал бы? Сейчас честно заработать можно только копейки. Либо надо отучиться в престижном месте, либо жертвовать своей жизнью. Я выбрал второй вариант, ты выбрала первый. Конечно, есть третий вариант, вкалывать, но большая часть людей столько не живет, чтобы начать зарабатывать за свои труды нормальные деньги. Вот и все. Я с ним договорился, что я буду пить у него, и он не будет меня сдавать. Потом я помог человеку с продажей незаконных товаров. Это неправильно, да, но его семья чуть не пострадала по крупному. От него я и получаю оружие и задания. Семья на даче. Ничего необычного, от вооруженного ограбления спас. Вот и все. А что касается справки. Девушку вывел из нехорошей организации по зарабатыванию телом. Попалась на ловушку, хотя сама медицинский закончила. Ну вот теперь она практически мой личный врач. По моему телу знает больше всех, и разбирается со всеми моими симптомами и данными тоже она. —       — А, вот оно что, — понимающе кивнула Оливия. Шери был прав, конечно. Да еще этот парень так просто и легко ей все рассказал, хотя раньше вообще не хотел ничем делиться. Это после…       — Лив, — волк позвал студентку по имени, долго уже наблюдая за задумчивым взглядом подруги:       — Как ты думаешь, что между нами? —       Оливия от неожиданности застыла в исступлении, столкнувшись со спокойными глазами мужчины. Что между ними? Если бы она знала ответ на этот вопрос.       — Я… Не знаю. Это все как-то странно… Еще и Оливер появился. —       — Оливер? А, тот мальчик. У него есть имя? —       — Ох, нет. Это я так назвала, — смущенно ответила Лив.       — Оливия и Оливер… — Шери мягко усмехнулся, наблюдая за выражением лица кошки:       — Некоторым мамам нравится называть своих детей созвучно со своим именем. Это сейчас модно стало. —       — Что? Правда? Ох, я даже как-то не замечала… —       — Значит, семья, — удовлетворенно вздохнул волк:       — Я, ты и Оливер. —       — Что? Ты серьезно? — Студентка сразу покрылась толстым тоном красной краски от смущения.       — Ты ведь сама сказала, что неровно ко мне дышишь. Я тоже тебе признался в том поцелуи, разве нет? Но с Оливером придется повозиться. Пока что между нами просто свободный брак. Мы как бы вместе, но не вместе, понимаешь? Можно считать нас только, как парня и девушку. —       — То есть, мы встречаемся… — смущенно подытожила для себя Лив, не веря своим ушам. Если честно, она представляла себе этот момент начала отношений по-другому. Романтичнее, что ли. Но все почему-то к этому подошло очень… Произвольно. Они особо не ходили на свидания, не обсуждали общую жизнь, даже не очень хорошо знают друг друга. Не звонили постоянно, не писали, не спорили, кто первый трубку бросит. Это произошло так, будто бы должно было произойти в любом случае, и лишние такие телодвижения ни к чему. Девушка подняла глаза на мужчину. Тот выглядел спокойным и удовлетворенным. Для него в этом не было ничего необычного.       — Как ты в любом случае? Сначала хочу узнать как ты. Потом Оливер. Все равно он пока спит, — отведя взгляд в сторону, студентка стала перебирать пальцы между собой. Это ведь ее первые отношения, и все же… Она рада, что они именно с этим человеком. Даже если так. Еще все впереди.       — В порядке, — грустно вздохнул волк, вспоминая происходящее прошлого дня:       — Встретился с семьей спустя столько времени. Точнее, пока только с матерью. Мой отец еще более жуткий. Ничего не изменилось, важны только их гребаные эксперименты. Еще и силовиков на свою сторону притянули. Это нужно будет решать. Меня беспокоит то, что они со мной сделали. Я с того момента… Чувствую себя странно. —       — Странно? —       — Имею в виду… Будто бы мое настроение постоянно меняется. Не могу сосредоточиться на привычном спектре эмоций. —       — Может быть волнение… — задумчиво пролепетала девушка:       — По поводу Оливера. Когда ты был в отключке, я слышала, как они говорили о том, что он схож с экспериментом восьмым из первого отряда. Это же ты, верно? И он так был напуган происходящим. В нем будто бы было больше жизни, чем в других детях, которые там были. Давай сводим и его тоже к твоей знакомой? Нужно же ему сделать медицинскую карту. И все остальное. Ох, это столько бумажной волокиты. —       — Не переживай. Мы сходим с ним в ближайшее время. А остальное я все сделаю, — кивнул волк:       — Самое главное тогда мне научить тебя работать с ним. Не забывай, он не обычный ребенок. Он наймо. И он все еще опасен для тебя. Возможно, даже больше чем я. И нужно подготовить его к школе. Он не должен отставать, и лучше бы ему как можно скорее социализироваться. —       — Верно, — кивнула Лив:       — Тогда будем летом с ним часто гулять. А по поводу тебя. Ты… Каким-то образом ты тогда будто бы приручил монстра внутри тебя, не заметил? —       Шери положительно кивнул:       — Да, раньше было постоянно ощущение, что я борюсь с ними за право владения тела, но сейчас как-то поспокойнее. Будто бы мы наконец перестали ругаться. Наши монстры не то чтобы злые, они просто защищают нас, когда происходит такая ситуация. Даже если так получается, что им нужно кормиться кровью, это как вопрос их выживания. —       — Но сейчас, возможно, все наконец закончилось, — мягко улыбнулась девушку, осторожно приобняв парня за плечо:       — Поправляйся поскорее. Я пока буду переписывать конспекты одногруппниц, но потом мне тоже нужно учиться. Еще нужно договориться обо всем с Джоем. Надеюсь, что он отпустит меня жить с вами. —       Парень положил ладонь на голову девушки и мягко погладил по волосам:       — Да, поговори. —       — П-простите… — косяка двери показался маленький мальчик лет восьми. Шери сразу узнал маленького наймо, который поселился рядом с ними. Этот малыш не умел управлять своим монстром. Шери сам научился только вчера, но на то и опасность. Мало ли волка рядом не будет, так маленький вороненок нападет.       — Ворон, да? — спросил волк.       — …В-Ворон? — испуганно пролепетал малыш.       — Твой монстр — ворон? —       — Д-Да… Откуда… Вы узнали? —       — Обращайся ко мне на «ты» — мягко усмехнулся парень, подозвав к себе мальчика:       — По запаху. Тебе не повезло, малыш, оказаться предметом в кровожадных руках, но тебе очень повезло, что мы спасли тебя. Теперь у тебя есть шанс жить, а не выживать. Но для этого. Ты должен научиться выживать на свободе. Начнем как можно скорее. Я не могу обещать, что эта свобода будет полной, но она будет настолько широкой, насколько только нам с тобой положено, чтобы жить. —       Волк осторожно взял маленькие ручки. Сразу парень заметил исколотые вены. Мучили малыша, вот же подонки. В Оливере Шери почему-то видел сам себя. Весь уставший, слабый, худой до костей. Оливеру нужно было время, много времени, чтобы восстановиться. И Шери хотел ему подарить все то, чего сам он был лишен восемнадцать лет, и что он потерял за решеткой — детство.       — Мы заменим тебе семью, насколько это возможно. Но отныне, доверяй только нам, слушайся и никому не говори, кем ты являешься. —       — Не бойся, Оливер. Отныне с этого дня твоя жизнь началась с чистого листа! — громогласно воскликнула девушка, взяв другую ручку мальчика и обняв парня. Странная семейка.

***

      Температура спала только к ночи. Шери смог поспать днем и проспал спокойно почти весь вечер, а вот ночью спать уже не особо хотелось. Луна белым светом ложилась на каждый спрятанный уголок. Птицы не пели, природа на какое-то мгновение уснуло. Лив спала рядом с волком, тихо посапывая. Вместе с Норой и Оливером они ходили по магазинам и выбирали одежду. Да и прочие безделушки, которые понадобятся для мальчика. Ведь у волка никогда не было детей в квартире, так что для маленького человечка ничего не было. Траты, конечно, предвещались приличные. Теперь он обеспечивал не только себя, но и еще двоих дополнительных людей. Нужно было решить вопрос с Джоем, с зарплатой, работой, с наймо, в конце концов, и с преследованиями. Да и с Венерой нужно бы поговорить. Волк мрачно положил лапу на глаза. Кажется, он все-таки что-то забыл в этой всей суматохе. Лунный свет заслонила чья-то тень. И она была такая странная, Шери сразу напрягся и резко поднялся, чтобы осмотреть комнату. Но ничего не было. Вокруг все было как обычно. Парень замер на мгновение, после чего снова резко встал, побежал в коридор и накинул на себя вверх, обувшись в уличные берцы. В лифте парень нажал не на первый этаж, а на последний, на крышу. Оттуда Шери поднялся на лестницу и замер. Все еще будучи не очень здоровым, парень бежал так быстро, как только мог. Но запах он точно знал. Запах собрата.       По другую сторону на парапете сидел крупный парень. У него была достаточно вытянутая шея, выбритые виски и растрепанная прическа. На одном ухе блестела черная серьга.       — Не особо ты торопился, — чей-то хитрый голос прибасил немного с издевательской усмешкой и хрипотой в голосе:       — Рад, что нюх у тебя все тот же, Сайтан. —       — Колмас, — недоверчиво прошипел Шери. Резкая боль снова ударила в спину, там где пуля поразила плоть.       — Верно, — кивнул мужчина, поднявшись на ноги и стоя прямо в шаге от падения с крыши:       — Болит, да? Так нужно было. Наймо нельзя не принимать. —       — О чем ты? — поморщился от боли волк.       — Видишь ли, один прием наймо и ты зависим от него. В противном случае, если не принимать, наймо просто убьет тебя. Буквально. Один этап ты завершил еще в восемнадцать лет, а сейчас надо второй. Я его прошел после восемнадцатилетия. —       — И что оно из себя представляет? —       — Ну, скажем так, наймо первого этапа затупила твои чувства, а наймо второго, или раймо, наоборот, будет только усиливать все твои чувства. То, что ты готов ко второму наймо, показало то, что ты нашел своего связного. Связник — это человек, который становится твоей половинкой. —       — Что? Лив? С чего вдруг? А как же Ася? —       — Она не была связным, — твердо сказал улыбчивый.       Шери еще больше недоверчиво сощурился:       — А с чего я тебе должен верить? —       — Потому что я хочу помочь тебе. Мы ведь друзья навсегда, помнишь? Я не забыл про то наше обещание. Кем бы мы не стали, Сайтан, мы лучшие друзья, — парень поднял мизинчик, напоминая об этом.       — Я плохо помню это… — Шери продолжал не доверять старому другу. Это точно Колмас тогда его напугал, когда он уронил Венеру и ее брата. Это он виноват в той ужасной трагедии.       — Да… Понимаю. После того, как тебя отпустили, страдания прекратились. И твой мозг посчитал, что будет лучше стереть плохие воспоминания, чтобы это не продолжало тебя травмировать. Но тебе нужно вспомнить, если ты хочешь, чтобы преследование за тобой прекратилось. — улыбнулся парень:       — Или же можешь вернуться и присоединиться к нам. Ты ведь особенный. Всегда им был. Даже результат, что ты показал вчера, его никто не ожидал. С тобой… У нас будет власть, понимаешь? А тебе отдадут самый лакомый кусочек. Даже разрешат оставить того мелкого птенца, разрешат жениться на той девушке из падшей элиты и даже отдадут может быть Асю. —       — Ася… — тихо пробормотал парень. Нет, нет, как он забыть о ней! Как?!       — Не переживай, с ней все хорошо. О ней заботятся, она же ждет ребенка. И ты о ней забыл, верно? Вот почему я говорю, что та твоя девушка — твой связной. Будь это Ася, ты бы не забыл ее. Мы с нашими связными… Как иголочка с ниточкой. Только в плохом ключе. Мы зависимы от них, как нуждаемся в воде. Это что-то типо нездоровой любви. —       — Нет… Нет. Ты врешь мне… Где тогда твой связной? — Шери отрицательно мотал головой. Нет, нет, ужас продолжается. Этот ужас не заканчивается. Он никогда не заканчивался. Вся свобода была лишь красиво украшенной клеткой…       Выражение змеи изменилось:       — Умерла. Я убил ее. Девяносто процентов наймо-убийцы убивают своих связных. И только десять наймо убийц накладывают на себя руки. Это еще один эксперимент. Тех, кто убивает себя из-за любви не нужны для общего нашего будущего. —       — Нет… — прошептал волк, сжав ладони в кулаки. Этого не произойдет. Этого не может произойти. Как такое вообще может случиться?       — Ты всегда был самым особенным. Доктор обожал тебя больше всех, вот почему тебе так много позволялось. Самый первый эксперимент смог выжить. А скольких собратьев ты перебил? Давай перестанем убегать, перестанем сражаться друг с другом. Мы же с тобой как братья. Сайтан, давай пойдем вместе свободные по этому миру, как всегда хотели. Нас не посадят на цепь. Они дорожат первым отрядом. А ты ключ к успеху, — Колмас медленным шагом приближался к волку, пока тот был еще не в себе от услышанного. Все тело до сих пор ныло от боли и сдерживаться становилось сложно.       — Шери! — вдруг из-за двери выкрикнула Оливия, девушка ворвалась внутрь и упала в ноги парню. Оттуда на бетонный пол упал и малыш, который мучился в судорогах и диком кашле в перемешку со стонами. Он превращался. Почему так внезапно?!       — Лив! — не время было думать, волк схватил девушку за кисть и откинул в сторону.       — Выходи, мерзость такая! — выкрикнул волк, а сам успел вовремя обратиться в большого верного волка, чьи глаза все так же горели угрожающим красным цветом. Из-за спины золотая жидкость скатывалась по лапам. Рана открылась. Не удивительно.       Ворон что-то зловеще прокричал, но не успел и взлететь, как волк схватил птицу за лапу и спустил на землю. Хоть волк и был больше, Шери никак не мог ранить Оливера, ведь это и его тело. Да и рана ныла. Птица закричала и вцепилась когтями в спину волка, четвероногий завопил от боли и опрокинулся сразу на спину, после чего подпрыгнул и ухватил пернатого за крыло, приземлив снова ворона на землю. Поставив лапы на оба крыла, волк угрожающе прорычал, заставляя хищника помладше подчиниться. Как бы пернатый не отнекивался, сейчас именно волк был сильнее, преимущество в драке было на его стороне. Шери хорошо знал, как эти бои на власть происходят. Лаборанты специально провоцируют столкновение, а два монстра сражаются за доминирование. Возможно, их так вырастили, что все наймо-убийцы похожи на хищников. Во всех планах. Доминантность, как один из показателей.       Наконец ворон сломился и кровожадное пернатого когтистое чудовище стало превращаться обратно в маленького мальчика. Шери что-то фыркнул напоследок. Спина ныла ужасно. Волк тоже принял свой первоначальный облик и устало глянул на Колмаса, который за всем происходящем наблюдал, а после сразу подбежал к Оливии и поднял девушку. Как бы студентка не отнекивалась, но у нее остались следы от его рук, когда он пытался ее уберечь. И все же. Он не умеет быть нежным с ней. Вечно Лив страдает от его грубости. Как будто в грудь из автомата выстрелили от осознания этого. Колмас все же был прав.       — Что тебе ещё надо, Колмас? — прошипел волк, прижав осторожно к себе Лив, а другой рукой, приподняв Оливера, который отключился после превращения.       — И вправду особенный. Я принес тебе раймо. Как принимать знаешь. И я помогу тебе вспомнить, Сайтан. Только так ты сможешь найти ответы, а я хочу знать, что с твоим монстром не так. Почему же ты такой особенный, вот и все, — спокойно произнес змей. Приставив к виску два пальца, парень кивнул откинулся назад, упав с крыши.       — О-он упал! — прокричала от испуга Оливия.       — Он не умер, — устало пробормотал парень:       — Не переживай… —       — Ш-Шери, прости! Ты ушел, я испугалась. Мы пошли за тобой, а Оливера вдруг… Я-я… —       — Я снова тебя ранил… — мрачно пробормотал мужчина, погладив большим пальцем следы на руке подруги:       — Оливер наймо, для него такие ранения все равно что комарик укусил, но… Ты слишком хрупкая. Я не могу… —       — Я не хрупкая ваза, и мне нравится, что ты отчасти это понимаешь, — улыбнулась девушка, прижав руку у себе, а после пострадавшая взяла на руки мальчика:       — Я ведь сама выбрала тебя, верно? Я понимаю… На что я подписалась, меня это не пугает, Шери. И ты доверяй мне больше. А этот твой друг… Мне вообще не понравился. И прости, что подслушивали… —       Шери даже не думал обижаться. Все равно Оливии пришлось бы это все объяснять, так даже проще. Парень осторожно приобнял свою новую семью и поцеловал девушку в макушку.

***

      Венера вышла из университета, казалось бы, еще в светлое время, но солнце склонялось к закату, окрашивая стороны здания в рыжий поблескивающий оттенок. Негромкие разговоры однокурсников и других студентов высшего учебного заведения растворялись под гул проезжающих машин. Венера покрепче схватилась за лямки рюкзака, тяжко вздохнула и направилась в сторону общежития. То что произошло в тот день в клубе. Это было просто сумасшествием. Высшим абсурдом и ужасом, который, как считала сама девушка, с ней никогда не случится. Переспать с первым встречным, как вам такое? Когда говорят, что жизнь непредсказуемая, никогда не представишь себе нечто такое. И все же. А что стоило ждать, после всего того, что Венера уже пережила? Ну мало ли… Ей миллион на голову свалиться. Хотя и его будет недостаточно.       В кармане зазвонил телефон. Студентка его достала, долго смотря на экран под громкий и раздражающий звонок, а после все же смахнула пальцем и прислонила к уху.       — Алло… Здравствуйте, профессор… Да… Да. Я… Выплачу вам все… Нет… Нет… Прошу, процент итак высокий… — тихим прерывающимся голосом Венера чуть ли не дрожала при разговоре. Мало ей проблем, так еще и это. Как выплатить сумму, которая стала в два раза больше из-за этих дурацкий процентов?!       — Дайте мне еще немного времени… Я найду как все вам выплатить, пожалуйста, до конца месяца хотя бы сбросьте процент немного, — вздохнула девушка и вдруг радостно улыбнулась:       — Да! Спасибо вам огромное! —       Снова проведя пальцем по дисплею телефона звонок был сброшен, а Венера горела от радости, однако очень скоро снова приуныла. Да откуда она такие деньги возьмет? И снова телефон зазвенел неприятной мелодией. Венера и убрать телефон не успела. Опять смахнула зеленую трубку наверх и прислонила смартфон к уху.       — Алло, аа, привет. Да, иду сейчас… Что… Погоди? Она… Аргх, ну что б его… Ладно, слушай я сегодня… Найду, где переночевать, — и снова тяжело вздохнув, Венера остановилась посередине дороги и огляделась. Улица так быстро потемнела. Небо окрасилось в синий оттенок, зажглись уличные фонари. И когда это так быстро успело произойти?       — Хорошо… Спасибо, пока тогда, — попрощавшись, Венера снова смахнула красную трубку на экране телефона, а потом задумчиво полистала контакты. Надо было найти, где можно было переночевать, но у кого? Навряд ли бы это вышло у Шери, учитывая, что у него дети. И у Оливии, да и они не так хорошо знакомы. Беспокоить Нору… Не было хорошей идеей. Ну, особо идей не было.       — Алло… Милтон? … Могу я какое-то время… Пожить у тебя? — даже если учесть всю ту злость на этого наглеца, иного выбора сейчас не представлялось. И стоило это признать, но у Венеры ничего не было.       Милтон ответил сразу, легко и просто. Оплатил девушке такси прямо до его дома, а сам оказался дома так быстро, как только смог, и встретил уставший вид кудрявой красавицы. Парень не жил в каком-то роскошном районе. Скорее, это был обычный спальный район, обычный дом, которому уже было достаточно много лет, выцветший белый бетон, а внутри вполне ухоженный подъезд и четвертый этаж, а там была и квартира ушастого. Милтон молча провёл девушку внутрь, закрыл дверь и только потом сумел из себя выдавить вопрос, который давно у нее назревал.       — Что… Случилось? —       Венера остановилась в коридоре и молчала около пяти секунд, пока не стала вытирать с глаз слезы, которые сами собой наворачивались.       — П-просто… Ну, знаешь, я плохо лажу с надзирателями в общежитии, из-за долгов… Но Шери тебе, может быть, рассказывал, хах. —       Милтон печально глянул на девушку, пока продолжал стоять у двери. А потом просто подошел и приобнял девушку сзади:       — Неужели тебя донимают из-за долгов даже в общежитии? —       — Да… Я не могу выплатить уже очень и очень давно. Так что простые проценты тут не помогут, стали приходить ко мне в общежитие, надзирателей пугают… — конечно, Шери рассказал. И как этому парню доверять, когда его язык оказался настолько длинным, что и секретом поделиться нельзя?       — Но я не хочу молча смотреть, как ты страдаешь и убиваешься из-за этого на работе! — воскликнул вдруг Милтон, отпрянув и положив руки на плечи подруги. Венера только сейчас заметила, что квартира парня была светлая, небольшая, но вполне чистая и ухоженная. Убирает же кто-то. Неужели сам парень?       — И что ты мне предлагаешь делать? —       — Я за тебя оплачу твой долг. У меня есть сбережения на всякий случай, как раз их и потрачу, — уверенно сказал парень.       Венеру это конечно поразило. Она не надеялась на чью-то помощь и тем более так сразу. А с другой стороны, зачем отказываться? Но это был Милтон. Что он захочет взамен?       — Но ты же делаешь это не просто так…? —       — Ну… — лукаво усмехнулся парень, почесав затылок:       — Было бы здорово, если бы ты все-таки дала мне шанс. Знаешь, начать все с самого начала! —       Вроде он не так много просит. Просто пойти на свидание и отпустить каким-то образом ситуацию в баре? Главное на сей раз никак не втягиваться в денежные авантюры. Нельзя больше влезать в долги. Да и в любом случае, Венера сколько раз пыталась покрыть долги, более оттягивать нельзя.       — Хорошо, — вздохнула девушка:       — Тогда как расплатишься, я забуду этот момент, что был в клубе. Но, знаешь ли, я не слишком добрая сама по себе. —       — О, уверен, это совсем не так! — весело рассмеялся парень, крепко обняв девушку, на что та от неожиданности дернулась.       — Пойдем! У меня есть немного выпить. На сей раз по одному бокалу, никакого опьянения, никаких ошибок, — предложил хозяин дома, указав на кухню. Но сразу стукнул себя по лбу и помог девушке снять пиджак и рюкзак, которые повесил, а после провёл и в ванную, где Венера смогла помыть руки. В собственной квартире было в разы спокойнее, чем в общежитии. Проблемы сами собой решились, это даже вызвало некоторое спокойствие в душе Венеры.       На кухне ее уже ждал Милтон, который разлил паре по бокалу, а бутылку убрал, как и говорил. Посередине стола лежали ягоды и фрукты, что парень порезал для них. Венера села за свободное место.       — Так… Расскажешь, что произошло? И прости… Что меня Шери рассказал мне это. На самом деле он сказал не так много, как ты думаешь, так как… Он видимо дорожит тобой. Я оплачу долг так скоро, как только смогу, чтобы тебе не доставляло это больше дискомфорта. И… Когда думаешь вернуться? —       — Ничего… Я начинаю понимать, почему он тебя оставил в команде. Пока не знаю, как долго я буду у тебя, думаю, что насколько получится. Хотя в общежитии нет особого желания возвращаться. —       — Ох! Хорошо! — радостно улыбнулся парень и приподнял бокал:       — Тогда… Пусть и рано, но за покрытие долга? —       — Да, — с улыбкой кивнула Венера, чокнувшись бокалами с парнем и отпив немного:       — На самом деле… Я больше всего боюсь того, что эти проблемы дойдут до родителей. Раз уж… Стоит быть откровенной.       На глазах девушки снова выступили слезы, которые очень скоро стали стекаться по красным, покрытым румянцем, щекам. Милтон сглотнул ком, который не позволял ему и слова вставить, наблюдая за этим, но он никуда не исчез.       — Дело в том, что… Я родилась не в очень обеспеченной семье. Мои родители очень хорошие люди, но они не работали на каких-то важных профессиях, и по их здоровью не могли бы, так что получали мы крайне мало… Как ты и сам знаешь, государство никакую поддержку малообеспеченным не дает, как и семьям с детьми, тем более, когда один из них тяжело больной… —       Всхлипывая от слез, Венера не могла говорить, иначе бы голос точно предательски дрогнул. Милтон не мог смотреть, как такая аккуратная девушка плачет, и осторожно смахнул слезы с ее щек.       — П-прости… Родители все время пропадали на работе. У меня не было друзей, а мой район был известен своим ядовитым настроением. Там даже дышать было опасно, понимаешь, о чем я? Мой братец был единственной моей радостью в жизни. Когда с тобой никого нет, есть только он, тот, кто всегда рядом, кто любит тебя, и старается защитить от негатива, но сам был тяжело болен, я хотела сделать все возможное, чтобы он жил, чтобы был рядом с нами всегда, рядом со мной. И когда к нам пришел профессор, он предложил ему лечение взамен на его способности. Профессор хотел его обучить. Из-за своей болезни мой брат даже в школу не ходил, его я учила, но даже так, он был умнее меня, и помогал мне! Мне-то! В учебе! Когда я была намного его старше! Профессор оказал нам огромную услугу. Он снимал для нас квартиру. Родители хотели и мне хорошего будущего, а я хотела приглядывать за братом, так что поехали мы вместе. Профессор не был против, потому что моему брату тогда бы понадобилась няня, а так… На меня с его стороны были минимальные траты. Мы… Хорошо жили какое-то время. Я познакомилась с Шери и Норой. У меня впервые появились друзья, а мой брат, Нахир, стал учиться у высококвалифицированного преподавателя. Мы вместе гуляли и развлекались. Столица — безопасное место, стала для нас центром развлечений, как детский парк развлечений. Пусть мне и было сложнее учиться в столичной школе, меня больше не буллили так, как раньше, и у меня появились друзья. Все было просто замечательно. Но… В один из таких дней, когда мы были на заброшке… Мы услышали… Рычание? Короче, мы с братом очень испугались, а так как он дурачился на краю, на бордюре, он начал падать, я успела его поймать, но сама была утянута за ним, моего веса не хватило, и тогда меня схватил Шери… Я думала, что он не удержит нас… Но… Он испугался. Отпустил, — взгляд девушки помутнел, исчез на пару секунд тот блеск. Вероятно, девушка еще не могла отпустить ту ситуацию, и не удивительно же:       — А потом удар, пищание кардиографа, капающий препарат в капельнице, который поступал ко мне, маска и трубки для поддержания дыхания… Я проснулась, мне сразу сказали, что брата… Отвезли недалеко, — усмехнулась Венера, утирая слезы:       — В морг. Он умер по пути в больницу, но так как морг стоит рядом, вот забава, пути практически не меняли. Нахир — способный мальчик. У него могло быть светлое, лучшее будущее, полное приключений, открытий и любви, но он умер. Когда я сказала родителям, что я справлюсь, что в столице безопаснее, я не знала, что наймо существуют, и они страшнее тех людей, которых я видела дома. Я… Ранила родителей… Не уберегла брата, пусть и… Не могу винить только себя в его смерти сейчас, но все же. А теперь… Я не общалась с родителями так долго, ранила их еще больше! Им как-никогда нужна моя поддержка и помощь, вдруг им что-то нужно, а я тут сижу, как какая-то зазнавшийся толстосумка столичная! — стукнув кулаком по колену, девушка тяжело вздохнула и подняла глаза на парня.       — Мне… Это очень тяжело… Потерять кого-то близкого, кто любил тебя, — усмехнулся Милтон со своих же мыслей, и, отвечая на заинтересованный взгляд девушки, поспешил объясниться:       — Я хочу быть с тобой рядом, потому что ты меня притягиваешь, а я притягиваю тебя. Да, это звучит эгоистично, я знаю, но мы с тобой… Будто бы мы так или иначе должны были встретиться! Должны были быть рядом друг с другом, и я правда готов стараться как могу, чтобы ты доверилась мне! Как ты знаешь, у меня… Было много разных отношений. Вообще… Моя разгульная жизнь началась еще тогда, когда я жил с родителями. У меня есть отец, мать, но они вечно были заняты или работой, или друг другом. Это вот те, кто не знает о том, как защищаться от лишней беременности, рожают детей пачками, а о них не заботятся! Я был среди таких. Нас в семье было пятеро. Мои родители были богаты, они обеспечивали нас только финансово. Я ходил в школу, но учился на отшибись, и никого это особо не заботило. А потом родители захотели переехать в другую страну, ради этого и заставляли меня изучать иностранный, но я не поехал. Поэтому они оставили мне квартиру, а сами… Уехали просто. Я тогда закончил девятый класс, и, оставшись один, решил дальше не учиться, так как мне нужны были деньги, да и я никогда не горел желанием сидеть на месте и писать все в тетрадочку. У меня с другом тогда еще была идея. По поводу клуба. Родители оставили мне деньги, их я и потратил на наш клуб. Денег было достаточно, чтобы мне прожить около полугода точно. Конечно, я боялся, что не окуплюсь, тогда бы я был в полной жопе. Но все обошлось. Прибыль была мелкая. Даже очень. Мне не хватало, как и Джою на то, чтобы покрыть его долги хотя бы немного. Я решил взять на себя охрану, дабы не платить за вышибал. Да и…меня частенько избивали, так что в любом случае навыки борьбы мне были нужны, я стал учиться этому в специальных секциях. И перестал быть мишенью для тех, кто якобы мстит за то, что на меня девушки вешались. В один из дней я обнаружил, что у нас в клубе торгуют наркотиками. Я присек это, однако мне предложили взятки. Сказали, что за поддержку по продаже наркоты, как дилер, я могу получать хорошие деньги. Я… Согласился. В этом по сути не было ничего опасного, да и эти наркоманы еще тратились на алкоголь и добавляли популярности в наш клуб, люди приходили отдохнуть или вколоть себе. Так я стал разбираться в этом, а потом… И сам по всем делам транспортировки разбирался, а наш клуб внесли в списки, где можно вкинуться. Таким же образом у нас появились и проститутки. Отдельные комнаты изначально были для парочек, которые хотят отдохнуть, но они стали использоваться некоторыми самозанятыми ночными бабочками. Я их выгонял, некоторые разве что стали после наркоты у меня работать, так как это частенько те, у кого ничего нет, кому приходиться работать такой вот профессией, но брал плату. Небольшую. А потом со мной начали связываться и целые организации по оказании интимных услуг. И вот клуб внешне для полицейских и комиссии стал местом отдыха и вечной тусы, что организовывал я, и в то же время оказанием черных услуг под моим же начальством. Что же касается отношений. Когда все эти дела стремительно начали меня прогинать… Из-за денег, я начал чувствовать себя будто бы слепым всеми этими красками вечного кайфа и денег, что мне отваливалось за это, хотя сам никогда ничем не пользовался. В клубе я знакомился с девушками, с которыми сначала просто будто бы симпатия, потом меня скоро склонили к постели, и я думал, что вот оно, отношения, но на следующий день наблюдал, как те же девушки уже подхватывали и уводили других парней. Сначала злился и ревновал, но потом понял, что даже если я выгодный источник дохода, им не нужны отношения в целом. Меня это разбило. И я постепенно начал отходить, когда уже отличал подобного рода девушек и просто тех, кто приходит отдохнуть. Начал знакомиться с ними, зачастую во время своего кайфа, отдыха, не целенаправленно. Конечно, мы больше общались, с некоторыми жили, но почти все просто трясли с меня денег, а я, как дурак полный, велся на это. Деньги и развлечение в кровати, хотя сами-то небось на мне одном не заканчивали. Я стал пресекать, они стали уходить, и я все больше разочаровался в любви, пока не разочаровался совсем. Уже… И не было желания за этой любовью гнаться, понимаешь? Стал просто работать. И вот встретил тебя. Мне в голову будто снова тот наивный ребенок ударил. Я вдруг снова во все поверил. Поверил, что могу жить… Как все. Нормально? Не приходя под чьи-то истерики, недовольства, не приходить в пустую и бездушную квартиру, потому что никого прекраснее тебя во всех планах, я не видел, — мечтательно произнес парень. Венера и вправду удивленно наблюдала за тем, как из мрачного рассказа Милтон перешёл на нахваливание ее, куда-то улетя в небеса, и, пусть рассказ парня Венеру шокировал, она была рада, что кому-то могла так помочь.       — Может в чем-то ты и прав. Мы можем помочь друг другу… Я могу понять, что тот случай… Был результатом твоей травмы, как в моем случае необоснованные истерики, пусть и глупое сравнение, но все же. Постепенно… —       Перебил Венеру громкий и настойчивый стук в дверь квартиры. Вся атмосфера откровенности быстро растворилась в воздухе. Милтон и сам тому был недоволен. Резко поднялся и подошел к двери, глянул в глазок, и снова посмотрел на девушку, знаком руки попросив ту оставаться на месте. Венера подошла ближе, но кивнула, оставаясь в проеме коридора.       Милтон открыл входную дверь, и вышел наружу, а оттуда на него выпрыгнула девушка. Чуть ниже самого парня. Она была в откровенной одежде, с недовольным лицом. Правда по ней так и скажешь, что дама с язвительным непростым характером. И как только у таких ни морщинки от вечно плохого настроения не появляется?       — Милтон! Чертов с два! Где ты пропадал?! Ты хотя бы знаешь, сколько раз я тебе писала?! Ни разу не ответил на мое сообщение, даже не читал! — обиженно воскликнула дама, поправляя черные вылизанные волосы, а после посмотрев в зеркальце, не испортился ли макияж. Девушка будто бы на пару секунд перестала замечать собеседника, а после, глянув на него, резко улыбнулась и повисла на его плечах, подтянувшись к лицу, на что парень сразу отреагировал отрицательно:       — Ну чего ты хмуришься? Я тебе звонила, ты и на звонки не отвечал. Джой сказал, что мы уже не встречаемся, и меня не должно волновать, где ты… И с кем, — повернув голову в сторону, откуда можно было заметить Венеру, которая подошла чуть ближе, чтобы подслушать, незнакомка открыла дверь и оглядела в полный рост испуганную Венеру, которая сразу постаралась выпрямиться.       — Что за простушка? — усмехнулась девушка.       — Бестия, иди уже отсюда, — Милтон преградил рукой Венеру, тем самым защищая золотокудрую:       — Тебе здесь не рады. —       — Не рады? — усмехнулась Бестия:       — Когда мы встречались, ты так говорил только бывшим, которых ты прогонял, чтобы они не мешали тебе в новых отношениях. Так значит… — снова глянув на девушку, Бестия от иронии ситуации закатила глаза и улыбнулась:       — Так ты выбрал эту простушку? Теряешь хватку, милый? —       — А ну прекрати! Ты не имеешь права приходить ко мне домой и говорить так, будто между нами что-то есть или будет! — разгневанного прорычал хозяин дома, насильно выпихнув названную гостью из квартиры, а сам встал у проема, не давая пройти:       — Еще раз говорю. Тебе здесь не рады. И не думай, что я не ударю девушку. Мне плевать. И плевать, кто там твои родители. Понятно? —       Девушка недовольны задрала нос и поправила волосы:       — Думаешь, что не вернешься ко мне? Да я единственная из твоих пассий, кто доставлял тебе столько удовольствия. Сам увидишь, милый. Даже она от тебя сбежит, ты ведь и сам совсем не ангелочек, — коварно улыбнувшись, Бестия ушла. Однако послевкусие осталось.       Венера и сама толком не понимала, что происходит. Это была бывшая Милтона, это точно. И судя по ней, Милтон не врал насчет меркантильности его бывших дам. Но… Ревность все равно кольнула. Не сможет же эта Бестия и вправду прибрать к себе Милтона? Такое странное чувство прожигало понемногу, но больно внутри. И Венера не знала, что с этим ей делать.