Долгая ночь: Две раскрытые тайны

      Алиса нервно мерила шагами посадочную площадку катера. По периметру стояло плотное оцепление лексов, большей частью вооружённых вместо привычных дробовиков излучателями со снайперскими прицелами. Верный Лакт, само собой, также крутился где-то рядом. Время от времени он отходил, чтобы ответить на вызов по рации.              Наконец на площадку опустился одиночный катер. Щёлкнули амортизаторы. Люк открылся, и по трапу спустился круд в униформе звёздного рейнджера.              — Добрый день, рейнджер Кросс, — Алиса поправила китель, подходя к трапу.              — Добрый, — Кросс кивнул. — Получил Ваш сигнал и прилетел, как только смог. Что-то срочное?              — Весьма. Мы можем подняться на борт? Дело секретное.              Кросс иронично поднял брови, но комментировать не стал.              Сев на своё место в кабине, Кросс кивнул на второе и, не скрывая иронии, спросил:              — Ну, так что за секретное дело, о котором нельзя поговорить снаружи?              Алиса достала когтан. Повертев его в руках, рейнджер спросил неожиданно просевшим голосом:              — Откуда?              — Нашла, — отрезала Алиса.              Кросс усмехнулся, вытирая с лица испарину:              — А Вы не так просты, как кажетесь… Дайте-ка догадаюсь — Вам нужна помощь.              — Именно так. Заплатить мне нечем, но… я слышала, что Безмолвный на днях собирается встретиться с командиром рейнджеров. Последний собирается уйти на покой и ищет себе замену. Могу замолвить словечко… но для этого меня нужно уговорить.              Кросс долго молчал, крутя в руках когтан.              — Не хотел бы я, Алиса, сидеть с Вами за одним покерным столом, — сказал наконец рейнджер. — И что же Вам нужно?              Алисе стоило больших усилий не выдавать охватившего её волнения:              — В основном информация. Насколько я знаю, когтанами рассчитываются именно с рейнджерами. Этот оказался у меня при тех ещё обстоятельствах… И мне нужно знать, как он мог оказаться у… одного разумного, говоря вашим языком.              Кросс снова помолчал.              — Хорошо. Запросите у казначея список выплаченных из казны когтанов. Я пока что постараюсь раздобыть список рейнджеров, которые за последние полдекады прибыли на Круд Доминус. Сопоставите потом их — и дело с концом.              — Благодарю, — Алиса кивнула.              Кросс нервно потёр переносицу:              — Не знаю, что за игру Вы затеяли, но сразу скажу — будьте трижды осторожны. На Круд Доминус те, кто слишком много знает, долго не живут.              Алиса едва сдержалась, чтобы не брякнуть: «Мне и так, судя по всему, осталось недолго». Поправив китель и одёрнув пояс, девушка флегматично сказала:              — Учту.              Кросс не ответил, но указал глазами на люк. Алиса кивнула — разговор был окончен.              На подходах к тронному залу в голове у Алисы снова зазвучал разъярённый голос Безмолвного:              «Я не могу понять, тебе действительно плевать на судьбу империи, или ты просто умело притворяешься?!».              — Во всяком случае, я думаю о ней больше, чем Чухн и Войс! — огрызнулся знакомый голос. Алиса узнала кронпринца.              «Ты думаешь так только потому, что я передал права наследования тебе? Большая ошибка! Чухн и Войс ещё более безнадёжны, чем ты! Не понимаю, где я так наломал дров с вашим воспитанием…».              — Если есть, что сказать, говори прямо! Мне не год, чтобы говорить обиняками.              Алиса нервно вздрогнула.              «Прямо? — угрожающе переспросил Безмолвный. — Хорошо, скажу прямо. Я лишаю тебя прав наследия и титулов. Ты можешь оставаться при дворе, но перестанешь получать содержание. Захочешь жрать — начинай работать».              — Работать… — проворчал кронпринц. — Работай — и будешь с уродским горбом!              «Я всё сказал. Стража! Уберите его отсюда».              Двери распахнулись от мощного пинка. Стражники проволокли по полу разжалованного кронпринца. Алиса посторонилась, пропуская их. Когда принца волочили мимо девушки, он бросил на неё полный жгучей ненависти взгляд.              «Заходите, — Безмолвный устало кивнул. — Дери его дьявол…».              — И кому теперь планируете передать трон? — спросила Алиса, закрывая двери.              «Не знаю, — признался император. — Всех троих наследников мне по разным причинам пришлось лишить прав наследования. Что будет дальше — загадка даже для меня…».              — Других законных наследников нет?              Безмолвный покачал головой:              «Меньше слушайте, что обо мне говорят… Законных наследников всего трое. Было. Теперь трон передать некому. Разумеется, физически я практически бессмертен… Посмотрим, что будет».              Алиса кивнула и на всякий случай перевела разговор на другую тему:              — Совсем забыла… Приношу извинения за задержку.              «Извинения приняты, — Безмолвный кивнул. — К делу. Что сегодня по плану?»              Сев на своё место и сверившись с планшетом, Алиса ответила:              — Несколько малозначительных встреч. Выездные мероприятия были отменены или перенесены согласно Вашему приказу.              «Да, было такое. Надеюсь, скоро этот ад кончится. Меньше всего мне в такой ситуации хотелось бы Вас потерять».              После короткой паузы Безмолвный продолжил:              «Следователям удалось кое-что накопать. Теперь, когда крыса устранена, их работа стала намного эффективнее… Удалось взять одного из организаторов того дела, голос которого Вы слышали на плёнке. Второй успел скрыться. Лексы отследили примерное направление и передали на все возможные миры прибытия приказ задерживать все одиночные корабли».              — Думаете, он что-то расскажет?              В голове девушки зазвучал тихий ледяной смех:              «У него не будет особого выбора. Поверьте, если придётся, то лексы внутренней безопасности смогут вырвать любое признание… Если есть желание, можете спуститься на третий подземный этаж. Там сейчас идёт допрос».              — Нет уж, спасибо… — пробормотала Алиса, чувствуя в животе холод.              Безмолвный понимающе улыбнулся:              «Не любите смотреть, как кто-то мучается? Между нами говоря, я тоже. Ну что же, тогда будем ждать результатов. Во сколько первая встреча?».              — Через час, — Алиса откинула со лба волосы. И когда они успели так отрасти?.. Надо будет подстричься.              «Кто?», — односложно спросил император.              — Если не ошибаюсь… — Алиса ещё раз сверилась с планшетом. — Если не ошибаюсь, банальный плановый доклад кайзера-сеньора Солнечного сектора.              «Вашей Родины?.. — Безмолвный пожевал губы. — Можете не присутствовать, если хотите. Не думаю, что Вам приятно будет слышать о своём родном мире и о том, во что его превратили».              — Переживу, — лаконично ответила Алиса.              «Ваше право. Захотите уйти — идите. Задерживать не стану. Санкций по службе не последует».              Алиса кивнула. Гордость не позволяла ей признаться, что слушать доклад по делам на Земле свыше её сил.              Кайзер-сеньор оказался типом на редкость неприятным. Грузный, обрюзгший круд в тёмно-фиолетовой униформе, поминутно вытирающий потеющее лицо и дышащий с жуткой одышкой, отчитывался о ситуации в Солнечной и нескольких других системах:              — В общем и целом, всё спокойно. Несмотря на некоторую непокорность Солнечной системы, серьёзного кризиса не возникает и не предвидится. Мелкие беспорядки подавляются — быстро и максимально жёстко. Единственная по-настоящему тревожная новость — на Земле трое стандартных суток назад была арестована старший химик одного из предприятий, гомо сапиенс Мария Петровна Белая.              Алиса распрямилась так резко, что с головы у неё от резкого движения упала фуражка.              «Постарайтесь быть более сдержанной», — раздражённо велел Безмолвный.              — Виновата, — пробормотала Алиса.              — Что-то не так? — спросил кайзер-сеньор.              — Нет… ничего, — с трудом выговорила девушка, восстанавливая над собой контроль.              «Ваша знакомая?».              «Школьная подруга», — мысленно ответила Алиса.              Безмолвный понимающе улыбнулся краем рта:              «По какому обвинению была задержана… как Вы сказали?».              — Мария Петровна Белая, — повторил кайзер. — Намешала взрывчатое вещество, попыталась подорвать лабораторию, чтобы затем угнать корабль и бежать. Статья…              «Я хорошо помню наши законы, большую часть из которых написал сам, — перебил его Безмолвный. — Освободить арестованную. Я беру её под свою протекцию».              — Но…              «Никаких «но»!», — грубо отрезал Безмолвный.              — Но ведь… — снова попытался кайзер.              «Я всё сказал».              — Есть освободить и передать под протекцию, — неохотно ответил кайзер, наклонив голову.              «Свободны».              Когда за кайзером закрылась дверь, Безмолвный, грустно улыбаясь, спросил:              «Прошлись по грани, а? Моё влияние не безгранично».              — Спасибо, — Алиса зябко дёрнула плечами. — Она… она — моя старая подруга. И довольно неплохой химик.              «Под Вашу ответственность, Алиса. Учудит что-то ещё — отвечать будете обе, по всей строгости закона».              — Так точно.              «Оставьте солдафонство. И не слишком обольщайтесь. В другой раз я не смогу Вам помочь».              — Само собой, — машинально ответила Алиса.       

***

             То утро назвать счастливым было трудно, но вот ярким — точно. В полшестого утра Алиса проснулась со стойким ощущением, что во рту у неё завёлся дятел, решивший сделать себе жильё в верхней челюсти. Ощупав языком зубы, девушка едва не взвыла — один из премоляров стрельнул адской болью. Встав и одевшись, Алиса вышла из спальни. Лакт сидел, как обычно, в гостиной.              — Вы когда-нибудь спите?.. — поинтересовалась Алиса с натянутой улыбкой.              — Иногда. Часа по четыре… обычно хватает, — сержант поднял голову. — А… Вы…              — Найдите мне где угодно хорошего зубного! — выдавила Алиса — дятел, убедившись, что клюва будет недостаточно, подключил к делу коловорот.              — Есть найти зубного, — Лакт приложил два пальца к виску. — А…              — Вечером. Работу никто не отменял.              — Может, Вам отгул взять? — участливо предложил сержант. — Вы…              — Обойдусь. Бывало и хуже.              До обеда Алиса худо-бедно крепилась. Боль прогрессировала от уровня «коловорот» до «дрели», а впоследствии и до «перфоратора». Как назло, работы было очень много, и отлучиться не получалось даже на полчаса. Обед также накрылся медным тазом. Что, впрочем, не слишком огорчило Алису — одна мысль о еде вызывала вспышку боли.              «Вы в порядке? — обеспокоенно спросил Безмолвный во время очередной «смены караула». — Выглядите… не очень».              — Всё нормально, — натянуто соврала Алиса. — Просто… не выспалась, наверное.              «Да уж. Похожи именно на невыспавшуюся. А теперь честно».              Алиса уже открыла рот, чтобы ответить, что всё в порядке, но в этот момент в зубе так стрельнуло, что девушка невольно представила дятла с отбойным молотком. Безмолвный, без особого труда считав её мысли, нахмурился и скомандовал:              «Бегом марш к стоматологу! Я обойдусь без Вашей помощи».              — Ерунда, — Алиса помотала головой так, будто её шею стягивал тугой воротник.              «Это не просьба, а приказ по подразделению».              Когда император употреблял выражение «приказ по подразделению», спорить с ним было по определению бесполезно, и Алиса сдалась. Сложив планшет, она вышла из тронного зала. Дятел, деловито осмотрев результаты своей работы, снова пустил в ход отбойный молоток. От боли хотелось выть. Кое-как доплетясь до своей комнаты, Алиса рухнула на диван в гостиной. Моментально нарисовавшийся в дверях Лакт сообщил:              — Машина ждёт у входа. Забронировано место в городской клинике.              — Поехали, — кивнула Алиса, едва разжимая челюсть.              У ворот дворца стояла машина. Лакт сел за руль. Алиса забилась на заднее сиденье, почти физически чувствуя, как раздувается щека. Сержант помчал по улицам, объезжая пробки и срезая повороты. Остановившись у круглой башни светло-жёлтого цвета, Лакт помог Алисе выбраться из машины.              Длинный коридор, лестница, вторая, ещё один коридор… Алиса шла, опираясь на плечи Лакта. Дороги она не разбирала — глаза застилали слёзы, невольно выступившие от страшной боли. Лакт толкнул какую-то дверь, усадил девушку в кресло. Сквозь пелену в глазах Алиса с трудом разглядела подошедшего к ней круда в жёлтом халате.              — Так, посмотрим… — протянул стоматолог, довольно грубо открыв девушке рот и вставив в него зажим. Присмотревшись, покачал головой: — Ай-ай-ай. Что ж так затянули?.. Ладно, об этом потом.              Двойная доза обезболивающего, двадцать минут в стоматологическом кресле — и Алиса облегчённо перевела дух. Боль наконец отпустила. Стоматолог, достав из её рта зажим, иронично сказал:              — Посмотритесь.              Лакт пододвинул к креслу зеркало. Посмотревшись и снова машинально отметив, что она страшно обросла, Алиса улыбнулась своему отражению. В свете ламп блеснул новый зуб.              — Хромированная посеребрённая сталь, — прокомментировал стоматолог, моя руки. — Гарантия — десять лет. А в следующий раз постарайтесь так не затягивать. Может, зуб ещё удалось бы спасти.              — Ага, — машинально ответила Алиса, вставая с кресла. — Спасибо. Сколько…              — Я за всё уже рассчитался, — вмешался Лакт. — Пойдёмте.              — Сколько я Вам должна? — спросила Алиса, когда они оказались за дверью.              — Нисколько. Всё оплачено Вашей страховкой.              Дорога до дворца была куда как приятнее. Устроившись на переднем сиденье, Алиса щёлкала кнопками магнитолы, переключая радио. Не найдя ни одной приличной программы, девушка выключила магнитолу.              — Сержант, у Безмолвного три сына, верно?              Лакт кивнул:              — Именно так. Чухн — старший из трёх. Его историю Вы знаете. Тот ещё кадр. Форменный зверь. Прославился среди своих — то бишь в армии — решимостью и жестокостью, равных которым не видели. Маршал Солар приблизил его к себе, сделал экзетом — такого лучше держать на виду. Опрометчивое решение, такому даже кувалду давать нельзя… Второй — Войс, типичный зажравшийся толстосум. Живёт за счёт финансовых афер, после каждой кутит. Ни о чём, кроме денег, не думает… ну, почти. Привык к хорошей жизни — изысканная еда, красивые женщины, а подчас и запрещённые вещества. Младший — Торнас. До поры до времени был нормальным, но потом с ним что-то случилось. Полюбил красивую жизнь, стал охотиться на орестанских гаргулий, гулять по кабакам, менять партнёрш…              — Погодите-ка, — в голове Алисы мелькнула случайная мысль. — А на мирах крудов разве разрешены алкоголь и наркотики? Мне казалось, что запрещены.              — На тюремных мирах — да, — ответил Лакт, тормозя у светофора. — Наркотики запрещены везде, и этот запрет соблюдается довольно жёстко. Но достать табак или план вполне реально. А порой и кое-что покрепче. А вот спиртное распространено на большинстве миров. Да, недёшево. Да, злоупотребление наказывается. Но большинство видов алкоголя доступны. Единственное, чего Вы никогда не найдёте — это пиво и пивные напитки. А так… Основной напиток простонародья — чирк, крепкое пойло. Не спрашивайте, из чего его делают, спать спокойнее будете… Скажу только, что на вкус оно довольно сладкое и не обладает выраженным спиртовым вкусом. Выпить можно стаканов пять… а потом все пять одновременно ударят в голову. Если предложат — больше стакана не пейте, мой Вам совет. Отказ могут воспринять как оскорбление. Также пьют очищенный и сильно разбавленный дистиллят и трофейные напитки, в основном вина. Элитные напитки попадают на стол толстосумам. Но за нелегальную продажу срок серьёзный… от пяти лет до пожизненного, а подчас и смертной казни.              — Ужас, — пробормотала Алиса.              — Ужас, — согласился Лакт. — Dura lex sed lex.              — Какие вообще практикуются казни? — неожиданно даже для себя спросила девушка.              Светофор переключился. Выжимая газ, сержант ответил:              — Разные. Основных три — расстрел, отсечение головы и смертельная инъекция. Быстрая и почти безболезненная смерть. За самые тяжёлые преступления — серия убийств из двух и более, хищение на сумму, превышающую определённый порог, серия изнасилований из трёх эпизодов и более — полагается повешение. В зависимости от тяжести преступления по-разному завязывается петля и определяется высота падения тела. Если преступник только-только перешагнул черту, его сбрасывают метров с пяти. Смерть наступает практически моментально, но она довольно болезненна. Если речь идёт о безнадёжном случае… что ж, тогда умирать в петле преступник может минут сорок. Как видите, всё построено на полутонах.              Алиса покивала, уже успев мысленно отчитать себя за вопрос. Ответ оказался страшным. Чего ещё можно было ждать?..              — Вы в порядке? — участливо спросил Лакт.              — В полном. Тюрьма то ещё впечатление произвела. Особенно зал казней.              Лакт пожал плечами — наплечники при этом зазвенели:              — Как уже было сказано, закон есть закон. Некоторым разумным не место в нормальном обществе. Безмолвный распорядился, чтобы тех, кто действительно хочет исправиться, исправляли до последнего. Бывает ведь всякое… Повздорили двое, один второго убил — то ли случайно, силу не рассчитал, то ли просто вспылил. В тюрьме по-настоящему раскаялся, начал письма семье убитого писать, молить о прощении, работать за двоих, чтобы срок побыстрее отбыть. Таким администрация идёт навстречу. Сокращает срок, смягчает условия проживания, а порой и выпускает условно-досрочно, под подписку о невыезде на два-три года. Но бывает и так, что заключённого признают безнадёжным. Тогда ему одна дорога — на эшафот. Ну, вот и приехали.              — Спасибо, — Алиса кивнула, расстёгивая ремни на груди.              Безмолвный ждал там же, в тронном зале. Поставив локоть на подлокотник и положив голову на ладонь, император крепко о чём-то размышлял. Увидев Алису, рассеянно кивнул:              «Зубы в порядке?».              — Да, конечно, — Алиса кивнула в ответ.              «В следующий раз езжайте к врачу сразу, не отпрашиваясь у меня. В крайнем случае, отправьте ко мне адъютанта. Меньше всего мне нужно, чтобы Вы надорвались и сгорели на работе…».              — Снова с сыном поссорились? — спросила Алиса, почувствовав в словах Безмолвного печаль.              «А? — император потряс головой. — Нет-нет… всё в порядке. Так, задумался».              — Всё-таки поссорились, — резюмировала девушка.              Безмолвный тяжело вздохнул:              «Ничего не могу поделать… Третий раз за последние две недели мы ругаемся вдрызг! Да, чёрт подери, мне пришлось лишить его прав наследования… а теперь он выклёвывает мне печень через темечко!».              — То есть? — не то, чтобы Алиса интересовалась семейными делами императора, но чувствовала, что ему надо выговориться.              «То и есть… — Безмолвный снова тяжело вздохнул. — Высказал мне пару ласковых и опять свалил на орестанских гаргулий охотиться. Двадцать раз ему говорил — это не занятие для принца… Мало того, что гаргульи — звери довольно редкие, они ещё и опасные! Гаргулья при внезапном нападении рвёт в клочья танк со всем пехотным сопровождением. Стая обгладывает до косточки целую роту в полном облачении… Нет же! — Подлокотники застонали от удара кулаков. — Надо совать голову в это пекло!».              — Орестанские гаргульи? — осторожно спросила Алиса, уводя Безмолвного от опасной темы.              «Звери, обитающие в горах. Маскируются среди камней, чтобы подпустить жертву как можно ближе. Нападение гаргульи из засады — верная смерть… Её когти и зубы рвут танковую броню и к тому же ядовиты. Естественная броня твёрже гранита. Пробивается разве что из кумулятивного гранатомёта… кроме уязвимых мест, которых немного. Гаргульи летают, и летают быстро. Удар крыла ломает кость… В общем, те ещё зверушки. И к тому же поодиночке не летают, стаями по шесть-восемь особей. Их иногда называют «эскадрильями». Так вот, на эскадрилью гаргулий приходится поднимать дюжину истребителей… из которых в среднем на базу не возвращается три».              Алиса нервно вздрогнула.              «Вот то-то и оно. Идиот малолетний… Голову бы ему отрубил, да решимости не хватает».              Выдержав театральную паузу, Безмолвный продолжил:              «Нет, не хватает. Но если он ещё хоть раз сунется в Орестанские горы, я его четвертую!».              — Не стоит торопиться.              Сказав это, Алиса с такой силой прикусила язык, что едва не откусила половину его. И кто её дёрнул? А главное — почему она вообще такое сморозила?!              Безмолвный нахмурился:              «Так…».              Повисла неловкая пауза.              «Так… — повторил император. Это короткое слово заставило Алису нервно поёжиться. — И что же это значит?».              — Н-не знаю, — промямлила девушка. — Вырвалось.              «Вырвалось… — Безмолвный постучал пальцами друг по другу. — В чём-то Вы правы, конечно. Горбатого могила исправит. Но в следующий раз советую трижды подумать и ничего такого не говорить».              Алиса кивнула, переводя дыхание. Пронесло. Но в следующий раз может так не повезти, и ремнём она явно не отделается.              «Да. Не отделаетесь. И парой подзатыльников — тоже. А теперь вернёмся к делу».              Алиса снова вздрогнула. Голос императора, раздавшийся у неё в голове, больно ударил по мозгам.              «Извините. Всё никак не привыкну, что Вы не привыкли к такому. Есть на сегодня ещё какие-то дела?».              — Никаких, — ответила Алиса, сверившись с планшетом.              «Ну и прекрасно. Можете быть свободны. И да, сегодня вечером получите больничный лист. Заполните его и отправьте по пневмопочте в канцелярию. Формальность, но её необходимо соблюсти».              — Конечно.              Лакт ждал у входа в тронный зал. Молодецки щёлкнув каблуками, он развернулся и зашагал по коридору. Алиса пошла за ним, чувствуя, как у неё в голове крутится какая-то скользкая вёрткая мысль. Чётко оформиться она не могла, но девушка чувствовала — мысль чертовски важная и напрямую связанная с покушениями на неё.              В гостиной снова сели за шахматы. Алиса играла так же рассеянно, стараясь поймать вёрткую мысль за хвост. Из размышлений её вырвал голос сержанта:              — Вам мат.              — Мат? — Алиса заморгала и посмотрела на доску. — Да, мат… Отвлеклась.              — Думаете о последнем покушении? — поинтересовался Лакт, снова расставляя фигуры на доске.              — Да, — девушка кивнула. — О…              Есть! Алиса поймала скользкую мысль. Серебряный когтан! Она же заказала у казначея опись о выдаче монет! И рейнджер Кросс обещал помощь…              Словно в ответ на это щёлкнула пневмопочта. В ящике оказалась тонкая тетрадка. Алиса, нервно кусая губы, открыла её и начала вдумчиво читать.              Тетрадка оказалась довольно ценным источником информации. Рейнджер Кросс подробно расписал: кто, когда, сколько, от кого и при каких обстоятельствах получил когтанов. Значительная часть была выплачена принцем Торнасом за выписку разных товаров с других планет, начиная от книг и заканчивая элитным алкоголем. Ничего примечательного. Разве что…              — Сержант, рейнджеры доставляют заказы с других планет?              Лакт кивнул:              — Ещё как. Один из самых распространённых левых приработков. Рейнджер перед вылетом на задание сообщает в узких кругах координаты системы, в которую отправляется, собирает десяток заказов, до отказа набивает трюм и по возвращению получает целую гору серебра. На это смотрят сквозь пальцы. В конце концов, кушать всем хочется, а зарплата рейнджера оставляет желать много лучшего.              Алиса пролистала тетрадку до конца, уже без особого интереса пробегая глазами записи. Но последняя зацепила её внимание. Обычный заказ, ящик односолодового виски с Земли. Но плата… Двадцать когтанов — это почти вчетверо превосходило плату за прочие заказы. С одной стороны, Земля в соседней галактике… С другой — какой смысл выписывать спиртное оттуда? Виски — не такой уж редкий товар… Даже здесь, на Круд Доминус, им торгует несколько сетей алкомаркетов.              — Взгляните-ка.              Прочитав последнюю строчку, Лакт пожал плечами:              — Виски с Земли? Странно, не спорю.              — Не просто странно. Столько платят только за очень мутные заказы, а выписка ходового товара из другой галактики говорит о многом.              — Соглашусь, — помедлив, сержант кивнул. — Но что же Вы…              — Подожду, пока мне не придёт подробный отчёт об изъятых из казны когтанов. Потом останется только сопоставить циферки.              — Не думаю, что всё будет так легко, — возразил Лакт. — Кукловод вряд ли будет ждать, сложа руки.              — Справедливо, — настала очередь Алисы медленно кивнуть. — Но в таком случае… почему он бездействует сейчас? Сейчас, когда мы получили на руки ценную информацию и, возможно, стоим на пороге получения ответов?              — А почему Вы думаете, что он бездействует? — возразил Лакт. — Не видим его действий — не значит, что их нет.              «Два-два», — кисло признала Алиса.              — Будем ждать доклада казначея, — резюмировал Лакт после продолжительной паузы. — А пока что я на Вашем месте очень внимательно следил бы за своей спиной.