Помни о смерти

Санджи сделал глоток вина и бросил быстрый взгляд в окно, отметив, что цвета деревьев переходят в красивые бронзовые, оранжевые и красные оттенки, после чего вновь обратил внимание на женщину, сидящую напротив него. — Задумались? — уголками губ улыбнулась Робин. Санджи улыбнулся в ответ. — Да, милая. Приближается… своего рода годовщина. — О? — Робин взяла ручку, поправила блокнот на коленях и заинтригованно наклонилась вперёд. — Что за годовщина? — Начало, — Санджи замолчал, бросая взгляд в сторону двери, откуда доносился запах Зоро, медитирующего в соседней комнате, как часто это делал, когда приходила Робин. — По крайней мере, для меня. Робин хмыкнула, но по тому, как учащённо забилось её сердце, Санджи понял, что девушка жаждет услышать рассказ. В их разговорах была затронута большая часть их с Зоро истории, но Санджи, как ни странно, никогда не говорил о своём происхождении. Или о происхождении Зоро — о нём он никогда бы не рассказал. Это было одно из немногих правил, по которым жили вампиры: ты можешь рассказывать свою историю, но говорить о чужой — это позор. Санджи понял вопрос Робин ещё до того, как она задала его: — Не могли бы вы рассказать мне своё начало? Покрутив вино в бокале, Санджи сделал небольшой глоток и поставил бокал на маленький столик, стоявший рядом. Не стоит отвлекаться, рассказывая о собственном начале. Прочистив горло, мужчина спросил: — Вы знаете о временах между Римским царством и Римской республикой? Робин расширила глаза: в голубой глубине вспыхнул интерес. Она тихо, но для слуха Санджи громко вздохнула. — Я не очень много изучала тот период, но знаю, что в то время было много войн, прежде чем магистраты были избраны к власти. — Да, захватывающие времена, — лениво прокомментировал Санджи. — Я вырос на ферме за пределами Рима. Не помню, что выращивала моя семья, поскольку не мог внести свой вклад. Видите ли, я родился болезненным ребёнком, и мой отец — к слову, он был ужасным человеком — ненавидел меня за это. Моя мать была единственной причиной, по которой меня не убили в детстве, — Санджи поёрзал на месте и снова уставился в окно. — У меня было три брата и сестра, и все они были любимцами моего отца. Санджи не мог сдержать улыбки, когда его накрыли несколько счастливых воспоминаний из детства. — Когда я не был прикован к постели, я сбегал в термополиум, — Санджи замолчал, взглянув на Робин. — Мои извинения. Термополиум — это что-то вроде магазина, где продают горячую еду, — он увидел, как девушка кивнула и что-то записала в блокнот. — Там я встретил человека по имени Зефф, он научил меня всему, что знал о кулинарии. Ужасные воспоминания тут же вытеснили более приятные, заставив Санджи прочистить горло и в очередной раз взглянуть в окно. — Это всё второстепенные детали по сравнению с главным событием. Однажды после ухода от Зеффа на меня напали по дороге домой. Я не смог отбиться от нападавшего и был укушен вот сюда, в шею, — Санджи постучал пальцами по левой стороне. Хоть и знал, что следов больше нет, но всё равно порой чувствовал их. — Я думал, что умер, но, к своему удивлению, очнулся на следующий день под присмотром Зеффа, чувствуя себя лучше, чем когда-либо, — он поднял палец, чтобы метафорически подчеркнуть следующие предложение: — За исключением того факта, что я умирал от голода. Схватив бокал с вином, Санджи быстро выпил, прогоняя воспоминания из головы. — Я покинул дом Зеффа, после того как… — он сглотнул, взглянув на Робин, которая смотрела понимающим взглядом. — Dilectus, — позвал он, поворачивая голову к двери. В ответ послышались тихие шаги, и вскоре в комнату вошёл его прекрасный муж. Присутствие Зоро сразу же успокоило Санджи. Его крупная мускулистая фигура плавно двигалась, пока он спокойно приближался к креслу. Зоро никогда не отличался стилем: на нём была свободная белая рубашка и удивительно облегающие чёрные брюки. Его тяжёлые ботинки не издавали шума при ходьбе. Наклонившись, Зоро поцеловал Санджи в лоб. — Да? — голос был низким и успокаивающим для души Санджи. Это был его спаситель. — Останешься со мной, пока я буду рассказывать эту часть? — прошептал тот. — Конечно, — Зоро сел рядом с креслом Санджи, скрестил ноги и закрыл глаза, чтобы вернуться в медитативное состояние. Санджи запустил в мягкие зелёные волосы пальцы, легко играя. Оглядевшись на Робин, он улыбнулся. — Моя милая, меня одолевает печаль из-за того, что вы стали свидетелем такого неподобающего поведения! Мне тяжело пережить эту часть моего прошлого, поэтому я не люблю говорить о ней. Девушка ответила улыбкой. — Всё в порядке, Санджи. Что это был за язык? Звучал как латынь. — Какой вы замечательный цветочек! — проворковал Санджи. — Да, это было на латыни! Мы с Зоро говорили на ней, когда познакомились, и со временем нам удалось сохранить некоторые фразы. Это была одна из них, означает «дорогой». Обычно я никогда не говорю на ней, когда у нас гости. Должно быть, я так расслабился в вашем присутствии, что забылся.. — Это восхитительно, — ответила Робин. — Вы сможете рассказать мне остальную часть истории? — Теперь, когда рядом мой мшистый компаньон, могу! — Санджи широко улыбнулся, чувствуя, как по телу мужа прокатывается недовольство. Когда он продолжил, выражение лица стало серьёзным и мрачным. — Из-за голода я убил Зеффа. А потом брёл домой, как в бреду. Как только отец увидел меня в крови, он запер меня в подвале, решив, что я превратился в чудовище. Робин ахнула. — Как долго вы были в заточении? — Честно говоря, точно не знаю, — Санджи играл с волосами Зоро, пока его захлёстывали воспоминания. — Вокруг Рима шли бои, и моя семья бежала, пытаясь спастись. Я остался там один, пока не появился мой зелёноволосый герой, — он нежно погладил возлюбленного. — Видите ли, Робин, Зоро раньше служил в армии, но ему это никогда не нравилось. В какой-то момент во время службы его обратили, и он забрёл в мой дом. Санджи встретился взглядом с ней. — Вампиры чувствуют запах друг друга. Это часть нашего инстинкта самосохранения. Чтобы выжить, мы должны держаться вместе. Зоро спас меня из темницы и помог разыскать мою семью. Моя бедная мать умерла до моего прихода, благослови господь её душу. Я смог отомстить, поглотив отца, братьев и сестру, — Санджи облизал губы, вспоминая вкус. — Это было самое вкусное блюдо, которое я когда-либо пробовал. По крайней мере, в то время, — он стряхнул с себя воспоминания о кровопролитии и широко улыбнулся. — Вот так я и был создан. Моё начало, как мы это называем.

________________________________

Вскоре Санджи проводил Робин до большой двери. Солнце опустилось за горизонт, и небо окрасилось в глубокие оранжевые, розовые и красные цвета. Открыв дверь, мужчина сразу же заметил людей, которые стояли в начале их участка, недалеко от почтового ящика. Робин улыбнулась. — Спасибо за прекрасную беседу. Я так много узнала.. Санджи перевёл взгляд на неё и улыбнулся в ответ. — Конечно, мой цветочек! Если захотите ещё поговорить, просто дайте знать. Но, возможно, вам придётся немного подождать. Горожане волнуются, — он кивнул в сторону людей, заставив Робин обернуться. Она некоторое время наблюдала за ними, прежде чем повернуться обратно. — Почему они волнуются? Я думала, горожане доверяют вам с Зоро?.. Санджи продолжал улыбаться, как всегда, когда говорил о таких вещах. — Они доверяют нам до определённой степени. Мы заключили с ними хорошую сделку: они ежемесячно дают нам пакеты с кровью, а наше присутствие отгоняет других монстров. Но поскольку мы сами тоже монстры, они всё ещё насторожены рядом с нами, особенно когда кто-то посещает наш дом один и на такое долгое время, как вы сегодня. — Ах, — выдохнула Робин. — Не хочу, чтобы они были слишком к вам насторожены. Хорошего вечера, Санджи. Нежно взяв руку девушки, Санджи поднес её к губам и поцеловал. — И вы тоже, мой цветочек. Санджи наблюдал, как она уходит. Когда Робин проходила мимо людей, он поднял руку в их сторону, и те подняли свои в ответ. С лёгким вздохом он закрыл дверь с гулким стуком. Повернувшись, он прижался спиной к дереву. Эмоции бушевали в теле, превращаясь в различные потоки. Не говоря ни слова, Санджи протянул руки, тут же ощутив прохладное прикосновение Зоро. Нырнув к нему, Санджи припал к сильной груди, чувствуя, как крепкие руки полностью обхватывают его. — Что случилось, mon coeur?— глубокий голос окутал всего Санджи. Он вздохнул. — Никогда ещё не было так тяжело говорить об этом, — Санджи повернул голову и как можно глубже уткнулся в грудь Зоро. Он слышал, как вампирская кровь течёт по венам, поддерживая тело в тонусе. — Мы уже старики, — мягко заметил Зоро. — Люди считают, что чем старше становишься, тем легче справиться с воспоминаниями, у нас же наоборот: чем старше, тем труднее вспоминать начало. Поэтому чем дальше мы от него, тем больше меняемся, — он крепче обхватил Санджи, который позволил голосу возлюбленного успокаивать. — Ты больше не тот человек. И не тот вампир, которым был раньше. Годы изменили нас. Не заставляй себя рассказывать о своём начале. Я не хочу видеть, как ты отдаляешься от меня из-за этого.. Санджи вцепился в рубашку своей любви, заглянув в его глаза. — Ты нужен мне. Пожалуйста, Зоро. Помоги забыть это чувство. Зоро поцеловал мужчину в лоб и прошептал: — Конечно, mon coeur, всё, что пожелаешь, — Зоро легко поднял Санджи на руки и понёс его в спальню.

________________________________

На мягкости простыней Зоро окутал Санджи. — Ах, — простонал Санджи, когда Зоро ввёл в него ещё один палец и нежно прикусил подбородок. Он медленно провёл руками по обнажённой спине Зоро, ощущая, как напрягается каждый мускул. Зоро изогнул пальцы, попадая прямо в сладкую точку, отчего зрение Санджи на мгновение затуманилось. — Да-а, блять, Зоро, — голос эхом разнёсся по комнате. — Пожалуйста, любимый, — взмолился он. Зоро вытащил пальцы и, смазав маслом свой твёрдый член, взглянул на Санджи. — Можно? — Санджи кивнул, раздвигая ноги, чтобы принять ближе. Тот снова накрыл любимое тело, только на этот раз прижимаясь губами к шее, рядом с тем местом, где был первоначальный след от укуса. Когда член проник внутрь, Зоро укусил мужчину. Санджи обхватил того ногами за талию, притянул к себе и вплёл пальцы в мягкие зелёные волосы, удерживая на своей шее. Он не переставая стонал — от ощущения наполненности и опустошённости одновременно — от того, что он отдаёт свою кровь человеку, которого любит больше всего на свете. — А-ах! Возьми столько, сколько тебе нужно, Зоро, — задыхался Санджи. Тот зарычал, настойчиво проникая в Санджи, пока поглощал кровь. И чем сильнее он вдавливал тело возлюбленного в матрас, тем сильнее впивался клыками в нежную кожу. Санджи потерялся в абсолютном удовольствии, охватившем всё тело. Он чувствовал, как любовь Зоро излучается с каждым глотком. Он позволил бы этому человеку осушить себя, если бы захотел, и не имело значения, согласился бы Зоро или нет — он был для Санджи всей вселенной. Единственное, что удерживало его на привязи. Зоро вытащил зубы из плоти Санджи, зализал рану и, одарив взглядом, начал толкаться резче и размашистее. — Te amo, Санджи, — простонал Зоро, наклоняясь, чтобы поцеловать. Санджи скользнул языком в чужой рот, пробуя на вкус собственную кровь. Это было так вкусно, как он и ожидал. — Могу я?.. — Хочешь сменить позицию? — Нет.. Просто двигайся сильнее и быстрее.. Зоро кивнул, переместил руки на его бёдра и крепко сжал, постепенно увеличивая скорость, и размашистость толчков. Изголовье кровати билось о стену, а стоны Санджи разносились по комнате. Зоро уткнулся лбом в подушку, обнажая шею. Санджи коснулся носом трёх золотых серёжек в ухе Зоро, прежде чем прошептать: — Я близко, — он прикусил шею Зоро, прямо под ухом, и жадно начал пить. Тот простонал и, глубоко толкнувшись, кончил, наполняя семенем тело под ним. Санджи сильнее впился в Зоро, когда его накрыл собственный оргазм. Мужчина двинулся ещё несколько раз, размазывая смазку по узким стенкам, прежде чем замереть, давай Санджи насытиться. Зоро был самым вкусным существом, которое Санджи когда-либо пробовал, и ему никогда не будет достаточно. Ему хотелось, чтобы это была бесконечная трапеза, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.. Медленно вытащив зубы, Санджи вылизал рану и нежно поцеловал кожу, наблюдая как та срастается. Они лежали, прижавшись друг к другу, их дыхание было единственным звуком в комнате. Санджи никогда не перестанет наслаждаться вампирским сексом — он более интенсивен, чем всё, что он испытывал, будучи человеком. Они с Зоро словно сливались в одно целое, пока пили друг друга. Урчание в животе Зоро заставило Санджи рассмеяться. — Dearest, подними свою большую задницу, я принесу нам что-нибудь перекусить. Зоро протестующе проворчал. — Я могу и сам, — с этими словами он отстранился. — У тебя был долгий день. Как себя чувствуешь? — Хм-м, — потянулся Санджи, ощущая, что его тело измождено и нуждается в питательных веществах. — Немного отрицательной звучит восхитительно. Зоро хмыкнул и, не одевшись, вышел из комнаты. Его мускулистая задница соблазнительно покачивалась, Санджи облизал губы, точно зная, чего хочет, когда они поедят. Откинувшись на спинку кровати, он наслаждался вечерней тишиной. Это было его любимое время суток, когда люди наконец-то укладывались спать и только ночные животные были активны в лесу, окружавшем их дом. Лёгкие шаги возвестили о возвращении Зоро — тот нёс два больших стакана, до краёв наполненных тёмно-красной жидкостью. Больше, чем они обычно пьют. Санджи решил, что Зоро действительно голоден, судя по количеству крови, которую он выпил у Санджи. Приняв стакан, мужчина сделал небольшой глоток, позволяя холодному освежающему вкусу на мгновение задержаться во рту. Он был рад, что никогда не сможет узнать, от кого из деревенских жителей взята эта кровь, так как не был уверен, что не причинит им вреда. Посмаковав приятнейший вкус, Санджи принялся пить с большим рвением, заглатывая красную жидкость так быстро, как только мог. Он почувствовал, как возвращаются силы, а кровь, хоть и холодная, согревает изнутри. Оглянувшись, он увидел, что Зоро наблюдает за ним, отпивая из своего стакана. Стальные глаза не отрывались от лица Санджи, они жаждали. Улыбаясь, Санджи допил остатки своей порции и поставил стакан на боковой столик, сложив руки на животе. Сделав поселений большой глоток, Зоро поставил стакан радом с чужим и забрался сверху. — Как хочешь? — нетерпеливо выдал Зоро, обхватывая ладонями лицо Санджи и страстно целуя. Обняв крупное тело Зоро, Санджи схватил его за задницу и сжал. — Хочу брать тебя сзади до тех пор, пока ты не начнёшь умолять меня остановиться, — прошептал он в чужие губы.

________________________________

На следующий день, в полдень, Санджи вышел из дома. Его чёрный зонт давал необходимую тень от ужаса солнца. Вампиры не превращались в пепел под прямыми солнечными лучами, как рассказывали Санджи, но получали сильные ожоги. Те быстро проходили, но это было раздражающе. — Вернусь через несколько часов! — крикнул он через открытую дверь. Услышать ответное ворчание было всё, что нужно. Зоро будет терпеливо ждать его возвращения, занимаясь всем, чем хочет, чтобы заполнить день. Санджи закрыл дверь и пружинистой походкой направился в город. Ему нравилось общаться с жителями деревни, заставляя меньше нервничать из-за своего присутствия в этом районе. К счастью, большинство людей, проживших в городе долгие годы, понимали, что Зоро и Санджи защищают их от более страшных угроз, чем вампиры, и с радостью сдавали кровь каждый месяц. Рынок представлял собой красивую открытую площадку в центре города. Несмотря на то, что с годами город стал более современным, он по-прежнему сохранял своё прошлое. Санджи был рад, что ему не нужно учиться, как расплачиваться на этом автомате с прорезями, куда вставляются маленькие твёрдые прямоугольники, как делают большинство людей. За долгие годы своего существования в качестве вампиров они сколотили небольшое состояние. Санджи по мере сил отдавал деньги жителям деревни, расплачиваясь за товары, которые каждый день покупал на рынке. Манящий запах мандаринов привёл его к одному из любимых, если так можно выразиться, прилавков. За прилавком стояла женщина с длинными оранжевыми волосами, которые были завязаны сзади, и с фартуком: «Мандариновая ферма Бельмера», который она носила поверх простого наряда. Санджи покрутился на месте, стараясь держать зонт ближе к себе, закрываясь от палящего солнца. — Ах, моя милая Нами! Как же я соскучился по вашей красоте с тех пор, как видел в последний раз! Как вы поживаете в этот прекрасный день? Нами приподняла глаза и улыбнулась. — Я видела тебя вчера, Санджи. Прижав руку к сердцу, в котором медленно билась вампирская кровь, поддерживавшая жизнь, мужчина ахнул. — Но каждый час, который я не вижу вашей красоты, это время, потраченное впустую! Засмеявшись, Нами достала свежеиспечённые пирожные. — Всё равно не сделаю скидку. — Мне даже не снилось это, моя сладкая! Да я должен заплатить вдвое больше, чем вы обычно берёте! — Как обычно? — спросила Нами, прекрасно зная, как проходят их встречи каждый день. — Да, пожалуйста. Хотя Зоро никогда не признается, но он обожает ваши сладости. Я часто вижу, как он ворует эти пирожные по вечерам, — Санджи подмигнул, доставая кошелёк. Санджи расплатился и, пожелав Нами чудесного дня, повернулся, чуть не столкнувшись с прохожим. Мягко схватив за тонкое плечо, он немедленно остановился. В нос ударил сладковатый запах свежей выпечки — манящий аромат крови, которого он никогда раньше не пробовал. Опустив взгляд, он увидел миниатюрную девушку, смотревшую на него большими карими глазами. Её золотисто-каштановые волосы, заплетённые в косички, придавали детский вид, хотя по человеческим меркам она явно была совершеннолетней. — Прошу прощения, миледи! — поспешно произнёс Санджи, слегка поклонившись и отступив назад, чтобы дать пройти. — Я вас не заметил. Девушка мило улыбнулась и поправила корзинку, которую держала в руке. — Всё нормально. Вокруг много людей, так что легко наткнуться друг на друга. — Я так рад, что вы меня понимаете. Могу я узнать ваше имя? Кажется, я вас раньше не видел, — Санджи оглядел ту с ног до головы, понимая, что совершенно не помнит. — О, я переехала сюда всего неделю назад. Меня зовут Пудинг. Приятно познакомиться с вами?.. — она замолчала, ожидая, что ей представятся. — Санджи, моя милая, — он взял её за руку и нежно поцеловал костяшки пальцев. — Очень приятно. — Что ж, Санджи.. Поскольку я новенькая, а вы, похоже, знаете, что к чему, не хотите ли составить мне компанию? Мужчина вздрогнул — его сердце радостно забилось при мысли о помощи новому жителю города. Ему нравилось быть в дружеских отношениях с людьми, которых они защищали, а её запах был таким чудесным, что захотелось побыть рядом с ней хотя бы до тех пор, пока она не окажется в безопасности стен своего дома. — С удовольствием! Пудинг взяла Санджи под руку, и они вместе отправились прогуливаться по рынку. По мере того как они разговаривали, Санджи находил её компанию приятной. Пудинг была прекрасной собеседницей, она знала толк в литературе и истории, время пролетело незаметно. Вскоре солнце начало садиться, приближаясь к верхушкам деревьев. — Мой день пролетел быстрее, чем обычно, — заметил Санджи. — Не каждый день я могу провести его рядом с красивой девушкой, — улыбнулся он. Пудинг засияла, сжав его руку. — Хотите сопроводить меня домой, чтобы убедиться, что я доберусь в целости и сохранности? — Конечно! — согласился Санджи, позволяя вести себя. Они немного прошлись за городом, но только когда приблизились к границе того, что Санджи считал своей территорией и территорией Зоро. Пудинг повернула к дому, который Санджи раньше не замечал, спрятанному среди деревьев. Это был скромный двухэтажный дом, выкрашенный в белый цвет, с цветочным садом вокруг фасада. — Идеальный дом для идеальной девушки, — прокомментировал Санджи, чем заслужил ещё одну лучезарную улыбку. — Моя семья переехала сюда совсем недавно, мы были рады отыскать такой дом, — легко произнесла Пудинг, когда они поднялись на крыльцо и подошли к двери. — Хотите познакомиться с моей семьёй? Санджи взглянул на солнце, понимая, что уже давно пора возвращаться. — Может быть, в другой раз, моя милая. Мне пора домой, — Санджи начал отстраняться от Пудинг, но та только крепче сжала его руку. — О, но это займёт всего мгновение, — она взялась за дверную ручку, повернула ту и медленно открыла дверь. Санджи снова попытался сказать, что ему нужно идти, но яркий свет ударил прямо в глаза. Он обжигал. Казалось, будто глаза горят. Это было похоже на тот случай, когда он случайно подставил руку под прямые солнечные лучи. Санджи закричал, выронив зонт, и попытался прикрыть лицо рукой, которую Пудинг крепко держала, чтобы защитить его. У Санджи подкосились колени, когда свет померк. Он ощутил слабость. Ему нужен был Зоро. Ему нужна была кровь. Он упал на жёсткую древесину крыльца, услышав голоса. — Хорошая работа, Пудинг. — Всё прошло идеально. — Быстро! Хватай его! Темнота затопила Санджи, как только он ударился о крыльцо.

________________________________

Придя в себя, Санджи не сразу открыл глаза — вместо этого он оценил состояние своего тела. Прошло так много времени, с тех пор как он участвовал в столкновениях, что не был уверен, сможет ли его организм справиться с этим. В глазах всё ещё пульсировала боль, а это означало, что они заживали не так быстро, как должны были. Неужели он так долго получал тот ослепительный заряд? Или он так сильно нуждался в пище? На запястьях появилось лёгкое раздражение, которого Санджи раньше не замечал. С трудом разлепив глаза, он опустил взгляд и обнаружил, что привязан к деревянному стулу серебряными цепями. Цепи блестели в тусклом цвете комнаты. Судя по всему, эти люди использовали не так уж много серебра, чтобы удержать его, иначе он был бы уже почти мёртв, но этого было достаточно, чтобы почувствовать себя измождённым. Остальные части тела были на своих местах. Поблизости он не слышал никого из своих похитителей, поэтому полностью открыл глаза и поднял голову, чтобы оглядеться. Его встретил каменный пол и стены. Санджи предположил, что это какой-то подвал. Он слышал, как по углам шуршат мыши, пытаясь найти что-нибудь съестное. Ох, если бы он только был свободен, то полакомился бы их плотью.. Он полностью замер, не шевеля ни единым мускулом, не издавая ни единого вздоха. Настроив свои чувства на ощущения голода, он с растущим ужасом осознал, что голоден сильнее, чем казалось. Он никогда не мог подумать, что будет желать подкрепиться грызуном, но сейчас от одной мысли уже потекли слюнки. От предвкушения еды начали расти клыки. Мысленно сосредоточившись, Санджи не смог почувствовать Зоро. Дом находился на их территории, всего в нескольких футах, но он никак не мог ощутить свою любовь. Беспокойство закралось в душу, и похороненные воспоминания о заточении всплыли с новой силой, едва не доводя до бессознания. Стальная дверь с серебряными вставками распахнулась, и внутрь вошли три человека — первые двое были странными личностями со злобными улыбками и неприятным блеском в глазах, но последний вошедший привлёк внимание. — Пудинг! Что происходит? Она подошла к нему и наклонилась, чтобы оглядеть, хихикая. — О, бедный-бедный Санджи.. Он даже не знает, кто мы такие. Наверное, так бывает, когда долго существуешь, а, вампир? — О чём ты говоришь? — спросил тот, оглядываясь на других людей в комнате. Пудинг схватила его за подбородок и развернула к себе, заставляя посмотреть в глаза. — Конечно, ты не помнишь семью Шарлотта, — из голоса девушки сочился яд. — Вы, вампиры, все одинаковые. Выпиваете досуха любого человека, которого пожелаете, никогда не думая о тех, кого они оставили после себя. — Но… — Санджи запнулся, пытаясь вспомнить, у кого из людей пил кровь в последний раз. — Прошло много времени, с тех пор как я в последний раз ел напрямую человека.. — Около десяти лет плюс-минус, — ответила Пудинг, внимательно наблюдая. Глаза Санджи расширились, когда давно забытое воспоминание вернулось в ярких подробностях. Это было незадолго до того, как они с Зоро поселились в деревне. Он был голоден, а рядом стояла высокая женщина с розовыми волосами, от которой так сладко и соблазнительно пахло, что он не смог удержаться. Они с Зоро ели её вместе и случайно выпили всю её кровь до последней капли. Перед смертью женщина назвала несколько имён, одно из которых было… — Пудинг, — прошептал Санджи, всё ещё погружённый в воспоминания. Он пришёл в себя и заглянул в знакомые глаза. — Это была твоя мать.. — Да, — прошипела та. — Но это ещё не всё, вампир. Ты и твой муж, — она выплюнула это слово, будто то было самое мерзкое, что она когда-либо в жизни произносила, — убивали мою семью на протяжении последних пяти поколений. У вас хватает наглости использовать такие человеческие слова, как «любовь» и «муж», в то время как вы просто чудовища! — Я… — начал Санджи, пытаясь вспомнить людей, которых съел. — Я не могу их вспомнить — это всё равно, что пытаться вспомнить каждый приём пищи. Их слишком много. Мне… мне очень жаль. К его обнажённому предплечью приложили какой-то предмет, и по телу пробежало горячее жжение. Ему казалось, что он кипит изнутри. — Думаешь, — Пудинг начала сильнее вдавливать диск из чистого серебра в его руку, — что извинения загладят ту травму, которую твой род нанёс моей семье?! Санджи попытался восстановить дыхание, но не смог. Боль вырывалась из каждой поры его кожи, и всё, что он мог делать, это кричать. — То, что ты сейчас испытываешь, — прошептала Пудинг, — лишь часть того, с чем столкнулась моя семья, — она убрала серебро с кожи Санджи и отошла. — Пришло время покончить с тобой и Зоро навсегда. Санджи наклонился, с трудом преодолевая мучительную боль, которую всё ещё испытывал. Глядя на Пудинг между локонами своих светлых волос, он прохрипел: — Мы заключили сделку с ассоциацией охотников! До тех пор, пока мы не питаемся непосредственно из человеческого тела, на нас не будут охотиться. Вот почему… Пудинг махнула рукой, прерывая его. — Думаешь, нам есть дело до того, что говорит ассоциация охотников? — она рассмеялась. — Они позволили вам жить только из-за ваших знаний о прошлом, игнорируя права людей, которым вы причинили вред. Это жалко, и мы покончим с этим сегодня. — Зоро найдёт меня, и когда он это сделает… Смех Пудинг прервал Санджи. — О, пожалуйста, — она посмотрела на Санджи с безумной улыбкой на лице. — Думаешь, мы не учли его? Думаешь, мы не знаем, как вампиры находят друг друга? Ха! — Пудинг взмахнула рукой и ударила Санджи по лицу, вонзив в него три ногтя. Он ощутил жжение и влагу. Высунув язык, он осмотрел губы и обнаружил, что кровь не только течёт, но и заживает не так быстро, как следовало бы. — Мы распространили твой запах по всей территории, — гордо продолжила Пудинг, — он заблудится, пытаясь найти тебя, тем более мы постарались максимально очистить наш дом от твоего запаха. «Сука», — мысленно выругался Санджи. Казалось, они предусмотрели всё. Он знал, что Зоро найдёт его или уничтожит всё на своём пути, пока не обнаружит Санджи. Если он будет достаточно отчаянным, то, скорее всего, деревня тоже будет уничтожена. Пудинг повернулась к нему спиной и указала на кого-то в комнате. — Брюле, твоя очередь. Женщина с длинными зелёными волосами и большим носом, хихикая, шагнула вперёд. — О, я с нетерпением ждала этого, — она держала в руках большой предмет, накрытый простынёй, и поставила его перед Санджи. Посмотрев на него, она усмехнулась. — Как давно ты не видел своего отражения? Санджи приподнял бровь. — Что ты имеешь в виду? С тех пор, как меня обратили. Я не могу видеть своё отражение в зеркалах, если дело в этом. — Нет, — медленно произнесла Брюле, — но только в тех зеркалах, которые сделаны из серебра, как это было раньше. В наше время зеркала из серебра не делают, — девушка усмехнулась, отодвигая ткань от предмета. Это было простое большое зеркало с маленькой золотой полоской по краям, но то, что перед Санджи предстало… это, судя по всему, был он сам. Он не помнил, как выглядит. Они с Зоро время от времени упоминали друг другу черты лица, но это никак не могло подготовить его к тому, что он увидел. Его лицо было бледным — слишком бледным даже для вампира. На нём были видны три царапины от ногтей, из которых медленно сочилась кровь. Голубые глаза блестели — они были прекрасны, как и описывал Зоро, но они контрастировали с остальными, подчёркивая, насколько потрёпанным он выглядел. Санджи уставился на хищного вампира в зеркале, ненавидя тот факт, что это был он. Его волосы казались высушенными, как сено, были перепачканы кровью и спутаны, скорее всего, из-за тяжёлого путешествия в этот подвал. Он был слишком поглощён собственным уродством, чтобы заметить, что рядом с ним появился высокий мускулистый мужчина. И когда он наконец поднял голову, то увидел, что на шее у того висит большой шарф, скрывающий нижнюю часть лица. Его ярко-розовые волосы, казалось, светились в тусклом освещении комнаты. Не говоря ни слова, мужчина опустил руку в карман и извлёк оттуда небольшие предметы, которые мягко светились. Взяв одно из них, он поднёс к руке Санджи. Это были маленькие, тонкие серебряные лезвия. — Нет! — начал кричать Санджи, когда мужчина чуть не вонзил одно из серебряных лезвий ему под ноготь. Санджи закричал: чувствительная плоть обжигала и закипела в том месте, где её коснулось серебро. В лезвии было больше серебра, чем в наручниках. Если наручники были лёгким и раздражающим фактором, сдерживающим его, то остриё под ногтем пронеслось по телу ударной волной. Руки схватили его за голову и заставили смотреть на себя в зеркало, пока он бился в конвульсиях. — Ебать! — прохрипел Санджи. — П-пожалуйста, остановитесь! Мужчина снова наклонился вперёд, и Санджи ощутил, как ещё одно острие вонзилась в ноготь другого пальца. Всё его тело словно парализовало: он смотрел, как его отражение сгорает. Неровные красные линии бежали по бледным рукам, постепенно присоединяясь к царапинам на лице. Каждый новый предмет, заталкиваемый под каждый ноготь, неконтролируемо сотрясал тело Санджи и порождал новые следы. Он был на грани потери сознания от боли, когда на его язык попала капля жидкости. Это было восхитительно. К ней добавилось ещё, и он с жадностью проглотил всё. Зрение прояснилось, и он моргнул. Пудинг нависала над ним, держа в руках дохлую кошку, кровь которой стекала по горлу Санджи. Он снова начал понимать происходящее, поэтому закрыл рот, чтобы потерять сознание и не дать им насладиться своими мучениями, но крупный мужчина схватил его за подбородок, с силой открывая рот. Время потеряло смысл в колыхании эмоций от мучительной агонии и того небольшого количества пищи, которое ему давали. Санджи мог сидеть и смотреть на себя со стороны в течение нескольких минут, часов или даже дней. Он держался за рассудок на волоске, цепляясь за надежду, что Зоро в конце концов найдёт его. Его разум был привязан к Зоро, и он отделился от своего тела, унесённый сотнями лет общих воспоминаний. Санджи резко вернулся к реальности, когда кровь перестала капать, а серебро медленно вытащили из-под ногтей. Он несколько раз моргнул, не понимая, почему это прекратилось. Взглянув на своё отражение, мужчина понял, насколько хуже теперь выглядит. Несмотря на то, что он был в сознании из-за медленного притока крови, он умирал от голода. Его тело, казалось, сжалось, отчего он казался более опустошённым. Вокруг его усталых глаз залегли чёрные круги, а кожа на лице обвисла. — А ещё говорят, что вампиры прекрасны, — из-за плеча донёсся голос Пудинг. — Посмотри на себя, чудовище. — Е-е-еда, — прошептал Санджи, ощущая, как саднит в горле. — О? — снисходительно спросила девушка. — Тебе нужна еда? Не волнуйся, мы приготовили для тебя кое-что! — Санджи почувствовал, как она отодвигается: — Катакури, приведи её сюда. Вкусный аромат донёсся до Санджи, и он услышал, что кого-то ещё тащат вперёд. Проморгавшись, он увидел, как на коленях у зеркала стоит женщина. Она была расплывчатой, но пахла восхитительно. У него изо рта потекли слюни, а клыки выросли в предвкушении. — Санджи! — крикнул знакомый голос. — Ты в порядке? Он потряс головой, пытаясь прийти в себя и понять, что происходит. Ещё несколько раз моргнув, он прояснил зрение настолько, что увидел Робин перед ним на коленях. Её руки были связаны за спиной, одежда потрёпана и порвана, а на лице красовались синяки. И, чёрт возьми, как же от неё вкусно пахло! Санджи невольно наклонился вперёд и принюхался, облизывая губы. — О, — раздался голос Пудинг откуда-то неподалёку, — кажется, он хочет съесть своего дорогого человеческого друга.. — Санджи! — голос Робин прорвался сквозь дымку, в которой плыл вампир. — Прошу, сконцентрируйся на моём голосе! — Робин, — Санджи говорил медленно и осознанно. — Ты… так вкусно пахнешь. Вызываешь такое чувство, будто я впервые буду пробовать человеческую кровь, как тогда, когда был сотворён.. Будто я никогда раньше не ел. Вкус будет лучше того, что мог бы создать любой шеф-повар.. Божественный, — у него изо рта вновь потекла слюна, и он наклонился как можно ближе к запаху, обещавшему блюдо. Он услышал, как Робин издала какой-то разочарованный звук. Не имело значения, злилась ли она — это только сделало её намного изысканнее. — Санджи, — спокойно проговорила Робин, — Зоро найдёт нас. — Зоро, — имя сорвалось с языка Санджи, как и всегда. В нём была сила, которую он обожал. Оно напоминало о том, как двигались мышцы Зоро, когда он дрался или когда они трахались. Видения, как он пирует: кровь стекает по его подбородку и затекает в ямки на мышцах. Взгляд, которым он одаривал Санджи каждый день их существования. В нём было столько любви, сколько Санджи никогда не знал. Словно Зоро нашёл единственного человека в мире, который идеально ему подходит. Зрение мужчины полностью прояснилось, и он обнаружил, что наклонился на стуле так далеко вперёд, что вот-вот опрокинется. Между его ногами и там, где Робин стояла на коленях, внимательно и настороженно наблюдая за ним, образовалась небольшая лужица слюны. — Робин, — выдохнул Санджи и выпрямился на стуле. Он взглянул на своё отражение, потрясённый тем, каким измученным на самом деле выглядел. В его теле ощущалась пустота — давно он не чувствовал себя таким голодным. Его взгляд снова остановился на Робин, и он понял, что хотел сделать. — Чёрт, мне так жаль. Робин, милая.. — Всё в порядке, Санджи. Я понимаю, — её взгляд переместился на стену, а затем вернулся к нему. — Тебя пытали. Ассоциация не потерпит такого, когда узнает об этом.. Смех Пудинг эхом разнёсся по подвалу. — Думаешь, нас волнует, что ассоциация охотников думает об этом монстре?! — она тыкнула пальцем в сторону Санджи, не сводя взгляда с Робин. — Они причинили больше вреда живым людям, чем пользы, которую могли бы принести их знания о прошлом, но в ассоциации одни лицемеры, которые думают, что могут вразумить этих тварей! — Пудинг подошла к Робин, наклонилась, чтобы схватить её за рубашку и притянула к себе. — Семья Шарлотты докажет этой грёбаной ассоциации, что они должны убивать этих тварей, как и раньше. Робин сердито посмотрела на Пудинг. — Времена меняются, и ассоциация это поняла. Усмехнувшись, Пудинг опустила Робин обратно на твёрдый бетон, её колени с глухим стуком ударились об пол. Она издала болезненный вопль. — Отпусти её, Пудинг! — взмолился Санджи. — Тебе нужен я. Робин не имеет к этому никакого отношения. Та повернулась, дико сверкнув глазами. — У тебя нет права голоса, монстр. Она здесь из-за тебя, — девушка подошла к зеркалу и указала на отражение Санджи. — Посмотри, какой ты на самом деле! Санджи уставился в свои глаза — из обычных голубых они стали красными, а клыки удлинились и достигли губ, из-за чего казалось, что он усмехается. Он видел, как выглядели другие вампиры, и ему приходилось усыплять их, когда они становились дикими. Он знал, что с ним этого не случится — он был уже слишком стар, чтобы им овладел голод, но если Зоро не придёт… его разум в конце концов разрушится. При мысли о возлюбленном Санджи заметил, как в его глазах на мгновение мелькнул голубой отлив. Зоро был единственным, что удерживало его в этом мире. Его любовь.. Подняв свои кроваво-красные глаза на Пудинг, мужчина улыбнулся. — Может, я и монстр, но даже монстры умеют любить. Пудинг насмешливо хмыкнула. — Будто такие существа, как ты, способны испытывать такое чувство, как любовь. Вы с Зоро не любите друг друга. Это просто инстинкт выживания для вас обоих. — Мы… — начал Санджи, но Пудинг перебила его, бросившись вперёд и вонзив серебряный нож ему в руку. Его слова превратились в пронзительный крик, и он снова почувствовал, как горит внутри. Это было даже хуже, чем маленькие серебряные осколки, засунутые под ногти. Это было похоже на настоящий ад. Пудинг зашла к нему за спину и заставила смотреть на собственное отражение. Санджи наблюдал за спазмами своего тела и видел красные глаза от голода. Кровь всех людей в подвале пахла слишком хорошо. Слюна стекала из его открытого рта по шее, а клыки жаждали вгрызться в плоть так сильно, что становилось больно, отчаянно желая оторвать её от кости и полакомиться человеческой пищей. — Видишь? — прошептала Пудинг на ухо, заглядывая через его плечо. — Вот кто ты на самом деле. Твоя подруга в плену и страдает, а тебя заботит только жажда. Ты не хочешь её спасать, ты хочешь её убить. Таких монстров, как ты, следует уничтожать, и не позволять им разгуливать по округе, убивая людей. Продолжая дразнить каждым словом, Пудинг исчезла из поля зрения. В нос Санджи влился изысканный аромат, вернувший его с края. Зоро. Он звенел в его ноздрях. А разум заставлял кричать от радости. Наконец-то он нашёл его. Воспоминания об их совместной жизни нахлынули, и он вспомнил старую фразу, которую они использовали, когда один из них был в опасности и нуждался в том, чтобы другой быстро нашёл его. Почти забытые слова всплыли в памяти. — Смерть, — прошептал Санджи, превозмогая мучительную боль и заставляя Пудинг прервать свою тираду. — Что? — спросила та, обходя, чтобы заглянуть прямо в глаза. Он поднял глаза, встречаясь с ней взглядом. — Смерть приходит к нам всем, — усмехнулся Санджи и поморщился от жжения, которое всё ещё ощущалось в теле, — по крайней мере, он всегда так говорил, — прочистив горло, он закричал так громко, как только мог. Его голос надломился, когда он произнёс слова, которых не произносил уже тысячу лет. — Memento mori! Эффект был мгновенным. Дверь распахнулась, и в комнату влетел Зоро. От него волнами исходил гнев, который Санджи чувствовал ещё острее в своём ослабленном состоянии. В движениях Зоро чувствовалась сила. Его проницательные серые глаза нашли Санджи и слегка расширились. Он скривился и посмотрел на Пудинг, а из горла вырвалось рычание. Приняв позицию, он позволил своим клыкам и когтям вырасти. — Дерьмо! — закричала Пудинг, указывая на высокого мужчину в шарфе. — Катакури! Ге… — она резко замолчала, когда Зоро появился перед ней и провёл рукой по горлу. Кровь хлынула из зияющей раны на шее, окрасив зеркало в тёмно-красный цвет, скрывая поражённые черты Санджи. Пудинг захлебнулась и прижала к порезу руки, пытаясь удержать кровь внутри. Задыхаясь, она упала на колени, тянясь к Санджи — он не знал, для чего, — а потом повалилась вперёд. Её тело дёрнулось, кровь хлынула наружу, пропитывая одежду и образуя лужу вокруг. Зоро повернулся к Санджи, схватил серебряный нож и быстро вытащил его, а затем швырнул в стену, разбив тот на осколки. Он переключил внимание на связанные руки Санджи, когда мужчина в шарфе ударил его по лицу с шокирующей для человека силой, отчего Зоро врезался в противоположную стену подвала. Санджи боролся со своими путами, отчаянно пытаясь как-то помочь Зоро. Он наблюдал, как тот встал и бросился на мужчину, вцепившись в него клыками. Вцепившись в шею через шарф, он сильно впился в него и повернул голову в сторону, полностью разрывая горло вместе с шарфом. Крупный мужчина упал замертво. Женщина, принёсшая зеркало, закричала и бросилась бежать. Зоро проследил за ней взглядом и двинулся следом — слишком быстро, чтобы Санджи успел заметить. Он и не подозревал, насколько ослабел. Зоро исчез за дверью, были слышны крики. В глазах потемнело. Встряхнув головой, мужчина попытался ухватиться за сознание, но зияющая дыра голода глубоко внутри росла, грызла и уже начала заглатывать его целиком. В маленьком отражении, которое он смог разглядеть между брызгами крови на зеркале, виднелась иссохшая форма. Он был похож на труп больше, чем когда-либо за всё время своего существования. Взгляд Санджи медленно и головокружительно переместился на дверной проём, и он уже открыл рот, чтобы позвать Зоро, как вдруг сознание померкло. Он опустил голову.

________________________________

Зоро оторвался от своей добычи и облизал губы, пробуя на вкус вкусную женщину. Кровь всегда была лучше, когда добыча убегала. Принюхавшись, он заметил, что с запахом Санджи что-то… не так. Он быстро направился к двери и остановился, увидев его. Тот был не более чем оболочкой. И казался… по-настоящему мёртвым. Подлетев к стулу, Зоро опустился на колени и поднёс дрожащие руки к лицу любимого. Обхватив ладонью щеку Санджи, он осторожно приподнял голову. Кожа того была бледнее, чем когда-либо, и начала шелушиться. Санджи медленно угасал. Ему нужна была кровь. — Блять, — выругался Зоро, взглянув на мёртвую женщину. Её кровь была недостаточно свежей — нужна была кровь прямо из источника, иначе Санджи к нему не вернётся. — Зоро, — тихо произнёс голос позади. — Возьми немного моей. Оглянувшись через плечо, он приподнял бровь, увидев сидячую Робин. Она была связана — очевидно, это сделали, чтобы соблазнить Санджи. Зоро хотелось разорвать человеческие тела на части за то, что они сделали с тем, кто был для него всем миром. Он покачал головой: — Нет. Он бы этого не хотел, Робин. — Не имеет значения, чего хочет Санджи, не так ли? — спокойно возразила девушка. — Ему нужна свежая кровь, а ты не можешь дать ему свою. Я — твой единственный выбор. Зоро вздохнул и осторожно опустил голову Санджи. Подойдя к Робин, он развязал её путы и помог встать, после чего проводил к бессознательному телу и усадил рядом. Вернув внимание к своей любви, Зоро уставился на серебро, удерживающее бледные запястья. С рычанием и тщательной точностью он полоснул по ним когтями — они с громким лязгом упали на пол, разлетевшись на куски. Зоро подхватил тело Санджи и отнёс Робин, усадив рядом с ней, но к себе на колени. — Дай мне своё запястье, — тихо попросил он. — Как ты собираешься это сделать? — спросила Робин. Зоро поднял на неё глаза. — Возьму немного крови из твоей руки и отдам её Санджи. Это для твоей же безопасности. Он может привязаться к тебе, как только придёт в сознание, и, скорее всего, высосать досуха, — мужчина перевёл обратно взгляд на Санджи. — Он возненавидит себя за это, и мы нарушим договор с ассоциацией. Робин промычала в знак согласия, протянув руку. Зоро схватил запястье и поднёс к губам, легко прикусив. Вкусная кровь тут же наполнила рот. Он старался не проглотить её. Насытившись, он отцепился от руки и потянулся к Санджи. Соединив их губы, Зоро провел вампирскую реанимацию, вливая свежую кровь в рот, поглаживая чужое горло, чтобы убедиться, что тот проглотил. Зоро повторил процесс с Робин, спокойно сидящей рядом и напряжённо наблюдающей. После нескольких слишком долгих мгновений палец Санджи, наконец, дёрнулся, и он открыл глаза, уставившись на Зоро затуманенным взором. Улыбнувшись, Зоро вернулся к Робин, чтобы взять ещё немного крови, но когда он потянулся к Санджи, тот вздрогнул. — Мшистик… ты что? — Санджи, — ровно произнесла Робин. — Я попросила его. Вам нужна была свежая кровь. Пожалуйста, дайте ему закончить, я хорошо себя чувствую. Санджи перевёл взгляд с одного на другого, затем кивнул, схватил Зоро за голову и соединил их рты. Тот продолжал. Теперь, когда он пришёл в себя, этот процесс стал более интимным. При каждом кормлении, Зоро отвечал на лёгкие поцелуи. Спустя немного времени Санджи стал больше походить на себя. Конечно, понадобится ещё крови, скорее всего, придётся выпить большую часть их хранения из холодильника, но пока он был в безопасности. — Пойдём домой, — прошептал Зоро на ухо Санджи, нежно целуя.

________________________________

Санджи вышел из дома, когда солнце уже садилось за деревья. Прошло всего несколько дней с момента его пленения, но почему-то казалось, что прошло больше времени — как будто этого никогда не было, и всё это было лишь дурным сном. Санджи не нравилось, что вампирам так трудно вспомнить недавние события. Когда пройдёт неделя, он сможет вспомнить всё полностью, а пока в голове будут всплывать только обрывки. Сумка врезалась в колени, едва не опрокинув его на тротуар. Санджи обернулся, увидев, как Зоро стоит и ухмыляется. — Что это было, Маримо?! Зоро усмехнулся и подошёл к Санджи. — Тебе нужно прийти в форму, завитуш. Я знаю твою силу.. Санджи надулся, но схватил сумку Зоро с его личными вещами. Взяв того за руку, он потащил его к лесу, а оглянувшись через плечо, приметил: — Держись за руку, если не хочешь заблудиться. — Это было один раз! И то из-за трюка людей! — проворчал Зоро, когда они почти бесшумно шли сквозь деревья, даже не хрустя опавшими листьями на земле. Санджи не останавливался до тех пор, пока они не достигли границы того, что когда-то было их территорией. Он оглянулся на деревню, надеясь, что люди в ней теперь будут в безопасности. Осознание того, что ассоциация внимательно следит за происходящим, принесло облегчение. — Уходите, не попрощавшись? — спросила Робин, появившись из-за дерева так, что оба этого не заметили. Улыбаясь, Санджи слегка поклонился. — Моя милая.. Жаль, что вы не можете подробно рассказать, как вы это делаете.. Прятаться от вампиров — та ещё задачка. Робин улыбнулась в ответ. — Если бы я рассказала вам, ассоциация оторвала бы мне голову. Но не будем об этом. Вы ведь знаете, что вам не обязательно уходить, верно? — Знаем, — ответил Зоро, ободряюще сжимая руку Санджи. — А также знаем, что после того, что я сделал с теми людьми, жители города вряд ли будут доверять нам так, как раньше. Лучше двигаться дальше. — Понятно, — ответила Робин. — Как только вы снова устроитесь, сообщите в ассоциацию, где находитесь. Я бы с удовольствием продолжила записывать вашу историю, если позволите. Санджи положил руку на сердце — Конечно, моя милая! Мы сообщим, как только устроимся. Они попрощались и отвернулись от девушки, чтобы продолжить свой неизведанный путь. Как и всегда делали раньше. Внезапно Санджи остановился и оглянулся через плечо. — Робин. Надеюсь, ты проживёшь долгую и счастливую жизнь, но, пожалуйста, помни, что смерть рано или поздно приходит ко всем нам. С этими словами оба вампира словно растворились между деревьями. И больше их никто не видел.