Синий пион горящий красным пламенем.

Мы живём в мире где главную роль играют соулмейты, или же простыми словами, родственные души. Человек не может быть с другим человеком который не предназначен ему судьбой, но события могут перевернуться так, что человек просто напросто не найдет свою родственную душу. Либо она умерла, либо ещё не родилась, либо живёт очень далеко и вряд-ли когда-нибудь приедет. Вот и Боря думал что свою родственную душу он уже не найдет. Уже как 17 лет парень ходит с меткой цветка посреди грудной клетки. Парень утешал себя тем что ещё просто не пришло время, он ведь не относится к той категории подростков которые в его возрасте уже состоят в отношениях. Может им просто повезло что судьба оказалась у их ног.

***

Хенк устало идёт в школу не обращая внимания на грязь которая пачкала его кроссовки и проливной дождь который мочил его одежду до нитки. Даже не заметил как к нему подбежали двое лучших друзей. Из транса его вывел смачный пинок под зад от Кисы. – Придурок! Больно же. — Боря схватился за ушибленное место и возмущено материл смеющегося Ваню. – Ну а как до тебя можно было ещё достучаться. — Скорее утвердил, чем спросил Киса. Боря лишь снова опустил голову смотря под ноги и уже слушая очередное нытьё Мела про его ненаглядную Анжелу. Честно, он не вслушивался в разговор, лишь иногда кивал головой в знак согласия. Боре не нравилась Анжела, ни как девушка, ни как девушка его друга, слишком уж она была высокомерна и самовлюблённая, она совсем не подходила к справедливому и нежному Егору. Но не ему решать судьбу друга, ведь так?

***

Парни уже были в помещении школы и направлялись в класс на урок английского. Мел и Хенк сели за предпоследнюю парту первого ряда, а Киса уселся позади них. И тут же прозвенел звонок, вместе с голосом учителя. Хенк его не слушал, он не считал английский язык нужным для себя, он знает основу этого языка да пару предложений и ему этого достаточно. Первые минут 10 Хенк просто смотрел как Мел что-то старательно записывал в тетради, следуя за речью учителя, потом повернул голову назад и заметил как Киса тоже что-то пишет положив тетрадь на согнутое колено, он лишь тяжело вздохнул и снова повернулся в своё исходное положение, взял какую-то тетрадь из портфеля и стал что-то в ней вырисовывать. Он не знал что рисует, линии хаотично велись друг за другом, словно не он управлял простым карандашом, а эти линии управляли им заставляя чертить. Затем рука сама потянулась к пеналу соседа доставая оттуда два карандаша. Егор всегда носил с собою цветные карандаши, он ведь был главным художником по школьным плакатам. Рука снова начала чертить некие штриховые цветные линии, закрашивая рисунок. И наконец закончив, Хенк отложил карандаши в сторону и посмотрел на свой рисунок сразу же ловя в своих мыслях возмущение и недоумение. На листе была изображена метка, а именно синий цветок пиона с красным пламенем вокруг. Боря машинально посмотрел на свою синюю толстовку, а после повернул голову в сторону Кисы и осматривал вышитые огоньки на его свитере. Он нервно помотал головой в разные стороны отгоняя непонятные мысли. – Бред какой-то... — Тихо прошептал Хенк и скомкал в комок вырванный листочек с рисунком, выкидывая его куда-то под батарею. Весь оставшийся урок Хенк просидел с совершенно пустой головой. Он был как в тумане. Ничего не видел, ничего не слышал. Следующим уроком была алгебра и Хенк решил свалить, но не потому что он не любит и не понимал данный предмет, а потому что ему стало пиздецки плохо. – Парни, я наверное домой пойду. Чувствую себя хреново. — Боря встал из-за парты и закинув портфель на плечо направился к выходу, даже не дождавшись ответа от друзей. Те лишь проводили его непонимающим взглядом и мысленно перекрестили чтобы он до дома нормально дошёл. – Чё это с ним? Он уже как недели две, а то и три сам не свой ходит. Вечно в облаках витает. — Киса непонимающе посмотрел, на такого же не понимающего Мела. – Я будто знаю. Из него же хрен вытащишь правду о его состоянии. Сиди и гадай что с ним твориться. Может всё из-за соулмейтов? – Тю, из-за этого так париться? Найдётся его родственная душа, никуда не денется. — Киса, заметив комок валявшийся под батареей, встал из-за парты и поднял его сразу же разворачивая. Его глаза немного округлились, а рот приоткрылся. Он увидел похожие очертания метки цветка что и на его грудной клетки. Быть такого не может. – Мел.. напомни-ка, какая у вас с Анжелой метка? – Белая лилия с черными шипами на кончиках лепестков. А что? – Да так, ничего, — Киса убрал листочек в карман своих штанов, ведь прозвенел звонок и он снова сел за парту открывая книгу по алгебре. – Мел! Сегодня вечеринка в ДК будет. — Буквально через несколько секунд шёпотом прокричал Киса. – Вечеринка? В честь чего? — Егор немного повернул голову дабы лучше слышать и говорить собеседнику. – Потом узнаешь. Как уроки закончатся, сообщи Хенку, он там обязательно должен быть. — Мел лишь кивнул на просьбу друга и отвернувшись, принялся за решение уравнений.

***

Хенк не помнит как дошёл до дому. Он завалился в квартиру, сбрасывая всю верхнюю одежду вместе с портфелем и обувью ещё в начале коридора. Поплёлся на ватных ногах в свою комнату и завалился на кровать. Его ужасно клонило в сон и одновременно тошнило. Он уже дня три нормально не ел и в том же количестве дней не спал, а может и больше. Мысли о соулмейте теперь стали мучить его ещё больше. Конечно, бывало такое то что метка слегка неприятно саднила когда Боря мимолётно нежно касался кожи рук или шеи Вани. Но он не придавал этому особого значения. Они ведь уже как 17 лет знакомы, с самого рождения, но в детстве парни совсем понимали значения данной метки. Боря стал вспоминать множество других похожих моментов с Ваней и окончательно запутался, тем самым уставая ещё больше. Слабость всё же одолела его и Хенк провалился в глубокий сон.

***

Из такого сладкого и долгожданного сна, Хенка вывел до жути бесящий звонок телефона. Парень взял в руки мобильник и не посмотрев кто его потревожил ответил на звонок. – Что надо? — Сонным и хриплым голосом с ноткой раздражения задал вопрос Боря. – Ой, я тебя разбудил? Извиняй дружище. Короче, сегодня в ДК, в 8 вечера вечеринка и ты там обязательно должен быть. Киса просил передать. — Мел настолько быстро протароторил, что Хенк с трудом сложил всё это в несколько предложений. Но суть понял. – Мх.. ладно, буду. — Боря завершил звонок и посмотрел на время. 18:30. У него есть достаточно времени чтобы ещё поваляться. Пролежав в кровати ещё минут 20, Боря встал с уютного места и направился на кухню. Нужно же хоть что-то съесть, на вечеринке по любому алкоголь будет. А на голодающий желудок он не очень приятен. Достав из холодильника тарелку блинов с творогом и пачку молока, Боря поставил еду в микроволновку чтобы та разогрелась, а молоко налил в прозрачный стакан и стал нервно ждать когда блины согреются. Наконец, спустя пару минут прозвучал громкий щелчок, оповещая посетителя кухни что еда готова. Боря поставил тарелку около себя и совсем не обращая внимания на то что сладость горячая, стал уплетать её за обе щеки и попутно запивая холодным молоком. Закончив дела с трапезой, парень направился в ванную комнату. Он посмотрел в зеркало и в прямом смысле увидел там какого-то зомби. Опухшие красные глаза, под которыми красовались синяки от недосыпания, потрескавшиеся губы и пухлые щёки, которые уже и вовсе не пухлые. Боря умылся холодной водой, а после окончания всех водных процедур, он взял тональник и ещё пару косметических приборов и начал придавать себе более менее оживленный вид. Далее парень направился в свою комнату, он посмотрел в зеркало и прикинул свой наряд. Когда пришёл со школы, даже не переоделся. Толстовка слегка помялась от несколько часового сна, то же самое и со штанами. Но Боря не хотел ничего переодевать, ведь всё равно на вечеринке все будут заняты другими делами и им совершенно не будет никакого дела до внешнего вида Бори. К окончанию, немного причесав волосы и побрызгав себя духами парень направился на выход. Время было уже около 19:40. В Принципе он успеет придти вовремя. Почти.

***

Боря зашёл в помещение ДК, вокруг сверкала световая музыка что неприятно резала глаза, из колонок доносилась оглушительная музыка, в самом помещении было ужасно жарко от огромной толпы народа, стоял едкий запах алкоголя и перегара. Парень старался не обращать на это внимания, он лишь стал искать глазами Мела и нашел его в самом разгаре танцпола, он махнул ему рукой надеясь что друг увидит, но увы, тот был слишком вовлечён в танцы. Видимо уже перебрал. Бросив остальные попытки привлечь внимания друга, Хенк принялся искать другого. Кису. Но последнего он нигде не нашёл, да и сейчас его как-то не очень охото было видеть. Хенк планировал напиться дабы расслабиться от трёхнедельного стресса. Поэтому он направился в сторону барной стойки. Выпросив у бармена пару чекушек коньяка, Боря направился в укромное место где было более менее мало народу и менее шумной музыки. Парень сел на холодный под где-то в углу просторной комнатки и стал наблюдать за людьми которые находились с ним в одном месте. Кто-то курил, кто-то обжимался со своей парой, кто-то просто стоял и разговаривал. А Хенк сидел. Сидел и чего-то ждал. Он открыл первую чекушку и сделал один слабый глоток, неприятно скривившись. Горькая жидкость обожгла стенки горла и прошлась вниз, словно обжигая и остальные органы. В след за первым пошел и второй, а затем и третий глотки, Боря даже не заметил как к нему кто-то подошёл. – Достоинство своё застудишь. — Киса присел напротив Хенка на корточках и склонил голову вбок, ехидно улыбаясь своей некой издёвке. – И тебе привет. — Кого, кого, а вот Ваню Хенк меньше всего и всех хотел видеть. – Почему не веселишься? Я ведь специально для тебя это устроил, чтобы ты не ходил с такой поникший гримасой. – Спасибо конечно, но я не просил делать ради моего веселья вечеринки. Меня ничего сейчас не веселит. – О соулмейте своём думаешь? – Да. – Ну и на кой он тебе? Что делать то с этой родственной душой? Тебе разве нас с Мелом и Гендосом не хватает? — Киса стал заваливать вопросами. Отчего голова начала идти кругом. Боря поставил чекушку в сторону и начал отвечать на вопросы. – Ну моя родственная душа это будущая семья, это человек который будет любить меня совсем по другому, не как мама с папой, не как сестра. А как-то по особенному. Это человек которому я хочу подарить всю свою любовь и заботу и взамен тоже это получать. Я готов сейчас всё ради этого грёбаного соулмейта отдать, лишь бы он был рядом. И вас троих мне конечно хватает, но все эти любовные, там, романтические чувства, я не смогу передавать вам и получать их от вас. Понимаешь? — Хенк с некой надёжной о понимании со стороны друга смотрит ему в глаза. Нет. Смотрит прямо в душу. – Понимаю, Борь. А что если твой соулмейт сейчас находится рядом с тобой? Вот сидит сейчас перед тобой. — Хенк в недоумении посмотрел на серьёзного Кису и зависнув на пару секунд опешил. – Кис, ты обкурился и алкоголем залился? – Я выкурил всего лишь пару самокруток и бокал вина выпил. Но я всё равно трезво мыслю и понимаю что сейчас делаю. – Ладно, но мне кажется что ты всё равно сейчас не понимаешь какую херню несёшь. — Боря стал отмахиваться от догадок Кисы, он ведь сам ещё не до конца верил что этот торч может быть его родственной душой. – А вот на это ты что скажешь? Это ведь ты сегодня на уроке англиша рисовал, верно? — Ваня достал из кармана тех же штанов помятый лист и развернув показал его Боре. – Откуда... Я сам не знаю как его нарисовал. И вообще ты значение этого рисунка можешь не знать. – Борь, не прикидывайся дураком и не пытайся сделать дурака из меня. Надеюсь таким образом ты окончательно убедишься. — Киса выкинул листок с рисунком куда-то в сторону, а сам взял руки Хенка в свои и крепко сжал их, садясь практически вплотную к другу. В области груди стало ужасно больно жечь и колоть, даже тату было не так больно делать. Дыхание словно начало останавливаться, а в глазах всё плыть. Всё тело обдало жаром и оно начало предательски дрожать. То же самое происходило и у Кисы, он зажмурился болезненно шипя сквозь зубы. И чтобы ещё больше не терпеть эту боль Киса приблизился к лицу Хенка и коснулся его губ. Он не поддавал никаких действий, ожидая согласия с противоположной стороны и когда Ваня почувствовал неумелые комканья губ, он поддался вперёд и уже более напористо поцеловал свой объект обожания. После, руки Кисы полезли под синюю толстовку Хенка и начали поглаживать слегка выпирающую метку, обводя каждый лепесток цветка, каждый кончик горящего огня. Боря последовал примеру "друга" и тоже проник руками под черный с вышитыми огнями свитер и стал поглаживать пресс постепенно переходя на метку. С каждым касанием губ и рук пылающая боль начала уходить. Отстранившись от покрасневших губ Бори, Ваня начал снимать с него толстовку и следом снимать с себя свой свитер. – Смотри какие красивые. — Киса с довольной улыбкой на лице смотрел на две горящие в темноте помещения метки цветов.

На грудной клетки обоих парней светилась метка цветка. Синий пион и вокруг него горело красное пламя огня.