На грани раскола

      — Милый, я дома, — Венера зашла в коридор своей квартиры и закрыла дверь, повернув замок. После щелчка девушка стала снимать кроссовки, но тут из-за дверного проема на нее выскочила трёхлетняя девочка.       — Мама! Мама пришла! — послышался звонкий голос Лу.       — Я тут, Венер! — из-за кухни раздался ответ от Милтона.       — Ой, ну что за радость моя бежит, — умилительно пропела волчица, заключив дочь в объятия:       — Проказница маленькая. —       Девушка заглянула в ванную комнату, умыв руки с мылом, и только потом крепко обняла дочь, подняв на руки и вместе с ней придя на кухню, где за небольшим ноутбуком сидел её муж.       — Как дела? Опять работу ищешь? —       — Ага... Не тебе же одной все вывозить, — устало протянул парень, потянувшись. Милтон заметил Лу на руках любимой и с мягкой улыбкой поцеловал дочь в лоб.       Малышка улыбнулась и восторженно начала перерассказывать все происходящее за день:       — А я сегодня в садике играла с девочкой. Тетя играла на гитаре, а мы пела. Фая Рин сказала, что я при родах актриса! —       Венера мягко улыбнулась и потерлась носом о щеку дочери. Такая маленькая, а сколько энергии!       — Прирожденная, милая, — нежно подправил парень, допивая кружку кофе:       — Ох, совсем ничего. Кажется, твои родители были правы. Тяжело найти хорошую работу с нормальной зарплатой, когда за спиной никакого образования. —       — Милтон, ты слишком высоко целишь сразу, — вздохнула Венера, поставив дочь на пол:       — Мне повезло найти хорошую работу только благодаря Лив. И то даже с хорошим образованием не все находят себе работу. Просто ты еще не нашел. Не волнуйся об этом, и лучше сделай все возможное, чтобы не попасть в тюрьму. —       Милтон постарался уверенно кивнуть, но он боялся обещать, боялся, что не сможет предать тех, кто о нем заботился, когда он еще был ребенком.       — Как... У тебя на работе? — постарался сменить тему заяц:       — Слышал, что там проблемы у Оливии. —       — Ну... Вроде как в моей команде все в порядке. Но я слышала, что... Начальство настроено к ней с пренебрежением. Несмотря на то, чья она жена, да. Не знаю почему, может личное. У меня хороший арт-директор. Он сказал, что если я продолжу участвовать в конкурсах, светиться, знакомиться, то смогу подняться по карьерной лестнице. И ребята очень крутые. Все такие... Креативные. Мне повезло с отделом, ничего не скажешь. И все благодаря тебе, — Венера мягко улыбнулась парню. Если бы он не оплачивал её образование, она бы и не смогла этого достигнуть, не смогла бы заниматься любимым делом, которое забросила так надолго.       — Ты сделала для меня гораздо больше, — пророкотал Милтон и притянул девушку для нежного поцелуя:       — Но... Я должен сегодня снова с ними встретиться... У меня нет выбора... Не волнуйся, я вернусь сегодня, но поздно. —       Венера не могла этому противиться. Она не могла запретить, потому что ни его, ни её не спрашивали. И не могла отпустить со свободным сердцем, потому что переживала. Что делать в этой ситуации, Венера не знала. Только смириться, принять ситуацию, но продолжать надеяться, что заяц все же поступит разумно.

***

      Тёплый летний парк насыщался солнечным светом. Люди гуляли, общались, весело проводили время друг с другом, пока другие были заняты бесконечными рабочими делами. Старый мужчина сидел на одинокой скамейке у фонтана. Вокруг было на удивление пусто, и только несколько человек в черных очках смиренно стояли рядом и охраняли важного пожилого.       Старший наслаждался пением птиц, свежим и ещё древесным запахом от деревьев, что в парке располагались. Городская духота действительно могла погубить, если сидеть в этих замкнутых стенах долгое время.       К мужчине подошёл молодой вытянутый парень с широкими плечами, а за ним следовала молодая девочка лет тринадцати-четырнадцати.       — Приятного разговора, — кивнул парень напоследок и направился назад, оставив девочку наедине с мужчиной.       Пожилой человек сделал легкий взмах руки и его надзорщики оставили своего нанимателя наедине с девочкой.       — Ты так выросла... За тринадцать лет, — осторожно сказал мужчина, улыбнувшись девочке:       — Ты так похожа на неё. —       — На неё? — испугалась девочка, разминая пальцы от волнения.       — На мою сестру. У неё тоже были белокурые пышные прямые волосы и такие острые черты лица с миниатюрным носиком. К сожалению, она умерла много лет назад. Она была матерью твоего отца. —       — Моя... Бабушка? —       — Да... Когда ты родилась, я думал, что тебя назовут в её честь, но я рад, что Джордон назвал тебя по-другому. Иначе бы это было слишком болезненно для меня. —       Девочка грустно опустила глаза.       — Я... Мало, что помню о папе. Помню... Он был очень добр ко мне. Часто баловал, смеялся. Когда навещал меня, я жила на базе, а он всегда был в разъездах, он привозил мне сладости. Говорил, что Свобода должна обеспечить людей свободой, и ничем иным, — девочка рассказывала о папе с большой улыбкой и так много, откровенно, как никогда ранее. Это были теплые и светлые воспоминания, которые невозможно было запятнать:       — Папа был большим примером для меня, но... Я так мало о нем знаю. —       — Ох, Рия... — мужчина улыбнулся, а потом заплакал, прижав девочку к сердцу:       — Садись ко мне, моя девочка. Никого у меня не осталось кроме тебя и Ивонны, но в тебе... — Мужчина постарался освободить девочку из своих крепких объятий, предаваясь воспоминаниям:       — Его часть, его душа. Я это вижу. Твой отец был слишком мягкий для мафии. Когда умерла твоя бабушка, она оставила мне только его. Я заботился и надеялся, что Джо станет моим наследником, но в пятнадцать он сказал "Хочу помогать людям. Не всем повезло с хорошими родителями". И он решительно был настроен создать организацию, которая бы помогла нам больше не страдать от наймо. Они... Появляются в случайных местах, разрушают, убивают и стирают об этом все данные! — мужчина с ненавистью уставился в сторону, где стоял тот самый наймо:       — Поэтому мы их и ненавидим. Мы долгое время защищали людей, потому что иной защиты в стране просто не было. Полиция продажная, нужно было все время выступать против других сильных мафий. А потом... Стали исчезать и они. Я быстро понял, что скоро могут избавиться и от нас. Твой папа предложил решение. Свобода. Мы решили истреблять наймо, чтобы сделать мир чище и свободнее от них. А потом родилась ты. Была самым большим подарком для меня. Когда ты была маленькой, мы виделись, но потом... Твоя мама заперла тебя. А потом твоего папу убил один... Из... Этих. —       — Но....Что если... — Рия чувствовала, как она хотела сказать правду. Правду, которую сама слышала. Дедушка полагался на Ивонну, потому что она была избранной его племянника. Она тоже являлась ему дорогим человеком. Но её мама не была... Таким хорошим человеком. Нет, она была хуже.       Неосознанно, но переминание пальцев превратилось в почесывание рук, что не смог не заметить дон. Мужчина осторожно взял девочку за руку и осмотрел. На  ней были сильные гематомы. Дон нахмурился, изучая ненормальные отметины насилия.       — Это... —       — Мама... Она... — Рия пыталась сказать эти слова, но было так сложно. Сказать, что твоя мама бьет тебя уже столько лет, кричит и все время мучает. Многочисленные наблюдения показали, что в других семьях царит гармония и порядок, даже если не идет все гладко и плавно. Важно, чтобы все держались вместе и помогали друг другу, а не бросали в сложный момент. В её семье каждый друг другу и был той самой угрозой. Такой порядок построила её мать.       — Дедушка... Вы же знаете, что случилось с папой по словам матери, но... Что... Если правда... Немного иная? —       — Тогда я прислушаюсь к тебе, — улыбнулся мужчина. Это дало Рие надежду. Дедушка, о котором она могла только знать, оказалось так хотел с ней увидеться, и хорошо, что отец Оливера помог этому случиться.       Тут подошёл один из подчинённых и что-то нашептал боссу на ухо. Дедушка сразу стал серьёзным и даже огорченным.       — Нужно идти. Подождешь? —       — Н-но... — девочка хотела сказать что-то очень важное, однако собственная нерешительность как будто в который раз мешала повлиять на ситуацию.       — Я скоро приду, милая. Это ненадолго, — кивнул мужчина и тяжело поднялся. Рия сжала ладони в кулаки. Почему она просто стоит? Почему не решается попросить пойти вместе с дедушкой? Почему она так покорно выполняет это поручение?       Тем временем дон дал легкую команду приглядывать за его внучкой, чтобы никто не повредил его маленькое сокровище.       Рия могла только смиренно принимать ситуацию. Два человека встали рядом, не глядя на маленькую белокурую леди. Рие так хотелось закричать. "Дедушка! Я с тобой! Подожди меня! " Но однажды в детстве она уже так и поступила и стала свидетелем ужасного события. Вдруг все повторится? Может, лучше повиноваться? Её же хотят защитить.       Ученица подняла глаза на двух стоящих охранников. Такие непоколебимые лица, как будто они были ходячими роботами, и даже не разговаривали, просто стояли уже несколько минут друг напротив друга, смотря в разные стороны, как будто ожидая какой-то подлянки.       — К-куда... Дедушка ушёл? — решилась Рия хотя бы на вопрос. Если она будет стоять, то стоит удостовериться, что с дедушкой все будет в порядке.       Один из телохранителей явно не ожидал, что Рианна будет с ними разговаривать, и сначала замешкался в ответе: — А, ну... Видите ли, к боссу пришёл гость. —       — Гость? —       — Да... Милтон, тот ещё подлец. Его и гостем тяжело назвать, — фыркнул другой телохранитель.       — Эй! Помалкивай, — отсек коллега напротив, надеясь, что у той самой маленькой леди не хватит ума сбежать куда-то.       Рия нахмурилась. Она как будто уже слышала это имя. Ах, точно! Кажется, это друг Шери! Но... Разве тогда там не окажется волк? Девочка взглянула в сторону, где ранее стоял отец Оливера, но там наймо не оказалось. С ними может что-то случиться! Тем более дедушка, кажется, ненавидит их обоих. Такого не должно произойти!       — Надеюсь, что вас не уволят... — сказала девочка как-то в пустоту.       Мужчины озадаченно посмотрели на Рианну. Что за странные слова? Сама же Рия в свою очередь постаралась выдавить улыбку и со всей силы ударила одного в коленную чашечку, и пока первый пытался не умереть от резкой боли, второй, вовремя не сориентировавшись, не ожидал и не знал, что делать с внучкой босса, получил в живот, а потом так же по ногам. У Рии было немного времени, и пока ноги мужчин болели неистово, ноги блондинки несли её вперед чуть ли не по воздуху. Нужно только успеть. Только успеть.

***

      — Клянусь! Я не хотел предавать семью! —       — Мы это уже слышали, — вздохнул пожилой мужчина, протирая руки влажной салфеткой, как будто готовился к грязной работе:       — Ты решил, что будешь делать дальше, Милтон? —       Это был тот вопрос, на который парень не знал, как ответить. Он определенно не мог бросить свою семью, и в то же время предавать мафию было нельзя. Как Милтон мог разорваться в этой ситуации? Если он не сделает все возможное для суда, то сядет точно надолго.       — Понятно, — так и не дождавшись ответа, дон взял ружье:       — Потерять семью ты не хочешь, а нас сдавать боишься. Наверное, тебе пообещали, что тебя защитят, как только поспособствуешь полиции, но ты слишком осмелел, и забыл, как мы разбираемся с теми, кто помогает полиции сажать наших за решетку. Я в тебе разочарован. Ведь ты мог просто отсидеть лет десять и все, а теперь... —       Дон перезарядил ружье, и когда раздался глухой щелчок, оружие было снято с предохранителя, мужчина навел дуло на голову парня. Милтон никогда ранее так сильно не боялся смерти. Его крепко держали, парень не мог дернуться. Долгое сидение перед доном на коленях сделало зайца беспомощным в этой ситуации. Неужели он так просто умрет? В этот солнечный день, вот так просто? Именно тогда, когда жизнь наконец стала комфортной, где у него, как в сказке, была любящая, полноценная семья? Нет...       — Нет! Вы не можете! Не можете меня убить! Моей дочке нужен отец! Им будет плохо без меня! Вы должны это понимать, у вас же есть семья! — заорал Милтон, надрывая глотку. Он не пытался кого-то призвать, это было бесполезно. Парень хотел, чтобы его услышали, чтобы поняли.       — Держите его, — холодно сказал дон.       Милтон сразу же получил сильный удар в живот, и парень потерял связь с реальностью. В голове затрезвонили колокола, а перед глазами поплыли разноцветные круги. Приговоренный к смерти в свои последние минуты, мог только болезненно стонать, пытаясь вспомнить собственное имя, и понять, что происходит вокруг.       Казни помешал, вломившийся в помещение волк в демонической форме. Дневной свет ударил в глаза, а Милтон смог только крутить головой, так же пытаясь понять, что происходит. На наймо полезли подчинённые босса, началась стрельба, но волку было все равно. Демон сразу же положил нескольких, началась кровавая бойня. Шери. Кажется, он пришёл спасти друга. А волк тем временем не убивал, ему нужно было избавиться от препятствий и защитить Милтона. Огромная мохнатая лапа закрыла собой зайца, пока сам волк рычал на дона. Дедушка Раи уже нацелился, и ещё несколько человек ждали лишнего движения, неправильного взгляда, чтобы открыть огонь. Шери заметил, что их патроны, которые мафиози успели зарядить, были с ядом для наймо. А значит могут быть смертельны для волка.       — Стойте! —       В гущу событий ворвалась девочка.       — Мама убила папу! —       Шери остановился. Рия смело призналась в том, что случилось много лет назад, в том, чего она боялась говорить даже вслух себе.       — Они мне помогали! Они меня спасли! Мама меня бьет постоянно! Она специально убила папу, чтобы издеваться над всеми! —       Рия зажмурилась, даже не думала уходить. Её слова не были полностью верны, но определенно точно описывали степень происходящей жести в ее жизни.       Дон непонимающе нахмурился.       — Что это значит, внучка? —       Девочка открыла глаза с надеждой, смотря на дедушку. Нет пути назад. Нужно признаться. Может быть, дедушка сможет её спасти.       И неосознанно для себя загнанный в угол ребенок, разрыдался крокодиловыми слезами. Драка, которая могла закончиться чей-то смертью, тут же прекратилась. Дедушка без лишней мысли бросился к девочке и крепко её обнял, а Рия никак не могла успокоиться. Шери облегченно выдохнул. Пора Милтону тоже признаться, что именно он искал. Волк обратился назад и дал легкий кивок парню. Они признаются вместе. Да, мафия так узнает слишком много, что может быть опасно, но иного пути нет. Теперь Шери должен помочь другу. Он нужен сейчас.       Потребовалось время, чтобы все смогли успокоиться. И, конечно, из лесистой части парка все ребята перебрались в дом мафии, где семейная обстановка контрастировала с доминантностью властной частью общества.       Дон сидел посередине большого обеденного стола, а по сторонам Милтон, Шери и Рия. Телохранители стояли рядом все так же следя за неожиданными гостями. Ни у кого не было аппетита, собравшиеся обсуждали долго лежащую на дне правду.       — Я видела... Когда мой папа умирал, мама... Даже не помогла ему. Она выглядела так, как будто ей все равно... Я всегда думала, что она так любит нас, что она просто не умеет вести себя нежно, но услышала, как она сказала, что папа сам виноват, что умер, и даже радовалась тому, что все так случилось. Она постоянно меня бьет, угрожает, душит и.... Она хочет, чтобы я убивала наймо. Тогда же она сказала, что ей все равно на цели отца... Она просто хочет власти. И что она убила своих же родителей. Она... Все продумала. И-и-и... Она не говорила, что у меня есть дедушка! —       Дон прикрыл глаза рукой, пытаясь прийти себя. Столько лет доверять этой девке, чтобы она собственными руками избавилась от его племянника, а потом еще не позволяла видеться со своей внучкой! Дон пригрел на своей груди змеюку, которая отравила его жизнь. Чего там, именно она привлекла его к этому гнусному делу во имя только своих целей. Повелся, как школьник.       Шери подтверждающе кивнул:       — Мы работали вместе. По крайней мере я так думал... Я сбежал из лаборатории в восемнадцать. В четырнадцать у меня не вышло. Я был одним из первых экспериментов, и мне повезло, я был сильнее всего того, что там происходило. Конечно, не без помощи других. Я знаю её сестру, Нору. По её рассказам, Ивонна всегда о ней заботилась, но бросила в детском доме, когда их родители погибли в аварии. Когда Ивонна попыталась меня убить... Она призналась, что подстроила ту аварию. Судя по всему, она больна. Именно психологически: она нездоровый человек, не способна на любовь и эмпатию. —       — Выходит... Вы на это способны? — скептично спросил дедушка.       Волк не реагировал на скрытую агрессию. Только отрицательно покачал головой:       — Мои друзья уже не те. После восемнадцати они, можно сказать, сошли с ума. Я избежал этого, именно потому, что сбежал. Это не означает, что все остальные наймо — опасные. Просто среди наймо есть такие же простые люди, как мы с Вами. Не мы выбирали так жить, мы родились в клетке. К тому же далеко не золотой. Наши родители больны идеей, которую большая часть не поддерживает, ведь страдаем мы. —       — Ясно, — дон понимающе кивнул. Кажется, у волка получилось повлиять на мировозрение пожилого мужчины. Это огромный прогресс.       — А ты? — вдруг стрелка перевелась на Милтона:       — Зачем копал под нас? —       — Ради него! — тут же ответил Милтон. Час назад его чуть не убили. Все еще не отошёл. Шери не ожидал такого быстрого ответа. Как будто заяц во всем обвинял волка, и мало ли, под трибуналом окажется именно Шери?       — Я попросил его найти максимум информации на мою бабушку, — поспешил объяснить сам волк:       — Моя бабушка была полицейской в том участке, но умерла, вроде как от инсульта. Однако он покопался и таки добыл подтверждение, что на стенках гортани был налет, который и привёл её к этому. Но ничего более о ней не было известно, что очень странно. Только то, что её дочь — Шериель — моя мать, ушла из дома. —       — Марианна, да? — задумчиво спросил Дон и тяжело вздохнул:       — Теперь я ненавижу тебя ещё больше. Да, я понимаю, о ком вы. Марианна Бернард. —       Шери сразу же навострил уши и напрягся. Найти имя-то было невозможно, а тут... Откуда только дон знает так много?       И дедушку просить не нужно было.       — Марианна работала в полиции, это правда. Она была хорошим полицейским. Скорее всего даже работала с правительством, но резко понизилась в должности и ушла с поста. До этого она была большой проблемой для меня, так как все время сидела у нас на хвосте. Однако её резкое исчезновение меня напрягло ещё сильнее. Марианна была женщиной амбиций, но... Вдруг стала жить так скромно, нет, я точно чувствовал в этом подвох. И чувствовал вплоть до момента, пока она не умерла. Я подумал, что она могла подстроить свою смерть или что-то подобное, так что узнал все, что мог про ваш род. Как оказалось, в твоем роду целая династия служащих, но самым главным его представителем был Шир. Его могила настолько забытая, что должны были уже давно убрать, но Мари не позволяла, и до последнего за ней ухаживала. Эта могила была могилой воина и первого рыцаря нового царя около трёхсот лет назад. Вы должны и сами быть хорошо осведомлены об этой историей. Шир — герой войны, выходец с далекого Востока страны, родился в невзрачной дворянской семье и поднялся, но во время революции умер в раннем возрасте от пыток. Если бы не Шир, то наша страна, а может и мы, погрязли бы в говне. В худшем случае никого бы тут не было. После смерти Шира его семья присвоила его заслуги. Твой отец родом из Валендолы, из семьи тех, чьи потомки были участниками второй мировой. Так ваши два прогнивших рода и сошлись. На самом деле ещё чудо, что Марианна была адекватным человеком, но я искренне ненавижу ваш род, который утонул во лжи. Иногда лучше не знать, чем знать такое. —       Волк закусил губу. Казалось бы, ещё немного, и голова полетит. Но может быть, выйдет убедить дона в собственной адекватности? Да чего уж там. Надо ещё спасать Милтона. Заяц совсем потерялся в потоке информации. Все было так сложно.       — Скажи, что ты Шир, — прошептал отдаленный голос демона в голове.       Волк озадаченно нахмурился. "Зачем? Это неправильно! И абсурдно!"       — Потом объясню, — в ответ прошептал Серпент.       Шери замешкался. Что происходит?Есть еще что-то, что волк не знал?       — Я... —обманывать дона мафии — идиотская идея, но была бы не была. Нужно довериться демону:       — Я перерождение Шира. —       Дон озадаченно посмотрел на волка. Как будто сначала не поверил, что логично, а потом пытался найти намеки на ложь в чужом взгляде. Милтон тоже не совсем понял, о чем вообще Шери говорил. Как это может быть?       — Это шутка? Ты издеваешься, парень? — презрительно сощурился дедушка.       — Нет, — твердо сказал волк, не останавливаясь в своём вранье.       Но что говорить дальше, он не знал. Нужно было соврать, чтобы убедить Дона поверить в эту дурацкую историю и помочь. Шери определенно не привыкать, но врать сейчас было так сложно, даже страшно.       — Кажется, я наконец решил, как поступлю, — вдруг вмешался Милтон, сам не понимая, что спас друга от непреодолимой задачки.       Дон перевел взгляд на зайца.       — Я... Не стану работать с полицией и правительством. Знаю, что меня ждет, но... Вы правда стали для меня семьёй. И много дали. Я не хочу так поступать не потому, что боюсь мести, а потому что предам свою самую большую ценность — семью. —       Дон удивился, но одобрительно покачал головой.       — Хорошо сказано. Не волнуйся, я знаю, что твоя семья для тебя все. Я бы ничего для них не сделал в любом случае, и тем более, с ними ничего не случится, я это обеспечу. Но если ты соврал, смотри у меня. А что касается тебя, наймо... Надеюсь, что позже ты пояснишь мне. Но не думай, что можешь просто навоображать сказку и пропихнуть мне её за реальность. —       Шери понимающе кивнул. Хорошо. Как раз Серпент все объяснит. А после он повторит.       Дедушка улыбнулся своей внучке, а та постаралась ответить тем же. Кажется, все наконец уладилось. Девочка была этому так рада. У нее наконец появилась ещё одна семья со стороны отца. Теперь с маленькой кошкой рядом был дедушка и тётя.       — Значит, Ивонна нас всех обманула, — заключил мужчина: — Она сказала мне, что Джордан умер от лап наймо, а она не успела его спасти. И ещё долго винила себя в этом, поэтому держала тебя под замком, из-за страха. Но все оказалось куда хуже. Её бездействие такая же вина. И ладно это, но с маленькой Рией... —       — Все в порядке, — успокаивала близкого человека Рия:       — Главное, что мы вместе. —       — Вы так цените кровные связи, — заметил волк.       — Конечно. Что может быть важнее семьи? —       — Нет, само собой. Для меня тоже. Но у меня дома два ребенка усыновлённых. Я их тоже люблю и задумался вдруг... Будет ли у меня другое отношение к своему собственному ребенку? —       — Шери? — шепнул Милтон, не понимая, что несет его друг:       — Ты чего? —       А Шери и сам не понимал, откуда у него такие приземленные мысли. И видимо это удивило не только его и Мила.       — Наймо о таком думает? Надо же, ты человечнее, чем можешь показаться. Но касательно твоих мыслей, у всех по-разному. Кто-то может принять чужого ребенка как своего, кто-то нет. Чтобы мы ни говорили о морали, у всех все по-разному. И это нормально. Но когда ты понимаешь, что делишь общую кровь с родственником, становится как будто проще, приятнее. Как будто.... Ты продолжаешь жить в своих кровных потомках. Это сложно, быть может поймешь когда-то... Если доживешь, — усмехнулся мужчина.       — Давайте вернемся к сути, — попросил Милтон:       — Нам нужно остановить Ивонну. —       — Я с этим справлюсь. А вы остановите ЛЖЭЗ. Это ваша основная задача. —       — Тогда я помогу, — кивнул заяц:       — Вы уже пожилой человек. Я сделаю все возможное, чтобы прекратить это. —       — Хорошо, — кивнул Дон и взглянул на Шери:       — Мне нужно, чтобы ты помог мне и моим ребятам сбежать из страны, как только все закончится. Власти нас в покое не оставят. И это мы ещё про наймо не говорим. —       Шери кивнул. Пока это было возможно. Да и логично. Ну и, конечно, не хотелось все портить. Все же вот так нарушать закон, буквально, помогать незаконникам, было преступлением.       — Я тоже поеду! — вдруг заявила Рия и, предрекая несогласие, поспешила добавить:       — И не спорьте! Я поеду и все! Не хочу оставаться в этой стране после всего случившегося! Хочу быть с дедушкой! —       — Поговорим ещё об этом, — вздохнул дон:       — А сейчас предлагаю закончить. Поговорим о плане позже, когда отдохнем. —       — Хорошо! Приятного отдыха! — Милтон подпрыгнул с места и низко поклонился. Все выдалось так удачно. Так что не было желания раздражать взгляд вышестоящего человека.       Дедушка кивнул и повернулся к Рие, протянув внучке конверт, который достал из кармана куртки:       — Открой, когда все закончится. —       — Хорошо! — Рия улыбнулась, схватила письмо и крепко обняла дедушку под его веселое кряхтение.       Шери встал со своего места, и, как будто, ждал, когда с ним попрощаются тоже. И не с пустого места. Дон мафии и вправду хотел кое-что сказать, но для этого мужчина дождался, когда комната опустеет и в ней останутся только два человека.       — Послушай, парень, — холодно начал старик:       — СМИ просто так ни о ком не говорят. На тебя определенно наговаривают. И если это не правительство проворачивает, ожидай худшего. —       Внезапный совет со стороны дона удивил волка. Вот так внезапность. Почему ему решили помочь? Да и в словах дона правда был смысл. Шери тоже смущала эта слепая, как будто, обожание к его персоне. Волк не спасал мир от уничтожения или что-то такое. Простые люди далеки от подобного, если это их не касается, а это их не касалось.       — Не подумай, что я помогаю просто так, — сразу же развеял волшебную пелену старик:       — Защити мою внучку. Я не хочу, чтобы она поехала со мной. Не хочу... Чтобы она бросалась из огня в огонь. —       Шери кивнул.       — Ты хороший парень, — вдруг добавил мужчина, похлопав волка по плечу:       — На Шира тоже много говорили... Дурного. Но он всегда шёл к финалу, несмотря на боль. Ты похож на него. —       Это было одобрение...? Получается, волку не надо ничего доказывать? Кроме того, на Шери свалилась новая обязанность, защищать Рию, избранницу сердца его сына, что с характером первой было сложновато. Но совсем неплохо в тоже время заручиться такими связями.       — Сделаю все возможное. —

***

      Все произошедшее за сегодняшний день крутилось в голове до конца дороги. Ранее Шери был против Рии в их семье, все же она племянница Норы, яркая, вспыльчивая, может быть даже конфликтная. Дочь Ивонны и связана с силовиками. Но теперь она стала ещё и внучкой дона мафии. И окончательным выбором Оливера. Как бы волк ни хотел изменить судьбу, мужчина должен был поспособствовать ребятам.       — Как ты... Относишься к Оливеру? —       Рия в это время смотрела в окно на первом сиденье. Девочка выглядела спокойной и довольной.       — Как к другу, а что? —       — Да так... Просто... —       У Оливера явно с этим будут проблемы.       Машина остановилась во дворе. Ночь уже давно наступила, теплая погода и отсутствие солнца делали это время самым выносимым и свободным.       — Ну все. Спасибо, что довезли, — Рая легко оказалась на своих двоих и с хлопком закрыла дверь:       — Ну все. До свидания! —       — Пока-пока, — волк тоже вылез из машины, чтобы сопроводить девочку. Рианне не нужно было идти долго, но все же. Парень принюхался. Да, кошка оказалась на территории организации. Теперь можно было ехать домой.       — Простите! — вдруг со стороны оказались две девочки с блокнотом:       — Можно взять у вас автограф?! —       — А? — Шери немного напугался:       — Ч-что...? —       — Ну... Вы же вернулись, верно? Чтобы нас всех спасти! Вы один из них, но сражаетесь против монстров и защищаете нас! Это так романтично! —       — Ну... Наверное, — не то чтобы волк в этом много смыслил, но решил быстро подписать блокнот.       — Но вам определенно мешает Оливия. Её семья когда-то была очень богата, потом её родители искали, куда её продать. Потом так пытался поступить брат, но она вышла за вас. И даже зная, какой вы человек, она взяла ребенка из приюта. Разве вы никогда не думали, что Оливия просто пытается нажиться на вашем успехе? —       — Чего... ? — Шери совершенно не понял этот поток сознания. Но слова дона вдруг обрели доходчивый смысл. Со стороны пытаются в их семье создать трещину.       — Нет. Никто не знает, что происходит в семье и через что мы прошли. Это все бред, — твердо сказал волк, стукнув ручкой по подписанному листу бумаги.