Что может изменится

Ран прямо сейчас наблюдает за Бандой со стороны по-настоящему. Вокруг не витает гнилая атмосфера, не летают острые слова, а еще здесь подозрительно тихо. Поднебесье больше нет. До сих пор не верится. Ран подавляет улыбку методом отвлечения. Осматривает начищенный телескоп, да вертит им в разные стороны. Даже при том, что теперь «шанс» получили абсолютно все члены Поднебесье, надзор людей Свастонов от этого никуда не исчез. Только укрепился. Ран персонаж двоякий, непостоянный. Совсем недавно он выступал прилежным помощником, а в эту минуту может учинить разгром. Он привыкнет не скоро. Если привыкнет в принципе. Счастливая гримаса сменяется задумчиво-печальной. Брови опустились, остекленели и без того призрачные глаза. И почему-то в миг торжества и всеобъемлющей радости, Хайтани Ран не может позволить себе быть счастливым на все сто. Наверное, готовится к внезапной засаде со спины. Годы жизни, уж хочешь того или нет, научат быстрой реакции, взрастят животную чуйку, а в качестве бонуса преподнесут перманентную тревожность. Если кто-то прямо сейчас задаст вопрос, что чувствует Ран, тот без всяких сомнений заявит, что всё вокруг отвратительно. Ещё Рану совсем несвойственно разбираться в себе, в своих проблемах и переживаниях. Проблема, с его слов, это тогда, когда понимаешь, что противник, которого ты ударил первым, оказывается сильнее тебя. Дела эмоциональные Хайтани утопил ещё давно. Наверное тогда, когда они с Риндо остались полностью одни, а потом угодили в колонию. Ран любит беспредел и бесчинство. Любит руководить и крушить чужое имущество, а потом широко улыбаться и тянуть: "А что ты мне сделаешь?". Он ненавидит, когда его жалеют, а ещё терпеть не может правила и лицемерие. Насквозь же видит. Сам такой. Ран слышит как прошёлся шёпот. Несмотря на то, что Изана с остальными стали частью Свастонов, конкретно Хайтани побаивались все. Просто кто-то это озвучивал, а кто-то наотрез отказывался высказывать своё мнение публично. Авось стоят прямо за спиной и внимают каждому слову. Когда мимо проносится рыжий парень с ужасным смехом, похожим на смех чайки, у Рана что-то дергается в голове. Он оборачивается и смотрит на эту рыжую шевелюру, а потом на огромную улыбку. Кажется, это командир пятого отряда… Или шестого? А хотя такая разница? Ран идёт дальше к направлению Риндо, что тоже выглядит озадаченным. — Братья Кавата и Братья Хайтани в одной банде, есть ещё здесь родственники? — Как насчет Изаны и Майки? — И все здесь. — Братья Кавата. — Повторяет обречённо Риндо слухи в банде, а потом смотрит на брата. — Мы их точно раньше где-то не видели? Ран снова смотрит на две кудряшки и слушает собственную чуйку. Они и правда видятся впервые, такая внешность не забывается. Но чувство, словно эти двое буквально неделю назад сломали тебе все конечности и припечатали в стену. Это странно. Кавата тоже смотрят на них, после чего Ран успокаивается, привычно улыбается и подмигивает. Хмурый парень только неуверенно отводит взгляд, а рыжий улыбашка лишь фак показывает. Все, кто это видел, думают, что эти братья либо споются, либо поубивают друг друга. *** — Ты можешь не издавать мерзкие звуки хотя бы один день?! Боже блять, где мы? — Рявкнул совсем громко Нахоя, в попытке перекричать соловьиный приход Рана. А старший будто только этого и добивался. Дождался момента, пока отвернётся, подобрался ближе, склонился к самому уху и гавкнул похлеще сторожевого цербера. — Скотина! — Заехал ему в висок Хоя. — Лови. — Ран подносит к губам сложенные указательный и большой пальцы, свистит прямо в них и в момент направляет их на Кавату. Как воздушный поцелуй, только Хайтани особенный. Швыряется свистом. Хоя глухо рычит и вырывается вперёд. Для себя решил, что больше на провокации вестись не будет. Хотя нет. Не договорил. — Ты разбил мой байк! — Он снова повернулся к Хайтани. Ран широко скалится в манере маньяка. Глаза сверкают безумием. Только смотреть в них - непреодолимое испытание. Потому он заведомо одерживает победу в любом споре. Всегда сможет подметить: "да ты врёшь, вот и отвернулся!". Но Нахоя не промах. Продолжает натягивать зрительный контакт. — А ты так на меня смотришь... Влюби-ился, да? Когда Ран тянет слова он становится противнее, чем обычно. — Дар речи потерял из-за меня, персик? Я тебя понял. — Заткни пас… Реакция помогает Нахое отскочить от кулака Рана. Они цепляются друг в друга и как животные валяются, брыкаются на земле, пытаясь задушить свою жертву или просто глаза выцарапать. Дрались нечестно и невнятно, не приглядываясь, куда били, лишь бы больнее. И не выпуская друг друга ни на секунду. Нахоя взревел, когда между ног подло прилетело острым коленом, и вцепился зубами в плечо, сжимая изо всех сил. Ран зашипел над ухом и врезал кулаком по песку. Холодный ночной воздух не расхолаживал ни на секунду, и темнота была душной и пряной. Хоя зарычал, когда рука сгребла его за волосы и потянула. Он разжал зубы и застыл, тяжело дыша, вися на вздернутых волосах, неудобно выгнув шею и зло косясь сверху вниз. Рука Рана немного дрожала от усилия. А еще от смеха. Он держал Хою, как щенка за шкирку. — Вот поэтому мы тут теперь и кукуем, персик. — Завались, косичка. *** — Может, дело в его неуверенности в самом себе? Соя выслушивает один и тот же рассказ своего брата. — Да вот именно! Строит из себя невесть что, мол, я весь из себя крутой и вообще самый лучший. — Кривляется Нахоя, параллельно закатывая глаза. — А на деле простой идиот. Каваты расположились в их общей комнате. Хоя разлёгся на кровати и с аппетитом жуёт шоколадку, успевая вставлять рваные фразы даже так, а его покорный слушатель, по совместительству брат близнец, сидит на полу, подпирая тумбу спиной. — Хоя. — Тихо вздыхает. — Ты должен понимать, что они всё ещё не отпустили те правила выживания Поднебесье. А вокруг все непонятны. И, более того, неприятны. Я не знаю, что в голове у Рана или Риндо и, думаю, никогда и не узнаю. Но одно мне точно понятно. Они просто не привыкли. Будь ... добрее. Произнося это, Соя прикрывает один глаз и хмурится. Готовится к яркой реакции или летучему предмету. Но, на удивление, Нахоя лишь замолк на некоторое время. Стёр шоколад с губ и обрёл серьёзный вид. — Ты прав. Нахоя вспыльчив и импульсивен, но быстро сгорает. Его легко привести в чувства. Стоит только сказать те слова, которые он должен услышать. А Соя всегда знает какие. Ещё Соя крайне скептично относится к братьям Хайтани и не даёт едких комментарий о их присутствии. На собрании, когда они стоят не так далеко друг от друга, Соя рассматривает Хайтани незаметно, но пристально. Как будто перед ним его главные враги, но показывать того нельзя. Частично так и есть(просто они этого не помнят, хе;)) Отношения у Сои и Риндо совершенно неоднозначные. Они бывали вместе в компании и вели регулярные переглядки, но между собой никогда не общались. Даже «привет» ради приличия не говорили. Сейчас Риндо выглядит как-то по другому. Слишком бледный, слишком убитый, просто слишком. Соя вспоминает собственные слова, что сказал брату и мысленно даёт щелбан себе. Как он может давать советы, если сам не может нормально поговорить с Риндо? — Ты выглядишь неважно. — Подмечает Ран. — Ну спасибо… — Риндо сонно зевает и потирает «гнездо» на голове. Моргает заторможено. Старший резко и громоздко приобнимает Риндо за плечо, отчего второй испуганно вздрагивает и жужжащие матерится под нос. — А чё ты делал-то, мелкий? — Я… э-э. — Риндо смотрит на Сою, прямо в глаза, и делает ненадолго паузу. — Учился. Обычно ко внешности людей привыкаешь, а вот у Риндо не выходило. Каждый чёртов день, когда он видел перед собой Сою, не получалось отвести глаз. Как прилипли. Порой Кавата смотрит в ответ, а порой вообще избегает его. Такой странный. И вовсе не злой. Но почему-то напряженно смотрящий только на Риндо. Почему? Они же даже не говорили, не то чтобы подраться. Тогда почему, Соя? Соя готовится к его убийству или что? *** — Нахоя, нам нужно поговорить... — Братец, нет, у меня нет бутылки коньяка. Мне самому... — Хочет было отшутиться Хоя и дальше смотреть телик, но его резко обрывают. — Это важно. — О... так у нас что-то серьёзное. Соя нервно вздыхает и бредёт к его кровати. Молчаливо садится напротив. — Мне кажется Риндо меня убить хочет. Нахоя моргает пару раз и начинает смеяться, после чего получает по лицу подушкой. — Да ладно, ладно. — Хоя пытается успокоить свое гоготание. — Так с чего вдруг? — Да ты видишь, как он на меня зыркает! Все время! Не к добру это. — Соя снова хмурится. — У меня ещё с первой встречи странное чувство. Словно они сделали что-то не так. — Ага, например, родились. — Хоя. — Соя закатывает глаза. — Я серьёзно. У меня чувство, словно я их ненавижу, злюсь на них и все такое, а ведь мы даже не разговаривали никогда! — Хм. — Тот теперь не улыбается, что немного удивляет даже Сою. Серьёзный Нахоя - редкость даже для его близнеца. — У меня было чувство, когда я их впервые увидел, что меня ударили чем-то тяжёлым по голове. — А потом? — Хуй через плече. Ничего, Соя, я забил и ты забей. Соя вздыхает и кивает. Может брат прав и он себя опять накрутил? — Не думай, это вредно. — Хоя щёлкает его по носу и улыбается так привычно, что Сою это и правда успокаивает. Пока рядом с ним его брат, то все хорошо. — Хочешь пиццу? — Угу. Но сейчас час ночи… — Не проблема! Протянув телефон брату, младший поудобнее устроился на своём месте, прикрыв глаза. — Это кто? — Я хочу пиццу с ананасами. — Так, понятно кто. — Ран хихикает, а потом появляется какой-то шум на фоне из-за чего он недовольно шипит. Если б только Нахоя знал, что сейчас Хайтани пытают одного из должников, то тут же скинул бы. Не звонок, а Рана с обрыва. Хайтани старший знал, что Хоя не настолько жесток и такой бы ужас перед глазами не пережил. — А я хочу нажраться как свинья. — Ты и есть свинья, Хайтани. — Передразнивает его Хоя, видя, как Соя давится кислородом от понимания того, кому позвонил его брат. Ран снова слабо, но искренне улыбается. — Свиньи пицц не носят. — Я заплачу тебе. — А как же здоровый образ жизни? Соя нас убьет, если узнает. — Во-первых, не нас, а тебя, во-вторых, смерть приходит только раз, и в третьих, этого требует мой организм! — Моей смерти? — Пиццы, идиот! Ран негромко и бархатно смеётся. Он смотрит на почти законченную работу. — Я сделаю вид, что ты меня уговорил. Через пол часа Хайтани все таки и правда приезжают. С пятью коробками пицц. От Нахои, только что открывший им дверь, так и веет аура победы. — Мы просто не знали какую надо. — Говорит спокойно Риндо. — Да нам бы и одной было… — Соя не успел договорить, так как его сразу затыкает рука брата. — Не не, самое то. — Нахоя хватает коробки и смеется. — Спасибо и Адьес. — Э? Мы как бы не на жизнь, а насмерть раздобыли эту пиццу. — Состроил грустную гримасу Ран. — В ближайшей доставке? — Суть в том, персик, что мы б тоже хотели получить свою долю. — Пять пицц мало и для нас двоих, а тут вы ещё. — Нахоя захлопывает перед ними дверь. Проходит секунда, вторая. Слышатся голоса двух братьев. Потом все таки дверь снова открывается. — Ладно, валяйте. Но нам нужна ещё газировка. — Будет вам газировка. И хоть в этой маленькой битве Нахоя и проиграл, когда впустил Хайтани, но он смог благополучно разорить их на жратву. Такая ночовка повторяется. Один раз, два, пять. И потихоньку даже Соя чувствует себя нормально в такой обстановке, что даже один раз позвал к ним Хаккая. Тот хоть и стремался Хайтани по началу, но под конец уже вовсю чуть ли не лучшими друзьями с ними стал. Под хорошее вино, что притащил Ран, разумеется. Просто пицца, просто Хайтани, просто хорошая ночь. *** — Хей, Улыбашка, Баджи, харе спать. — Дёрнул их Мицуя, когда заметил как эти две рожи спят на собрании. Сегодня их было немного. В этой мороз Майки решил собрать только руководителей, хотя никто вообще не горел желанием. — Я, вообще-то, прекрасный принц. — Хрипит спросонья Баджи. — Какого мы тут вообще кантуемся? Сходишь за пивом, Улыбашка? — Я? — Переспросил Нахоя недовольно и посмотрел на Паччина. — Паччин, мой лучший друг, у нас нет Пива. — Я ходил в прошлый раз. — Мгновенно сказал парень, поглощая попкорн и не отрываясь от телефона. Хоя раздраженно дёрнул уголками губ. — Мицуя? — Я вам форму зашивал сегодня целые день. — Окей, Мучо, камень-ножницы-бумага. Ясухиро гаденько усмехнулся и вытянул кулак вперед. Грёбаные ножницы. Грёбаная рука. Грёбаная жизнь. — Сука, ты, Мучо. — Ворчал Нахоя, топая до магазина. В следующий раз нужно будет сказать, что живот заболел или что-то подобное. С Баджи и Мицуей такое не прокатит, один скажет, что нихера у него не болит, а другой заедет ногой в руку, утверждая, что боль перенёс на другую часть тела. Ох, какие они придурки. Было слишком холодно, чтобы даже думать. В магазине получилось хоть как-то отогрется. Когда он уже готов был вернутся в этот ужасный холод, оплатив пиво, то заметил, что минут пять назад ему пришло смс от Мицуи Мицуя: Мы закончили. Майки ничего толком важного не сказал, можешь топать домой. Я скину гс про что он трещал. Мицуя: голосовое сообщение. Вселенная явно не на стороне Нахои. Он смотрит на пакет с пивом и думает о своём ничтожном существовании, хватая телефон снова. — Забери меня отсюда! — Что-то случилось, персик? Ты не очень вовремя. — Ран смотрит на свою жертву с разбитым лицом. Его голос спокоен, как и должно быть. — Да пиздец! Тупое собрание и пиво! Отправили меня в магаз, а потом опа, не надо им ничего! Как мне топать до дома в такой мороз одному богу известно! — Не думаю, что сейчас получится. — Ран старается не сильно надавить на жертву, чтобы она не кричала. Он потом и вовсе отпускает бедную девушку, заставляя посмотреть на него. Он хитро улыбается и прикладывает указательный палец к губам, намекая ей молчать. Всё таки он разговаривает. — Блять, супер просто. — Рычит Хоя и вздыхает. — Приду, напьюсь этим пивом и пойду резать вены линейкой. — Какая драма. — Снова смеётся Ран, а потом рассматривает девушку. Рыжие волосы похоже на мочалку и он хватает её за них, рассматривая теперь глаза. — Какого цвета твои глаза? — Чего? Тебе нахера? — С вопросом спрашивает Нахоя и, видимо, все таки выходит из магазина на улицу. — Просто интересно, никогда их не видел. Нахоя какое-то время молчит в телефон, пока Ран гладит девушку по щеке, пытаясь её успокоить, чтобы она своими всхлипами не привлекла внимание Каваты. — Голубые. Как у Сои. Теперь очередь Рана молчать. Представляет в голове образ Хои с открытыми глазами. Голубыми. — Прекрасно. *** Лёжа в сугробе и чувствуя неистовый холод от снега за шиворотом, смеясь до боли в животе и кусая онемевшие пальцы в попытке привести их в чувство, Ран думает, что он счастлив. А особенно когда рядом барахтается запыхавшийся Кавата Нахоя. Весь красный и замёрзший, но ничуть не менее довольный. Этот же Нахоя решил, что толкнуть Рана в сугроб с воплем, что это рождественская традиция — решение здравое. Хайтани замешкался, но наглого забрал с собой. Они разбрасывали снег и натирали морозной кашей лица друг друга до того момента, пока не замёрзли настолько, что не чувствовали щёк. Рождество сплотило многих. Например, бывшие люди других группировок откровенно смеялись вместе с Свастонами. Дух бесовства, бесчинства и полного разгрома. Разве что в более приличной форме, чтобы никого не наругали. А главное - рождество дало возможность Рану и Нахое снова стереть неудачные детали их нерадужной жизни и молча веселиться, наслаждаясь обществом друг друга. Молча потому, что оба понимают странность происходящего, а обсуждать этого не хотят. Тогда весь романтизм их времяпровождения "один на один" может испариться. Этого боятся оба. Хоя тогда так и потащил Рана на улицу, не единого пояснения не давая. Сначала он выдернул его с так называемой "вечеринки" выбивая из колеи своим: "ну уж нет, Ублюдок, сегодня бы повеселимся". Гуляя по ярмарке они могли встретить ещё кого-то из банды и весело с ними здоровались. Кто-то пришёл сюда с родственниками, кто-то с огромной толпой друзей, как, например, старая компания Поднебесье. — Йо, куда претесь? — Спросил Шион даже как-то слишком чётко, хоть его рот был полностью в карамельном яблоке. — Просто гуляем. — Со своей привычной манерой ответил Ран. — Изану ждёте? — Да блять, он с Какуче потерялись где-то. — Ворчит недовольно Мочизуки, а потом указывает в толпу. — Вон Риндо, если что. Мы будем около глинтвейна. — Вас понял. — Ран хватает Хою за руку и уводит подальше. — Сегодня, видимо, мы не пьём глинтвейн. Нахоя смеётся и дальше сам тянет его к Сое, который стоит вместе с Риндо, Хаккаем, Юзухой, Мицуей и его сестрами. Дальше кто куда разбредается по празднику. А Ран все держит руку Нахои, который что-то трещит и трещит, а потом бьёт его локтем его в бок, ворча, что он его не слушает. Ран улыбается и аккуратно кивает в сторону, намекая посмотреть туда. Хоя видит брата вместе с Риндо за одним из столиком около ларька. Младший Хайтани как-то неприлично низко наклоняется к Сое, чтобы слышать, что он говорит, Хоя это понимает, но со стороны они выглядят… — Мило. — О, персик, ты такой романтик оказывается. — Ой, все, Заткнись и пошли. Они ушли с ярмарки и, наверное, всю ночь гуляли по городу. Болтая. Просто и по человечески болтая. И ещё искали хоть какой-то магазин, ведь оба хотели пить. Нашли, в итоге, они заправку круглосуточную за три сотни километров от дома, после чего пешком пытались дойти назад. Три раза упали, пять раз чуть не подрались и один раз не туда свернули. Когда они обогревались все таки дома у Кават, где уже вовсю начал переживать за них Соя, а Риндо просто за компанию рядом оказался, то Хоя впервые начал ворчать, что Хайтани вечно кантуются у них. Пора бы уже меняться. Ран и Риндо тогда переглянулись, понимая, что их “дом” не то место, куда можно кого-то водить. Это штука была у них только ради того, чтобы спать где было. Но на следующий день Каваты, ближе к вечеру когда проснулись, приехали к ним. — Зачем они? — Спрашивает с интересом Соя, заходя в комнату Хайтани. — Ночью сильно темно, а в эту часть дома даже луна не светит, это будет небольшое освещение… РАН! — Риндо вспоминал созвездия, чтобы правильно наклеить на потолок звездочки, а Ран держал лестницу, и с улыбкой на лице шатал ее и громко смеялся когда брат начинал на него орать. — Не забывай, что я акробат, если я упаду, то сделаю все возможное, чтобы упасть на твое лицо! Дом выглядит пустым, но более менее живым. Хайтани успели буквально за считанные часы оживить это пространство. — Лапша Будет через час. — Забегает к ним Хоя, осматривая всю картину. У Кават не было вопросов по поводу жилья Хайтани, им это и важно то не было. — Пошли покурим, персик. — За шкирку потащил Ран Нахою на балкон, когда второй слишком близко подошёл к его шкафу. На улице оказалось как-то слишком свежо. — Ну и зачем? Без меня б покурил. Ран улыбнулся и краем глаза посмотрел на стеклянную дверь. Хоя тоже туда посмотрел аккуратно, видя, что их младшие опять в неприличной близости друг от друга. — Мне кажется или ты главная сваха Риндо, а? — Я полон тайн. — Ран затянул первую затяжку и уставился на город. Хоя фыркнул и поежился на месте, после чего тоже взял сигарету в руки. — Соя думал, что Риндо его грохнуть хочет по началу. — Какое совпадение, Рин думал, что Соя готовит на него убийство. Эх, младшие. — Ран смотрит на небо. — Да и зыркал Соя все время на него как-то по злому, сам ведь видел. Риндо уже кошмары начали снится, что Соя со сломанной рукой и ногой нас хуярит. Смешно ли, не правда? — Нет. — Спокойно отвечает Хоя, пытаясь не сболтнуть, что Соя реально их положить может. — Не хмурься, а то тоже Злюкой станешь. Бубушечка. — Ран дёргает его за щеку, слушая оскорбление в свой адрес. — Это ты всё трещишь и трещишь. — Отвечает Нахоя и, чтобы бы Ран ещё чего не сболтнул, суёт ему в рот свою сигарету. — Все, цыц. Ран усмехается, затягивает сигарету и выдыхает её на лицо Хои. Тот недовольно шипит. — Какой милый. — Еще чего. — Нахоя ворчит, а потом резко замолкает. Ран только и успевает увидеть гладенькую улыбку на его лице, после чего выпадает из пространства. Нахоя поворачивает на него голову, приподнимая её, и смотрит так нагло, так высокомерно, так невероятно своими голубыми глазами… Ран теряется. Он не знает, что чувствует. А Нахоя все смотрит и смотрит. Этими невероятным глазами на него. Ран проигрывает все. — Чего смотришь, нравлюсь? — Спрашивает Нахоя, все также улыбаясь. В его голове что-то щёлкает и откладывается на отдельную полку. “Как заткнуть, победить, возвысится над Раном Хайтани меньше, чем за пять секунд”. — Безумно. — Слетает с губ все ещё немного ахуевшего Рана и он тянется к Нахое. Тот весь аж сияет от своей победы, поэтому позволяет Рану коснутся своей щеки. А Хайтани выглядит не особо то и огорченым, скорее ему этот свой проигрышь нравится, поэтому и смотрит так восхищёно на него. — Лимит исчерпан. — Нахоя хихикает и уходит с балкона, оставляя Рана. Через пару дней, после первого собрания банды в этом году, Нахоя вернулся домой и нашёл Рана на кухне. — Тебя почему на собрании не было, шпала волосатая? — О. — Сказал тот с улыбкой. — Ты уже дома. И прозвучало это, как самая обычная вещь в их жизни. Как будто они жили вместе. Как будто они были вместе. Рану нравилось, как это прозвучало. — Почему ты вообще в моем доме? — Риндо с Соей на свидании. — Слащаво протянул Ран. — А мне скучно одному. И вообще, почему это они первые на свидание пошли, а? Вообще то они начали общаться благодарям нам, а мы не на одном свидании не были. — Да кто с тобой на свидание пойдет? — Со мешком кинул Нахоя и осмотрел кухню, видя новые какие-то вкусняшка. Раньше такое Ран не таскал. — Дай-ка угадаю. Из какого-то помпезного ресторанчика? — Ага. — Ответил тот секундой позже. — Хочешь знать, из какого именно? — Нетушки. — Ладно. Тебе нравится мексиканская кухня? — Наверное? — Нахоя сам не был уверен в этих словах. — Отлично. — Сказал Ран. Он поднял с пола пакет с продуктами и с глухим стуком поставил его на стол. — Потому что я уже очень давно хочу приготовить гуакамоле. А ты у нас главный повар сия Японии. И вот так, менее чем через полчаса, Ран с Нахоей оказались на диване, смотря фильм и поедая начос. Фильм выбирал Нахоя, так как из-за Рана они всю кухню испоганили. — О-о-о. Мой любимый момент! Ран честно пытался сосредоточиться на фильме, но всё, о чём он действительно мог думать, это о том, что Хоя сейчас рядом. Крошечная частичка его существа, которая думала, что, возможно, всё это было просто затянувшейся галлюцинацией, наконец была отброшена в сторону. Ран повернулся к нему, когда Нахоя резко и громко рассмеялся - он обернулся на него, но, увидев, что Хайтани не смеётся, веселье моментально поутихло. — Я… Ну. Я пересматриваю этот фильм с самого детства и всегда нахожу этот момент забавным, ну, знаешь... из-за ностальгии, что ли. — На щеках Хои появился лёгкий, почему-то очень милый румянец. Ран почувствовал, как по его коже пробежали нервные мурашки. — Можешь отмотать назад? Я отвлёкся. Сцена началась заново. На этот раз они смеялись вместе - сцена и правда была забавной. Никто из них никак не отреагировал на их близость и то, как Хоя облокотился на плече Рана. Никто не озвучил, насколько странной была эта ситуация. Соя не вернулся, остался ночевать у Риндо дома, а Нахоя ему написал, чтоб тот своего брата к себе обратно забирал. Пришло гс, в котором Риндо говорит, что вряд ли Рана обратно в детдом возьмут. Товар возврату не принадлежит. — Меня никто не любит, не ценит, не уважает. — Харе ныть. — Отвечает Нахоя и запускает в темноту подушку в Рана. — Спи давай. — Я может быть и уснул, если бы спал не на полу. — Скажи спасибо, что ты спишь на футоне. — Ты злой, персик. Утром, когда Нахоя смотрел в белый потолок и пытался понять, кто он вообще такой и что случилось, то услышал только то, как с пола Ран что-то говорит спросонья. — Ты с кем? — Зевнул Нахоя и принял сидячее положение. — С доставкой. Надо сейчас будет выйти к ним. — О, жратва. — Кавата потопал к выходу. Быстро накинув толстовку Рана, которая почему-то висела на вешалке вместе с куртками, он принял доставку. — Фу, Ран, ты опять ересь заказал, да ещё с утра пораньше. Мозгов просто бургеров заказать не судьба? Ран вышел в коридор и хмыкнул. — Это не смешно, татуированый, и вообще… — Нахоя замолк, так и не успев заскочить на кухню, чтобы кинуть еду туда. Он стоял в коридоре и смотрел на Рана без футболки. Хоя знал, что у Хайтани есть тату, но думал, что только на руке. Сейчас он видит её полностью впервые. — Ахуеть узорчик. Ран подошёл к нему ближе, с удовольствием наблюдая, что Нахоя и правда рассматривает его татуировку с интересом. — У нас парные с Риндо. У него вторая половина. Нахоя, не чувствуя смущения, все таки проводит один раз по татуировки, а потом кивает сам себе и идёт на кухню. — Окно забыли закрыть на ночь и теперь тут северный полюс. — Сказал Хайтани, закрыв окно и вытирая пепельницу на ней. Нахоя стоял к нему спиной, пытаясь разобрать, что за чертовщину в виде еды ему привезли. — Так прикройся и согрейся. — Вообще-то моя толстовка на тебе. Нахоя остановил свое шуршание и ненадолго замер, а потом повернулся к Рану, открывая свои глаза. “Мелкий пиздюк” - Только и успевает подумать Ран, как снова теряется в голубых очах напротив. — Правда? — Хитро и как-то слишком довольно тянет Нахоя. — Мне её вернуть тебе? Ран хмурится и недовольно цокает. — Манипулятор. — А ты агрессор. — Хоя показывает ему язык и прикрывает один глаз, полностью отправляя Хайтани в нокаут. *** — Мне кажется пора прекратить задавать вопрос откуда и зачем ты здесь? — Говорит Нахоя, заходя домой и замечая знакомое пальто на вешалке. — И откуда у тебя вообще ключи? — Я сделал дубликат. — Послышался ответ от Рана с гостиной. Нахоя скептически смотрит на него, когда видит, как это чудо лежит на всем диване. Соя с Риндо на очередном свидании, поэтому Ран благополучно спихивает себя на Нахою. — Вот тебе занятся нечем или я не пойму. — Я очаровашка. — Невозмутимо заявляет Ран. — Ты крутой красавчик. Чем мы друг другу не подходим, мм? Нахое кажется, что у него буквально только что дернулся глаз. — Может быть тем, что я не по парням? Ран теперь смотрит на него по другому. Нахоя никогда не затрагивал эту тему раньше. — По девушкам? — Откуда я- какая разница? — Хоя морщится. Тема разговора и неловкость, въедаясь куда-то под рёбра, слишком раздражают. Губы Рана разъезжаются в самодовольной ухмылке. Он хитро щурится, смотрит на Кавату с любопытством. А затем тянет на себя за руку и тот буквально заваливается на Хайтани. — Какого чёрта ты творишь? — Шипит Нахоя. — Да расслабься ты. Просто развлекаюсь. — Я похож на развлечение? — Ну, знаешь, я бы с тобой развлекся. — Ран двигает бровями и это отвратительно. — Уходи. — Мои друзья зовут меня «бисексуальной катастрофой», но ты можешь звать меня ночью. — Фу. — Нахоя отталкивается от него и в итоге усаживается рядом, сталкивая бесстыдные ноги бесстыдного Рана на пол. — Твои друзья зовут тебя идиотом. — Какой ты грубый, персик! Нахоя усмехается уголком губ и толкает его в плечо. — Делаю всё возможное, чтобы отбить у тебя желание со мной «поразвлечься». В глазах Рана загораются искорки. В прямом и переносном смысле. И, признаться честно, это немного завораживает. Признаваться честно Хоя не хочет. Особенно себе. — Думаю, ты мне всё равно нравишься. — Какой же ты придурок. — Шипит смущенный Нахоя, дергая тем самым плечом. Но не отодвигается. — Я тебя поцелую. Нахоя дергается уже всем телом, поворачивает голову в сторону собеседника. Зря. Следующее, что он чувствует – чужие губы на своих. Стоило чуть расслабиться и чуть повернуть голову, дабы носы не упирались друг в друга, как дело пошло куда лучше. Целоваться с Раном для Нахои было… прикольно. Прикольно, мягко, не особо слюняво и очень странно. Ему нравится. Пальцы сами тянутся к окрашенным патлам-косичкам, а губы действуют инстинктивно. На душе даже как-то спокойно, несмотря на колотящееся сердце. Отстраняются они как-то практически одновременно. Ран лишь утирает уголок рта, в то время как Нахоя, отворачивает не только голову от него, но и весь сам садится к нему спиной. — Успокоился? — В ответ Ран слышит лишь глухое бульканье и чуть усмехается. Что ж, пожалуй, целоваться с Нахоей – довольно весело, особенно когда тот вот так прячет явно свое смущение. Надо будет повторить. И Ран повторяет. Теперь полностью счастливый