Изображая дружбу

      Всю следующую неделю Тэхёна буквально атаковали курьеры из всевозможных доставок. Он только и успевал открывать им дверь и расставлять по квартире новые предметы. В углу комнаты вновь копилась гора картона. По началу всё было очень мило. Утром понедельника ему принесли красный тостер, конечно, их с Чимом старичок и рядом не стоял с этим, но другого от Чонгука он и не ждал. Вместе с ним передали ещё одну небольшую коробку, в которой он позже опознал вафельницу. Одного взгляда на неё хватило, чтобы в памяти всплыли воспоминания о вчерашнем утре с обещаниями вкусных совместных завтраков.       Дальше всё пошло по нарастающей: кофемашина, компьютерное кресло, здоровенная неподъёмная коробка, следом за ней ещё одна. Тэхён в один момент испугался, что завтра к нему постучатся и, как ни в чём ни бывало, затащат в квартиру огромную кровать или, того хуже, новенький бильярдный стол. Мало ли Чонгуку захочется повторить их партию, разыграв при этом более интересный приз. На все возмущения Тэ о тяжеленных коробках, в которых, к слову, оказались комод и компьютерный стол, Чон лишь улыбался и посылал поцелуйчики, обещая самому в выходные собрать всю привезённую мебель. Тэхён дважды стукнулся о них, прежде чем с трудом перетащил и припрятал за шторы. Как оказалось позже - весьма кстати. Одинокое компьютерное кресло выглядело комично, но его прятать было некуда.       В универе всё шло своим чередом. К середине недели их компании крепче объединились, и теперь они вполне легально могли сидеть за одним столом за обедом, переговариваясь о всяких мелочах и не думая о том, как это выглядит со стороны. Кто бы мог подумать, что сидеть рядом и не иметь возможности банально прикоснуться к своему парню на деле окажется ещё сложнее, чем наблюдать за ним издалека. И если Чонгуку, как Тэ думал, это с лёгкостью удавалось, то сам он за время обеда не единожды одёргивал руку и прикусывал язык.       Короткие встречи с несдержанными объятиями и жаркими поцелуями скрашивали невозможность полноценно провести время вдвоём. Тэхён за секунду зажигался, стоило Чону позвать того посреди пары в библиотеку или кладовую в третьем корпусе, которую они обнаружили открытой и никем не используемой. Между собой они называли её «поцелуечной».       Чонгук пылко целовал, шептал нежности и не выпускал из своих объятий. Один раз они настолько увлеклись, что чудом остались незамеченными молодым аспирантом, блуждающим по пустому коридору и дёргающим все двери. Они тогда еле успели спрятаться. Эта история быстро отрезвила Чона, охлаждая его пыл и давая понять, насколько беспечно они себя вели, поддаваясь собственным желаниям.       Когда и стены «поцелуечной» перестали быть для них безопасны, количество их встреч наедине резко сократилось. Пару дней Тэхён честно терпел и старался не подавать виду, насколько сильно он этим недоволен. Для всех он вёл себя как обычно, но для своего парня был слишком очевидным.       Чонгук тонко улавливал эту грань, когда Тэ было его недостаточно, и старался быстро восполнить пробел. Так, зная, что эти выходные они не смогут провести вместе, он приехал к Тэхёну в пятницу под ночь после всех допов и тренировки, чтобы поднять того с кровати, потащить кататься на самокатах и смотреть какой-нибудь ужастик в кино.       Немного сонный Тэ, совсем не ожидавший гостей, а тем более Чона, не сразу понял, что от него хотят. Чонгук застал его за просмотром дорамы со слипающимися от подступающего сна глазами.       Ещё час назад на его сообщение о том, что он заканчивает с тренировкой, Тэхён ответил, что собирается в гордом одиночестве полночи смотреть новую дораму, пытаясь осилить как можно больше серий. Чонгуку этого было достаточно, чтобы вызвать такси и в скором времени появиться на его пороге с мокрыми после душа волосами. На деле же стрелки часов ещё не перевалили за полночь, а Тэхён уже сладко зевал, укутанный в одеяло.       Как бы сильно Чону ни хотелось лечь рядом, обнять того со спины и вместе заснуть, свои планы на Тэхёна и на эту ночь он отменять не спешил. Он должен был хотя бы попытаться дать Тэ прочувствовать это ощущение мнимой свободы и вседозволенности рядом с собой за пределами этой квартиры и «поцелуечной». К сожалению, себе он может позволить расслабиться и в полной мере проявлять свои чувства к парню только в столь позднее время, когда шанс попасться кому-то на глаза минимальный. Но панама и маска всё равно были при нём.       Тэхёну потребовалось чуть больше десяти минут, чтобы полностью проснуться и прийти в себя. Пока Чонгук покупал билеты в ближайший круглосуточный кинотеатр, он умылся и даже погладил рубашку. Не каждый день Тэхён ходит на свидания.       Только в зале, где ожидаемо кроме них никого не было, Тэ понял, какой фильм выбрал Чонгук. Не то, чтобы в ночное время он ожидал попасть на мультик или мелодраму, но и смотреть ужастик, а потом оставаться ночью одному тоже не входило в его планы. Чонгук же был доволен собой и своим выбором. Ужастик - это не романтично, скажете вы? Зато достаточно пугающе, чтобы чувствовать себя защитником, прижимая ближе своего парня. Тэхёна хотелось водить по самым дорогим ресторанам, выставкам и бутикам, но приходилось довольствоваться тем, что безопаснее. Да, для всех они теперь друзья, но того же Хосока, например, он никогда не приглашал в ресторан за все годы дружбы.       По мере развития сюжета, Тэ всё больше отворачивался от экрана или смотрел сквозь пальцы, прикрывая лицо, а Чонгук не переставал смеяться, прижимая его ближе к своей груди и зарываясь носом в макушку. Он и не знал, что его парень такой трусишка. На особо страшном моменте Чон пересадил его на свои колени, отворачивая от экрана, и отвлекал лёгкими поцелуями в шею и скулы, поглаживая и проминая его бёдра, постепенно распаляясь.       Когда воздуха перестало хватать, а жадные поцелуи стали до неприличия громкими, они вышли из зала, наплевав на фильм. Тэхён выглядел счастливым, ведомый Чонгуком за руку. Чувство эйфории растекалось по всему телу, замещая осадок от просмотренных минут фильма. Часть пути они шли пешком, наслаждаясь неспешной прогулкой и прерываясь сделать фото. Хотелось не только максимально долго остаться в этом свидании, но и запечатлеть его. Когда энтузиазм Тэхёна поубавился и, как казалось Чонгуку, он сделал достаточно фотографий, они арендовали самокат, проехав остаток пути, подгоняемые ветром.       За одну такую прогулку по ночному городу галерея Тэхёна в телефоне значительно выросла. Он сделал кучу совместных селок и даже записал парочку видео, пока они катались на самокате. Тэхён очень ценил это время, когда они могли вот так просто вести себя как обыкновенная парочка, наслаждаясь друг другом и не опасаясь открыто демонстрировать свои чувства. Чон тоже, наконец, смог немного расслабиться и сделал пару фото на свою камеру, обещая себе не допустить, чтобы кто-то, кроме него, их увидел.       После этого спонтанного свидания они вместе поднялись в квартиру Тэхёна и вновь забылись в объятиях друг друга. Сонный, но счастливый Чон уехал от него под утро, убедившись, что тот крепко спит. Он даже умудрился приготовить быстрый завтрак для своего парня и оставить на столе. Такие мелочи заставляли Тэхёна пищать в подушку от восторга и всё больше идеализировать Чонгука, ощущая пресловутые бабочки в животе.

***

      Третья неделя их отношений началась не так радужно. Ещё в выходные Тэ почувствовал слабость и лёгкий озноб, а к утру понедельника его градусник уже показывал 38. Написав короткое сообщение Чимину о том, что сегодня не придёт в универ и дождавшись от друга ответа, он выключил телефон и обратно лёг спать.       Чонгуку, чьи выходные прошли в семейном кругу за городом, не терпелось вернуться и скорее увидеть своего парня. Утром он, как всегда, написал пару сообщений Тэхёну и, не получив ответа, позвонил. Когда бездушный голос в трубке сообщил ему о том, что телефон абонента выключен, он заметно напрягся.       В универе он тоже не увидел Тэ рядом с Чимином. В его голову стали пробираться тревожные мысли. Всю первую пару он безуспешно продолжал написывать и названивать Тэхёну. Во время обеда, как бы между делом, спросил у Чимина о Тэхёне. Так он узнал о том, что его парень сейчас болеет и нуждается в том, чтобы о нём позаботились.       Первый порыв бросить всё и бежать к нему он давил в себе долгих двадцать минут, пока шёл обед. Их общие друзья, обеспокоенные состоянием Тэ, собрались после пар вместе его навестить. Чимин, ведомый благими намерениями, вызвался их проводником в его новый дом.       Чонгук смотрел на всё это, стиснув зубы. Мало того, что он сам ни сейчас, ни после пар не сможет навестить своего парня, так теперь ещё буквально все их общие знакомые будут в курсе, где живёт Тэхён. Просто замечательно. Их квартира с каждым днём становится всё менее безопасной.       Это он сейчас должен быть рядом с Тэ, варить ему бульон, заставлять принимать горькие лекарства и менять полотенце у него на лбу, а вместо этого он обиженный и злой идёт в одиночестве домой, ждать, когда Тэхёну станет хоть немного лучше, и он сам ему напишет. Он явно расстроится, когда не увидит его среди неожиданных гостей, но Чонгук просто не сможет стоять в сторонке, когда его парень так слаб. Вероятно, Тэ заболел после их пятничной ночной прогулки. Чонгук идиот, раз не подумал о последствиях и не смог его уберечь.       Тэ проснулся от нескольких продолжительных звонков в дверь. Он сразу понял, что это не Чонгук, потому что тот знает код и заходит без предупреждения. Увидев на пороге семерых друзей во главе с Чимином, он ахнул. Пробегаясь глазами по всем, он с надеждой высматривал один единственный силуэт, до конца не понимая, хочет ли он сейчас видеть Чонгука среди прочих или расклеится от этого ещё сильнее.       Для такой большой толпы места в его квартире было катастрофически мало. Он, не заботясь о том, как они устроятся, вернулся на диван и забрался под одеяло. Пока они бурно рассказывали о субботней вечеринке у Мина и её последствиях, Тэ включил телефон и увидел десять пропущенных от абонента «Гуки» и ещё больше сообщений. Он бегло их пролистал, не прочитывая, и лишь быстро написал Чону, что с ним всё не так плохо и он сейчас, к сожалению, не один. Благо его друзья достаточно быстро поняли, что Тэхёну сейчас нужен уход и покой и ушли уже спустя полчаса, оставив больного на попечение Чимина.       Чимину не впервой заботиться о приболевшем друге. Он быстро расправился с бульоном и позаботился об ужине. Пока друга не было рядом, Тэхён прочитал все сообщения от Чонгука, сначала шмыгая носом от переполняющих чувств, потом и немного злясь, когда тот винит себя в том, что он заболел.       Если бы Тэ наперёд знал, чем обернётся для него ночное свидание, то всё равно не стал бы ничего менять. Он написал пару ласковых сообщений Чонгуку, уверяя, что с ним всё в порядке, и прикрепил селку с их поцелуем, подписав, что оно того определённо стоило. Таблетка и бульон значительно поправили его состояние, и он смог ненадолго встать с кровати, чтобы умыться.       Собственное отражение в зеркале выглядело весьма удручающе. Он, как мог, пригладил свои волосы, которые от пота стали виться на затылке, и умыл лицо прохладной водой, особо ни на что не надеясь.       Когда он вернулся в комнату, его друг вовсю катался по ней на новеньком кресле, задирая ноги и сильнее раскручиваясь. Чимин даже не пытался шутить по поводу одиноко стоящего кресла, понимая, что Тэ сейчас не в том состоянии, чтобы это оценить.       Тэхён сел на диван, подбирая ноги под себя и кутаясь в одеяло. В комнате за время его отсутствия стало свежее. — Твой телефон буквально разрывается от уведомлений, — Чимин остановился, прикатывая себя на кресле поближе к дивану. — Угу, — Тэ укладывался, кутаясь обратно в одеяло и зевая. — Тэ, прости, но Гуки - это Чонгук? — было неловко признавать, что прокатываясь мимо дивана он бросил взгляд на экран телефона и увидел это имя.       Всю сонливость как рукой сняло. Он потянулся к телефону и увидел семь уведомлений из мессенджера и все от Чонгука. Нет, он сменил код доступа на телефоне, Чимин точно не смог разблокировать и прочитать их переписку, но всё же объясниться перед другом придётся. — Да, пишет, что хотел, но не смог с вами прийти и надеется, что я скоро буду в порядке, — Тэ оставляет его сообщения не прочитанными, чтобы случайно не выдать настоящие эмоции, и, блокируя телефон, возвращает внимание на друга. — Прости, я не должен был смотреть, но Тэ, — Чимин замялся, сильнее цепляясь за подлокотники, — ты же знаешь, что Чон не гей? — как бы извиняясь добавил он.       Того, как красноречиво открылся рот Тэхёна и широко распахнулись глаза, хватило Чимину, чтобы понять, что он сморозил глупость. Ему показалось, что друг опять заинтересовался натуралом. Чимин помнит Мингю и то, какой след эта история оставила на самооценке Тэ. Ещё и панама, как будто случайно забытая на верхней полке в прихожей, он готов поклясться, что видел точно такую же у Чона, хотя, мало ли кто ещё носит такие. Что ж, он рад ошибиться. — Вообще, Чонгук первый заметил твоё отсутствие и спросил про тебя, — Тэхён старался выглядеть незаинтересованным, нарочито аккуратно ложась и, на этот раз, уже просто изображая сонливость. — Мм… Чимини, я так сильно хочу спать, — тот лишь понимающе кивнул и стал быстро собираться, обещая зайти завтра после пар и проведать его.       Как только входная дверь за Чимином закрылась, Тэ присел на кровати, посмотрел на себя через фронтальную камеру и ещё раз попытался пригладить волосы, прежде чем нажать на кнопку видеозвонка, как и просил Чонгук в последних сообщениях.