Любовь прошлой жизни

Ночь была тихой. На берегу, на самом отшибе клана меткайина царил покой, тихие разговоры доносились из-за кустов, двое мужчин тихо переговаривались между собой, поминутно наливая друг другу напиток, отдающий запахом спирта.       — Не думаю, что они когда-нибудь тебя простят, — хмыкнул Джейк, поднося к губам одну из плошек.       — А ты медленно соображаешь, — хохотнул Куоритч, искоса поглядывая на старого врага. Его глаза мягко очерчивали контур плеч Джейка. В нём пробуждалось что-то, нечто неправильное, что-то запретное и от этого ещё более желанное.       — Не думаю, что у тебя есть право это говорить, — лениво проговорил Джейк, отпивая ещё немного кавы. Широкие ладони мужчины аккуратно придерживали высеченное из дерева блюдце.       — А ты не думай, это ты уж точно умеешь, — не переставал подкалывать Салли, Майлз. Их обоих разморило от количества алкоголя, который Джейк так удачно прихватил с собой, так что сейчас можно. Можно казаться глупыми, быть естественными. Пусть это спокойное чувство осталось далеко в прошлом, они всё ещё могут притворяться, что близки. Прошло уже достаточно времени, чтобы они вновь могли чувствовать, что являются друг другу если не приятелями, то, по крайней мере, не врагами. Было в этом ощущении близости что-то приятное. Что-то с тех времён, когда Джейк всё ещё был лишь управляющим телом Аватара, а не его полноценным владельцем. И Куоритчу это определённо нравилось, ведь так он мог вспомнить то, что так тщательно старался забыть. Многое поменялось, теперь Джейк стал крепче, бёдра у него теперь шире и глаза смотрят с усталым выражением грусти. Большие жёлтые глаза, раньше они были карими, и Куоритч был действительно ошеломлён, когда понимал, что любит их. Это была не животная страсть, не желание обладать, а просто быть рядом. Хотя бы быть. Не жить вместе, он не мог себе позволить мечтать о столь явном проявлении слабости. Он не слаб, нет. Ни в коем случае. Иначе он вконец потеряет остатки самообладания и будет казаться Джейку смешным. Он хочет казаться великим. Хочет, чтоб Джейк действительно им восхищался, чтоб Джейк выбрал его, не Нейтири, не прекрасную девушку с туго заплетёнными косичками, он хотел, чтоб Салли выбрал его, уже не молодого солдата. Выбрал вместо цветущей Пандоры умирающую планету Земля, хотел, чтобы сам он — Майлз Куоритч, смог преодолеть животный страх быть отвергнутым. Но этого не произошло, Джейк выбрал цветущую планету, живую планету, выбрал стать предателем, но не спасителем. Он сделал свой выбор, а Куоритч сделал свой. Возможно, Куоритч смотрел слишком долго и пристально, раз пьяный Джейк всё же обратил на его персону затуманенный взгляд. И становится как-то не по себе. Будто Джейк, даже без Цахейлу понимает то, что на душе у Куоритча.       — Всё же, ты не просто предал человечество, ты предал меня! Джейк навострил уши, и его губы невольно сложились в игривую улыбку.       — Я влюбился, — прищурился он, закусывая губу, его грудь медленно вздымалась, оголённое тело в свете небольшого костра отливало бронзой. — И соскучился по бегу, — добавил он, толкая Куоритча в бок. Тот качнулся в сторону, и глаза снова скользят по телу Джейка, вновь в груди что-то ноет, снова и снова у него появляется ощущение, что он провалился. Проиграл, остался ни с чем. Он мог бы стать порядочным семьянином, но Паз умерла раньше, чем он смог понять, что значит семья. А после он встречает в лесу своего ребёнка из прошлой жизни, который всем сердцем любит Пандору. Бред. Он облажался и как любовник и как отец и как человек. В отличие от Джейка он принял одну из сторон слишком поздно.       — Я мог бы отдать тебе твои ноги назад, — прошелестел Куоритч прежде, чем сообразил, как это может звучать. Он чувствовал, что всё его лицо покрыто синеватым румянцем, но даже так, он продолжал поглощать алкоголь.       — Почему же тогда ты этого не сделал? — Джейк усмехается, ему весело, но в отличие от Куоритча он не чувствует страха или отвращения к самому себе.       — Ты же нашёл эту женщину На’ви, которую называешь женой, — ответил Куоритч, делая неспешный шаг вперёд. — Я просто не успел…       — Полковник? — Джейк навострил уши, ему показалась странной последняя фраза Майлза. Он редко говорит таким тоном, таким печальным тихим и потерянным, из-за этого Джейк невольно чувствует себя неловко. Наверное, он не должен был этого слышать и вообще, не должен был приходить. Может, это и странно, но Джейк знает, что то чувство внутри него, которое он подарил Нейтири светило и для Майлза. Пусть не так явно, не так как это было с дочерью вождя, но с той же теплотой, с той же привязанностью.       И вот он снова безногий калека и Куоритч для него подобен лучам солнца, вот он снова смотрит на него как ребёнок, слепо верящий родителю. Вот они — люди умирающей планеты, люди умирающей любви. Но их привязанность сменилась ненавистью, их взгляды обожания стали взглядами скорби. Они ненавидели друг друга, так сильно, что будь у них хоть один шанс быть вместе, они бы использовали его.       Майлз грустно усмехнулся, в его глазах былая страсть, в его движениях всё те же привычки, только запах другой, и хвост поминутно двигается из стороны в сторону.       — Я бы отдал тебе весь мир, знаешь, — Куоритч кусает язык, его лицо в тусклом свете костра еле различимо, пусть и находятся они в полуметре друг от друга. Его бутылка падает на землю, его руки тянутся к лицу Джейка, зарываются в волосы, губы сами собой впиваются в губы другого. Это похоже на Ад. Это больно, сердце в груди обоих сжимается от страха, Джейк готов оттолкнуть Куоритча, он ненавидит этот момент, зачем? Зачем Майлз это делает? Поиздеваться?       Салли чувствует прилив тревоги, когда полковник внезапно заключил его в крепкие объятия. Он ощутил тяжесть сильных рук, прижавшихся к его телу, и лицо полковника медленно приблизилось к его лицу. Он его поцеловал?! Что, мать твою, происходит?! Этого не должно быть, они далеко не те люди, какими были пятнадцать лет назад, многое поменялось и всё же…       — Что… что вы делаете, полковник? — проговорил Салли, уперевшись в грудь мужчины напротив ладонями. Так он хотел сдержать Куоритча на расстоянии, а возможно и себя самого сдержать. Ему это необходимо. И он боится, искреннее непонимание и желание, теплящееся в груди, сбивают с толку. Небольшие отблески страха загораются в его жёлтых глазах.       — Целую тебя, разве не видишь? — на секунду Куоритч выдает свой звериный оскал, раздражаясь тупостью своего бывшего капрала. — Я знаю, что это нужно было сделать уже давно, но твоя жена убила меня прежде, чем я успел с тобой объясниться, — Майлз готов засмеяться, но в такой ситуации это будет более чем неприемлемо.       Джейк глядит в янтарные глаза Майлза. В них больше не блещет былая ненависть и злоба, теперь его зрачки полны надежды и страха. Он боится, подобно ребёнку, делающему первые шаги, он надеется, что не упадёт.       Джейк помнит, как делал первые шаги в теле Аватара, помнит это и становится страшно. Он снова вспоминает себя из прошлой жизни, будто он снова безмозглый вояка, будто ему вновь хочется лишь видеть Майлза перед собой и заполучить заветные протезы. И ведь это глупо, он никогда не будет способен вернуться в то тело, стать тем человеком, он изменился, он больше не любит Майлза… Да ведь?       Тогда почему руки тянутся к отросшим волосам полковника? Почему он позволяет сильным пальцам касаться себя?       А Куоритч не торопиться, шершавыми пальцами мягко поглаживает соски Джейка, целует податливую кожу бывшего подопечного, позволяет себе прикусывать мочку уха и пристально глядеть на Джейка.       — Майлз, — шепчет Джейк, стараясь сопротивляться. Хвост дёргается за спиной, руки с силой впиваются в плечи бывшего врага, но глаза… глаза никогда не врут.       — Что такое? — раздался довольно мягкий шёпот над ухом Джейка, что было крайне необычно, учитывая грозный и мужественный вид Майлза. Полковник никогда не был таким, по крайней мере Салли этого точно не припомнит. Мягкий и ровный тон заставлял широкую синюю спину мужчины покрываться легкой дрожью.       — Мы…мы не должны, я не должен. Я не могу. Не теперь, — пытался связать хоть два слова, Джейк. Он всегда был верным мужем, но что-то изменилось внутри него. Казалось, что прикосновение полковника пробудило что-то, спрятанное глубоко внутри него, и это побуждало его к действию.       В груди бьётся сильное сердце вождя, бывшего Турука Макто, но это сердце раньше носило в себе душу не только На’ви. Раньше он был человеком, существом, которое всегда всё разрушало, сейчас же, из-за Куоритча, в нём пробуждается эта тяга к разрушению. Он хочет рушить, хочет нарушать правила и устои морали, он хочет этого, хочет быть рядом и обладать, хочет иметь власть над одним существом, и это существо сейчас нависает над ним, неистово виляя хвостом.       — Дай мне лишь коснуться тебя, — Куоритч говорит это так, будто вся его жизнь зависит от этого момента. И Джейк чувствует, как внутри него пылает боль и отчаяние. Любит? Куоритч всё ещё любит? Всё ещё грезит мечтами о нём? Это глупо, ох как глупо, и всё же…       — Я не… — и всё же его руки сами собой тянутся к талии Куоритча, прижимая его к себе, заставляя тело мужчины уткнуться в его собственное, он шарит руками по груди Майлза, чувствует как сам начинает возбуждаться, как всё тело горит, и как его губы сами тянутся ко рту напротив, желая запечатлеть на них поцелуй.       Медленно, проводя языком по тонким изгибам губ, он впивается в них, слышит, как Куоритч отвечает. Это сбивает с толку, это убивает и воскрешает его. В голове крутятся воспоминания, его жизнь с Нейтири, их дети, семья… Он любит их, но Куоритч важен для него так же, как важна Нейтири. Он нуждается в прикосновениях Майлза так же сильно, как нуждается в прикосновениях супруги.       Джейк вздрогнул, когда пальцы бывшего врага пробежали по его торсу… Он закрыл глаза и наклонился вперед, чтобы встретить его губы, позволяя его языку мягко коснуться их… Джейк чувствовал, как его сердце колотится в груди, как кровь приливает к его щекам, но ему было всё равно… Он был потерян в ощущениях, его тело двигалось только на инстинктах, когда его руки блуждали по спине полковника. Пальцами Куоритч мягко поглаживает выпуклые бусинки на груди Салли, мягко, почти невесомо очерчивает их контур, а потом, встречаясь взглядом с Джейком, прикладывается губами к левому соску. Он слышит над собой тихий стон, видит, как взметнулась рука Джейка и почти почувствовал, как Салли сдавил зубами кулак, дабы не завыть. Хвост Джейка с силой ударяется о кусты, спиной он облокачивается о холодный камень, дабы не свалиться тут же на землю от внезапно нахлынувшей слабости.       Его дыхание становится тяжелым, он прислоняется к камню и тихо дышит, пытаясь контролировать свои эмоции. Он закрывает глаза и чувствует, как жар от тела полковника вливается в него. Ощущение опьяняет, и он испускает тихий стон, чувствуя теплое дыхание губ и мягкие поглаживания пальцев.       Майлз следит за его движениями, а после, как бы невзначай проводит ладонью меж ног Джейка, хитрó ухмыляясь. Его уши прижимаются к голове, зрачки становятся практически чёрными, он хочет Джейка, хочет прямо здесь и сейчас. Но он ждёт. Делает над собой усилие и молча спрашивает у Джейка — можно ли начать. Можно ли им снова переступить эту черту? Согласен ли Джейк на то, что сейчас происходит?       Джейк мычит, когда Куоритч перестаёт прикусывать его соски и просто смотрит на него. Хочет, чтоб Джейк просил. Умолял его сделать это. В этом весь Майлз, вся его поганая натура, вся его страсть заключается в обоюдном согласии. Джейк смотрит на него с отчаянием в глазах… сердце колотится в груди, дыхание тяжёлое. Он кивает и издает стон удовольствия. Он хочет этого, он хочет его. Так сильно. Он хочет, чтобы это было правдой. Он хочет разорвать себя на части от того, что всё это происходит. Он снова кивает, готовый переступить любую черту, лишь бы быть с прикосновениями Майлза, с его любовью.       Майлз самодовольно ухмыляется, его звериный оскал и белые зубы выдают в нём хищника, желающего полакомиться свежим мясом. И Джейк позволит ему коснуться себя. Рука Куоритча аккуратно сжимает грудь Джейка, смакуя вкус его пота, впитывая в себя его запах, вслушиваясь в тихие вздохи. Второй рукой он нежно проводит по щеке своего бывшего капрала и прислоняет его морду к своей. Они утыкаются лоб в лоб, играют в гляделки и оба шумно дышат.       — А как же твоя семья?.. — Наверное это последний вопрос. Последний «предлог» чтоб оттянуть их близость. И у Джейка есть ещё возможность уйти, Куоритч хочет дать понять, что это полностью его решение.       Джейк вздохнул, услышав этот вопрос. Он разрывался между двумя разными мирами. Тем, в котором он жил сейчас, и прошлой жизнью, которую он когда-то знал. Да, выбор есть. Но уже слишком поздно, он должен почувствовать себя слабым. Перед Куоритчем, когда вся эта хрень с войнами в прошлом, он может позволить себе одну слабость, всего одну, так ведь? Он смотрит в глаза полковнику и колеблется… но в конце концов признаётся:       — Мы оба знаем, что теперь уже слишком поздно думать об этом. Это уже не имеет значения. Просто позволь мне почувствовать тебя… Пальцы скользят ниже, к заветной повязке на бёдрах, всего несколько движений, и ткань падает рядом на песок, оставляя Джейка полностью нагим и беспомощным. Мужчина отводит взгляд, ему стыдно за себя, его хвост виляет из стороны в сторону, руки сами собой впиваются в плечи Майлза.       Джейк охает, чувствуя, как ткань спадает с его тела… он полностью обнажён, и это напоминает ему о том времени, когда ему было 18 лет… когда все эти чувства неуверенности и неадекватности хлынули обратно, как потоп. Но это совсем другое. Он был уязвим, но в хорошем смысле этого слова. Это был интимный момент между двумя мужчинами, и Джейк не только хотел, но и жаждал максимально обнажиться, чтобы Майлз мог полностью овладеть им.       Широко расставив ноги, Джейк усмехается, поглаживая отросшие волосы Куоритча. Тот усмехается, его не нужно просить два раза, ему и с первого раза понятно, чего от него хотят. Склонившись к паху Джейка, он аккуратно облизывает возбуждённый член партнёра, тот тихо всхлипывает, запрокидывая голову назад. Куоритч усмехается, кончиком языка проводит по уздечке, заставляя Джейка выгнуться на встречу его рту, а после, касается широкой ладонью возбуждённого органа. Чуть склонив голову, он обхватывает губами головку, рукой же поглаживает бёдра любовника, заставляя того изогнуться, хвост Джейка с глухими ударами стукается о песок. Джейк смотрит сверху вниз, когда Куоритч облизывает чувствительные места его плоти, оставляя за собой влажный след. Это так эротично, и все же это больше, чем просто возбуждение. Ощущение, что его берут, что ему поклоняются, что им наслаждаются, как будто кто-то не может насытиться вкусом его тела. Это не так как с женой, это более раскованно, более чувственно. По-человечески, что он давно уже забыл. Хмыкая про себя бывший вождь понимает, что можно пожёстче, не стесняясь.       Затем рука Салли опускается на голову Куоритча, заставляя того опешить, надавив, Джейк опускает голову Майлза, теперь его член достаёт чуть ли не до горла полковника. А пальцы Джейка вплетаются в его черные как смоль пряди, заставляя взять глубже. Только сама Эйва знала, как давно он хотел этого. Полковник протестующе мычит, но не сопротивляется, его ладонь одарила шлепком задницу Джейка, тот охнул, но руку не убрал.       Далее раздался негромкий смех. Он прислонился к Майлзу, наслаждаясь каждым ощущением, которое возникало между ними. Ему нравились ласки полковника и то, как он заставлял его чувствовать себя, словно он был самым важным существом на свете. То, как он обращался с ним, было тем, чего он не мог себе представить несколько лет назад, когда они были врагами.       Майлз всё ещё знал, какой минет нравится Джейку, чуть отстранившись от члена, он снова насадился на него ртом, на этот раз головка достала до его горла.       — Ты никогда не мог устоять перед моим минетом, — скалится Куоритч. Джейк закатывает глаза к небу, но его снисходительность быстро меняется на удивление, когда Куоритч погладил его по упругой заднице, стряхивая мелкие песчинки, прилипшие к нежной коже.       Джейк издал стон, когда его глаза распахнулись, и он удивленно посмотрел на Майлза.       — Ты... помнишь это? — Он ухмыльнулся. — Тогда, думаю, ты помнишь, что нужно делать... — Мужчина снова закрыл глаза и откинул голову назад, когда его тело переполнили ощущения от этого знакомого действия, а пальцы на ногах зарывались в песок.       Вместо ответа полковник мягко отстранил свой рот от промежности Салли и в тот же момент хорошенько так прикусил капрала в бедро, вонзая клыки в податливую кожу.       Джейк заскулив от боли, резко схватил Майлза за волосы, оттягивая его голову назад и не позволяя ему даже приблизиться ртом к бедру. По синей коже заструилась струйка крови. А полковник облизнув влажные губы, невинно уставился капралу в глаза, на лице играла ухмылочка, а он был словно как огромный довольный синий кот. Это была их игра и она им определенно нравилась, обоим.       Джейк посмотрел на полковника и саркастически улыбнулся в ответ, чувствуя, как кровь стекает по ноге, и дрожа от возбуждения. Он хотел этого, он хотел Майлза. Он хотел быть поглощенным им полностью. Не давая ничего осмыслить, Салли сжал скулы Куоритча двумя руками и потянул его вниз, снова предлагая продолжить оральную ласку, которую тот начал. Полковник покорно открыл рот, насаживаясь им на пульсирующий орган, сверкая своими желтыми глазами в полумраке.       От этого действия у бывшего Турук Макто закружилась голова, а с губ сорвался глухой стон. Его яички плотно прижались к члену и начали довольно сильно вибрировать. Солёно - горьковатая смазка полилась в горло Майлза и полковник понял, что его партнёр уже на грани. Ночной воздух разрезали судорожные вздохи Джейка, он терялся во всей этой всепоглощающей чувственности меж ними. Его руки крепко сжимали голову мужчины, когда ощущение удовольствия быстро нарастало внутри него, приближая освобождение. Он знал, что это неправильно, что это должно быть неправильно, но его это больше не волновало.       А полковник в свою очередь продолжал свои действия, всё больше повышая их интенсивность. Он брал на полную, двигая быстро ртом и обволакивая всю длину слюной, а зубками проходился по выпирающим венкам. Горячая слюна посылала волны удовольствия по его телу, заставляя Джейка задыхаться при каждом движении рта полковника. Куоритч одной рукой чуть приподнял задницу Джейка с песка и собственнически её сжал, при этом совершенно не сбавляя ритма своим ртом.       Джейк ощутил теплую ладонь на ягодице и его хвост инстинктивно обвился вокруг запястья мужчины. Их тела прижимались друг к другу, жар его рта, горячее дыхание... это было все, о чем он мог просить. Мощные пальцы крепко вцепились в волосы полковника, и он прикусывает губу, чувствуя, что до его освобождения остаются считанные секунды. Миг. Джейк издал громкий стон удовольствия, когда все его тело содрогнулось от разрядки, выпустив все свое напряжение с громким криком.       Полковник широко открыл глаза, давясь сильным потоком горячей жидкости, а потом всё с трудом глотая. Сперма вязкая и горьковатая, но мужчина не упустил ни единой капли на темный песок. Ведь он хочет доставить удовольствие Салли. И это не просто страсть, это что то более глубокое. Тайное. Интимное. Волшебное.       Тело Джейка полностью расслабленно, когда его накрывает это мощное чувство. Он открывает глаза и осматривает Куоритча, чувствуя себя совершенно истощенным из-за выброса адреналина и чувства удовольствия, которое только что наполнило его. Жар тела полковника кажется ему тёплым и успокаивающим, и он хочет только одного - притянуть его к себе и поцеловать. Салли так и делает, хватая за крепкие плечи, он тянет мужчину на себя, укладывая поверх своего тела и страстно целует. Вкус горечи вмиг отпечатывается на его языке терпким послевкусием. Но он не брезгует, целует более страстно, с языком. А Майлз и рад поделиться этим. Оба мужчины продолжают поцелуи, выходящие за рамки чего-то разумного. Всё тяжелее становиться дыхание полковника, всё глубже и глубже тянет его на дно когда-то бывший капрал. А сейчас это просто Джейк, такой мягкий и нежный, но в то же время такой стойкий и воинственный. В прошлом морпех и Торук Макто, а сейчас полноправный житель клана Меткайина, почти что лучший друг Тоновари. Майлзу всегда хотелось обладать кем - то подобным. И сейчас у него есть на это полное право. И Куоритч точно своего не упустит. Ни за что. Тело Джейка переполняется эмоциями, когда от интенсивных поцелуев полковника немеют губы. Ощущение полковника на своем теле сводило его с ума, и ему казалось, что он может взорваться от одного крошечного движения навстречу. Он позволяет этому переломному моменту настать. Салли полностью отдал контроль над собой этому мужчине, которого он настолько сильно возжелал, что мысли затуманиваются и он чувствует как его задний проход пульсирует, прося. Нет, требуя чего-то гораздо большего.       Майлз словно прочёл его мысли, нежно прошёлся ладонью по позвоночнику, хватаясь за основание хвоста, а затем поднося руку к заветному месту меж ягодицами.       Салли будто задыхается, когда рука полковника проникает ему между ног и начинает касаться его самого чувствительного места. Он открывает глаза шире и секундно смотрит на Майлза, а затем снова закрывает их и позволяет своему телу отдаться ощущениям, которые уносят его куда то в бездну. Мужчина стонет, извивается под ним, прося о большем. — Я хочу тебя...— Джейк выгнулся, приподнявшись с песка и оставляя за собой нечеткий след. Давление от пальцев Куоритча заставляло его задыхаться ещё сильнее чем прежде.       Полковник ухмыльнулся, потирая чувствительную область, пробуя войти. И вот, уши Майлза встрепенулись, когда палец наконец протиснулся внутрь. Бывший капрал был настолько возбужден, что его смазка покрывала кожу снаружи.       — Опа. — со свистом проговорил он, чувствуя как стенки Джейка плотно обхватили его фалангу. — Какой ненасытный, гляньте на него.       Ощутив что в тебя вторгается что - то инородное побудило в Салли давно забытое чувство напряжения и тупой боли, перерастающей в нечто приятное. Сейчас он был готов на всё, всячески прося, моля и жаждя. Это ещё больше подогревало желание обоих мужчин. Смазка, которая обильно вытекала из заднего прохода, падала на мозолистую руку полковника. А его палец тем временем кружил внутри, разрабатывая мягкую плоть. Стоило ему надавить чуть глубже, как тут же послышался громкий протяжный стон Джейка. Всё просто - они нашли его простату.       Чувство удовольствия разливалось с огромной скоростью, обволакивая разум и тело, создавая единый сосуд чувственности. Ресницы Салли томно трепетали, когда в очередной раз посмотрел на Куоритча. Вся эта подготовка, что делал с ним полковник была похожа на пытку.       — Пожалуйста... — взмолился он, сжимая кисти рук в области шеи полковника. — Возьми меня.       Повторять не пришлось. Сам распалённый всей этой игрой, Майлз выпрямился, опираясь на песок коленями и его руки инстинктивно потянулись к его мешковатым зеленым брюкам. С какой то небрежностью дрожащие пальцы открыли замок ремня и тот с глухим стуком упал на землю. Далее полковник приспустив штаны до колен, выпустил "на волю" свой горячий от возбуждения член, который подергивался в предвкушении.       Джейк, увидев это прекрасное по его мнению зрелище, потянулся к бедрам своего бывшего врага, накрывая ладонью нежную плоть. До ушей тут же донесся сдавленный стон Куоритча, его глаза засверкали золотом, а хвост бешено мотался из стороны в сторону. Теперь уже Салли его дразнил и это было действительно невыносимо. Джейк обхватив орган плотнее, потянул его на себя. Не смея заставлять ждать дольше, полковник придвинул бёдра почти вплотную, обдавая шею любовника жаром своего дыхания. Остывающий песок прилип к коже Джейка, когда он уперся в него спиной и затылком, прогибаясь в спине. Откровенно раздвигая бедра перед Майзлом, мужчина ощутил странную дрожь внутри. Куоритч читая желание, тут же пристроился к нему, придерживая одной рукой хвост Салли, а другой огладил податливые бёдра. Сильные эмоции проникли в обоих, когда полковник нетерпеливо потерся членом об пульсирующие отверстие.       — Я вхожу... — шепчет он куда-то в темноту, осведомляя партнера снизу и, секунду помедлив, толкается внутрь.       Это всего лишь мгновение, но для Салли она кажется вечностью, неистовая боль пронизывает всё тело, заставляя его самого чуть ли не орать.       — Сука... — выдает он, сжимая зубы до скрипа. Тут же ёрзая бедрами и пытаясь отстраниться, давление внутри просто невыносимо.       Но сильные руки Куоритча держат крепко, не давая уйти, сжимают синюю кожу. Джейк с трудом принимает мужчину, когда тот входит внутрь полностью. Его хвост неистово дёргается, показывая всю уязвимость в этот момент. Полковник видя сморщенный нос Салли, подобрался губами к плечу и прикусил кожу чуть выше ключицы. Вонзив зубы в нежную кожу, Майлз пытался отвлечь своего солдата от той боли, которая продолжает разливаться в районе податливых бёдер. И наверняка к концу их близости Джейк будет весь в укусах. То как он покажется на глаза жене и детям кажется сейчас мало его волнует.       А всё потому, что он уже закинул ноги наверх, обхватывая лодыжками поясницу Куоритча. Тот в свою очередь подобрался глубже, руками обхватывая плотные бёдра, оглаживая нежную кожу. Движения стали чуть порывистее, позволяя всему этому быть подавляющим. Джейк откровенно стонет, но не от боли, а от наступившего секундой назад наслаждения. Ему становиться наконец действительно хорошо. Это чувство огнём нарастает внизу живота.       — Вижу тебе нравится... — запыхавшимся голосом констатирует факт полковник, видя как закатываются глаза его капрала. — Ах, да... вот так... — стонет Джейк в ответ, чувствуя на себя вес чужого тела.       Мелкие песчинки впиваются во влажную кожу ног и рук, но их это совершенно не останавливает. Мужчины продолжают погружаться в пучину удовольствия. Майлз хаотично двигается, срываясь на рваный ритм. С его губ слетают стоны, больше напоминающие рычание. Ему слишком хорошо в Джейке, уши трепещут при каждом толчке, а хвост просто сходит с ума, путаясь сам с собой. Полковнику хочется оттянуть этот момент подольше, но он понимает что уже на грани. Он сжимает кожу бёдер до отметин, заставляя Джека самого насаживаться на его член. Салли чувствует как его тело горит, как его задница принимает Майлза, как слёзы текут по лицу, и как ему хорошо. Ему сложно описать эти чувства, это похоже на вспышку, очень странное и вместе с тем восхитительное чувство. Оно завораживает, заставляет его чувствовать себя иначе.       Долго мучить его не приходиться, Куоритч громко стонет, кусая партнера в губы до крови и вместе с этим его тело неистово дрожит. Мужчина выпускает горячий поток спермы внутрь, чуть ли не теряя сознание. Быть с кем то вот так для него так ново в теле аватара, особенно с Джейком. Чувства остры и свежи, он словно заново родился. Излив всё до последней капли, он шлёпает по ягодице капрала и выходит, перекатываясь на песок, бухается рядом. Можно видеть его потерянное сознание, быстро вздымающуюся грудь и чистое удовлетворение. Когда Майлз приходит в себя, то смотрит на Салли благодарным взглядом.       — Спасибо тебе за это...       Проходит около часа пока мужчины остывают от столь горячей близости, которую они разделили. Они устраиваются у костра и просто лежат в обнимку, словно никогда не были врагами. Словно они семейная пара. Всё просто, потому что они хотят запомнить этот момент на всю свою жизнь. Тот миг, когда война меж ними официально закончена.       — Я хочу ещё кое-что, — внезапно говорит Джейк, устраиваясь на груди Майлза. Тот вопросительно посмотрел на него, ожидая ответа. Джейк же вместо слов притянул нейронную косу Куоритча к себе, после, он посмотрел на Майлза — ожидая реакции. До Майлза дошло. Дошло и он понял, что ему будет сложно сделать этот шаг. последняя ступень доверия между На’ви. Никогда он не представлял, что может сам узнать, что значит быть связанным с кем-то, особенно с Джейком.       — Ты уверен? — Майлз чувствует, как в его горле пересыхает и как ему хочется сбежать. Бежать куда подальше, ему не хочется ответственности, но вместе с тем, он хочет это почувствовать. хочет понять, какого это — когда два разума соединяются, когда ты полностью уверен в партнёре, настолько уверен, что не боишься показать ему себя настоящего.       — Да, — отозвался Джейк, на его губах отразилась добродушная улыбка. Он медленно поднёс свою косу к косе Майлза. Секунда.       Это не похоже ни на что, что подвластно разуму человека. Если Майлза попросили описать это чувство, он бы сравнил бы его с тем, когда тебе резко становится понятен весь человек перед тобой. Будто ты резко узнал его лучше, словно ты видишь и слышишь его, его мысли, его движения кажутся тебе своими собственными. Вы становитесь одним организмом, одним целым, целой вселенной друг для друга.       Это полностью противоположно страху и уничтожению, что знал Куоритч, это похоже на создание чего-то великого, чего-то столь далёкого, что не будь он сейчас с Джейком — свихнулся бы. Но Джейк рядом, точнее, он рядом с Джейком, он сам — Джейк. Он стал его переживаниями и мыслями, его глазами и его чувствами. Он стал им, а тот, в свою очередь, стал им самим.       «Ты чувствуешь это?»       Только позже Куоритч понял, что это была телепатическая связь.       «Конечно»       Джейк усмехается, но Куоритчу кажется, что этот он сам расплылся в умиротворённой улыбке.       «Ты жалеешь об этом?»       Майлз чувствует вину, но Джейк отрицательно качает головой.       «Я жалею лишь о том, что это не может длиться вечно»       Куоритч понимает о чём говорит Джейк. У него семья и обязанности, у него другая жизнь.       А это любовь — любовь прошлой жизни. Она теперь и гроша не стоит. Ему хочется расцепить их косы, хочется исчезнуть и больше никогда не мешать Джейку, никогда больше не вмешиваться в его дела, в его жизнь. Он больше не принадлежит ему, больше нет.       «Наша любовь другая Майлз, но она стоит для меня целого мира. Я что-нибудь придумаю»       Ах да, он совсем забыл, что Джейк читает его мысли. Какая глупость. Что же им теперь делать? Как дальше жить? Жаль, что это не может длиться вечно, не может быть их жизнью. Жизнью их обоих, не только Куоритча, но и Джейка.       «Думаю, Нейтири поймёт»       Не поймёт, это бред, и оба это прекрасно понимают.       Нейтири мягко шла обратно в маруи. Ей не нужно ничего понимать. Она видела их счастливыми и могла понять Джейка. Так же как его, она любила Тсу’тея, будь у неё возможность, она бы выбрала их обоих, будь Тсу’тей жив, она бы никогда не хотела б выбирать. Джейк предал её, но не предал ли он когда-то Майлза? Предал и это правда, он предал весь свой род, ради неё, и пусть она не хочет, она может его понять.