Время для тайны

            Дождавшись последнего звонка с урока, Руслан хватает свой потрёпанный рюкзак и быстро преодолевает расстояние до двери через весь класс, ловя на себе строгий взгляд учителя, который явно ещё не закончил свою речь. Не обращая внимание на просьбу учителя сесть обратно, парень хлопает дверью и чуть ли не бежит по лестнице вниз, быстрее в гардероб, а потом на мороз. Скользя по скользкой дороге, Тушенцов смотрел в телефон, дожидаясь важного для него сообщения. «Приходи как освободишься» написали ему через несколько минут, от чего сердце Руслана начало нездорово стучать, заставляя как можно быстрее настрочить ответ другу. Сказав, чтобы тот ждал его с минуты на минуту, он ускорил шаг, иногда матерясь под нос из-за жуткого холода, просачивающегося ему под куртку.       Знакомая дверь открылась и его взору престал его лучший друг, с которым они дружат уже довольно давно. Тот был старше его на год, учился в колледже и выглядел как мечта девятиклассницы. И к сожалению, Руслан оказался этой самой девятиклассницей. Он потерял счёт по времени, сколько был уже влюблён в Даню, но признаться не мог, ведь зная его, Тушенцов просто получит клеймо пидора на всю жизнь и будет избит, перед тем как отвергнут. Кашин не казался ему тем человеком, который отреагировал бы на это спокойно, он, конечно, добрый и понимающий, но временами мог жёстко высказываться о каких-то темах, после чего у Руслана начинали дрожать ноги, ведь под строгим взглядом друга выстоять и никак не отреагировать было невозможно. — Привет, — Руслан искренне улыбается, проходит внутрь тёплой квартиры. — Чего радостный такой? — хмыкнул Даня, тоже не скрывая улыбку на лице. — Пятёрку по матеше получил?       Пусть Даня и был в курсе неуспеваемости друга, но не подколоть просто не мог, ловя на себе недовольный взгляд чужих карих глаз. — Да похуй на учёбу, Дань, я наконец-то вырвался оттуда, просто мозгоёбка.       Кашин качает головой, недовольно цокая языком. Он чувствовал свою вину в том, что «испортил» Руслана. Именно из-за него тот перестал уделять учёбе должное внимание и больше проводить времени с ним. Дане тоже нравилось проводить время с другом, но он не забывал об учёбе и о других делах. И видя, что Руслан в буквальном смысле видит в нём своё спасение от непонимающих родителей и нудной школы, что сам Даня уже перерос, было забавно до поры до времени. В какой-то момент Тушенцов начал всё больше уходить в кураж, прогуливать школу и сбегать из дома, находя приют в доме Кашина. Он всегда впускал его, выслушивал какие все вокруг плохие и только он хороший. — Нельзя так, Рус, у тебя экзамены скоро. — Даня провёл Тушенцова на кухню, как обычно разогревая еду для друга. — Не переживай, всё я сдам. ОГЭ вообще легче лёгкого, сам же говорил, — лукаво глядя на старшего, сказал Руслан. — Но какая-никакая подготовка то должна быть, а ты и на дополнительные занятия не ходишь.       Поставив тарелку с супом перед Русланом, Даня сел напротив. — Когда ты успел стать таким душным? — Тушенцов хмуро взглянул на друга, принимая его слова за оскорбления. — Я просто беспокоюсь о тебе, — ответил Кашин, серьёзно глядя в лицо напротив. — мы друзья всё-таки.       От этих слов сердце Руслана успело сделать двойное сальто, а после больно упало на асфальт, подвергаясь давлению чужих ног, которые раз за разом умудрялись пройтись прямо по его чувствительному органу. — Раз беспокоишься, то помог бы сам, — выдал Тушенцов, сперва не подумав об этом и сразу же пожалел о сделанном, быстро отправляя ложку горячего супа в рот, пытаясь не смотреть на старшего, которому на удивление эта идея пришлась как раз по вкусу. — А давай сделку. Если ты решаешь пробный вариант ОГЭ по математике хотя бы на тройку, то я отстаю от тебя и позволю и дальше безнаказанно сбегать с уроков ко мне.       Такой расклад Руслану очень даже понравился, но что будет, если он не напишет? — А вот если ты облажаешься, то должен будешь посещать все занятия и подготовки, а потом приходить ко мне и продолжать учиться. — договорив, Даня в хитром прищуре откинулся на спинку стула со сложенными на груди руками и ожидал ответа.       Вторая часть сделки Руслану конечно же не понравилась. Шанс того, что он напишет на два был слишком велик, чтобы рисковать, но если рискнёт и всё получится, то жизнь явно улучшится, поэтому он согласно кивнул. — Согласен. — твёрдо произнёс он для убедительности и пожал протянутую руку для заключения договора.       Пройдя в комнату Дани, Руслан сел за стол и достал из портфеля один из нерешённых вариантов ОГЭ по математике. — Даю тебе полтора часа, — сказал Кашин и улёгся на свою кровать, залипнув в телефоне. — И чтоб не списывать, я учитель жёсткий.       Руслану почему-то захотелось ощутить эту его жёсткость на себе, от чего его щеки предательски покраснели, поэтому он попытался отвлечься и вникнуть в первое задание.       Вариант оказался не самым лёгким и единственным, который завалялся у него в портфеле ещё с сентября, когда им их выдали для тренировки. Вздохнув, Тушенцов принялся усердно думать и проклинать того, кто придумал задания с шинами.       Когда время уже подходило к концу, Руслан пытался уговорить Даню на дополнительные пару минут, но тот был не приклонен, поэтому пришлось сдать работу так. В процессе он пытался вспомнить всё, что прослушал на уроке, но удавалось так себе. Обычно на уроках математики он отсыпался после ночных прогулок с Даней, либо сидел в телефоне и вот видимо карма настигла его. — Проверим, проверим, чего ты там нарешал. — Даня встал с кровати и подошёл к столу, выгоняя младшего со стула, чтобы сесть и проверить работу.       Смотря на Кашина сверху вниз, Руслан молился на самый низкий проходной балл, но вера почти сгинула, когда он начал наблюдать за Даниной рукой, зачёркивающей абсолютно всё, в чём был уверен Тушенцов. — Три балла, Рус, — Даня повернулся к нему, глядя прямо в глаза и почему-то ухмыляясь. — Какой у вас там проходной? — Десять… — не стал врать Руслан. Да и как тут соврёшь, когда ты даже нормально дышать не можешь под чужим взглядом цвета зелёного чая. — Ну вот, ещё семь баллов и я весь твой, как учитель, — Кашин подмигнул и отдал тест обратно в чужие тонкие руки.       Руслан закатил глаза от невыносимого чувства несправедливости, но уговор есть уговор, придётся выполнять. — Тогда мне уйти? — сухим, почти безжизненным голосом спросил Тушенцов, глядя на время. — Я ещё успеваю на допы по математике. — Можешь начинать с завтрашнего дня, — осадил его Даня. Не хотелось ему всё-таки сильно портить настроение младшему. Тот сразу заулыбался и сел на кровать, откидываясь назад, упёршись о стену. — Что будем делать сегодня? Выпить не найдётся? — с надеждой спросил он и сразу поймал строгий взгляд. — Никакой выпивки, тебе завтра на учёбу. А вот мне можно.       Достав с полки банку с пивом, он сразу открыл её и отпил, ловя на себе разочарованный взгляд друга. — Так не честно, в уговоре такого не было. — Лан, отпей немножко, — усмехнулся Кашин, протягивая банку Руслану. — и сегодня ты ночуешь у родителей, понял? — А это ещё зачем? — недоумённо спросил Тушенцов, облизывая губы после алкоголя. — Я сегодня буду заниматься всю ночь, завтра сессия начинается, — он потянулся, от чего некоторые косточки приятно хрустнули. — Не хочу мешать тебе отсыпаться для завтрашнего тяжёлого дня.       Разочарованно вздохнув, Руслан отпил ещё немного пива и вернул всё-таки его другу.       Попрощавшись с Даней, Руслан вышел из его квартиры уже ближе к ночи. Посмотрев расписание на завтра, он ужаснулся. Неужели его одноклассники так каждый день учатся? Восемь уроков плюс дополнительные подготовки сначала по математике, а после по русскому. Это казалось ему незаконным, ведь такими темпами он будет освобождаться часам к четырём или пяти и только потом уходить к Дане, где его опять будут чему-то учить! Хотя заниматься с Даней будет намного лучше, чем с недовольными учителями, поэтому можно было расслабиться.       Проснувшись на следующий день от звонкого будильника, Руслан разлепил глаза и проклял всех в этом мире за существование раннего утра. Одевшись в холодной комнате, он выскочил на улицу, забыв про завтрак, ведь уже опаздывал, но ему удалось забежать в класс прямо перед звонком. Сегодня будет трудный день.       Единственный друг Руслана, Илья, пришёл только к третьему уроку, весь заспанный и видимо сытый, ведь явно не торопился. — О, Рус, а чего сегодня так рано? Я думал только к пятому придёшь как всегда. У меня то по истории долги, а ты чего тут? — спросил он, садясь рядом с Тушенцовым, на котором лица не было. — Да я тут поспорил с Даней и проиграл. Теперь вот паинькой быть придётся. Я ещё и на допы остаюсь, а ты? — переведя умоляющий взгляд на Корякова, спросил он. — Не-е, делать мне нечего. Меня и так родители к репетитору записали, от чего я не в восторге, но деньги заплачены, придётся походить, поэтому я после восьмого бегом домой. А о чём поспорили? — уже с интересом спросил Илья. — Даня сказал, что если я решу вариант ОГЭ по матеше, то разрешит мне и дальше прогуливать уроки, сбегать из дома к нему и в общем иметь свободу, но я не решил и теперь должен каждый день страдать. — Ничего себе, ну не повезло. А на сколько написал? — На три балла.       Илья непроизвольно прыснул. — Ты прости, но я придерживаюсь Даниным словам. Ты так и правда можешь не сдать. — Да знаю я, -уже более агрессивно отмахнулся Руслан. — Но мне бы так хотелось, чтобы именно Даня помог мне с подготовкой… — Опять за своё? — Ну что значит опять?!       Руслан непроизвольно покраснел, от чего Коряков вздохнул. — Ты либо признавайся ему, либо забудь про это, надоел ты мне, все уши прожужжал об этом Дане. — Я тебе не какая-то влюблённая девчонка! — Но ведёшь себя именно так. — Просто я боюсь, что после этого наше общение прекратится, — подперев голову рукой, Тушенцов унывающе вздохнул, глядя на друга. — Может можно как-то узнать у него как он к этому вообще относится? — предложил Илья, чтобы только приободрить друга, но не думал, что идея тому так понравится. — Точно! Но с помощью кого? — несколько секунд подумав, он вскинул взгляд на соседа по парте с надеждой в глазах. — Илья-я? — Рус, пожалуйста…что ты придумал? — У тебя же есть вроде знакомые, которые учатся вместе с Даней. Попроси их разузнать об этом.       Закатив глаза, Илья молча достал телефон и начал строчить своему знакомому. — Кому пишешь? — спросил Тушенцов, пытаясь заглянуть в чужой телефон. — Славе, он ближе всех сейчас к Дане. Да и знакомы вроде давно. — Спасибо! Ну что, ответил? — Да-а, сказал, что «Даня никогда не говорит в общем о каких-либо отношениях, а уж тем более о нетрадиционных».       Руслан опустил голову на сложенные на парте руки и вздохнул. Как ему теперь быть уверенным, что его не пошлют на все четыре стороны? — Не унывай, Рус, мне кажется, что тебе стоит просто рассказать ему обо всём, а вот как он к этому отнесётся, уже не твои проблемы. Если пошлёт, то значит не судьба. — Ну ты наверное прав…       Руслан освободился от школьного плена только к пяти часам вечера. Измотанный и голодный, он еле как доходит до знакомой и уже родной квартиры и стучится, с мыслью, что лучше бы Дане иметь на него порцию чего-нибудь вкусненького, иначе смерти не избежать. Но дверь ему никто не открыл. Ни через пять минут, ни через десять. Заглянув в телефон, он увидел сообщение от Кашина, где он говорил, что сегодня у него дела, поэтому будет поздно и велел Руслану идти домой.       Пришлось и правда развернуться и уйти. Уйти с самым плохим настроением на свете. Он не привык вообще возвращаться домой так рано и не был уверен, что тёплый ужин всё же будет ждать его на столе, как это было в других семьях. Со злостью открыв дверь в квартиру, парень кинул рюкзак на пол и сразу же направился на кухню. Порыскав в поисках еды, ему удалось найти лишь вчерашние макароны, прилипшие к сковороде. Взглянув в раковину, он увидел гору не мытой посуды, видимо он опоздал на нормальный ужин. Да и пусть, сейчас он был на столько не в настроении, что голод отошёл на второй план, а на первый вышел Даня с его важными делами. 19:03 «Малой, я надеюсь ты сделал уроки на завтра?»

19:03

«Да. А ты там как? Что за дела?»

23:10 «Я очень занят, сори. Завтра поговорим.»       Руслан усталыми глазами глядел в яркий экран телефона, почему-то ему так было обидно за такое обращение с ним. Его будто бы оттолкнули. И правда, выглядит так, будто Даня просто пытается медленно разорвать общение, либо же это была обычная паранойя. Вздохнув, он отключил телефон и лёг спать, завтра ему опять придётся мучиться до пяти вечера в школе и топать к Дане, в надежде, что в этот раз у того не появятся дела.       Отсидев последний дополнительный урок по подготовке, Руслан подхватил портфель и выбежал из класса. Его мучила усталость и голод ещё со вчерашнего утра, хотелось побыстрее увидеть Даню.       На этот раз дверь ему открыли. Зайдя внутрь, Тушенцов услышал чьи-то незнакомые голоса. Настроение сразу же ухудшилось. Он определённо был не рад каким-то другим гостям Кашина. — У меня тут друзья сегодня, ты же не против? Эй, ты чего такой грустный? — старший окинул его обеспокоенным взглядом. — Не важно, — огрызнулся Руслан, отворачиваясь. — Я лучше пойду, не буду мешать.       Даня удивлённо смотрит на него и не понимает, в чём проблема, но расспрашивать не стал, сейчас не самое лучшее время. — Иди, если хочешь. — и, отпивая пиво из банки, двинулся в свою комнату к весёлым звонким голосам.       Прикусив губы, Руслан был в шаге от того, чтобы выкрикнуть ему что-то в след, но огромный ком в горле не позволил этого сделать и он просто молча ушёл.       По пути до дома он зашёл за горячим пирожком в местный ларëк и грустно съел его, сидя на лавочке возле подъезда. Совсем не хотелось идти внутрь, там опять будут донимать с учёбой, но если он просидит тут ещё хоть пять минут, то точно замёрзнет насмерть, поэтому пришлось идти.       На следующий день Руслан решил не идти в школу. Было ли это специально и уже на зло Дане? Да, но признавать он этого не хотел. Говорил себе, что это потому, что ему плевать на школу и вообще, кто в принципе приходит к первому уроку? Точно какие-то на голову отбитые люди. Поэтому было решено поспать ещё немного. Но так как Руслан за временем даже не пытался следить, то проснулся только к трём часам дня. На телефоне не было ни одного непрочитанного сообщения от Дани, а на сердце тяжесть. Он ему даже не писал, наверняка всю ночь тусовался с друзьями и проснётся только к вечеру.       Так и случилось, Кашин написал ему только под вечер. 16:53 «Как успехи в школе?»

17:05

«Норм»

17:05 «Не опаздываешь больше? Уроки делаешь?»

17:34

«Не включай заботливого отца. Всё у меня в порядке»

17:35 «Да? А вчера мне так не казалось. Приходи, поговорим.»       Выключив телефон, Руслан ничего не ответил, а лишь быстро оделся и отправился к Дане. Конечно, хотелось поговорить с ним. Поговорить обо всём и наконец высказать всё, что на душе творилось уже давно.       Дверь открыли ему почти сразу. Даня выглядел потрёпанным и не выспавшимся. — Привет, — тихо сказал он, зевая. — И о чём говорить будем? — поинтересовался Тушенцов. — Для начала, ты ужинал уже? — Нет. — Тогда по классике начнём.       Почему-то именно эти слова заставили взбудоражить все его внутренности. Либо же это просто боль в желудке от голода, кто его знает. Перед ним как всегда стояла тарелка с вкусным супом, который Даня всегда варил сам, что удивляло его каждый раз. Он быстро расправился с ней и почувствовал наконец желанное чувство сытости. — Так…что? — поднимая глаза, спросил Руслан, не смея сказать ещё что-то. — Что случилось с тобой? — серьёзно спросил Даня, не отрывая взгляда от чужих глаз. — А что не так? — Не выдумывай, тебя же явно что-то задело.       Руслан точно был не готов сейчас разговаривать по душам, уж слишком был велик шанс того, что его выпрут из этой уже родной квартиры и больше никогда не будут пускать. — Не бери в голову, Дань, — Тушенцов встаёт со стула, задвигая его за стол и пятится назад. — Я был просто не в настроении, ты же знаешь, я утром всегда такой. Тем более я пришёл со школы только в пять… — Это то понятно, но мне кажется, это что-то более глубинное, не так ли? — Даня тоже встаёт и к младшему направляется, заставляя от этого Руслана в стену вжаться. — О чём ты? — уже полу шёпотом спрашивает младший, смотря широкими глазами на Кашина. — Тебе лучше прямо сейчас сказать. — уже чуть грозно Даниил говорит и явно искренне не понимает, что же гложет изнутри Руслана.       Тушенцов понимает, что некуда ему бежать от этого разговора неудобного, поэтому лучше выдать всё сейчас. Рискнуть общением и всем, что дарит ему хорошее настроение. Вот только слов нужных найти всё не может, а чужие глаза напротив всё буравят насквозь, пытаясь мысли прочитать. И от этого Руслану ещё больше хочется в стену вжаться, чтобы не было его здесь, но энергия почему-то только вперёд его толкает, приподнимает на носки слегка и заставляет коснуться чужих губ, но лишь на мгновение, ведь больше совесть не позволяла. — Вот, что со мной происходит, — говорит он, рукой рот прикрывая.       Даня лишь молчит, губы облизывая, а после сам подходит ближе, уже беря на самого себя роль инициатора. Теперь поцелуй не кажется неловким и не внушает Руслану страх, а наоборот дарит надежду и теплоту, которой он ещё никогда не чувствовал. Его ещё сильнее в стену вжимают, от чего Тушенцову жарко становится, но оторваться от губ чужих не хотел, поэтому ещё сильнее сжал руками рукава чужой кофты. — Я же серьёзно за тебя волновался, дурак блять. — отстраняясь, говорит Даня и облегчённо вздыхает, смотря на лицо раскрасневшееся перед ним, усмехается. — Чё, зассал раньше-то признаться? — Да ну тебя, — отмахнулся младший. — Тебя вообще не поймёшь, какой ты и как к этому относишься. — Ну теперь я надеюсь страха не возникнет, если что? — Если что? — Если я захочу сделать с тобой нечто большее.       От этих слов земля из-под ног уходит куда-то далеко, а глаза расширяются. — Да я об этом мечтаю, — шёпотом выдаёт Руслан в надежде, что не пожалеет об этом.       Даня насмешливым взглядом смотрит на него, а после берёт за руку и в комнату отводит. В это время Тушенцов в прострации какой-то находится и выходить совсем не хочется. Он растерянно на старшего глядит, когда тот отпускает его и поворачивается к нему. — Да не сделаю я ничего с тобой, — успокаивает он его и нежно целует, даря самые незабываемые ощущения, от которых хочется только растаять. — пока что.       Отпуская из объятий Даню, Руслан с надеждой смотрит в глаза ему и спрашивает: — Сегодня можно остаться у тебя?       И по глазам понимает, что можно.