Чтение "Пандемониума"

— «Лучший день рождения». — О, это Луизкин! — засияла Женя. — Он и вправду был лучшим… — улыбнулась Соловьёва. Влад Пивоваров сидел в своей машине неподалеку от кованых ворот академии «Пандемониум», внимательно разглядывая темные корпуса. — Опять Пивоваров? — вздохнул Тим. — Он тебя преследовать будет всю твою жизнь. — мрачно усмехнулся Димка. Стояла глубокая ночь, но спать ему вовсе не хотелось, особенно после всего пережитого. Жуткий монстр, гнавшийся за ним по лесной тропе, все еще стоял у него перед глазами — как и старуха Устинья, чьи слова заставили Влада призадуматься. Что не так с этим проклятым городишкой? Что не так с этой чертовой академией? — Прекрасно всё! — фыркнула Карина. — Ага, нам нравится. — кивнул Стас. Пивоваров всегда славился настырностью и настоящим нюхом на сенсации. В работе репортера без этого никак не обойтись. И сейчас чутье подсказывало ему, что он столкнулся с чем-то жутким и необъяснимым. Чем-то, что может стать отличным поводом для статьи либо целого цикла очерков. Сенсация прославит его на весь мир. Тому, кто скрывает от него подробности смерти сына, сильно не повезло. Влад Пивоваров был настоящим фанатиком своего дела. — Мы в курсе. — поморщился Заерев-младший. — Это точно… — пробормотала Женя, переглянувшись с Климом. Если требовалось, он мог часами сидеть в засаде, как кошка, выслеживающая мышь. И сейчас Влад был готов на все, чтобы докопаться до истины и понять, что произошло с его сыном. Местные жители наверняка что-то знали, в этом он нисколько не сомневался. Да и полицейские были в курсе. Ничего… Он еще выведет их на чистую воду и заставит пожалеть обо всем. Академия «Пандемониум». С первого взгляда — ничем не примечательное местечко. Обычная закрытая школа для избранных учеников, обладающих редкими способностями. Но кем избранных? Иван никакими особыми талантами точно не отличался. Он терпеть не мог учебу в школе. Разве что кто-то из родственников погибшей жены замолвил о нем словечко? Никого из родни жены Влад не знал и знать не хотел. А вот чего он сейчас действительно хотел, так это… На тропинке рядом с воротами академии возникла хрупкая девичья фигурка, и Влад тут же переключился на нее. Он не заметил, вышла ли она из ворот либо проходила мимо. Но кто мог в столь поздний час тут гулять? Да еще так далеко от города. Пивоваров взял в руки камеру. Девушку едва освещала луна, но у него была очень мощная аппаратура. Приблизив изображение, он сумел рассмотреть ее лицо, бледное в тусклом лунном свете. — Кто это? — нахмурилась Лариса Аркадьевна. — Скоро узнаем. — ответила Елена Фёдоровна. Пивоваров точно видел ее прежде, вот только где? Он никак не мог вспомнить. Хорошо бы сделать несколько снимков. Девушка шла, обхватив плечи руками. На ней был короткий темный плащ, длинные черные волосы свободно распущены по плечам. Влад сделал пару кадров и только тут сообразил, кто она такая. Ирина Зверева, одна из дочерей владельца киностудии «Золотой скорпион». Зверевы застыли, а Егор и вовсе. Мужчина напрягся — ему не хотелось читать об Ирине, если признаться. Но они читали всё и про всех… Однажды он уже фотографировал ее на какой-то громкой вечеринке. Так ведь и Егор Зверев живет где-то в окрестностях Клыково. Интересно, а он в курсе, что его дочь гуляет одна по ночам? — Не знал. Тимофей бросил на приёмного отца встревоженный взгляд. Какой бы ни была Ирина, она являлась дочерью Егора Зверева. И как любой отец, он переживал. Влад сделал еще несколько кадров. Он и сам не знал, зачем это делает, но снимал и снимал. А вдруг прямо сейчас происходит что-то, из чего потом выйдет неплохая статья? Егор незаметно сжал кулаки, затуманенным взглядом глядя сквозь книгу в руках директрисы академии. Он сделал новый снимок. В этот момент что-то темное обрушилось на девушку сверху, она громко вскрикнула и упала на землю. Все замерли. Неужели… Пивоваров резко дернулся от неожиданности. Он хотел выскочить из машины и броситься к ней, но потом решил не торопиться. К тому же девица вроде зашевелилась. Но что на нее упало? Он включил воспроизведение на дисплее камеры и присмотрелся. Пивоваров всегда делал несколько снимков, чтобы выбрать потом наиболее удачный. В этот раз ему тоже повезло. Он просмотрел несколько кадров и нашел нужный. Вот дочь Зверева идет по тропе, погруженная в свои мысли. А в небе над ее головой висит странная расплывчатая дымка. Влад повернул камеру, разглядывая картинку, затем приблизил изображение. Дымка сильно напоминала силуэт женщины с распростертыми руками. Будто она летела по небу, преследуя девчонку. Что за дьявольщина? Он поднял глаза и увидел, что Ирина неловко поднимается с земли. Девчонка, покачиваясь, одернула плащ, недоуменно огляделась по сторонам. Пивоваров сидел в машине без света, поэтому не опасался, что она увидит его. Ирина двинулась дальше, и он проводил ее внимательным взглядом, затем снова взглянул на дисплей камеры. Может, ему показалось и это просто птица? Но нет. Таких огромных птиц ему видеть еще не доводилось. К тому же она исчезла сразу, как только девчонка свалилась на траву. А значит, это что-то другое… Но что именно? Егора будто оглушили. Он не хотел осознавать. И никто не стал говорить на эту тему что-либо, не желая раздирать рану мужчины ещё сильнее.

* * *

Вернувшись в академию, преподаватели собрались в кабинете директрисы, прихватив с собой и Эвелину. Елена Федоровна собиралась связаться с Королевским Зодиаком, чтобы рассказать о случившемся. Учеников отправили по корпусам, велев Димке и Славе завтра с утра зайти в медпункт — нужно было удостовериться, что с ними все в порядке. Мальчишки уверяли, что чувствуют себя отлично, но одних слов взрослым было мало. — Конечно! — возмутилась Елена Федоровна. — Надо было обязательно вас проверить! — Шаманы выкачивали из вас жизненные силы! — восклицала Лариса Аркадьевна. — Я понимаю, что энергии у вас, остолопов, хоть отбавляй, но провериться необходимо. А если не пойдете добровольно… Как только наша медсестра выйдет на работу, я сама ее к вам приведу! Димка и Слава без особого энтузиазма пообещали посетить врача. Ребята двинулись к корпусам, когда до них вдруг донесся веселый хохот и звуки ритмичной музыки. Димка, идущий впереди, замер и прислушался. Остальные закрутили головами по сторонам. — Откуда это? — нахмурилась Луиза. — Вечеринка! — в ужасе выдохнула Женя Степанова. — Я совершенно о ней забыла! — Как всегда. — едко усмехнулась Поветруля. — А ты только и способна язвить? — наигранно улыбнулась Женя. — Девочки, прекратите. — устало вздохнула Лариса Аркадьевна. — Она первая начала! — фыркнула Милана. Конечно, её все проигнорировали. — Какая вечеринка? — не поняла Луиза. — В честь твоего дня рождения! Кстати, поздравляю, подруга! Счастья тебе и здоровья! Луиза потрясенно выпучила глаза. — Что?! — воскликнула Лера Козлова. — У тебя сегодня день рождения? — И ты молчала? — удивилась Василика. — Я сама об этом забыла, — растерянно призналась Луиза. — Забыла про собственный день рождения?! — удивился Альф. — Не до этого была… — неловко засмеялась Луиза. — А еще обвиняла свою мать в невнимательности… Вот же гадство! Все тут же принялись наперебой ее поздравлять. — Зато наши, похоже, ничего не забыли и уже веселятся вовсю! — разъярилась Женя. — Без самой виновницы торжества! А ну за мной! Сейчас я им покажу где раки зимуют! Как они посмели не дождаться нас?! — Но мы в таком виде! — ужаснулась Луиза. — Я грязная, как свинья. — Извините, ваше высочество, но на душ времени уже нет. Они ведь там все угощение сметут! Все снова засмеялись. — Могли бы и переодеться. — улыбнулась Таня. — Думаю, вас бы подождали. — Конечно! — заверил всех Клим. Степанова припустила к женскому корпусу, из которого доносилась музыка. В общей гостиной царил хаос. Они увидели это еще с улицы, через широкие окна. Мигала иллюминация, гремела музыка, парни и девушки отплясывали под огромной люстрой. Столы ломились от угощения, а под потолком парили сотни разноцветных воздушных шаров. Появление Луизы было встречено радостным ревом нескольких десятков глоток. Соловьева не успела опомниться, как ее оторвали от пола и принялись подкидывать к потолку, одновременно хором скандируя поздравительные стихи. — Вы совсем ополоумели? — спросила Женя у Клима, оказавшегося поблизости. — А что сразу я-то? — фыркнул Клим. — Я тебя за главного оставила! — закатила глаза Женя. — А не надо было. — Ты самое доверенное лицо, кроме этих оболтусов. — скрестила руки на груди Степанова. — Доверится было некому. — Ты сама пригласила сюда всю академию, — развел руками Поликутин. — Мы ждали, ждали, а вы все не шли. Вот и решили начать без вас. Но вы не переживайте, угощения полно, на всех хватит. Повара академии постарались. А конкурсы только что начались. — Конкурсы? — удивился Тимофей. — Какие еще конкурсы? Клим с улыбкой показал руками вокруг. С лестницы кубарем скатился железный мусорный бак. Когда от удара с него слетела крышка, из бака вывалился Сергей Бельцев в каске. — Боже мой… — пробормотала Оксана. — Вот это круто! — завопил он. — Кто хочет повторить?! — Круто?! — вскричала половина присутствующих. — Ну да… В воздух взметнулось несколько рук. В коридоре с потолка свисало на веревках несколько арбузов. Девчонки, завязав глаза шарфами, пытались разбить их ударами деревянных бит от лапты. — Только ковер не запачкайте! — крикнула Женя, и ее тут же обдало брызгами разлетевшегося вдребезги арбуза. Вот тут уже все захохотали, как и тогда. Смеялась и сама Женя. Весь коридор взорвался от хохота, а в следующий миг арбузным соком забрызгало остальных участниц. — А что это за шары такие странные? — спросила Луиза, ткнув пальцем в потолок. Надписи на шарах были самые разные: «Юбилярше 50!», «Мир, труд, май», «Золотая свадьба», «С Днем знаний» — и еще несколько десятков шаров с эмблемами компьютерных салонов, мебельных фабрик и тренажерных залов. И ни одного шара с надписью «С днем рождения!». — Гениально! — хохотал Илья — Других не было. — пожал плечами Клим. — Мы готовились впопыхах, — признался Клим. — А шаров в местных магазинах немного, вот и пришлось скупить все, что попалось под руку. Извините… — Это же круто! — восхитилась Соловьева. — Такого дня рождения у меня еще не бывало! — Погоди, сейчас будет торт! — оживился Поликутин. — Мальчишки притащили его из клыковской кондитерской, буквально вырвали из рук у какого-то старичка. Пришлось немного переплатить, чтобы продавец не возмущался! Да и дедок попался с характером! Торт втащили в гостиную. На нем красовалась кремовая надпись: «С днем рождения, бабуля!» — Бабуля?! — захохотала Тесса, завалившись на пол. Увидев это, Женя принялась истерично хохотать. Клим поспешно подцепил пальцем слово «бабуля» и отправил его себе в рот. — Так лучше? — слизывая крем, спросил он. Теперь и Луиза покатилась со смеху. Как и все присутствующие. Смеялись даже взрослые. Димка и Карина пошли танцевать, Стас и Алиса вскоре к ним присоединились. В свою очередь подойдя к столу, на котором стояло несколько противней с пирожками, Тимофей неожиданно наткнулся на Серафиму Долмацкую, стоящую под руку с Климом. Парень кормил ее тортом с ложечки. — И ты здесь? — От удивления Зверев чуть не забыл, что умирает от голода. — Решила заскочить к вам, — улыбнулась девушка, — проведать кое-кого. Перемазанный кремом Клим расцвел в счастливой улыбке. — Но как ты сюда попала? — не унимался Тимофей. — Мой отец занимает высокий пост среди Первородных. Меня здесь каждая собака знает, — ответила Долмацкая. — А с вами что случилось? Ну и видок! Будто с помойки. — Долго рассказывать, — отмахнулся Тимофей и впился зубами в пирожок с капустой. — Но отчасти ты права. А я смотрю, у вас все хорошо? Клим обнял Серафиму за плечи и прижал к себе: — Просто замечательно. Хотя я никак не могу в это поверить. — Да неужели? — приподняла бровь Серафима. — Мы с тобой такие разные. Я совершенно не твой тип… — Это уж мне решать, — заявила Серафима. — И никто не помешает нам быть вместе! Серафима горестно вздохнула, вспомнив отца, который был против их отношений. Клим мягко погладил ее по руке, и девушка слабо улыбнулась. Тимофей с интересом огляделся, не переставая жевать пирожок. Ему еще не приходилось бывать в женском корпусе, и здесь оказалось гораздо уютнее, чем в мужском. — Ещё бы! — прыснула Карина. Стены были оклеены желтыми обоями в цветочек, на полу лежали коврики, окна занавешивали длинные шторы, расшитые золотистыми узорами. Повсюду стояли живые растения в горшках. На стенах висели сотни старинных фотографий в темных деревянных рамочках. На каждой были изображены подростки, где-то парами, где-то целыми группами. Многие стояли и сидели на фоне знакомых зданий «Пандемониума». — Бывшие обитатели корпуса? — Тимофей ткнул в фото пирожком. — Тут и мальчики есть, значит, просто обитатели академии, — ответила Женя, подошедшая за соком. — Ученики прошлых лет. Луиза тоже начала разглядывать снимки. — Я никогда прежде не обращала на них внимания, — призналась она. — Даже не задумывалась о том, кто тут изображен. — Где-то здесь я видела молодую Ларису Аркадьевну, — сообщила Женя. — И Елену Федоровну… Так вот же они! Она показала на два больших фотопортрета, висящих под самым потолком гостиной. — Тут и еще кое-кто из учителей есть, нужно лишь поискать, — сказала Степанова. Все принялись с любопытством рассматривать старинные фотографии. — Господи! — вдруг выдохнула Луиза. — Это же моя мама! Она сняла со стены групповой снимок в позолоченной рамке. Со снимка улыбались студенты в форме академии «Пандемониум» в возрасте примерно от семнадцати до двадцати с небольшим лет. В центре стоял солидный мужчина в строгом костюме, видимо кто-то из преподавателей. Совсем еще молоденькая Ксения Соловьева пристроилась с левого края, а рядом с ней… — Это же мамаша Поветрули! — Женя показала симпатичную, стройную блондинку. — Доминика. — А это мой отец, — удивленно сказал Клим Поликутин, разглядывая крепкого темноволосого парня. — А это мой, — призналась Серафима, показав на преподавателя. Тимофею вдруг показалось знакомым его лицо. Он точно где-то видел его раньше… Совсем недавно. И тут его осенило. Это же Платон Долмацкий, который иногда привозил его матери кукол из разных стран мира для ее коллекции! Только на снимке он гораздо моложе. — Удивлен? — усмехнулась Серафима. — Ну да, не каждый день встречаешь столько знакомых. — развёл руками Тимофей. — Твой отец?! — изумился Зверев. — Это же знакомый моей матери! Надо же, как тесен мир… — Мир Первородных теснее, чем можно себе представить, — с загадочным видом кивнула Серафима. — Выходит, наши родители знакомы, — произнес Клим. — Они все учились здесь! — Но не в одной группе и не в одно и то же время, — поправила Женя Степанова. — Все же они разного возраста… — Но они сфотографированы все вместе, — отметила Луиза. — Похоже, наши родители дружили или были членами одного кружка. Смотрите, как они все счастливо улыбаются. А потом что-то случилось, из-за чего они перестали дружить… Не зря ведь моя мать и Доминика Поветруля ненавидят друг друга… Серафима как-то странно посмотрела на фото своего отца, затем перевела взгляд на отца Клима Поликутина. Тимофей это заметил. — Знать бы еще, что именно между ними произошло, — задумчиво пробормотала девушка. — Это все было очень давно! — твердо заявила Женя Степанова. — Хватит о грустном! Сегодняшняя ночь посвящена только Луизе, а значит, мы будем веселиться до тех пор, пока преподаватели не придут и не разгонят нас по койкам! — А я ведь так и не поблагодарила вас за эту прекрасную вечеринку, — горячо сказала Луиза. — Вы такие классные ребята, правда! Это лучший день рождения в моей жизни! — Скажешь тоже, — смутилась Женя. — Нам тоже нужно сфотографироваться! Прямо сейчас! — воскликнула Луиза. — А ну встаньте теснее! Где мой телефон? Все, кто оказался поблизости, тут же выстроились в ряд. Луиза поставила мобильник на столик напротив и включила таймер, затем бросилась к ребятам и встала в центр группы. В этот момент что-то белое и большое пролетело по гостиной и врезалось в группу. Во все стороны брызнул сливочный крем. Послышались смешки, но никто не позволил себе смеяться во весь голос. — Торт!!! — взревела Женя. — Кто посмел?! Все были в креме с головы до ног. В этот момент телефон их и сфотографировал. К ребятам подскочил перепуганный Андрей Николаев. — Оооо, способности проснулись! — весело заявил Илья. — Ага, самым лучшим способом. — хохотнул Димка. — Простите! — испуганно забормотал он. — Так глупо вышло… Но это все мой телекинез, я просто решил попробовать еще раз… И все получилось, даже на публике! Я так рад! Можете хоть отлупить меня за это, но мой дар наконец полностью проснулся! Я больше не алабастр! — Поздравляем! — хмыкнул Стас. Тимофей протер глаза и облизал перепачканные губы, затем взглянул на Клима. — Даже и лупить как-то неудобно, — признался он. — Ага, испачкались бы еще больше. — поморщился Клим. Димка Трофимов провел пальцем по щеке Тимофея, затем облизал с него крем. — Зато ты теперь такой сладенький! — расхохотался он. Все снова засмеялись. Серафима громче всех: — Сладенький ты наш! Зверев бросил на друга мрачный взгляд, но все вокруг уже смеялись. — Я же говорила: никто и никогда ничего подобного для меня не делал, — восторженно взвизгнула Луиза. — Я вас так люблю! Она попыталась обнять всех разом, но поскользнулась на подвернувшемся куске торта и рухнула с раскинутыми руками, сшибая других. Все кончилось гигантской кремовой свалкой на полу. Ребята валялись на ковре, громко хохоча, и Луиза, оказавшаяся на самом верху куча-мала, смеялась громче всех. Собственно, сейчас тоже все смеялись. Отмываться от сладкого никто и не собирался. Вдоволь насмеявшись, разбившись на парочки, все отправились танцевать. Только у Тимофея пары не было. Но он нисколько не расстроился. День выдался безумный, и ему хотелось поскорее принять душ, лечь в постель и забыться глубоким, безмятежным сном. Стас и Димка танцевали со своими девушками, как, впрочем, большинство парней. Значит, на душевую никто претендовать не будет. Тимофей решил потихоньку скрыться. Дождавшись, когда в гостиной приглушили свет, чтобы создать романтическую атмосферу, он выскользнул за дверь и отправился к себе. — Лучше бы не шёл… — Что? — нахмурился Никита. — Узнаешь… — вздохнул Тимофей, мрачно наблюдая, как директриса передает книгу Ларисе Аркадьевне.