Яд

— Учитель, разве вы не рады видеть этого ученика?       Горячее дыхание опаляет оголённые плечи, пока чужие руки перемещаются по телу. Движения не наполнены всякой целью, однако приносят лёгкое, едва уловимое удовольствие. Хочется больше. Хочется грубых прикосновений и толчков, резких ударов и дрянных слов. Но при том хочется отдаться пытке и растянуть ласки. Подобные мысли были удивительны даже для самого Шэнь Цзю. Казалось, он и не помнил, когда не только перестал воспринимать роль наложника столь унизительно, как раньше, но и начал наслаждаться.       Несколько лет назад, когда Бингэ только вернулся из Бездны, он и представить не мог, что все сложится именно так. Он действительно опасался за свою жизнь. И с каждым подвигом бывшего ученика все сильнее. Предсказатели пророчили ему ужасную участь человеческой «палки», лишённой рук и ног. «Палки», чья судьба — валяться у ног своего Хозяина. В прошлом — ученик, однако по мнению провидцев — безжалостный Император Трёх Миров, сильнейший демон с огромным гаремом. Именно он должен был оборвать жалкую жизнь Мастера Сюя.       Но спустя много лет, он все ещё жив, а Ло Бингэ рядом. Им понадобилось множество лет, чтобы найти хоть какой-то компромисс и прийти к более ли менее устоявшимся отношениям. Сыграло то, что Шэнь Цзю ожидал худшего, однако все оказалось не так плохо. Да, первые несколько лет он сидел едва ли не на буквальной цепи. Да, чертов зверёныш ограничивал его и много лишал. Однако Бингэ ни разу не принудил его и не опорочил в обществе. Для всех У Императора была жена — Лю Минъянь. Единственная и любимая. Бывший Лорд Цинцзин же же имел неясный всем статус, но благодаря стараниям Бингэ никто и подумать не мог об их порочной связи.       Позже Шэнь Цзю с прискорбием осознал, что его устраивает собственное положение. Он получал внимание и порой, если правильно просил, самую обычную ласку. Ло Бингэ принадлежал лишь ему, брак с девой Лю был исключительно фиктивным, что устраивало обоих супругов. И Шэня. Он не готов был делить, как оказалось, столь желанного партнёра с кем-либо. Демон, что был достаточно силён и умён, где-то превосходил его, а где-то наоборот уступал, был наилучшим выбором. Вечная борьба не давала полностью расслабиться, но это было именно то, что нужно обоим. — Хватит думать, Мастер Шэнь, — горячая рука невесомо проходит по узлам верёвок, оплетающих все тело. Резкий рывок выбивает воздух. — Ваша голова должна быть заполнена лишь этим учеником. Вы ведь помните, учитель?       Мерзкая, нахальная ухмылка расцветает на лице. Такой невыносимо красивый и наглый, что хочется, забыв о достоинстве, ударить кулаком по этому прелестному лицу. Однако вопреки собственным мыслям Шэнь Цзю тянется за поцелуем. И да, это именно то, чего он хотел.       Горячий, яростный; он полностью описывает их чувства. О да, вся суть их отношений была заключена ни в заботе, ни в ласке, а именно в поцелуях. Борьба, несмотря на то, что победитель заранее известен. Один играет другим, а второй наслаждается, вопреки собственному нежеланию подчиняться сразу. Но проиграть достойному противнику не унизительно, наоборот приятно. Сидеть в ногах сильнейшего — не слабость. Это достояние, которым не многие одарены. Признавать собственную слабость перед кем-либо и наслаждаться ею — личное достижение Шэнь Цзю. И оно ему нравится.       Руки демона скользят по талии, порой резко сжимая и тотчас отпуская. Заклинатель может и хотел бы извиваться под этими касаниями, тянуться к ним, но крепкие узлы ограничивают любые ответные реакции до простого мычания, в попытках сдержать то ли стон, то ли возмущение. Пальцы скользят ниже, моментально увлажняясь. Все же есть плюсы в бытие с полу-демоном.       Все мысли выбросило из головы глубоким толчком. Конечно, лишь пальцы, но и их проникновения было достаточно. Шэнь Цзю не был сухим ещё с самого начала, поэтому несмотря на неприятные ощущения, было терпимо. Толчок, второй, пальцы Бингэ едва касаются простаты, однако не дают нужного удовольствия. Ласкает, дразнит, но не доводит до конца. Из уст заклинателя вырывается почти не различимый стон. — Зверёныш.. да прикоснись уже!       Бингэ лишь сильнее ухмыляется и замедляет движения. — Ну же, учитель, скажите чего вы хотите и этот ученик вам даст это.       Шэнь Цзю скрипит зубами, бросая недовольный взгляд. Он догадывается чего именно хочет демон, а потому миг раздумывает. У него никогда не было особого стыда, нет. Он спокойно мог бы попросить, приказать трахнуть его, но не с этим партнёром. Бингэ был обладателем прелестного дара превращать в пытку абсолютно все. Поэтому раз за разом, как только Шэнь начинал говорить, демон тотчас стимулировал простату, самую малость не доводя до пика.       И все же, спустя некоторое время Ло Бингэ это надоело. Пальцы вышли из задницы заклинателя и скользнули выше, массируя позвоночник. Так, размеренно надавливая, они расслабляли вновь. Все забывается, тело нежится в приятной неге. Но эта идиллия резко прекращается, глубоким толчком. Воздух выбивает из лёгких, однако вдохнуть Шэнь Цзю не может — чужая рука тотчас крепко сжала его шею. Он лишён возможности дышать и почти полностью насажен на член Бингэ, что так и замер наслаждаясь реакцией. На глазах выступили слёзы, а внизу к смазке примешалась кровь. Демон любил это. Любил приносить необъятную боль, смешанную с удовольствием. Любил в очередной раз трахать его, ощущая под собой едва ли юную барышню-девственницу. Разумеется, не характером. Да и отплясывал Шэнь Цзю порой такое, в сравнении с чем лучшие девы борделей — жалкие замухрышки.       Между тем, член вошёл до конца, и Ло Бингэ начал двигаться. Резко, рвано, без всякой последовательности. Трахал так, как желал он сам. Под любым углом, с любой силой и глубиной. Возбужденное животное, что хотело достичь пика — да, именно им был обыковенно Бингэ. Но руки, все еще нежно ласкающие тело, словно принадлежат не разгоряченному демону, а юношу ученику, Белому Лотосу. И этот контраст пробивает дрожью до самых костей.       Внутренности горят огнём. Несмотря на подготовку и то, что изначально Шэнь Цзю и не был сухим, зверёныш умудрился его порвать. Горячий член с каждым толчком буквально встряхивал все тело, скованное веревками. Желание прикоснуться к себе росло с каждым разом, однако заклинатель понимал: это не выход. Это далеко не повод для Ло Бингэ, чтобы остановиться, но прекрасная новая пытка. Чувствительная простата будет реагировать в разы сильнее, отчего вероятно у него уже не удастся сдержать криков.       Конец совсем рядом. Наслаждение мешается с болью, и их уже не разъединить. Они неделимы, как и, кажется, тела двух. Оргазм накрывает сосуд и разум Шэнь Цзю, все-таки выбивает из его уст протяжный вскрик. — Тише, учитель, этот ученик ещё не закончил.       Чертов зверёныш вбивается ещё сильнее, бездумние, лихорадочнее. Он вдавливает заклинателя в матрас своим телом, наконец кончая. Горячее, едкое семя заполняет нутро Шэнь Цзю, заставляя простату гореть огнём. Больно. Просто невыносимо. — Ты.. — О нет, учитель. Это было лишь начало.       Улыбка блаженства расползается на лице Ло Бингэ, когда он входит вновь. Он трахает заклинателя, удерживая в нем демоническое семя. Трахает, пока Шэнь Цзю кричит от боли, без возможности даже пошевелиться. Трахает, когда сперма начинает разъедает чужие мягкие ткани и органы. Ци поддерживает жизнь в заклинателе, а демон уходит в безумный смех все сильнее, погружаясь в лоно, заполненное ядом и кровью.