Чтение "Пандемониума"

— «Книга Воскресения» — Димка нахмурился. — Что-то слышал о ней… Стас же побледнел. Он уж точно знал. Это тот самый день. В груди у Кащеева больно кольнула. Он до сих пор не мог поверить… Клим Поликутин был немало удивлен, когда в его комнату без стука вошла Серафима. — У кого-то во всю развивается личная жизнь? — хохотнул Илья, глядя, как парочка медленно краснеет. Он-то думал, что она сейчас в Санкт-Эринбурге, помогает отцу в его ночном клубе, и планировал провести вечер в тишине и одиночестве. Его соседи отправились на выходные по домам, навестить родителей, и Клим собирался спокойно поваляться с книжкой либо посмотреть какой-нибудь новый фильм на ноутбуке. И вдруг такой приятный сюрприз… — Ты?! — обрадовался он, вскочив с кровати. — Какой счастливый! — тихо засмеялась Женя. — Конечно! — улыбнулся Клим, обняв Долмацкую. — Что ты здесь делаешь? — Решила посмотреть, как ты живешь, — спокойно ответила Серафима, входя в комнату и осматриваясь. Она была в облегающих кожаных брюках и короткой кожаной курточке черного цвета. Длинные волосы девушка собрала в хвост и заколола массивной заколкой. Клим вдруг смутился. Гостей он не ждал, и беспорядок в комнате был ужасный — сразу видно, что здесь живут парни. — Это я сразу поняла! — хмыкнула Серафима. — Эй, у нас всё чисто! — победоносно улыбнулся Димка. — Благодаря кому, злыдень? — фыркнул Стас. — Дылда, я тоже убираюсь вообще-то! — Да-да, конечно… — К вашему сведению, больше всего убираюсь там я. — закатил глаза Тимофей. — После ваших проделок! — Прошлое не вспоминаем! — тут же буркнул Димка. — Никого не осуждаем! — добавил Стас. Серафима с интересом осмотрела три койки, заваленные мятой и невывернутой одеждой, разбросанные по полу бумажные тарелки с окаменевшими объедками, покрытые толстым слоем пыли полки и подоконник. — Вот это я понимаю… — присвистнула Тесса. — Даже у Бельцева чище! — Димка ткнул пальцем в Водолея. — У меня вообще всё сверкает. — закатил глаза Серёга. — Дим, читай. — скривился Клим. — А где твои соседи? — осведомилась она. — Отправились по домам, приедут только в воскресенье. — Да-а-а, вы особой чистоплотностью не отличаетесь… — Серафима подняла глаза к потолку. — А ты в курсе, что у вас на люстре висит носок? — Это еще ничего, а вот у нашего Стаса там висели… Продолжить Димка не успел, ему зажал рот Тимофей. — Не думаю, что об этом стоит говорить! — Ладно, ты прав. — вздохнул Трофимов. — Нашелся наконец! — обрадовался Клим. — Но все же, как ты сюда попала? — спросил он, сдергивая носок с рожка. — Тебя так просто пустили на территорию? — Мой отец — один из учредителей «Пандемониума». А еще тут с недавних пор учится моя двоюродная сестра Марина, поэтому охранники меня не задерживают. Слушай, как вы тут живете? — Серафима поморщилась, глядя на грязные пластиковые стаканы из-под газировки, которые валялись в углу. — Это же… просто свинарник какой-то! — Всего лишь небольшой беспорядок, — развел руками Клим. — Небольшой?! — Там теперь более чисто… — попытался оправдаться Клим, но его никто не услышал. — Генералим мы нечасто, примерно раз в сто лет. — Оно и видно. — Иди сюда. — Клим с улыбкой привлек ее к себе и поцеловал, ногой захлопнув дверь комнаты. — Тили-тили-тесто, жених и невеста! — хохотнула Женя Все засмеялись, а Клим с Серафимой только улыбнулись. Серафима обняла его за талию и поцеловала в ответ. — Придется немного прибраться, — нежно прошептала она. — Не могу же я ночевать в таком сарае. — Ночевать?! — А вы зря времени не теряли… — удивленно присвистнул Антон, за что получил испепеляющий взгляд от Клима. — Мы ничего не делали! — Ночевать?! — У Клима глаза полезли на лоб. — Ты серьезно? Серафима рассмеялась, уж слишком потешный был у него вид. — Отец сегодня в Санкт-Эринбурге, а мне одной в огромном особняке за городом как-то неуютно. Лучше я проведу это время здесь, с тобой, если, конечно, ты не против. — Против?! — деланно удивился Димка. — Наш пирожочек? Клис поморщился на это прозвище, которое Димка не забыл. — Я за, за! — радостно заверил ее Клим. — И страшно польщен. Принцесса променяла свой мраморный дворец на жалкую комнату в мужской общаге, где на люстре сохнут носки. А твой отец об этом не узнает? Я так понял, он не слишком одобряет наши встречи. — Не узнает, ведь мы никому не скажем. Ваш комендант не устраивает внезапные проверки комнат в корпусе? — Олегу вообще до лампочки, чем мы здесь занимаемся. Главное, чтобы после одиннадцати вечера стояла тишина. — Тогда займемся уборкой, — заявила Серафима. — До одиннадцати как раз управимся. — Правильное решение! — хмыкнула Татьяна. И она смахнула кучу хлама со стола прямо на пол. К потолку поднялось облако пыли. Клим поспешно распахнул окно, чтобы не задохнуться. Серафима тем временем сняла куртку и открыла шкаф. Повесила куртку, затем пошарила на дне, вытащила старую скомканную футболку и тут же превратила ее в тряпку для уборки. — Все же так делают? — усмехнулась Серафима. Девушки тут же закивали, посмеиваясь с лиц парней. После этого вывалила из шкафа остальное тряпье, сбросила все, что было на полках и подоконнике, и принялась стирать пыль со всех доступных поверхностей. Клим разбирал завалы на полу. Грязное белье из-под тумбочек и кроватей отправилось в корзину, книги — на полки, обувь и верхняя одежда — в стенной шкаф. Через пару часов комнату было не узнать. Клим даже не подозревал, что она такая просторная. — Убираться надо чаще! — закатила глаза Оксана. — Теперь убираюсь. Они с Серафимой устало бухнулись прямо на вычищенный ковер и огляделись вокруг, оценивая наведенный порядок. — Совсем другое дело, — сказала Серафима. — Теперь здесь даже жить можно. А не прозябать. — Посмотрим, надолго ли это, — рассмеялся Клим. — Мои соседи в понедельник устроят здесь новый бедлам. Есть хочешь? — Хочу, — оживилась девушка. — Но мне неохота идти в вашу столовую. Ни к чему давать повод для сплетен. — Не надо никуда ходить, — заверил ее Клим. — А ты умеешь готовить? — Ну, сосиски-то в микроволновке я сумею разогреть. — Помочь? — Сиди отдыхай. Не могу же я позволить, чтобы такая ценная гостья пачкала руки. — Неужели? — выгнула бровь Карина. — А уборка? Клим покраснел, на это Серафима засмеялась, чмокнув парня в щёку, тот мгновенно просиял под смешки друзей. — О, как это по-джентльменски! Всего полчаса назад тебя это не слишком беспокоило. Все засмеялись. Клим лишь расхохотался в ответ. Он вытащил из небольшого холодильника, стоявшего в углу комнаты, упаковку охотничьих сосисок, четыре яйца и кусок сыра. Наскоро взболтал яйца в чашке и сунул ее в микроволновку. Затем туда же отправились сосиски в пластиковом контейнере. Серафима нарезала хлеб и сыр, и вскоре они уже ужинали, устроившись прямо на подоконнике. — Так просто… Но вполне съедобно! — похвалила стряпню Серафима. — Дома я такое не ем. — Не царская еда, да? — хохотнул Илья. — Вообще нет. — Простите, мадам, у нас белужья икра закончилась, — пробубнил Клим с набитым ртом. — Но мы и не ожидали столь высокопоставленных гостей. — Вышло очень даже неплохо, — благосклонно покивала Серафима. — А икру я, кстати, терпеть не могу. — Я тоже! — закивало все молодое поколение, кроме Миланы, Серёжи и всё еще спящего Вернера, заботливо прикрытым пледом. Парень заслужил отдых. А вот Милана… Девушка была тише воды, ниже травы. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке. Единственный, кто это заметил, был Бельцев, тревожно подглядывающий на неё. Парень немного подвинулся к подруге: — Ты как? — В норме… — прошептала Милана, поёжившись. — Тебе просто стоит извиниться… — Я уже извинилась! — тихо огрызнулась Милана, чем невольно привлекла внимание оборотней. Посмотрев на Бельцева, Дева вздохнула. — Прости… Водолей слабо улыбнулся и покачал головой, показывая всем своим видом, что всё в порядке, чем вызвал легкую ответную улыбку от Миланы. — Просто не верится, что я сижу на подоконнике и ем недоваренные сосиски вместе с дочерью самого Платона Долмацкого. — Клим отсалютовал ей вилкой. — Мой отец не так уж и страшен. Он хороший человек. — По отношению к тебе, возможно. Но слухи ходят разные. — Не всем слухам стоит верить. Про меня тоже болтают невесть что. — Говорят, он делал всякие странные и опасные вещи… Это правда, что он связан с криминальным миром? — Мой отец — бизнесмен и коллекционер антиквариата. У него много друзей в самых разных кругах. Врать не стану, порой и он совершал разные поступки. Но это все на благо других людей. — Какого рода поступки? — заинтересовался Клим, переставая жевать. — Лучше тебе не знать, — улыбнулась Серафима. — Любопытство сгубило кошку. — И он… Сильно недоволен нашим романом? — напрягся парень. — О, так у нас роман! — Серафима бросила в него кусочком сосиски. Все снова засмеялись, поглядывая на покрасневшую, но улыбавшуюся парочку. — Романтики! — усмехнулась Карина. — Ну, ты понимаешь, о чем я, — слегка смутился Клим. — Понимаю. — Серафима легонько похлопала его по бедру. — Я не знаю, что именно ему не нравится в наших отношениях. Но на всякий случай стараюсь даже не упоминать о тебе. — Наша любовь запретна, — понимающе кивнул Поликутин, покончив с последней сосиской. — Мы как Ромео и Джульетта. — Раньше отец никогда не интересовался моей личной жизнью, а тут его прямо прорвало. — И насколько богатой она у тебя была? — хитро прищурился Клим. — Личная жизнь? — Проверю по своей телефонной книжке для парней, — ответила Серафима и тут же хлопнула себя по лбу. — Как же я забыла?! Книжка-то недавно закончилась! — Правда? — напрягся Клим. — Ты такой доверчивый! — хмыкнул Гордей. — Какой есть. — Клим покраснел пуще прежнего. — Глупый наивный колобок! Я шучу. — О… — Клим облегченно выдохнул. — Хорошо. У меня до тебя вообще никого не было… Хоть я и выгляжу этаким мачо! — Ага, очень похож! — захохотал Димка. — И это очень славно. Мачо! — фыркнула Серафима. Затем протянула руку и поскребла ногтями по его небритому подбородку. — У тебя уже щетина растет. И правда мачо. — Да, — важно кивнул Клим. — Я уже целый год бреюсь. Правда, два раза порезался… — Я один раз, а у Тимки вообще не было! — махнул рукой Димка, на что Тимофей пихнул его а плечо. — Откуда ты знаешь? — фыркнул Стас. — От верблюда. Я эту бестолочь с детства знаю! Тут уж девушка расхохоталась во весь голос. Клим к ней присоединился. Вскоре она отставила пустую тарелку в сторону и снова поцеловала его. — Чур, завтрак буду готовить я. — Так и знал. Все было настолько ужасно? — Просто научу тебя новому рецепту приготовления омлета. — Ну тогда ладно. Значит, ты точно решила здесь остаться? — Если будешь так готовить, я могу и передумать. — Но моя кровать слишком узкая, мы вдвоем не поместимся… — Клим покосился на свою койку. — Зачем на одну? — хохотнула Лиза. — У вас же три кровати. — Размечтался. — Серафима легонько щелкнула его по кончику носа. — Твоих соседей не будет пару дней. Значит, я лягу на свободную кровать. Клим тяжело вздохнул. Ночевать в одной комнате с Серафимой, от которой он без ума, — испытание потруднее, чем самая изнуряющая тренировка у сенсэя Канто. Они проговорили еще почти час, а затем начали готовиться ко сну. Пока Серафима умывалась и причесывалась перед сном, Клим застелил чистым постельным бельем кровать у окна. — Выключай свет и отворачивайся, — скомандовала девушка, выходя из ванной. Он послушно щелкнул по выключателю и отвернулся к стене. Вскоре до его слуха донесся тихий шорох — Серафима скинула одежду и скользнула под одеяло. — А моего отца сильно не бойся, — произнесла она. — Он, конечно, суров, но справедлив, и всегда поступает правильно. Ведь он один вырастил меня. Ну, с помощью нашей домработницы Глаши… — А где твоя мама? — спросил Клим, стягивая футболку через голову. Серафима помрачнела, а Клим мягко погладил взял её за руку и погладил тыльную сторону ладони большим пальцем. — Я ее почти не помню, — немного помолчав, призналась Серафима. — Она погибла много лет назад. На Серафиму тут же понеслись взгляды, полные сочувствия, от которых той стало очень… Неуютно. У Первородных тогда были темные времена… Какая-то нехорошая заварушка с Огненными Волками. Отец не любит вспоминать об этом, поэтому подробностей случившегося я не знаю. — Ой, прости, — смутился Клим. — За что? — удивилась она. — Ты ведь ничего не знал. Клим стянул тренировочные штаны и босиком прошлепал в ванную. Когда он вернулся в комнату, Серафима уже спала. — Ты был там слишком долго! — засмеялась Серафима, обняв парня.

* * *

Алиса Василисина и Стас Кащеев договорились встретиться в библиотеке академии. Стас помрачнел и отвёл взгляд. В такое позднее время здесь обычно уже никого не было, кроме библиотекаря Екатерины Валерьевны, которая заносила в реестр книги где-то на дальнем складе за закрытой дверью, так что Алиса и Стас могли спокойно поговорить. В читальном зале горел тусклый свет нескольких больших желтых ламп, за высокими окнами давно сгустилась ночная темнота. Алиса, сидевшая за компьютером, видела в черном стекле свое отражение в окружении сотен и тысяч книг, стоящих позади нее на высоких стеллажах. Стас вошел в зал и остановился за ее спиной с озабоченным видом. — Так о чем ты хотел поговорить? — тихо спросила Алиса. — Что тебя беспокоит? — Мы здесь точно одни? — Пока да. Не думаю, что еще кто-то появится, библиотека скоро закрывается. — Мы совершили большую глупость, когда сделали вид, что встречаемся, — вполголоса пробормотал Стас. — Может, не стоило затевать эти игры? — Я тоже об этом подумал. — вполголоса заметил Димка. — Но только так мы можем постоянно уединяться, не вызывая лишних подозрений, — возразила Алиса. — В академии много влюбленных парочек. Преподаватели все понимают и на многое закрывают глаза. — Но теперь ни я, ни ты не можем встречаться с кем-то еще! — Тебе кто-то нравится? Только не говори, что ты влюбился! — Это же хорошо… — нахмурилась Наташа. — Я пытался… На меня посмотрели, как на предателя. На Стаса посмотрели с плохо скрываем сочувствием, на что тот только вздохнул. — Не переживай, мы тебе хорошую девушку найдём — улыбнулся Димка. — Спасибо… — Решили, что я хочу тебе изменить. — Тут мы, пожалуй, промахнулись, — согласилась Алиса. — Но лично меня пока все устраивает, мальчишки ко мне не клеятся. Все опасаются тебя, ведь ты такой высокий и крепкий. Некоторым девчонкам вообще прохода не дают, я же могу спокойно заниматься своими делами. — Неужели тебе никогда не хотелось влюбиться? — недоверчиво прищурился Стас. — Как-то раз я сказала Жене с Луизой, что мне симпатичен один парень. Они подняли меня на смех, а затем полчаса ругали. Дескать, ты такой замечательный, а я на других парней засматриваюсь. Стас не сдержался и тихо хохотнул, посмотрев на этих самых девчонок. — Ого! Я им нравлюсь? — искренне удивился Стас. — И кому конкретно? Алиса пихнула его локтем в бок. — Остынь, братец. Еще не хватало, чтобы ты приударил за кем-то из моих подруг. — Но с этим нужно что-то делать. Может, объявить всем, что мы расстаемся? — Давай не будем торопиться? — попросила Алиса. — Сам знаешь, нам есть что скрывать. Если все откроется, у нас обоих будут серьезные неприятности. Но если потребуется, мы всегда можем сказать, что расстаемся. Подождем, посмотрим, что будет дальше. — Ну хорошо, — неохотно согласился Стас. — Я рад, что ты меня понимаешь. — А как же иначе, — мягко улыбнулась ему Алиса. — Ведь мы знаем друг друга с самого рождения… Стас поник, его лицо приобрело сероватый оттенок. Он не верил. Он не хотел верить… Так же помрачнели и все его с Алиской друзья. Девушка ведь казалось такой хорошей, а оказалось… Было трудно это осознать до сих пор. Какой-то странный шорох позади вдруг привлек их внимание. Стас и Алиса тут же отскочили друг от друга и обернулись назад. Шум повторился. В дальнем конце зала, за стеллажами, на которых стояли самые древние фолианты, кто-то приглушенно разговаривал. Молча переглянувшись, Стас и Алиса одновременно двинулись на звук. Прокравшись по проходу между стеллажами, повернув за угол, они увидели Татьяну Купалу и Алику Миронову. Вещие Сестры сидели на корточках, склонив головы к самым нижним полкам книжного шкафа. Алика вытаскивала старинные книги и показывала их подруге, та отрицательно качала головой. — Не то, — говорила она. — Опять не то! — Что они здесь делают? — шепотом спросил Стас. — Думаешь, слышали нас? — Сомневаюсь, — прошептала в ответ Алиса. — Но эти двое никогда раньше здесь не появлялись. С чего вдруг такой интерес к книгам? Особенно таким. — Что здесь? — Самая черная магия… Ученикам из этого шкафа брать фолианты строго запрещено. Елена Фёдоровна и Лариса Аркадьевна хмуро переглянулись. — Черт! — вдруг выдохнула Алиса. — Что случилось? — испугался Стас. — В библиотеке уже пропало несколько колдовских книг! Я перерыла все кладовые, но так их и не нашла. А вдруг это и есть наши воришки?! Будто почувствовав, что за ними наблюдают, Алика и Таня резко повернулись. Увидев Алису и Стаса, обе побледнели и быстро вскочили на ноги. — Вы что здесь делаете?! — нервно воскликнула Алика. — Я помогаю Екатерине Валерьевне и часто здесь бываю, — хмуро ответила Алиса. — А вы что тут забыли? — Увидели, что дверь библиотеки еще открыта, и решили войти, — поспешно проговорила Таня. — Взять что-нибудь почитать перед сном! — добавила Алика. — Нам в последнее время не спится. Из-за убийства Ленки и всего остального. — Но в этом отделе вам точно ничего не подойдет, — сообщила Алиса. — Здесь стоят книги заклинаний, многие из них написаны на мертвых языках. — Считаешь нас тупыми? — вспылила Татьяна. — К твоему сведению, и мы можем кое-что прочесть! — В любом случае книги из этого отдела запрещено выдавать ученикам, — и глазом не моргнула Алиса. — Хотите, подскажу вам что-нибудь из другой области? — А нам нужно именно сюда, — заупрямилась Купала. — И вообще мы ищем не абы что, а Книгу Воскресения. Ты что-нибудь о ней знаешь? — Гениально! — вздохнула директриса. Алика Миронова окаменела, затем в ужасе уставилась на подругу. Алиса мгновенно поняла, что Татьяна сболтнула лишнего. Купала и сама оторопела. Она опустила голову и уставилась на свои черные ногти. — Ее здесь точно нет, — наконец проговорила Алиса. — Книгу взял кто-то из преподавателей… — Какая жалость, — напряженно произнесла Алика. — Экая незадача, — подхватила Татьяна. — А кто конкретно ее сейчас читает? — Не помню, — пожала плечами Алиса. — Если хотите, сообщу вам, когда ее вернут. — Что?! — Алиса бы не сказала… — прошептал Стас. — Хотим! — в один голос воскликнули девушки. — Договорились, — кивнула Алиса. — Спокойной ночи. И все четверо молча замерли у стеллажа с колдовскими книгами, настороженно разглядывая друг друга. Никто не хотел уходить, и неловкое молчание затягивалось все больше. Вещие Сестры не выдержали первыми и направились к выходу. Василисина обхватила себя за плечи руками, пытаясь унять дрожь. Заметив смятение сестры, Стас обнял ее и прижал к себе, чтобы согреть и успокоить. — Что с тобой? — тихо спросил он. — Книга Воскресения! Она создана по подобию египетской Книги Мертвых. Знаешь, для чего ее обычно используют? — Для чего? — Для призыва мертвецов, — хрипло прошептала Алиса. Незнающие вытаращили глаза. — На кой черт она им понадобилась?! Эти Вещие Сестры пугают меня все больше. — Ничего себе, — присвистнул Стас. — В таком случае я даже рад, что она не попала в их черные когти. Вовремя ее отсюда забрали. — Я тоже рада, — сказала Алиса. — Только никто из преподавателей Книгу Воскресения не брал… Она сейчас лежит в моей комнате, у меня под подушкой. — У меня один вопрос. Зачем её забрала Алиса? — нахмурился Егор Зверев. — Не знаю… — выдохнул Стас, наблюдая, как Димка передает книгу Карине.