Последний кофе со льдом

***

Прошел год с тех пор, как они познакомились, и весь этот год Джейден дарил Масами теплые объятия, наполненные ароматом кофе с плавающими льдинками, лениво перекатывающимися в чашке. Пробуждаться по утрам было легко и уютно, Масами больше не заморачивался по пустякам, а кофейню посещал с еще большим настроением, почти что бегом. Он полностью и бесповоротно влюбился. Так ли бывает? Первая любовь — загадка. Моккачино Масами остывало, пока он переписывался со своим другом Джихваном. — Что он написал, дорогой? — Сказал, что опять не сможет, — Масами закатил глаза, добавляя сахар в кофе. — Вот всегда, как только у всех появляются половинки, сразу и друзья становятся не нужны… — Не обижайся, Мими, все наладится, — тихо потрепал Масами по плечу. Этот жест немного успокоил его. — А может, давай пойдем вместе? Пока Джи будет встречаться с Миндже, — сдерживаясь от второго закатывания глаз, Масами слегка кивнул. Чонмин нежно поцеловал его в губы, оставляя запах ванильного парфюма и кофейных зерен. День был пасмурным, и поэтому было немного грустно, но все же Масами любил дождь — после него всегда появлялась радуга на небе и большие пушистые облака, особенно серебряные. Вообще он любил все, что связано с блестками, особенно вещи, излучающие металлический блеск. В детстве он часто бегал по лужам в ярких кроссовках, за что часто получал от мамы. Потом он заболел и болел около недели, и так продолжалось почти всё лето. Вспоминая этот неловкий, но смешной момент, он бесшумно посмеялся над своими мыслями, вспомнив еще и про серые ленточки на новом велосипеде. Они, казалось, уже потрепанные, но для Масами были настоящим сокровищем и приятным воспоминанием о прошлом. Серый цвет всегда следовал за ним, провожал его повсюду. Именно из-за этого Джейден так сильно запал в душу и остался в детских воспоминаниях Масами, в самых приятных моментах. Схватив черный берет, Масами быстро ушел из кафе, оставив Джейдена в недоумении, поглядывая на него, когда он скрылся за углом. Масами, однако, вернулся позже и объяснил, что скоро вернется, должен что-то взять из дома, и они встретятся поздним вечером возле его дома. И напоследок обнял его. Быстро убежав, как пасхальный кролик, или, скорее, пандочка, потому что Джейден сомневался, могут ли панды бегать так быстро, как убежал его Акиба Масами. В какой-то прекрасный момент Джейден взял его за руку и сказал заветные слова: «Ты мне нравишься». Эти слова означали всемирное счастье и целый мир. И, боже, реакция Масами была словно картина маслом: развевающиеся от ветра угольные волосы, остающаяся очаровательной растекшаяся звездочка под глазом, слезы в глазах — старший просто вытащил его из ямы и вознес на небеса. Не зная, куда деться от счастья, Масами зажался острыми ноготками в ткани рубашки, не желая отпускать. Плечо уже давно было мокрым, но японец все так же крепко держался за него, шепча только: «Джей, спасибо». Затем последовало приготовление кофе, ставшее традицией. Друзья Масами действительно не знали ничего о его жизни, и на некоторое время он посчитал, что у него нет настоящих друзей. Другие бы выразили интерес, переживали и беспокоились о его состоянии, но почему же его мессенджер молчал? Возможно, он себя накручивает. Вздыхает, упорно думая, что Джихван просто занят своей личной жизнью и временно недоступен, а затем они снова побегут бросать камни в море, пить малиновую шипучку и возиться со старыми велосипедами с такими же старыми пластинками «Arctic Monkeys». Просто они выросли, и Джейден быстро занял место друга. Но у Джихвана тоже есть значимый человек, так почему бы не порадоваться друг за друга? Все это неправильно. Масами обязательно напишет Джихвану и поговорит об этом. В то время как я ещё не забыл, он оставил короткое сообщение Джиджи: «Проведи время хорошо, я искренне рад за тебя». Прочитал, но ответа не последовало. Он знал, что если Джихван не отвечает на сообщение, то он улыбается с той стороны экрана, а не злится. Ведь если бы он злился, ответ бы пришел немедленно и по всем правилам пунктуации. Тем временем Джихван на том конце действительно улыбается, забывая о том, что его уже ждет Миндже с попкорном, сидящий рядом с ним. Он гладит младшего по голове, прижимает его к себе и кладет на грудь, заставляя убрать телефон и насладиться фильмом. Ведь Джихван этого заслужил, он долго трудился над проектом в университете и сдал на высший балл. Это стоило отпраздновать, и старший предложил посмотреть фильм, а потом прогуляться по ночному городу. Миндже всегда интересно смотреть даже самые обычные закаты и самые клишированные фильмы вместе с ним. И младший в это несомненно верит, он только хмыкает и устраивается удобно на диване. Сегодня он заснет спокойно, а его сны будут наполнены сияющими глазами Миндже и отражающимся в них искристым космосом. В то время как у мальчиков настоящая идиллия и план в голове, он старается не думать о том, что хочет провернуть с Джейденом. Это похоже на план, но на деле все может пойти не так, как задумано. Это заставляет младшего нервничать, но лицом он старается не выдавать своих волнений. За год отношений Чонмин научился читать эмоции по его взгляду. Он очень проницателен и умен, и сразу замечает, когда что-то не так. Он просто посмеялся над этим, но ничего не сказал. И теперь он ждет сюрпризов. Сегодня погода явно не на стороне Масами. Он очень надеялся на хоть какой-то просвет, на радугу после дождя, на яркое солнце, но сейчас он просто сидит дома и слушает старые пластинки, которые остались с хороших времен. Это его секрет, о котором почти никто, кроме Джихвана, не знает. В ящике с барахлом он хранит свои дорогие и пошарпанные пластинки. Не хочет их выбрасывать, очень уж дороги сердцу. Слушать их через телефон не тот же самый опыт, даже если использовать наушники. Нет искаженного звука, нет естественного обрыва слов на половине, нет скрипа иголки по пластмассе — это совсем другая атмосфера. Когда он, хотя и мерзнувший, но счастливый, опускается в потертое кресло в своей оливковой куртке, то немного замедляется, наслаждаясь, лежит и мечтает, глядя на собирающиеся облака. Мечтает о своей серебряной ценности, о своем Чонмине, который однажды всего лишь с улыбкой спросил: «Что бы вы хотели, мистер?». Медленно это стало переходить в «Что бы ты хотел, Мими?». Он всегда это тихо говорил, склоняя голову набок под пристальным взглядом младшего, и они оба смеялись. Заметно, что Джейден специально придумал приветствие «мистер» только для него, потому что он уже был знаком с Чонмином через Джихвана и Солли. На это Чонмин, хмурясь, ответил: «Мне нужно его впечатлить своими манерами», хотя Джихван на самом деле не поверил этому. Его привлекает эта мысль к Джейдену, которого я только вчера не знал, а сегодня обнимаю своими руками. Он классный парень, занимающийся спортом и умеющий готовить вкусный кофе. И я знаю, насколько действительно он вкусен. Но Чонмин не знает, что я люблю танцевать. Просто раствориться в музыке, забыться среди серебристого неба, среди капель дождя, когда весь мир погружается в темноту. Это моя маленькая тайна, которой я готов поделиться, потому что люблю его так же сильно, как люблю двигаться ритмично под музыку, медленно вальсировать и отдавать ему свои низкие одзиги. Масами уже говорил ему о японской культуре и формах уважения, но никогда не говорил, насколько готов поклоняться ему. Не просто из-за его возраста или положения, а просто потому, что уважает и любит. Готов склониться с улыбкой на лице и в уголках глаз, потому что действительно хочет это сделать. И сейчас эти мысли не кажутся неправильными. Джейден в ответ рассказывал о Корее, о ее живописной и красивой природе, о национальных парках с глубокими воспоминаниями. Они посетили каждую улочку, каждый парк, каждую художественную выставку. И теперь, сегодня, они опять собираются наблюдать за звездами. Но они блекнут на фоне событий, которые должны стать решающими. Масами долго находился в душе, долго натягивал свои официальные брюки, чтобы выглядеть безупречно. И даже не представлял себе, что Джейден слышит его сквозь пространство. И, несмотря на желание откладывать этот день, он все равно наступает.

***

Джейден написал, что ждет у входа в кафе, не упомянув о букете черных роз. Масами просто обожает два цвета: серебряный и черный, и, возможно, цвет пасмурного океана, темно-серый, на берегу которого он раньше жил и в дни шторма раньше всех выбегал на улицу. Он до сих пор помнит запах дождя, старое дерево у дома, которое обвалилось после недавнего цунами. Помнит улыбающуюся маму, которой больше нет. Она умерла вместе с этой улыбкой, но сейчас не о грустном. Мама очень хотела, чтобы ее сын стал известным танцором, чтобы получил славу и признание, чтобы уехал туда, где много людей, а не одинокий домик на острове. И Масами действительно нашел такое место, но непроизвольно вспоминает тихие, спокойные дни, когда он еще собирал кремень у океана. Мама говорила, что это самые красивые янтарно-бежевые камни, блестящие на солнце. Ей нравилось ходить с сыном на берег, чтобы потом сделать из них ожерелья, и он не был против, резвился, плескался водой, поглядывал в тяжелые осенние тучи, но на душе было совершенно легко и тепло. Эти воспоминания… приносили некий комфорт даже с тяжелым осадком на душе. И вот сейчас, когда Масами идет поздним летним вечером в сторону кафе и видит Джейдена с букетом, он невольно спрашивает: —Какого цвета?.. —Черного. Я знаю, что ты любишь этот цвет. —Так же, как и серебряный, так почему? — с улыбкой спрашивает он. —Ещё не придумали серебряные. На следующий год буду учиться на флориста, обещаю скупить все серебряные виды и подарить тебе, когда такие пустят в продажу. Масами ничего не ответил, только тихо-тихо прильнул, обнимая за талию и переплетая их пальцы. Он не ошибся. Темнее, чем ночь, розы, и двое возлюбленных под лунным светом, под звук шевелящейся отросшей челки Джейдена. —Ты так меня доведешь до комы, — шутя прошептал Масами, крепче прижимая к себе. — Спасибо, Джей. —Не за что, Мими, кстати говоря, — он повертел головой, мысленно радуясь тому, что им никто не мешает — на улице стоит тишина, только перекати-поля не хватает. —Ты же хотел меня куда-то отвести? —А? да-да… пойдем, — и потянул за собой. Но прежде поднялся на носочках. Его кеды чуть скрипнули, и кончики серёжек чуть подбросились в воздух. Он столкнулся с носом Джейдена и потянулся к губам, оставив небольшой вишневый поцелуй, сталкиваясь с надписью NEVERMIND на щеке Шина с собственными черными бабочками. Кожа непроизвольно вспыхнула, покрываясь румянцем. И стало еще теплее, в эту безоблачную ночь.