Чтение "Пандемониума"

— Фокус профессора Дубровского». — зачитал Альф и нахмурился. — Какой ещё фокус? — Узнаешь… — убито вздохнул Тимофей, поняв о чём будет глава. Зверев попытался незаметно скрыться, но ничего не вышло. Лера заметила его издалека и яростно замахала рукой. Он и опомниться не успел, как она уже стояла рядом. — Гуляешь? — осведомилась Козлова. — Типа того, — кивнул Тимофей. — Как удачно! Я тоже решила пройтись, значит, будем гулять вместе! Тимофей хотел возразить, но она уже взяла его под руку и практически поволокла за собой. — Как тебе эта история с Димкой и Кариной? — тараторила Лера. — Вот ужас-то, правда?! Поверить не могу, что общалась с ними почти каждый день! — Она боялась нас?! — удивилась Карина. — Как видишь. — усмехнулся Тимофей. — Надо было вас держаться, чтобы она ко мне не ходила. — Они хорошие ребята… — Ой, спасибо! Приятно слышать. — хохотнул Димка. — Верно! Но кто сидит у них внутри?! А как тебе новый учитель Канто? Вот же странный старикашка! Завтра у нас опять с ним занятия, как-то я его побаиваюсь! У меня еще после прошлого урока все тело болит! Кстати, я говорила тебе, что у нас много общего? Я тоже алабастр, как и ты! Она так быстро перескакивала с одной темы на другую, что Тимофей не поспевал за ходом ее мыслей. — Погоди! — воскликнул он. — Еще не доказано, что я алабастр! — Правда? А со мной уже все понятно. Но если у тебя никакие способности не прорезались, что тут еще доказывать? Андрей Николаев тоже все отрицает, но у меня никаких сомнений нет. Он ничего не может, а значит, алабастр! — Не алебастр! — поправила Луиза. — Это точно. Я помню этот торт! — со смешком закатила глаза Женя. — Некоторые способности у меня есть, — уклончиво ответил Тимофей. — Как и у меня. Моя силища, к примеру! — Лера хохотнула и напрягла руку, чтобы Тимофей смог пощупать ее огромный бицепс. Зверев лишь грустно вздохнул. — Но это у меня от мамаши. Ее девичья фамилия — Муромец! — Так вот оно что, — безнадежно пробормотал Тимофей. — Всегда подозревал что-то в этом роде. Многие засмеялись, на что Тимофей поморщился. Как же он её избегал… — Она сильнее Ильи и Стаса? — вдруг поинтересовался Антон. Тимофей задумался. Козлова очень сильная, но и Илья со Стасом тоже… — Если честно, то даже не знаю. — неловко пожал плечами Змееносец. — Я не сравнивал. — А я видела, как ты гулял со своей мамой. Хотела к вам подойти, да что-то не решилась. Она же все-таки знаменитость, а я такая стеснительная! — Она?! — засмеялся Никита. — Что-то не очень верится. — Ты что, она сама стеснительность! — кивнула на книгу Серафима. — Да неужели? — Конечно! Тимофей готов был кричать от досады. И ведь не вырвешься — Лера вцепилась в него просто бульдожьей хваткой. Солнце неумолимо клонилось к кромке леса, окружающего город, тени на улочках Клыково становились все длиннее. Лера болтала без умолку, и Тимофей уже всерьез подумывал резко отпихнуть ее и кинуться бежать. — Как же мне это знакомо! — скривился Никита. — Ты мой брат по несчастью. — мрачно усмехнулся Тимофей. — Как ты избегал? — За мной бегали три подруги! — Пф, за этой бестолочью больше. — со знанием дела заявил Димка. — Дим! А там — будь что будет. Когда-то Димка показывал ему особую точку на шее человека, нажав которую можно вырубить любого громилу. Жаль, он тогда не слишком этим интересовался и ничего не запомнил. — А надо было! — прыснул Димка. В этот момент рядом с ними притормозил старенький легковой автомобиль красного цвета. — Ребят, — выглянула из окна молодая женщина-водитель, — не подскажете, где тут у вас располагается краеведческий музей? — Эвелина?! — удивился и обрадовался Тимофей. — Что вы здесь делаете? Экскурсовод исторического музея застенчиво улыбнулась. — Как же тесен мир! Я приехала в местный музей. Наш директор просил меня разузнать поподробнее об этой истории с мертвыми шаманами, а смотритель местного музея хорошо в этом разбирается. — Правда? — удивился Тимофей. — С чего это вдруг? — Профессор Андронати помнит прошлое возвращение шаманов к жизни и связанные с этим события. А господина Бирулина сильно заинтересовала эта история. — Я бы тоже послушал, — сказал Тимофей, силясь отцепиться от Леры. — Лучше бы не хотел. — фыркнул Тимофей. — А что такого? — не понял Антон. — Поверь, будь ты на моём месте, тоже бы так сказал. — Я слышала, в музее Клыково хранятся ритуальные предметы, найденные при вскрытии старых шаманских могил. И даже есть ожерелье, похожее на то, что выкрал Иван… Мне и самой интересно на них взглянуть. — Нам тоже интересно, — заявила Лера. — Люблю разглядывать украшения! — Так поехали со мной, — предложила Эвелина. — Договорились! — тут же согласился Тимофей. Лера обиженно надула губы: — Я думала, мы с тобой погуляем до темноты. — Ты же видишь, у меня важное дело. — Тимофею наконец удалось оторвать ее от себя. — Но тебе будет скучно, так что можешь вернуться в академию… — Избавился? — засмеялся Вернер. — Нет. — Ну уж нет! — заартачилась Козлова. — Если ты едешь в музей, я отправлюсь с тобой! Заодно и на старинные ожерелья погляжу. — Вот настырная… — присвистнула Серафима. — Скажи мне об этом! — закатил глаза Тимофей. — Она отвяжется от него самым смешным образом. — пожал плечами Димка И прежде чем Тимофей сумел возразить, она плюхнулась на заднее сиденье машины. Зверев чертыхнулся сквозь зубы, но выхода не было. Он сел на переднее сиденье рядом с Эвелиной. — Профессор Игорь Сильвестрович Андронати — хорошо известный в научных кругах ученый-антрополог, — рассказывала между делом Эвелина. — Он всю жизнь занимался историей и археологией, а после выхода на пенсию стал директором краеведческого музея Клыково. Наши специалисты часто обращаются к нему за помощью и консультациями. До сих пор мне не приходилось приезжать к нему за подсказками… Но когда-то нужно начинать. Старики всегда помогут дельным советом. Вскоре они остановились у длинного серого двухэтажного здания с плоской крышей и огромными витражными окнами. Тимофей во время прогулок с друзьями никогда внимательно не разглядывал этот дом и только теперь подивился, что в Клыково есть музей таких огромных размеров. Музей уже был закрыт, и Эвелине пришлось долго давить на кнопку звонка. Наконец им открыл толстенький приземистый старичок, кутавшийся в толстую вязаную кофту, из-под которой виднелась поношенная ковбойка. — Игорь Сильвестрович? Меня зовут Эвелина, мы говорили с вами по телефону, — представилась девушка. — А это мои спутники, они учатся в вашей местной академии и также интересуются археологией. — «Пандемониум», — понимающе кивнул старичок, поправляя на носу огромные очки в роговой оправе. — Что ж, входите. Он посторонился, освобождая проход. Когда все вошли, Игорь Сильвестрович запер дверь на щеколду и, шаркая смешными домашними шлепанцами с помпонами, повел их по большим сумрачным залам, заставленным и завешенным статуями, камнями, старинными картинами. Тимофей разглядел даже несколько громадных скелетов динозавров — одни стояли, другие были подвешены на крепких стальных тросах к высоченному потолку. — Эти кости тоже найдены в Клыково?! — изумилась Лера, разглядывая крылатые скелеты над своей головой. — Да, много лет назад, — пояснил профессор. — Некоторые откопали во время строительства городка, другие обнаружили в Клыковских пещерах на очень большой глубине. Когда-то в этих местах водились очень интересные существа… Лера слегка побледнела и умолкла. Тимофей был этому чрезвычайно рад. — Наконец-то, да? — усмехнулся Никита. Тимофей не ответил, но кивнул, чем вызвал тихие смешки. Профессор привел их в свой кабинет на втором этаже. Все столы в помещении были завалены бумагами, камнями разных размеров, заставлены стеклянными колбами с образцами. Стены покрывали многочисленные фотографии в рамках, изображающие еще молодого профессора Андронати на различных раскопках в лесах, пустынях, горах и на океанских побережьях. То он опирался на гигантский череп динозавра, то сидел рядом с растрескавшимся саркофагом, из которого выглядывала мумия, то позировал на фоне старинных гробниц и руин каких-то величественных древних строений. Похоже, профессор прожил очень бурную жизнь. — Определённо. — поёжилась Лиза. В кабинете у окна сидел мужчина лет пятидесяти в строгом дорогом костюме темно-коричневого цвета. Когда они вошли, он листал какой-то научный журнал. — У меня гость, мой старый друг профессор Вениамин Дубровский, — представил Игорь Сильвестрович. — Мы как раз собирались выпить по чашечке кофе. Присоединитесь? — Не откажемся, — улыбнулась Эвелина. Пока Андронати возился с кофеваркой, Тимофей с интересом поглядывал на профессора Дубровского. Похоже, это и был психиатр Ирины Зверевой. Вряд ли в таком маленьком городе найдется еще один профессор с таким же именем. — Так как вас зовут, молодые люди? — осведомился Игорь Сильвестрович. — Я Лера, — назвала себя Козлова. — А это Тимофей Зверев. Тимофей заметил, что профессор Дубровский сразу оторвался от журнала и в свою очередь бросил на него внимательный взгляд. — Зверев… — задумчиво пробормотал Андронати. — Сын Егора Зверева? — Верно, — кивнул Тимофей. — Приятно познакомиться, юноша! Я очень хорошо знаю твоего отца. Не удивляйся, Клыково — город небольшой. Многие жители знакомы друг с другом. — Я уже и сам это понял, — кивнул Тимофей, покосившись на Дубровского. Профессор Андронати предложил гостям сесть и поставил перед ними кофе и тарелку с печеньем. — Вас интересует инцидент шестнадцатилетней давности? — Он устроился поудобнее в кресле с высокими подлокотниками и подпер рукой подбородок. — Троица шаманов Змеиного культа, умерших в незапамятные времена, возродились в телах трех воспитанников академии и попытались призвать Мать Змей. Я отлично помню, как все было, ведь это произошло здесь, в Клыково. — А вы можете рассказать поподробнее? — попросила Эвелина. — Чтобы мы знали, с кем имеем дело. — Вы всерьез верите, что все может повториться? — Все к тому идет, — кивнула девушка. — Найдены три мумии, черепа которых исчезли. Юные Первородные вновь стали носителями древнего зла. Господин Бирулин хочет узнать больше, поэтому и прислал меня к вам. — А чего же он сам не приехал? — Дела, — развела руками Эвелина. — Ага, очень важные. — фыркнул Тимофей. — Да я смотрю, ты его прям ненавидишь. — шёпотом произнес Никита, глядя на друга, тот тихо вздохнул и также шёпотом ответил: — У нас с ним это взаимно. Скоро узнаешь. Никите и остальные оборотни переглянулись. Им ой как не понравился тон Зверева… — Да рассказывать-то особо и нечего, — задумался профессор Андронати. — Как я уже упоминал, тогда это тоже были учащиеся «Пандемониума», трое ничем не примечательных мальчишек. Я не знаю, где они соприкоснулись с древними костями… Точнее, не помню. Но все трое стали вместилищами для духов мертвых шаманов, поклонявшихся Огненному Дракону. Они схватили девушку, алабастра, утащили ее в лес и там, на поляне, начали творить ритуал призыва Верховной. — На поляне? — переспросил Тимофей. — А где именно? — Это глухое местечко в лесу между академией и болотом, — ответил профессор Андронати. — Где-то в районе заброшенного кладбища. Насколько я помню, там есть огромный старый пень. Вот к нему они и привязали ту девушку. Поляна с трухлявым пнем. Именно там сидела Саяна, общаясь с тремя шаманами, в ту ночь, когда Димка сбежал из корпуса. — Еще немного, и они успели бы завершить ритуал, — продолжил Игорь Сильвестрович. — Хорошо, что учителя вовремя спохватились. Я в то время преподавал в академии историю, поэтому стал невольным участником тех событий. Мы шли на звуки выкриков. Это шаманы заклинания произносили, камлали то есть. По этому камланию мы их и нашли. — Были ли на поляне какие-то особые ритуальные предметы? — спросила Эвелина. — Дайте вспомнить… Три костяных ножа, они пускали себе кровь и лили ее в огонь. Несколько костяных фигурок, изображающих каких-то божков. И жуткого вида ожерелье, они нацепили его на шею несчастной девушке. Драка вышла знатная… Нам удалось сорвать ритуал, уничтожив их черепа. Матери Змей пришлось убираться восвояси. — А как звали девушку? — спросил Тимофей. — Не помню, — развел руками профессор. — Память уже не та, к сожалению. — А что стало с артефактами? — поинтересовалась Эвелина. — Алексей Бирулин говорил, что вы их сохранили. — Они здесь, в этом музее. Выставлены в одном из залов в качестве экспонатов. — Можно взглянуть? — Эвелина вытащила из сумки фотоаппарат. — Я хочу снять их и отправить фотографии по электронной почте в свой музей. — Разумеется, — кивнул профессор. — Только сначала включим в зале свет. — Можно, я тоже посмотрю? — спросила Лера. — Никогда не видела ничего подобного. — Конечно. — Игорь Сильвестрович, кряхтя, поднялся с кресла. — За мной, юные дамы! Всегда рад помочь барышням, которые интересуются археологией и историей! — Тима, ты пойдешь? — обернулась к Звереву Лера. — Нет, — быстро выпалил он. — Я вас здесь подожду! — Лишь бы не с ней? — хохотнул Димка. — Очень смешно. — Тимофей закатил глаза, но улыбнулся. Может, хоть немного отдохнет от ее общества. — Ну как знаешь, — с сожалением вздохнула Козлова. Девушки вышли вслед за профессором. Тем временем Вениамин Дубровский допил свой кофе и с улыбкой взглянул на Тимофея. — Проблемы с девушкой? — спокойно осведомился он. — Черная кошка пробежала? — С какой девушкой? — не понял Тимофей. — Как же до тебя всё медленно доходит. — Милана презрительно взглянула на Тимофея. — Он просто глупостями голову не забивает! — парировал Стас. Милана молча вздернула подбородок, показательно скрестив руки на груди Дубровский молча кивнул на дверь. — Нет, что вы! — покачал головой парень. — Она мне не девушка! Просто… прилипла, как банный лист, а я уж не знаю, как от нее отвязаться. — Чересчур настойчива? — Вы себе даже не представляете насколько. — Чересчур навязчивые девушки могут стать серьезной проблемой, — со знанием дела произнес профессор Дубровский. — Я в своей практике не раз с такими сталкивался. — Думаете, она сумасшедшая? — испугался Тимофей. — Я тоже так подумал! — закивал Димка. — Вам, как психиатру, наверное, сразу заметно? — Откуда тебе известно, что я работаю в области психиатрии? — удивился Дубровский. — Мне о вас отец рассказывал. В связи с… Ириной, — вполголоса сообщил Тимофей. — Ах вон что, — кивнул Дубровский. — Да, у Ирины проблемы из разряда серьезных… Ей даже гипноз не помогает. — Вы владеете гипнозом? — уважительно спросил Зверев. — И очень хорошо. — Никогда не верил в гипноз. — А зря. Хочешь, покажу один фокус? Дубровский, не дожидаясь ответа, вытащил из кармана пиджака красивые серебряные часы на длинной цепочке. Он открыл крышку, покрытую затейливыми узорами, и поднял блестящий циферблат на уровень лица Тимофея. — Хотите меня загипнотизировать? — улыбнулся парень. — Просто следи за стрелками, — попросил его Дубровский. — И не бойся, ничего страшного не случится. — Я и не боюсь. — Тимофей уставился на часы. — Какой смелый. Часиков не боишься? — засмеялась Тесса. — Нет, а ты? — Тоже не верю в гипноз. — пожала плечами принцесса пантер. — Слышишь, как громко они тикают? — Да… — Представь, что это бьется человеческое сердце. И оно стучит в унисон с твоим. Представляешь? — Пытаюсь. — Тик-так, тик-так… А теперь сосредоточься на этом тиканье. Оно становится громче и громче… И ты уже не слышишь ничего другого. Ничего, кроме биения собственного сердца… Ты слышишь свое сердце? — Да… — тихо ответил Тимофей. — Твои веки тяжелеют, приятная тяжесть разливается по всему телу… Я попрошу тебя кое о чем, Тимофей. Ты готов исполнить мою просьбу? Ты слышишь лишь тиканье и мой голос. Он тебя успокаивает… Ты хочешь подчиняться… Хочешь? — Зачем? — вдруг осмысленно спросил Тимофей. — Что такое вы хотите попросить? Гостиная Зверевых так и взорвалась смехом. Стас поднял большой палец вверх: — Я уж подумал, что подействовало, а ты… Бедный Дубровский! — Я ему сразу сказал, что не верю. — улыбнулся Тимофей. Профессор Дубровский изумленно моргнул и с щелчком захлопнул крышку часов. — Странно… — пробормотал он. — Что? — не понял Зверев. — Обычно хватает пары-тройки фраз, чтобы человек впал в транс. — Говорю же, я не верю в гипноз, — улыбнулся Тимофей. — Да-да, — растерянно произнес Вениамин Дубровский, пряча часы обратно в карман пиджака. — Ты исключительный парень, Тимофей. Твой отец не преувеличивал, когда рассказывал мне о тебе. — А что ты обо мне рассказывал? — спросил Тимофей. — Мелочи. Совсем не много, как могло показаться. — развел руками Егор. — Мелочи иногда бывают очень важными. — заметил Альф. — А глава тем временем подошла к концу. Жень, держи.