Ммм, нежная овечка

***

Дом Аластора в лесу на окраине

Пентаграммсити

— Здрасьте, Ал, — произнёс кот; попутно за его спиной ещё виднелся ярко-зелёный дым от бомб Черри. Он стоял с овечкой на руках возле закрытой двери в ванную второго этажа, из неё доносился шум воды. — Отлично, мой прекрасный друг, — послышался счастливый голос демона за дверью, — уложи нашу «гостью» на диван в гостиной! — Ты что? Снова моешься перед принятием еды? — спросил Хаск, изогнув вопросительно свои красные пушистые брови и посмотрел на дверь ванной. — Ой, заткнись, Хаск, — спокойно прозвучал голос Аластора вперемешку с водой, — еда, это самое, что ни на есть важная часть нашей жизни, так что — да! Я заранее приготовлюсь к основному блюду и эфиру! — Пф, — безразлично ответил ему мужчина и направился на первый этаж. Он аккуратно положил девушку на диван и укрыл её пледом — как бы там не было, но хозяин всегда ценил гостей, не важно как они выходили из дома Радио-Демона после: через дверь или его желудок.       Сверху послышался звук закрывшейся двери. Аластор спустился вниз по ступенькам в своей повседневной одежде и параллельно вытирал свои волосы полотенцем. Увидев силуэт овечки на диване, укрытую пледом, он облизнулся, а полотенца исчезло из его рук. — Ну, и как она? — опираясь на свой материализовавшийся только что микрофон-трость, сказал Радио-Демон. — Вроде в норме. Вернее, — закинув голову набок, кот посмотрел наверх, подбирая слова, — она немного странная — я имею ввиду, что она даже не испугалась, когда я приложил к её носу платок с хлороформом. В смысле, можно сказать, что она будто бы, — мужчина почесал свою голову, — этого хотела, ну, чтобы её похитили. — Ох, — лишь, произнёс Аластор со скорбью, — бедная душа, ещё немного и она не будет так сильно мучится правда, Хаск? — посмотрел Аластор на диван. — Э, да, — всё с такой же интонацией произнёс кот-мужчина, чтобы скрыть свой вновь изувеченный шок от тупых слов, по его личному мнению, хозяина, он поменял тему разговора: — Ты всё так же при параде? — спросил Хаск, беря газету с маленького стеклянного столика возле камина в руки, он неловко улыбнулся. — Конечно, — посмотрел на себя демон — как обычно, он был одет с иголочки, — а как же ещё, аха-ха! — Ну, — округлил глаза кот, — раз ты всё-таки собираешься её съесть сегодня? — Да-a, — Аластор со звуками помех непонимающе наклонил голову. — Тогда я пойду к себе в комнату, чтобы не привязываться к нашей «гостье». — Славно! — кот направился по лестнице на второй этаж, — Хаск, — произнёс Радио-демон, всё так же смотря на овечку, — я благодарен тебе за помощь и приготовлю завтра твой любимый сыр моцареллу. — Ага, — кот-мужчина сказал это искренне равнодушно, но в глубине душе он правда был рад такой реакции своего босса. Покинув гостиную, кот-мужчина оставил Аластор со своей «гостьей» наедине.       «Просто восхитительно! Как же я был опозорен этим чёртовым Воксом с его любвеобильным Валентино, ну, ничего! Я устрою эфир, которого у меня не было давно, ха-ха. Что ж, раз уж это овечка — девушка, я так и быть, скорее всего, сначала прикончу её, а потом уже буду развлекаться как и подлежит настоящему гурману!»       Аластор, потерев руки друга об друга, подошёл к диван и наклонился, чтобы посмотреть на сегодняшний деликатес. Только он взял кончиками своих пальцев пледа, как его окутал запах адского голода. Это был ему давно уже привычный и знакомый запах, от которого гудел и урчал желудок, когда он долго не ел себе похожих демонов. Его рука аккуратно приподняла кусок пледа и на него опустился запах нежной ванили и свежеиспеченного печенья. Увидев лицо своей спящей «гостьи», не сказать то, что демон был удивлен, не сказать ничего. Эти миловидные черты лица и кудрявые белокурые волосы, которые падали волнами на столь длинные ресницы напоминали ему кого-то. Демон разжал свою руку, находясь всё в таком же недоумении. Он хотел было пересилить это чувство и опустить его до равнодушных уголков своей чёрствой души, но почему-то этого ему не удавалось сделать. Это чувство агонии, которое тешилось в его садистском сердце, он сию же секунду разжал ладонь, и плед снова прикрыл лицо нежной овечки. На лбу демона выступили капельки пота.       «Что за чёрт, — Аластор взялся за голову обоими руками и упал на колени рядом с диваном, не понимая, что с ним происходит. Микрофон упал рядом с ним, — Это явно не тот голод, который я привык чувствовать, — он снова посмотрел на тело овечки, — она такая аппетитная, но почему я не могу убить её сейчас?! — он вызвал свою тень щелчком пальцев, она появилась перед Аластором и стремглав спряталась в углу, словно боялась чего-то. — Тц, идиот».       Это скользкая нота внутреннего страха, которая была отвратительно для Радио-Демона; он так долго поддерживал свой титул повелителя в аду, и эта настигшая волна в его теле, нота, которая говорит о «трусливом» голоде, который он никогда не утолял и был абсолютно счастлив без него. Демон думал, до сегодняшнего дня, что отныне этот голос задремал навечно и потерял власть над ним; спал этот голос у него и при жизни и, лишь, однажды, в его юности, он проснулся, а затем погас снова как ни в чём не бывало. Сейчас же он, словно, обрёл новую силу и мог побороть саму волю неприкосновенного демона-повелителя. Собравшись с силами, он кое-как встал с колен опираясь на свою трость, его тень искажалась помехами, когда он проходил мимо неё, его тело покрывалась мурашками, уши его жалостно опустились, как у щенка, который провинился.

***

      Овечка с трудом открыла глаза. Запах камина и свежих брусков наполнял воздух теплом и уютом, от чего ей не хотелось выбираться из-под тёплого пледа, хоть и в чужом доме. Она всё-таки пересилила себя и выбралась из-под пледа, сложившись в позу лотоса на диване, и задумалась. Пегги: «Где я?» Импера: «Где «мы» ты не хочешь сказать?» — произнёсся ворчливый голос в разуме девушки. Пегги: «Эм, извини, Импера, но я в замешательстве, что было вообще? Мы с тобой должны были выступить на презентации нового порно сайта нашего босса Валентино.» Импера: «Я должна была выступить!» — перебила её вторая личность девушки. Пегги: «О, как понимаю нас кто-то спас», — проигнорировала её мысль овечка, — «Я помню там был кот… Ах, да, вспомнила нас спас мистер кот!» Импера: «Ох, Пегги никто нас не спас!» Пегги: «Что?» Импера: «Я слышала их разговор, когда ты была в отключке, и они говорили далеко не о том, какие они хорошие, что спасли «бедную овечку» из борделя. Пегги: «Ты? Подожди, разве ты можешь слышать, когда я, хозяин своего тела, в выключенном состоянии,» — спросила овечка, всё никак не унимаясь, стараясь составить логическую цепочку произошедших действий у себя в голове. Импера: «Если вкратце, то этот «мистер добрый кот» работает на кого-то. Я слышала его голос, он был очень невнятный и его перебивала вода из-под крана, произносилось в голове у Пегги, — мне удалось услышать так это то, что он считает нас деликатесом, поздравляю». Пегги: «Что?» — у овечки резко скрутило живот и начала кружится голова, — раз так, то нужно выбираться отсюда, — она аккуратно встала с дивана, так что не было слышно стука её копыт и оглядела комнату. Пегги: «Если босс мистера кота хочет меня съест, то почему он не убил меня?» Импера: «Вот это, честно, я без понятия, — задумалась тоже её вторая личность, — но, одно я знаю точно, Пегги, этот человек, кем бы он не был, он, однозначно, не выпустит нас отсюда живыми.» Пегги: «Тогда нам точно нужен план, я пока осмотрюсь здесь, поищу откуда можно сбежать.» Импера: «Давай, потому что на этом мои полномочий, увы, мало, позови меня, если надо будет соблазнить кого-то», — спокойно пронесся в голове голос. Пегги: «Если будет кого», — округлила глаза овечка.       Она увидела граммофон, стоящий возле большего зеркала и услышала мелодию с радио-помехами: Импера: «Что это за старьё?»       Пегги не заметила как ответила на вопрос Импери в слух: — Старая песня «Sway» 54 года?       Тут Аластор резко материализовался сзади овечки. — Вы совершенно правы, юная леди! — Ай, — девушка резко подпрыгнула, закрывая рот руками-копытами. — Ох, я сердечно прошу прощения, мисс, что напугал вас! — Аластор очень низко поклонился перед девушкой, его тень подняла тонарм на граммофоне из-за чего песня остановилась, не успев начаться. Импера: «О, это же сам радио-демон, нам, похоже, очень повезло», — соблазнительно прозвучал в голове голос. Пегги: «Кто, и кому это нам?» — Извините, сэр, — произнесла овечка, — но как вас зовут? — абсолютно искренни сказала овечка, не стыдясь своего незнания в области Великих Повелителей Ада. Демон же в свою очередь заметил сию честность в словах юной девушки, хоть у него после недавнего шаткого состояния остро сосало под ложечкой, он всё равно играл на своём лице невозмутимость и столь заинтересованность в персоне, находящейся перед ним, будто в первый раз. — Я, Радио-Демон, Аластор, который спас вас из лап столь ужасного места, которое не подходит такой юной особе! — заботливо сказал Аластор, перемещая свой свой микрофон-трость из рук в руки. Импера: «Ах, так вот откуда у этого «пусечки» исходили эти помехи», — игриво прошептал голос в голове. Пегги: «Пусечки»? Импера: «Ага, ты только посмотри на него! У него прям отсюда веет аурой девственника, аха-ха!», — смеясь, произнесла вторая личность. Пегги: «Эй! Не суди людей по внешности, Импера!» Импера: «Эй, а он нас вообще сожрать хочет, Пегги!» — передразнил её голос внутри. Пегги: «Ну, подожди, мне нужно с начало услышать его запах, чтобы убедится в том, что ему нельзя доверять». Импера: «Оке-ей». — А вы мисс? — демон протянул свою чистую серую руку без перчаток, которую он недавно мыл от грязи. — Я Пегги, — мило улыбаясь, сказала девушка и протянула ему свою ладонь для рукопожатия. Обаяние у овечки было очень хорошее, и она смогла уловить тяжелый запах виски от мужчины, который переплетался с свежей древесиной, отдавая тонкой, но изысканной нотой вишни. Этот запах говорил о высокой внутренней уверенности человека, который находился перед ней. Она чувствовала его маску харизматичности, которой демон, скорее всего, скрывал все потаённые тайны своего жалкого существования и, о том, каким он был при жизни человеком на Земле. Так же она уловила тонкую скрытую ноту от его тени, которая вернулся в его тело, когда она остановила граммофон, этот вкус напоминал запах специфического страха, который отрицался самим демоном. Но чего мог бояться один из самых сильных Повелителей Ада? Импера: «Наверное меня?» — пронёсся голос в голове. Пегги: «А ты-то здесь причём?» — усмехнулась овечка. Импера: «Не забывай: Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Пегги: «Не время цитировать Гёте, Импера! — раздраженно подумала овечка. Империая: «Аргх, Пегги, вспомни, я же появилась тогда, когда тебе угрожала опасность, так? Пегги: «Это да, но причём здесь Радио-Демон?» Импера: «Да при том, что я бы не была здесь, не будь у тебя крови одного из Правителя Семи Смертных Грехов Ада. Разумеется, что не у тебя, а именно у меня, — гордо произнёс голос, — а это кровь Правителя Греха Похоти». Пегги: «Хм, твои размышления имеют место быть, если мистер Аластор и правда девственник». Импера: «Уверяю тебя, чуйка моей похоти никогда меня не подводила!»       И обаяние Пегги впредь тоже её не подводило. Этот запах, которым обладал Радио-Демон, на подтверждение слов Импери, был сладкой ложью, и Пегги это ощущала кожей. Когда она коснулась своей ладонью руки Аластора, у демона внутри резко очень сильно скрутило живот. Как и в прошлый раз, он так же не подавал виду. Разъединив рукопожатия, Пегги решила пойти по пути психологический манипуляций, поскольку всегда считала правильным способом вывести жертву из себя, а вернее, выявив настоящие её мотивы, можно было только гуманным способом, не применяя физических насилий. — Мистер Аластор, могу я задать вам такой вопрос? — спросила овечка, смотря своими невинными глазами на демона. — Конечно! — произнёс демон. — Как я могу верить вам, что вы мне не причините мне вреда? — Кхам, — Аластор поправил свой монокль, — мы наверное ни с того начали, милая леди! Думаю, вас хорошо расслабит песня! — мужчина хлопнул в ладоши из его рук исчез микрофон-трость. Рядом снова материализовалась его тень снова. Она вместе со своими помощниками, устроились рядом с граммофоном и включила ту же самую пластинку.       Он взял овечку за руку и потянул в лёгкий танец. Пегги резко почувствовала, что запах Радио-Демона поменялся и стал ощущаться совершенно по-другому. Он стал слаще, украшая основной аккомпанемент более сладким мускусным запахом. When marimba rhythms start to play Dance with me, make me sway. Like a lazy ocean hugs the shore Hold me close, sway me more.       На удивление Пегги, голос Аластора звучал очень хорошо и бодро. Красиво попадая в ноты, его голос обрамляли помехи радио, и, что уж греха таить, песня от этого хуже не становилась. Овечка любила старые песни, и на секунду она даже подумала, что Аластор и правда не желает ей зла. Улетая, в свои мечты, благо, этот танец с Радио-Демоном позволял ей это сделать — Аластор очень аккуратно и любезно прислонялся к ней, словно она состояла не из плоти, а из тонкого хрусталя. Other dancers may be on the floor Dear, but my eyes will see only you Only you have the magic technique When we sway I go weak       После этого куплета Пегги бросило в жар, эти слова разразили в ней адский страх и смущение. Ей было всегда больно испытывать чувство стыда перед людьми, в особенности, если человек попадал под её вкус по многим параметрам. К тому же Аластор умел так хорошо скрывать своё настоящее лицо, чего Пегги впредь не умела. Она смотрела на лицо демона, который пел и нежно вёл её в танце, и вновь она залюбовалась его чертами: его алые уши, которые изящно переходили в прическу каре, и маленькие рожки, как у оленя. Его монокль при виде которого, девушке начала думать, что у неё на него есть кинк.       «Интересно, а есть ли у него маленький милый хвостик?» — подумала девушка и улыбнулись. Но чем больше думала об этом Пегги, тем больше она утопала в горьком смущении и краснела. А больше всего на свете овечка боялась, так это краснеть и тем самым показывать свой стыд не просто окружающим, а персоне которая ей очень симпатизирует. Она начала неуклюже двигаться, когда Аластор прокружил её вокруг себя, ей, казалось, что её сейчас стошнит. Ну, уж нет, не могла же она настолько сильно опозорится перед столь величественным демоном своим «недо-спасителелем», не могла! Импера: «Всё еще не уступишь?» — усмехнулся голос в голове. Пегги: «Нет, я больше не выдержу, давай лучше ты!» Импера: «Мерси!»       Внутри Аластора всё намного сильнее сжалось. Он почувствовал, что девушка словно «поменялась» и стала пахнуть совсем иначе. Это был его любимый резкий запах чёрного кофе, который он обожал и рдел перед ним, в придачу к этой ноте запаха он чувствовал розу и жаренный миндаль, которые ещё больше давили кульбитами ниже живота.       «Неужели так пахнет возбуждение?» — подумал Аластор. Следующие слова песни демон произносил с хрипом в голосе, и чуть медленнее начал передвигаться. I can hear the sound of violins Long before it begins Make me thrill as only you know how Sway me smooth, sway me now       Импера, хоть, и видала мужчин получше, но согласилась с девушкой внутренне, наблюдая за демоном в танце и смотря на его уверенное и ароматичное лицо.       «На которое было бы неплохо сесть?» — подумала девушка, двигаясь немного увереннее Пегги, из-за чего чёрный подол её платья изящно поднимался наверх, показывая красивые ноги овечки с формами. Аластор же двигался всё медленнее и медленнее, задыхаясь в своих конвульсиях и непонимании, что делать в этой ситуации, шоу должно продолжаться, во что бы то ни стало — был его девиз. Собрав последние силы в себе, Аластор посмотрел на овечку. Её соблазнительно красные глаза со зрачками змеи, обрамлённые тонкой, точно опасной иглой, ресницей, так и пленили к себе, погрузится в этот океан таинственности. Медленно ведя, он еле как смог пропеть с хрипотцой в голосе последние слова песни. Like a flower bending in the breeze Bend with me, sway with ease When we dance you have a way with me Stay with me, sway with me.       Спев последние слова, демон аккуратно крутанул овечку вокруг себя. В этот момент Импера резко сжала его руку и потянула к себе, Аластор, потеряв равновесие, упал на девушку, но успел выпрямить руку перед падением и просто застыл в таком положении весь тяжело дыша. — Эй, чё случилось, Ал, я слышал какой-то звук? — Хаск слетел со второго этажа и приземлился на на задние лапы. Перед ним предстала интересная картина: он увидел упавшего Аластора на теле овечки. — Э, — только и смог произнести кот.