Бьет значит любит.

Подходя к тому самому странному гаражу, Рома все также удерживал «приятеля» за плечо, как-бы не давая ему уйти в лапы чудовищу. Уже вблизи к гаражу, Антон попытался раздвинуть двери гаража, но ничего не удалось. Что-то внутри придерживало дверцу за ручку, как-бы не давая увидеть это зрелище. Но Рома как дернул дверь, так она махом и отлетела с протяжным скрипом. А вместе с дверью, улетел и Антон, ударившись об траву. Проверив себя на кости, Антон без проблем встал с колен. Коленку немного щипало в первые три секунды, но утихло после того, как тусклый фонарик в руках Ромы зажегся. Антон обомлел, на стуле сидела связанная Оля, а врача нигде не было. Ни вне, ни в гараже. Рома же с каким-то рывком принялся развязывать ту, а Антон понял. Это была небезопасная идея идти сюда. Сзади раздался смешок, а также хлопок сломанной дверцы гаража. Рев Оли усилился, а рык исходящий из Ромы затих. Резко, появилась только тьма. Фонарик упал, и разбился. А Рома как-будто пропал сквозь землю. Оля была наполовину развязана, наполовину нет. Я, кое-как через тьму, дополз и развязал ее через горе. Оля встала со стула, и прижалась ко мне, как будто в последний раз. — Оля, уйди вон в тот угол, слева. Я попробую открыть эту дурацкую дверь. Хорошо? — Хорошо! Только. Ты меня не оставишь здесь?.. — Не оставлю, зачем мне это делать? Ты — моя сестра. Я дорожу тобой. А этот идиот.Он, глуп. Да, просто глуп. — Антон выражался мягко как мог, а если не мог, то говорил знакомые для Оли слова «Идиот» Взяв с другого угла топор, у которого пасмурная история, тот как следует ударил им по железной дверце. Появилась вмятина, но какая? Маленькая и еле заметная. Ударив еще раз, вмятина переросла в настоящий шрам. Уже через еще три удара, дверь с грохотом упала на холодную траву. Внутрь гаража зашел свежий воздух, а Оля выбежала вне гаража по указанию Антона. Ему стало беспокойно из-за своего «друга», где он? Его убили? Он в порядке? Не заставляя ждать Олю, я быстро кинул топор и выбежал из гаража. Тяга дышать усилилась, и я вдохнул не ржавый запах воздуха. Оля прижалась к Антону, зажимая его тонкими руками. Антон погладил ее по волосам, и как бы успокаивая, шепнул. — Тебя больше никто не тронет, ладно? Я всегда защищу тебя. Везде, всегда, и повсюду. Даже если я умру, то я защищу тебя, Оля. — В глазах Антона была тоска, но на его губах выражалась улыбка. — Даже этот псих поплатится за свои действия. Потому что он не смеет трогать девочку самого Тоши. Правда, Оля? — Да! Ты — Тоша! Ты великий! Никто не должен и пальцем трогать Тошечку! А он такой плохой, и тронул тебя! Он же. Э-э, ублюдок? — Оля сомневалась в своих словах, но поглядев на удивленного меня, улыбнулась искренне, но сквозь печаль и слезы. — Лучше не говори такие слова при маме, ладно? А то и мне, и тебе достанется. Это же плохое слово, «ублюдок»! А ты, маленькая, говоришь такое уже. — Я улыбнулся искренне, и поцеловал ее в лоб. Оля кивнула, и взяла меня под руку, убрав слезки с ее изумрудных глаз. — Да и вообще не говори то, что я говорю. По типу «Идиот», «Мразь», «Сука». Ладно? А то это перебор для твоих то лет! — Хорошо. Нас наверное мама заждалась уже! Пойдем домой? Я замерзла. Этот плохой дядя хотел морить меня голодом! А еще, он с меня курточку сорвал и порвал! А она же три тысячи стоила в 2016! — Ничего, маме объяснимся. Маме главное что дочь и сын вернулись. А другое — не помеха. И. Ты была в курточке, когда он тебя своровал? — Да! Я пошла погулять в курточке летней, когда была уже холодная погода. Это уже было ближе к вечеру четверга! Вчера! Прямо в тот момент, как я вышла, он меня и поймал! Я лицо смогла его разглядеть! Такие, усы неприятные! Как у нашего деда! И еще бородавка противная на щеке. Фу! А под глазом вообще, фингал! Но он же был красивее когда я его видела? Разве нет? — Наверное, получил где-то по глазу, за свою манеру речи. Да и было видно что он тот еще психопат. — Оля двинулась вперед быстрее Антона, а Антон медленно, но догонял младшую сестру. — а ты можешь сказать, как он в тот день еще выглядел? — Ну-у, красный шарф был узко завязан на шее. А на руке раны! Они кровоточили! А в руках. В руках. Был нож! Он хотел убить меня? — Не думаю, угрозы, простые угрозы. Хотел начать тебе грозить расправой, а в итоге струсил и сбежал с места. Или он сбежал как только мы с Ромой пришли? — Не думаю, что он сбежал до вас. Меня потом преследовал сумасшедший шорох, а также шептание под ухом! Я думаю, что это был его мерзкий и противный голос! Потому что когда он что-то кряхтел мне, под видом «Хочешь, сказки почитаю?», я слышала его мерзкий голосок! Он был как мамин брат, дядя Лёша! Мне ни Лёша, ни он не понравился! Что за два ужасных человека? У одного голос мерзкий, а другой и вовсе, псих! Ну когда все напасти исчезнут из этого мира, Тош? — Я не знаю, Оль. Но смотри, мы подходим к дому. Поднимайся сейчас аккуратно, не упади. Мало-ли там уборщица пол помыла, а ты и не заметишь, и упадешь! — младшая кивнула, и зайдя в подъезд, стала тихонько подниматься по ступенькам. Я поднялся быстро и без ускорений, а Оля торопливо стучала ногами у квартиры, как-бы ожидая моих ключей. Открыв дверь, мы зашли в темную квартиру. Оля быстро сняла свои грязные туфельки и отправилась в ванную умыться и лечь спать, а я снял кроссовки, и направился к кухне. Жажда была просто огромной, честно. Налив в стеклянный стакан воды, я выпил все залпом. Тихонько откашлявшись, я зашел уже в тихую ванную. Электрическая щетка Оли стояла на зарядке, а моя уже зарядилась один или два дня назад. Включив небольшой свет, я тихонько включил тихий режим, и наложив на щетку пасты, принялся чистить зубы. Смотря в зеркало, мне казалось, или я не такой, как все. Все считали меня раньше психом, а сейчас уважают, и даже церемонятся передо мной. Чем я их привлекаю? Внешностью? Характером? Да ну, к чему эта слава сухарю в очках? Какой-то сушенный сухарь в очках, что еле живой ходит из-за дня в день на улицу или в школу. Открыв шкафчик под краном, я взял из коробочки где лежали наши вещи мочалку, и включил кран в ванной. Кинув мочалку куда-то на край ванной, я достал из полки полотенца, и положил на отдельный столик, где обычно мы клали постиранную или те вещи, которые должны пойти на стирку. В этот раз, раздевшись, я положил одежду в стопку «Для стирки». Вода оказалась слишком горячей, и включив холодную, вода остыла достаточно, и я залез в воду. Воды почти не было, потому мне было комфортно смотреть на кран, из которого течет вода. А когда воды по половину мне не комфортно, и мне кажется, или я переборщу и забуду про воду совсем и затоплю нашу еле держащуюся квартиру. Поэтому положив голову на край ванны, я взял ту мочалку и намылил местным мылом, что вечно лежало у нас на подножье для мыла. Уже через пятнадцать минут, я закончил. Вылив из ванной воду, я одел шорты, а на верх накинул складное полотенце. Стало немного холодно, когда я вышел с ванной. Но быстро зайдя в теплую комнату, я присел на кровать. Ноутбук включился с сообщением, и положив ноги на подушку, я посмотрел на сообщение в местном чате класса. (Я забыла в каком они классе, потому пусть будет они 1 сентября пойдут в 9 класс) Сообщение было от Лилии Павловны, она наш классный руководитель. Открыв чат, я увидел переполох. «Дети! С 16 июня мы идем вновь в школу, знаете? У нас на носу ОГЭ, поэтому мы начинаем учится с 16! Каникул, к сожалению, как вы думали, не будет. И даже не надейтесь, что я просто шучу. Анастасия Сергеевна, учительница Французского, не потерпит наших шуток!» Я ударил как следует ноутбук, что на нем появилась малейшая трещинка. Сняв очки, что я надевал вчера когда шел искать Олю, я лег в уютную кровать и укрылся. Ноутбук сам по себе выключится, а я даже не беспокоился и даже не думал о нем! Я думал о Роме..