Золотистые таблетки, идеально круглые

Вывеска очередного ресторана горела красным, среди него белые буквы написанные изящно, явно подобранные под тематику. Больше они походили на французский. Черный, как смоль автомобиль, его почти не видно ночью. Он остановился у входа того ресторана. Вышедший человек, одетый в черный смокинг, ничем не отличался бы от простого офисного работника. Рация прикреплена сзади, на поясе, там под пиджаком будет пистолет, а на лице одеты солнцезащитные очки в цвет костюма, в ушах микронаушник. Он заглянул в багажник, что открылся не успев мужчина выйти из машины. Когда он достал оттуда небольшой чемоданчик, лишь тогда из автомобиля вышел второй. Совсем отличался от парня похожим на агента. Он был таким же по росту, но длинное чёрное пальто визуально делало выше. Из-за таких же очков лица не было видно. Выглядывали каштановые густые волосы. Они поднялись на крыльцо, на их головы падал красный свет. Автомобиль сзади давно исчез, будто и совсем не приезжал. Внутри ресторана, не смотря на позднее время, люди сидели за круглыми столами, где-то в зале ходила официантка. Мужчина в пальто, через очки рассматривал атмосферу заведения, что не заводило совсем. Может и не совсем за этим он сюда приехал. С парнишкой в смокинге подошёл ещё один, тот видом походил на официантов, ещё один работник заведения. Он ухмыльнулся, ничего не говоря, лишь махнув рукой, призывая идти за собой, повел гостей вовсе не за столик. Одна дверь, другая, длинный коридор, повороты. Он остановился у ещё одной двери, коричневого цвета, на ней вырезаны линии, своеобразные драконы пускающие огонь. Работник поклонился, на последок шепнув что-то парню в смокинге. Тот открыл дверь впуская своего потонциального хозяина. Большая комната, в темных тонах, с хаотично расставленными светильниками. В середине стояли кожаные диваны, создавая квадрат, рядом с каждым находился кальян, дым которого наполнил всю комнату. У стены стоит барная стойка, бармен мешает коктейли профессионально замешивая смесь. Ещё чуть дальше комната продолжается, проход слегка завешен синей тканью, оттуда слышны голоса восторга, удовлетворения. Там на пилонах, в самых развратных костюмах, танцевали девушки, для богатеньких дяденек. Парень в пальто осматривал место, он не первый раз здесь, его не интересуют общие развлечения, кое-что интереснее. В помещении было достаточно людей, как женщин так и мужчин, он знал многих. Идя к кожаным диванам где он заприметил знакомые личности, попути снимая очки. Пальто, от напора ветра, слегка разлетелось в стороны. Двое мужчин, что сидели на диванах о чем-то говоря. Один из них увидел надвигающегося парня, лицо озарила улыбка и вырвалось довольное "ооооо". Они явно знакомы. — Какие люди, — парень, что сидел на диване потягивая кальян, его звали Кристофер. — Давно не видел тебя здесь Хан, — он обратился к пришедшему парню. Тот сел на третий диван, слева от Кристофера. Снятое пальто улеглось рядом. На Хане была одета рубашка бордового цвета, она заправлена в брюки, верхние пуговицы расстёгнуты, обнажая ключицы. Он закинул ногу за ногу, а руки положил на спинку дивана по обе стороны от себя. Его взгляд пал на парня напротив. Минхо. Ли Минхо — из семейства Ли, он пошел по стопам отца, так сказать продолжая его бизнес. У Джисона к нему была личная неприязнь. Настолько ли взаимная? Он не знает. Минхо сидел в большой шубе, под которой ничего не было, всем открывался вид на изящное спортивное тело, чем можно только похвастаться. Его пальцы рук украшены массивными кольцами. Волосы уложены назад. У него нет минусов, он идеален. И Хан согласен с этим, Ли горяч и сексуален, но даже с такими критериями он не обзавелся девушкой. — Я занимался немаловажными делами. — Какими же? — расспрашивал Кристофер. Джисон усмехнулся, он вытянул руку вверх, даже не смотря назад, просто подозвал кого-то. Парень в смокинге – телохранитель, подбежал с маленьким чемоданчиком. Он поставил его на стол, что стоял посередине диванчиков, объедияя их. — Будто ты не знаешь, — Хан потянулся к чемодану. Парни наблюдали за Джисоном. Крышка отлетела, содержимым были пакетики. С порошком, с таблетками: белыми, красными, маленькими, большими, овальными, круглыми. Но пакетик, что вытянул Хан, был с маленькими таблетками темно-синего цвета. — Новые в моей коллекции. Хан Джисон был руководителем своей "фирмы". Они изготавливали, продавали, покупали наркотики. Все парни сидящие на диванах были подобны Хану. Часто Джисон приезжал сюда, чтобы испробовать со знакомыми свои новинки. Его наркотики пользовались большой популярностью, нежели других. — Стой, — пошарившись в своих карманах, Кристофер вытянул коробок, размером со спичечный. Коробочка упала на стол, а ее хозяин оглядел парней, ухмыляясь. — Сегодня попробуем эти. Вчера получил, говорят штука ахуенная, — Бан разводил руками, всё рекламируя вещество. — Вскрывай, — Хану плевать что пробовать. Чувство неизвестности часто посещало его, что нравилось. Он нашел что-то экстремальное в этом занятии. Кристофер вскрыл коробок, в руку каждого парня упала золотистого цвета таблетка, идеально круглая. Почти в один счёт, они проглотили их. — На самом деле я вообще не знаю, что ожидать от них. Единственное что мне говорили, они очень быстро реагируют, — Бан снова закурил кальян. — Насколько сильно торкают? — послышался голос Минхо. — Узнаешь, — спокойно ответил Бан, озарив парня хитренькой улыбкой. — Поиграем? — вдруг выдает Джисон, — кто первый сдуется? — Я думаю это ты и будешь Хани, — Кристофер рассмеялся, его голос звонкий, ласкает уши. Помещение казалось темнее, чем ранее. Тело начало слегка сдавливать. Бан Чан подперел голову рукой, вещество медленно, но так же быстро начинает действовать. От силы прошло две минуты. Ощущения странные, новые. Сонливость и слабость, парней буквально превращает в лужи, при этом в животе разгорается пожар, тянущийся ниже. Джисон расстегнул очередную пуговицу рубашки. Душно, невыносимо. Парень поднялся, голова закружилась. Возможно Кристофер пошутил над ним сейчас, но таблетка оказывает сильную слабость. Он всё же нашел уборную. Вода в кранике показалась на секунду нереальной, Хан совсем не понимал какая она по температуре, пальцы ничего не чувствовали. И всё же рассудок не вернулся. Внутри продолжал разгораться сильным пламенем пожар. Он мог чувствовать это физически. Хотелось курить. Ему удалось дойти до дивана, плюхнувшись на один с Минхо, Хан потянулся к столику, сигарет там навалом, в кармане нашлась зажигалка. Серый дым пошел от источника, первая затяжка, затем ещё одна. Краем глаза Джисон заметил отсутствие Бана. — Куда Кристофер пропал? Ли, что сидел рядом, не похож на сонливого или помятого, ровно наоборот, он был как на иголках. — Он, пошел в соседнюю комнату, — комната с девушками, откуда столько сил вообще? Стало совсем жарко, капельки пота проявлялись на лбу Джисона, пожар внутри сжигал парня. На бедро упала ладонь, немного сжала его. Хан нервно выдохнул. Голову давно затуманило, а курить вовсе не хотелось, к тому же сигарета давно дотлела. Ему и не хотелось курить, пожар разгоравшийся внутри, был лишь возбуждением. Это сильное желание — было желанием кого-то. Овладеть кем-то, или отдаться самому. Рука, что лежала на бедре, медленно ползла вверх, затем вниз. Слишком возбуждающе. Он издал некое мычание, закрывая лицо ладонями. Края шубки Минхо сползли вниз, обнажили красивое тело. Джисон закусил губу. Он хотел его, полностью и всего. Ли скользя длинными пальцами подхватил ногу младшего, уместил на своих. Сопротивляться не было желания. Его рука продолжала гулять по бедру Хана, забрела высоко, плавно перешла на живот. Он сжал его талию, Джисон издал тихий стон. Минхо походил на кошку, так же изящно он повалил Хана, сев сверху. Внутри лилась лава, слишком горячо. Джисон не терпелив, схватив старшего за край шубки, второй рукой притягивая за шею. Их лица слишком близко, Ли чувствует дыхание парня снизу. Его рука ползет по груди, останавливаясь на чувствительном месте. За счёт расстегнутых пуговиц ранее, добраться до сосков не составит труда. Минхо лишь томно смотрит тому в глаза, бесстыдно опускается беря в рот бугорок. Его язык обволакивает слишком чувствительное для Хана место, причмокивает, а затем слегка надкусывает. Младший сдерживает себя от громкого стона, они находятся не в том месте. Но Ли мало, похотливый язык оставляет после себя влажную дорожку на груди Джи, ведя ее к шее. Продолжая сидеть на парне, он оставляет новые укусы на нежной шее, в качестве извинения зализывает. Чуть выше ставит красно-фиолетовую "метку". Минхо чуть поднимается, ему попадается молящее лицо Хана, говорящее ему не останавливаться, парень весь разукрашен в его пошлостях. Джи слишком горяч, он готов оттрахать его прямо на чёртовом диванчике. Его пальцы прикосаются к пухлым губам, что сразу ластятся. Ли снова дразнит Джисона, оставляя между ними несколько миллиметров до желанного поцелуя. Его лицо обволакивают две ладони, а губы целуют. Слишком страстно, без всякой робости, Хан без стеснения проникает в чужой рот языком, но Ли приходится лишь по вкусу. Их губы жадно сминают друг друга, а воздуха всё меньше. Остаётся ниточка слюны, когда они разрывают поцелуй, чтобы отдышаться. Тяжело дыша, каждый желает накинуться друг на друга. — Минхо, — Хан останавливает парня, что уже оставляет новые следы, — пошли. Джи встаёт, заставляет идти за собой ничего не понимающего парня. Первая комната, что попадается Хану и становится финальной. Он берет Минхо за шею, утягивая в новый поцелуй. Джи на вид может показаться робким и неумелым. Его язык проходится по нижней губе старшего, дорожкой из поцелуев он приходит к его щеке, прикусывает до шипения в ответ. На его талии чужие руки, сжимают до приятной боли, опускаются вниз на бедра, сжимая уже их. Резко для обоих, Ли подхватывает Хана, укладывая на диван, что стоял сзади. Первая одежда падает на пол, летит красная шубка, рубашка. Дразнящие игры Минхо с сосками, так сводят с ума. Расстегнутых ремень, Хан лежит уже в одном белье, его переворачивают снимая последнюю вещь. По бедру приходится шлепок. Над ухом, ополяя горячим дыханием, заговорил низким тембром голос. — Готовься, — длинные пальцы коснулись ягодиц, — стонать, — смочив их слюной, Ли пристроил возле колечка мышц, — моё имя, — он вошёл первым пальцем. Хан нервно выдохнул, ощущения новые, странные. Второй палец заставил простонать младшего. Ли довольно улыбнулся, прикусывая тому мочку уха. Бедра Хана стали сами насаживаться на пальцы, прося большего. — Достаточно, — ноги Джи тихонько потрясывались, он привык к ощущениям, трёх пальцев ему было мало. — Что? — Минхо не устает дразнить младшего, ему попадается его шея, на ней уже не осталось живого места. — Минхо, — Хан не может нормально говорить, возбуждение накрыло с головой. Ли достает пальцы, чувствуя пустоту становится не привычно. Старший достаточно себя сдерживал растягивая Хана. Он чувствует влажную головку, что постепенно входит, естественной смазки предостаточно. Его коленки снова начинают трястись. Ухо обволакивает горячее дыхание старшего. Джисон пытается сжать руками диван под собой, Минхо вошёл на половин. Он громко стонет от переизбытка удовольствия. Ли начинает первые движения, изначально не так глубоко, медленно. Но с каждым новым стоном Хана, разум летит в бездну, а тело ускоряется. Слезы в уголках глаз младшего, он нервно кусает губы в попытке отмслкиватся, но Ли вынуждает издавать звуки удовольствий, с каждым разом входя всё глубже. Хан кричит его имя, когда тот задевает простату, с каждым толчком точно попадая по ней. Минхо обхватывает член младшего, в такт своих толчков, он двигает рукой. В конечном итоге они кончают вместе, а развратные шлепки заканчиваются. Джисон падает вниз, из последних сил переворачиваясь на спину. Он, как и минхо смотрит тому в глаза, все ещё пытаясь отдышаться. Ли наклоняется финально целуя Джи. Более спокойно, но мокро. Они опомнятся лишь после того, как вещество отпустит из разум. Джисон будет в бешенстве. Но они проведут не последнюю ночь вместе.