Это ли не любовь?

Закатное солнце сверкает светлых волосах Феликса, отражаестся в его глазах цвета карамели и облизывает веснушки. Ли улыбается, смотря вдаль и вздрагивает, когда Чанбин приобнимает его сзади. Со несильнно сжимает узкую талию Ликса и целует за ушком. Феликс изворачивается в чужих объятиях и утягивает Чанбина в полноценный поцелуй. Они нежно и медленно целуются посреди ромашкового поля, а закатное солнце обнимает и греет их, будто защищая от мира и его проблем. Они вместе уже третий год и все это время выглядят как приторно милая парочка, которая только вчера поцеловалась первый раз. Милые свидания подарки «ты говорил, что хочешь эту книгу», или «увидел и сразу подумал о тебе», милые прозвища и многое другое, что теряют многие пары после конфетно-букетного периода. Но не Бин с Ликсом. Вообще, они знакомы, ещё с детства, их семьи дружили, а встречаться они начали, ещё в средней школе, когда первый раз поцеловались в школьном туалете. Что только не видели эти стены. Первая совместная дрочка, первый минет, только до секса дело не дошло. Ну они и школу, то всего неделю назад закончили и уехали за город вдвоём. Поступили они в один универ, но на разные специальности. Феликс на хореографический факультет, а Чанбин на продюсирование пошёл. Они очень разные. Ёнбока все называют солнышком — нежным и милым. Он мягкий, тактильный, любит латте и шоколад. А Чанбин, часто хмурый как тучка, и любит он, отнюдь не сладкое. Со обожает горький американо и острую еду. Даже внешне любой человек скажет, что они противоположности. Чанбин, выглядящий как гора мышц в чёрной одежде. И Феликс, который выглядит невероятно хрупким, а носит милые свитера и широкие цветастые футболки. Они разные, но они вместе.

***

Они идут за руки по просёлочной дороге. Закатное солнце облизывает нежную кожу и отражается в зрачках напротив. Это ли не любовь?

***

Уже дома, Чанбин вовлекает Феликса в поцелуй. Он отличается от того, что было на поле. Тот был нежным, мягким и даже невинным, а сейчас Со целует жадно и страстно, вылизывая рот, тихо скулящего Ёнбока. — Ты… Не против? — не много неуверенно спрашивает Чанбин и спускает руки с талии ниже, недвусмысленно сжимая ягодицы младшего. — Нет, Бини, — и Ли подаётся ближе, чтобы потереться кончиками носов Чанбин выдыхает и подхватывает пискнувшего Феликса на руки, тащит на второй этаж, где располагается спальня, и аккуратно кладёт Ли на мягкую кровать. Нависает сверху, медленно раздевает и выцеловывет такое любимое и родное тело. Оглаживает изгибы и сжимает тонкую талию, которая так идеально сморится в его огромных ладонях. Феликс тоже не отстаёт и так же лишает одежды Со, целует мокро и жадно, хватается за плечи, лижет и кусает руки, на которые порой заглядывается. Тихо стонет, когда Со размашисто проводит языком по аккуратной дырочке и скулит, когда его начинают вылизывать. Чанбин проникает языком внутрь и ласкает им мягкие стеночки. Феликс громко стонет. И для старшего это лучшие звуки. Он бы вечность наслаждался громкими стонами и всхлипами своего парня. Со отстраняется с пошлым причмоком и кусает ягодицу младшего. В его руках оказывается баночка смазки, и Ли слышит громкий щелчок крышки В следующее мгновение он чувствует влажные пальцы у колечка мышц и тихо стонет, когда один проникает внутрь. Со покрывает поцелуями всё, до чего может дотянуться, дабы отвлечь от неприятных ощущений во время растяжки. Это первый раз для Ли, поэтому нужно подготовить его максимально и расслабить тело, дабы не было больно. Поэтому он медленно и долго, с большим количеством смазки растягивает узкую дырочку младшего, когда он находит простату, за несколько проб он продолжает растягивать стеночки, периодически сгибая пальцы, попадая по комку нервов, и вызывая невнятные стоны и скулёж. Чанбин вытаскивает пальцы и тянется за шуршащим квадратиком, быстро открывает защиту и раскатывает латекс по, давно стоящему члену. Старший входит на всю длину и замирает, давая привыкнуть. Мягко целует губы Ликса. Когда тот сам призывно вскидывает бёдра, Со, на пробу, выходит практически полностью и толкается обратно. Рот Феликса открыт в немом стоне, а Чанбин, медленно двигая бёдрами, но постепенно наращивая темп, доводит Ликса до звёздочек и поджавшихся пальцев на ногах. Он кончает нетронутым, и этот оргазм один из самых ярких, что когда-либо его накрывали. — Тише котик, всё хорошо, — Со сцеловывает солёные дорожки слёз удовольствия и кончает следом. Он выходит из Ли снимает презерватив, завязывает его и кидает в корзину под письменным столом. Чанбин возвращается к разморенному Ёнбоку, нежными поцелуями возвращает его в реальность и тихо шепчет ему о том, какой он хороший. — Это было невероятно, — Феликс тихо шепчет это в губы Со и зарывается носом в грудь тому, краснея Чанбин тихо смеётся и обнимает его — Люблю тебя, Ёнбок-и — И я тебя