Интарсия

      Холодная волна захлестнула так неожиданно и так сильно, что у меня на несколько секунд перехватило дыхание. Будто реально в ледяную прорубь окунулся. Пришлось зажмуриться и сделать несколько глубоких вдохов, убеждая организм, что я все еще свободно могу дышать, и все ощущения перехваченного горла — лишь иллюзия. Под закрытыми веками меня ждала не привычная темнота, а черно-белая спираль, но я и так уже знал в чем было дело. Что именно меня так неожиданно позвало.       — Скиталец? Вольт отреагировал мгновенно и тут же оказался рядом. Придержал за плечо, заглядывая в лицо. Амир по скорости от Вольта не отставал, но от такой резкой смены курса аж опешил и отреагировать не успел. Зато Артур, шедший в двух шагах позади меня, цепко осматривающий пустую улицу, нагнал меня, поддержал с другого бока.       — Все… все нормально, — я перевел дыхание и разогнулся, виновато улыбнувшись всем трем спутникам. — Потом. Но тут же, словно реагируя на мои слова, слабо пискнул закрытый канал связи.       — Скиталец?       — Да, Ордис? Артур тактично отвернулся, продолжая следить за пустыми окнами домов вокруг, а вот Амир наоборот явно навострил уши и восторженно заозирался, словно пытался обнаружить моего Цефалона. Хотя ни увидеть, ни услышать он его конечно же не мог.       — Сайя прислала сообщение, — шепнул только мне Ордис. — Просит как можно скорее выйти на связь. Я удивился:       — Что-то случилось? Ордис мгновение помолчал:       — Говорит, что… вас хочет… хм… зовет Унум. Оценив то, как Цефалон выделил «вас», я коротко хмыкнул.       — Ответь ей, пожалуйста, что я приду сразу, как мы закончим задание. Артур благодарно мне кивнул, видимо уже успев приготовиться к тому, что я покину их команду прямо сейчас, зато Амир наигранно тяжело вздохнул, убедившись, что познакомиться с Цефалоном в очередной раз не выйдет.       По возвращении на базу, прямо на парковке торгового центра нас неожиданно ждали вся остальная часть команды Гекса. Если появление Лэтти еще было понятно — бессменный врач сразу же молча подхватила спасенную из разрушенного здания девочку, — то появление остальных удивило не только меня. Артур вопросительно глянул на Аой, но сказать ничего не успел. Летиция так же молча развернулась, собираясь унести ребенка на второй этаж, к своему пункту, и Элеонора быстро скользнула по мне взглядом.       — Не уходи далеко, — прохладный голос прозвучал для всех, хотя она явно обращалась к Лэтти. — Скиталец хочет нам сказать что-то важное.       — Передашь, — Летиция только повела плечом. — Я должна осмотреть ребенка. Врач ушла, и на площадке на мгновение воцарилась напряженная тишина.       Вольт позади меня откровенно фыркнул, чуть не насмешив этим меня, и отошел в сторону, сложил руки на груди, с явным весельем наблюдая за командой. Элеонора уставилась на меня с подозрением, Куинси с явным интересом, Амир и Аой растерянно запереглядывались, и только Артур вперил недовольный взгляд в сестру.       — Сколько раз мы уже говорили с тобой об этом, — первым нарушил тишину именно он. — Нельзя вот так просто выдергивать информацию из головы союзников. Скулы Элеоноры заострились, а голос, звучащий сразу в наших разумах, стал звонкий, словно стекло.       — Ты не понимаешь! Он уходит! Вот тут тишина стала еще более напряженной.       — Но… — Аой, сидящая на краю стола с компьютером, спустила ноги и потерянно подергала себя за прядь челки. — Если это правда… Как же город?..       — К черту город! — Куинси буквально рявкнул, заставив Амира рядом со мной нервно дернуться. — Как мы?! Эта проклятая петля просто не обновится, и мы все тут просто сдохнем как последние!.. Артур прервал его на полуслове, не дав подобрать сравнение.       — Может быть мы дадим сказать хоть слово самому Скитальцу? — голос Найтингейл повысил совсем немного, буквально на тон, но то, каким холодным и четким он стал, отрезвило его команду как ведро воды. — Который, между прочим, если вдруг кто-то забыл, наш друг и ни разу нас до этого не подводил.       — Вот-вот, — поддакнул командиру Амир. — Только спасал постоянно. Накинулись… как чайки на кусок пиццы! Тут я уже откровенно не сдержал улыбку. Оглянулся на техника, поймав его одновременно решительный и преисполненный надеждой взгляд. Затем мгновение помолчал, подбирая слова, но в итоге просто тряхнул волосами, решив сказать как есть.       — Отчасти Элеонора поняла правильно, и я действительно вынужден уйти. На какое время — не знаю, но именно поэтому я и не думал бросать Хельванию на произвол судьбы. Так что я уйду, но вместо меня с вами побудет… другой вариант меня.       — …Оператор, — первая поняла Элеонора. Я молча кивнул.       — Но… будет ли это правильно? — нахмурился Артур.       — Я-Скиталец, я-Оператор, я-любая-другая-версия, все равно это я, — я только пожал плечами. — Ничего не изменится, кроме… внешнего вида.       — Хочешь сказать, что мелкая версия тебя будет такой же премерзко премудро-ироничной, что даже подкалывать невозможно? — насмешливо уточнил Куинси. Тут я снова рассмеялся:       — Возможно даже хуже!..       — Отвратительно, — со смешком подвел итог стрелок и отвернулся. — Ну раз уж все оказалось не так уж и страшно, как кое-кто успел нагнать, я займусь более важными делами. И, коротко отсалютовав мне на прощание, направился внутрь торгового центра.       — А что я еще должна была подумать?! — недовольно фыркнула ему вслед Элеонора. И, поймав серьезный взгляд брата, снова напряглась, сложила руки на груди и вздернула подбородок. Но я не дал разгореться очередной семейной перепалке, хлопнул Артура по плечу, заставляя отвести взгляд от Элеоноры.       — У меня-Оператора связь с Бездной… иная, — я задумчиво хмыкнул. — И с одной стороны влезать ему в мысли будет явно безопаснее…       — А с другой? — заинтересовался Артур.       — А с другой он намного четче ставит личные границы, и любопытный разум может больно прищемить. Элеонора откровенно фыркнула и посмотрела на меня исподлобья, сверкнув глазами:       — Ты меня интригуешь, Скиталец.       — Надеюсь, это значит, что ты не злишься, — мягко отозвался я напрямую ей, и продолжил уже вслух, для всех. — Со мн… С Оператором вы будете в такой же безопасности, как и со мной, переживать совершенно не о чем. Не удивлюсь, если в итоге он понравится вам даже больше, чем я.       — Больше вряд ли, но что понравится, не сомневаемся, — негромко рассмеялась Аой и спрыгнула со стола. Одним движением оказалась рядом, быстро обняла меня и, виновато пробормотав про задание в паре с Куинси, убежала следом за стрелком.       — Лэтти просит передать тебе, чтобы ты не забывал, что не бессмертный, — сдержанно сообщила Элеонора, пока Амир активно хлопал по спине меня и тряс руку Вольту. Я не сдержал смешок и осторожно дотянулся до разума сосредоточенного врача:       — Могла бы и сама сказать.       — No me molestes, estúpido! — мгновенно отозвалась Лэтти, таки заставив меня рассмеяться. — И не делай так больше! Элеонора молча кивнула, то ли услышав наш короткий диалог, то ли просто уловив его в моих мыслях, и тоже повернулась к двойным дверям. Амир еще раз сделал круг от меня к Вольту и обратно, но потом у него что-то пискнуло, и он стремительно умчался следом за друзьями. Улыбнувшись Артуру, я сделал шаг к Вольту, но Найтингейл вдруг перехватил меня за локоть и тут же отдернул руку, словно обжегся. Поймав мой вопросительный взгляд, как-то забавно дернулся, но посмотрел в ответ решительно:       — Ты же вернешься? — прямо спросил он. — Я верю, что ты-любой нас не бросишь. И понимаю, что мы не единственная твоя проблема. Но… ты сам еще вернешься к нам? Я с удивлением наклонил голову:       — Конечно. Артур еще мгновение непонятно смотрел на меня, затем едва заметно улыбнулся, кивнул и молча отступил, провожая каждое наше с Вольтом действие взглядом.       — Иногда я совсем перестаю понимать людей, — задумчиво признался я Вольту, когда меня втянуло в его тело. Варфрейм только откровенно рассмеялся.       — Не в же первый раз, да? Возможно, оно и к лучшему, не парься! И озадачив меня своей репликой еще сильнее, бодро сорвался с места к комнате заражения.

***

      В Реле я прилетел исключительно ради Дарво — точнее ради Данте, в чью с Лавосом лабораторию торговец смог добыть пару каких-то сложных устройств. С нами вместе прилетела Камея, захотевшая посмотреть на Реле, но с моего молчаливого одобрения она сразу же куда-то ускользнула — я знал, что в этот раз мы здесь надолго.       Сам Данте в это время вдумчиво изучал те самые детали, чуть ли их не обнюхивая, чем явно нервировал хозяина магазина. Дарво нервно топтался между нами, но я не собирался торопить Варфрейма и упорно игнорировал взгляды торговца, только лениво рассматривая представленный на полках и сваленный в кучу у дальней стены ассортимент. Клем полностью разделял мою невозмутимость, и Дарво невольно остался в меньшинстве. Когда тихонько пискнул канал связи с Орбитером, Данте услышал, но даже не шелохнулся.       — Оператор?       — Да, Ордис?       — Улавливаю крайне странные сигнатуры в центральном зале Реле, возможно это то, что вы искали. Подумав мгновение, Цефалон поправился:       — Та, что вы искали…       — Спасибо, Ордис, — я невольно улыбнулся и отлип от дверного проема. Поймал очередной недовольный взгляд торговца, но повернулся к Данте совсем не с теми словами, на которые рассчитывал Дарво:       — Прогуляюсь пока по Реле. Найдешь меня или Камею, как закончишь тут, хорошо? Данте отозвался молчаливым согласием, а я коротко махнул расстроенному торговцу и Клему, вышел в коридоры.       Я конечно сам не видел, как выглядит та, которую заодно рассчитывал здесь найти, но прекрасно знал ее внешность, так что в главном зале Реле мне хватило буквально одного взгляда. Среди куда более привычных остронцев, Корпуса и жителей Реле розоволосая девушка, безбоязненно болтающая ногами на одной из стеклянных платформ на высоте второго этажа, невольно притягивала взгляд.       — Совсем недавно в этом Реле был ремонт после нападения, теперь здесь хотя бы красиво, есть на что посмотреть, — негромко сказал я. Поймал настороженный взгляд и улыбнулся:       — Привет, Кайя. Девушка сначала было нахмурилась, а потом в ее глазах мелькнуло узнавание и она удивленно на меня уставилась:       — Ого, это и правда… ты?       — И да… И нет. С молчаливого одобрения я осторожно присел рядом с ней, так же безбоязненно свешивая ноги с края.       — Раз уж я тебя так удачно застал, у меня к тебе будет небольшая просьба. Точнее даже задачка, все как ты любишь. Во взгляде Кайи мелькнуло любопытство.       Мы долго разговаривали, наверное час или даже больше. Визуально я был ближе к Кайе по возрасту, чем остальные из ее окружения, и девушка пошла на контакт намного легче и быстрее, чем со Скитальцем. А с учетом, что я сразу подкинул ей интересную идею, для подозрения не осталось места. Данте то ли по прежнему мучал Дарво, то ли нашел что-то еще, так что первой к нам пришла Комея, а не он.       Стук перебрасываемых костей и тихие струны я услышал заранее — на самой грани слышимости, едва-едва. Сама Комея выскочила перед нами словно из ниоткуда, повисла в воздухе, как вздернутая за невидимые нити кукла. Кайя взвизгнула и попыталась отскочить, но чуть не свалилась с платформы, так что мне пришлось придержать девушку.       — Что случилось? — старательно пряча смех, спросил я у Варфрейма. Комея повисела еще несколько мгновений, но взгляд Кайи из испуганного быстро стал злым, и Фрейм тут же потеряла к ней интерес.       — Унум зовет, — ее голос прозвучал в моей голове тем же перебором струн. Я искренне удивился:       — Ты слышишь ее?       — Сайя слышит, — не очень понятно отозвалась Комея, изящно меняя позу прямо в воздухе. — Видит сны. Говорит мне. Удивившись еще больше, я только поднял голову.       — Ордис?       — Оператор, — с готовностью отозвался Цефалон. — Вам только что пришло письмо от Сайи, я не успел буквально на секунду.       — Что в нем? Ордис мгновение помялся, словно подбирая слова:       — Говорит, что… вас хочет… хм… зовет Унум.

***

      Тяжелая золотая маска давила, но ее вес был настолько привычен, что я почти его не ощущал. Время неумолимо утекало сквозь пальцы, словно даже не песок, а вода. Спираль не помогала, только ухудшала происходящее, то, от чего я так старательно прятался в тонких страницах книги с каждым витком вгрызалось в мое убежище все сильнее, все глубже… Было очень страшно. До паники. До истерики.       Но я знал, что я успею. Не мог не успеть. Так что я нервно притопнул ногой, сложив руки на груди. Мне не нравился этот корабль, эта каюта, все в ней — стены, пустые полки, даже специфически сухой воздух, — вызывали у меня смутные образы в памяти, которые я совершенно не желал доставать на свет. Оставалось только ждать, к счастью — не долго.

***

      Дождь приятно шелестел по камням, почти невидимый в темноте. Я сидел на самом краю рыночной площади, и свет слабых фонарей, оставленных на ночь в центре Цетуса, сюда почти не дотягивался. В связи с очень поздним — или скорее очень ранним — временем рынок совсем пустовал, только я, нагло усевшись под чьим то пустующим навесом, осторожно и задумчиво трогал непривычно тугие, почти острые струны шазина. Так что тишину нарушали только шуршание капель и тихие ноты, до странного гармонично сплетаясь между собой.       Он шагнул из темноты совершенно беззвучно, опустился рядом, прижался плечом к моему плечу. Я улыбнулся в воздух, стараясь не смотреть лишний раз в его сторону. Происходящее совершенно точно не было сном, и при желании я даже мог разглядеть капли воды на ярко рыжей коже костюма, но… Стоило скосить глаза, и разум начинал плыть, двоиться, придавая происходящему ощущение полной нереальности. Если бы я решил сосредоточиться, смог бы даже увидеть себя его — своими — глазами. Он — я — стряхнул с маленьких стекол окуляров капли, провел по влажным волосам рукой.       — Камея? Я — он — снова улыбнулся и прижал струны ладонью, совсем заглушая их звук. Сразу стал слышен, пока еще очень тихо, странный фоновый шум где-то вдалеке за пеленой дождя — словно смешались звон металла и стук костей.       — Уже забрал ее?       — Забрал, — он улыбнулся самым краешком губ. Я не видел лицо Оператора, просто почувствовал, как если бы улыбнулся сам.       — Ну, как «забрал»… Сам понимаешь, захотела пойти и пошла… Можно? Тонкие пальцы осторожно коснулись изогнутого грифа шазина у меня на коленях, и я молча передвинул инструмент.       — У меня такого нет… Как думаешь, Лиззи расщедрится на копию?       — Думаю, теперь точно да! — я рассмеялся. — И просить не придеться. Шазин зазвучал ровно так же, как только что струн касался я сам, нота в ноту.       — Скоро узнаю, в общем, — с удовольствием закончил я-Оператор.       — Кайя согласилась, — я-Скиталец понимаюещ улыбнулся. — Еще бы, такой сложный переход!       — Теперь она научится ставить точки телепортов еще точнее, — я-Оператор кивнул. — Она не могла не согласиться. Он — я - аккуратно поставил Шазин между нами.       — Необычно видеть такого себя… С короткими волосами. Я — он — снова не сдержал улыбку:       — Попытался состричь седину, но перед возвращением в Дувири это, конечно, стало бессмысленной затеей. Я-Оператор тихо засмеялся и встал:       — Ну что поделать! Думаю, мне уже пора, тебя ждут. Да и меня тоже… Я-Скиталец кивнул:       — Хорошо, что Унум дала нам пересечься. Коротко прикосновение обожгло мне плечо, и мальчишеская фигурка в оранжевой броне растворилась в дожде, словно сразу была его частью. Я медленно моргнул, стараясь снова побыстрее привыкнуть к отсутствию двойственности — и в глазах, и в разуме. На мгновение внутри что-то резануло от странного приступа острого одиночества, но эти ощущения быстро прошли, оставив только меня — здесь и сейчас я снова был только Скитальцем.       Дождь и не думал заканчиваться, так что, оставив Шазин под навесом, я шагнул под прохладные капли — навстречу тихому побрякиванию граней костей. Меня действительно ждали — и здесь, впереди, и на Заримане 10-0, — так что стоило поспешить.

***

      Кайя задумчиво покрутила головой, не столько изучая помещение вокруг нас, сколько размышляя. И невольно отслеживая взглядом Данте, который бесшумно и неторопливо принялся облетать помещение по периметру.       — Значит Велимир и Минерва не знают, почему вы… — девушка обвела меня рукой, пытаясь подобрать слова. — Поменялись?       — Я не знаю смогу ли… Кхм, — я кашлянул, в отличие от собеседницы оглядываясь с интересом. Телепортация Кайи привела нас в комнаты Скитальца, прямо к заражению, через которое происходило перемещение обычно. Веласко сразу шарахнулась как можно дальше от заполненного гельминтом помещения, а я с удовольствием осмотрел скудное убранство вокруг. Не то, чтобы я не знал, как выглядят мои комнаты в Хельвании, но посмотреть своими глазами все равно было интереснее.       — Точнее… он не знает, сможет ли вернуть Русалку в целости. Не стоит давать им лишнюю надежду.       — Справедливо, — Кайя хмыкнула. — Гекс то хоть знают? От них можно не прятаться? Я молча кивнул.       Калимос бесшумно подошла, — от нее Кайя тоже отодвинулась, — аккуратно обнюхала мое лицо, пользуясь моим ростом. И, видимо признала, ткнулась лбом в грудь, вибрирующе и коротко мурлыкнула. Не ожидая толчка, я пошатнулся, но устоял и обеими руками почесал крупную морду. Кайя прищурившись наблюдала за нами, покосилась на Данте, застывшего перед мониторами на первом этаже.       — А что на счет Темпла?       — Флэр? — рассеянно уточнил я. — Они и так знают почти все. Лиззи знает все, что касается заражения, а Флэр знает все, что знает Лиззи.       — Ладно, — Кайя явно сдалась и вздохнула. — Твоя затея слишком сильно захватила меня, что я сразу не подумала о последствиях. Надеюсь, о них подумал ты, и я в очередной раз не получу от Артура. Рассмеявшись, я покачал головой и направился к выходу из комнат.       — В любом случае можешь сваливать все на меня или Скитальца. Пойдем, мне нужно с ними поговорить. Или им со мной…       — Или нам всем, — проворчала Кайя мне в спину и спохватилась. — А как к тебе обращаться, если ты… ну… не совсем Скиталец? Не могу же я сказать всем что-то типа «вот этот не-Скиталец сам подошел ко мне в Реле, где я вообще-то не должна была находиться, и просто попросил доставить к вам, дав уточнение по смещению временных линий»… Оглянувшись, я поверх ее плеча глянул на Данте. Тот, несмотря на жгучий интерес к технике, мгновенно оказался рядом, не желая оставлять меня одного… да и упускать что-то новое тоже.       — Оператор. Не переживай, я сам все объясню. Девушка ехидно хмыкнула:       — Проблема с именем у вас одна на двоих, логично. И на сколько ты к нам, Оператор? Не оглядываясь больше на нее, я пожал плечами и шагнул к распахнувшейся золотистой створке, за которой ждал не только обычный серый коридор, но и тонкая пелена окончательного перехода в мир 1999.

***

      Я вдохнул безжизненный, безвкусный воздух. Дувири почти не поменялся, только окончательно исчезли цвета, но даже такое случалось и раньше. Тем не менее разница ощущалась - что-то тревожное разливалось вокруг, пронизывая и так серый мир едва уловимой болезненностью. Кроме этого, беспокойство за Тешина, вместо которого в пещере теперь прятался Доминус Тракс, тоже давало о себе знать.       — Я уже тебе объяснил, что пока я едва способен защитить себя, я не могу поддерживать и его жизнь тоже! Он просто спрятан в других страницах, как и остальные! Как только ты очистишь остров Ученого и изгонишь это… эту демоницу!..       — Не трясись так, — миролюбиво отозвался я и коротко присвистнул. — Я все исправлю. Мы все исправим. Издалека раздался звук, смутно напоминающий радостное ржание — мой Кайт попытался почти прыгнуть на меня с воздуха, но я вовремя увернулся. И со смехом похлопал его по шее, потрепал металлическую морду, которую тот норовил сунуть мне в лицо. Заку же внимательно осматривал мир вокруг нас, не столько буквально разглядывая его, сколько явно изучая что-то, видимо лишь ему.       — Мы думаем, это будет не сложно, — отозвался Варфрейм, почувствовав мой взгляд. — Но вряд ли быстро. Мир Дувири нестабилен, очень изменчив. Влияние Безразличия… сильно, пускай плохо выражено. Ты чувствуешь его? Я отрицательно покачал головой.       — Безразличие — нет. Но что-то такое… царапающее…       — Паук, о котором говорил Доминус Тракс, — легко подытожил Заку. И протянул мне ладонь, собранную из нескольких частей.       — Эта ниточка нам подойдет. Улыбнувшись Варфрейму, я коснулся его руки, позволяя спрятать себя в изломаном теле.       — Быстрее, предатель! Время уходит!.. В воздухе, словно отвечая на сказанное мне Доминусом, зашелестел, нарастая и набирая силу, тяжелый женский смех. Доминус Тракс занервничал еще сильнее, запаниковал, мы же — и Заку, и я в его теле, — просто проигнорировали Шепот, звучащий грудным голосом Нэси Русалки. Заку вскочил на Кайта, коснулся коленями металлических боков, поворачивая коня в сторону, указанную мной. Кайт послушно и радостно сорвался с места, сразу уходя в галоп, а затем и вовсе шевельнул пластинами у наших ног, вытягивая кажущиеся слишком тонкими крылья.

***

      Дождь, непрерывно льющий с самого заката, был на удивление теплым. Я и так промок, когда шел сюда, поэтому равнодушно шагнул под крупные капли. На мгновение замер, затем все же не удержался, оглянулся, чувствуя как от этого двоится в глазах. Взгляд с трудом скользнул по фиолетовой накидке и непривычно коротким рыжим волосам со ставшим редким вкраплением белого.       — Никогда не думал, почему… почему мы такие? Он — я — без пояснения понял о чем речь. В целом, нам вообще не нужны были слова, просто обычно общаться словами было… привычнее. Я-Скиталец на мгновение задумался. Я — он — без слов вспомнил о том, о чем только что вспомнил он-я. Я-Оператор улыбнулся. И шагнул наконец дальше, заставляя высокий худой силуэт исчезнуть за спиной, словно он всегда был частью теплой темноты вокруг.       «Мы создали монстров, которых не могли контролировать. Мы одурманили их, истязали их, потрошили их… Мы ожесточили их умы… Но это не сработало. Пока не пришли они. И это была не их сила воли — не их дьявольщина Бездны — не их чуждая тьма… Это было нечто иное. Дело было в том, что каким-то образом из ужаса забвения они научились заглядывать в нутро уродливой, разбитой вещи… и забирать ее боль.»