С Годовщиной, ТэТэ

      Сегодняшний вечер для Чон Тэхëна довольно напряжëнный. Как, впрочем, и вчерашний, и позавчерашний… и все две недели. Его злит всë: чайник, который громко гудит, эти тапки в виде слонёнка — это намёк, что он толстый? Красная простыня, что вечно сминается под ним, пока он спит…       — Да кто это купил, чëрт возьми? — психует Тэ, резким движением снимая надоедливую ткань с матраца и выбрасывая в сторону.       И его супруг, Чон Чонгук, который пропадает на работе чуть ли не до утра, порой не отвечая ни на звонки, ни на сообщения. А Тэхёну, между прочим, нельзя волноваться, он на третьем месяце беременности.       История знакомства альфы и омеги самая обыкновенная. Они встретились в кафе, которое до сих пор расположено неподалёку от Сеульского Национального Университета, в котором Тэ и Чон учились вместе. Гук был тогда на первом курсе, а Тэхён на третьем. И вот в один из ясных учебных дней они разговорились за чашечкой ароматного кофе, сидя возле большого панорамного окна, не замечая никого вокруг.       Двадцатилетний Ким узнал, что восемнадцатилетний Гук недавно поступил на медицинский и в будущем хочет стать успешным стоматологом. А ещё альфа его огорошил тем, что уже месяц собирается с силами, дабы познакомиться с ним. Поэтому то, что Тэхён учится на факультете Гуманитарных наук, хочет стать переводчиком и что ему больше по душе танцы, чем пение, рассказывать было не обязательно. Младший даже наизусть выучил расписание Тэ, так что это Чону пришлось много говорить в тот судьбоносный день.       Дружили они два месяца, на большее Тэхёна не хватило. После той встречи они виделись и общались часто, а уже спустя неделю сердце Кима билось как сумасшедшее при виде такого красивого и горячего Чонгука. Сначала он пытался отрицать всё то, что с ним происходит, но когда он впервые приревновал «друга» к своему одногруппнику, что вечно тёрся рядом с альфой, тогда-то до Тэ дошло, что он влюбился.       Первое робкое признание в любви, первое свидание, первый нежный поцелуй, первый раз… Всё, что было раньше, не имело значения, все первые разы они присвоили друг другу, полностью позабыв о прошлых отношениях. Им было хорошо в их маленьком уютном мирке. И даже то, что Тэхён был немного старше, никого не смущало. Главное — они любили друг друга.       Съехались они только тогда, когда выпустился Тэ, посчитав, что видеться будут теперь реже, поэтому переезд стал лучшим решением. Они быстро привыкли к общему быту, даже ссор практически не было. Тэхён получил хорошую должность в одной компании, где нуждались в переводчиках. А Чон продолжал грызть гранит науки. Так они и жили спокойно до момента, пока Чонгук не выпустился.       Спустя четыре года Гук открыл свой собственный небольшой стоматологический кабинет, на первый взнос который ему дал отец, и параллельно проходил интернатуру. Тот период времени для них был переломным. Тэхён уже дорос до личного переводчика директора компании, находясь в постоянных командировках, а Чон был занят своим маленьким бизнесом и практикой. Если они и виделись один раз в месяц, то это уже была огромная удача.       В очередной командировке Тэ даже задумался о расставании, так как не хотелось никого мучить. Но Чонгук не дал подобным мыслям закрепиться в его светлой голове. Гуку самому надоело постоянно находиться одному в холодной квартире, поэтому он сюрпризом приехал в Пусан, где на тот момент был его омега. А вечером того же дня сделал ему предложение. Не самое романтическое: в номере отеля, сидя за небольшим столом с бокалом шампанского и держа в другой руке коробочку с кольцом. Этот шаг от Чона стал спасательным кругом для их отношений.       Через полгода они поженились, решив пригласить на свадьбу всех: и родственников, и друзей. Торжество вышло дорогим, так как гостей было много, но ни Тэхён, ни Чонгук не пожалели, что разделили их особенный день со всеми близкими. Дальше время летело очень быстро: первая брачная ночь, свадебное путешествие в Италию, которое им подарили родители Тэхёна, переезд в новую квартиру, что стала подарком от отца и папы Чонгука. А затем… две полоски на тесте и море слëз да радости.       И вот уже третий месяц Тэхён свыкается с мыслью, что скоро станет папой маленького омежки. Он взял декретный отпуск почти сразу, как узнал о своём интересном положении, и теперь сидит дома, отдыхая и развлекаясь, как может. И всё бы ничего, жаловаться не на что, но муж в последнее время не даёт покоя своими ночными рабочими загулами. Тэ боится произносить это вслух, но омеге кажется, что Гук ему изменяет. Приходит поздно, уходит рано, за день может прислать одно сообщение «Буду поздно», без улыбочек и поцелуйчиков. Что Тэхён должен думать?       Вот и сейчас он смотрит на часы, что висят на стене сбоку от кровати, видя там 23:30, глубоко вздыхает и ложится в пустую постель на голый матрац, поленившись даже застелить его другой простынëй.       — Как обычно, — тихо говорит Тэхён, держась за выпуклый живот. Он прикрывает глаза, уже через пару минут засыпает, мило сопя.

***

      Как и предполагалось, проснувшись, Тэхён не обнаружил Чонгука дома. Лишь сообщение: «Доброе утро, буду вечером, не усни».       «Ага, не усни, как обычно утром придёт», — подумал тогда омега и убрал телефон.       А ведь сегодня четырнадцатое февраля — День всех влюбленных и третья годовщина их свадьбы. Но у Тэ ни цветов, ни подарка, даже банального утреннего: «Поздравляю» не услышал, хотя сам парень неделю назад подготовил сюрприз для мужа. Купил чёрное кружевное бельё и ещё пару штучек для жаркой праздничной ночи, хотел порадовать Гука. После того, как альфа узнал о беременности, секса и так стало меньше, так как будущий отец боится сделать больно, а за эти две недели он и вовсе исчез. А у Тэ гормоны, знаете ли, ему срочно нужен ч…       Так, о чëм это мы? Ах, да, так вот теперь Тэхён окончательно расстроился и, умывшись, решил позвонить лучшему другу, дабы поделиться своим несчастьем, пока отвлекает себя чёрным чаем и вкусными бутербродами с клубничным джемом и красной рыбкой.       — Чим, я тебе точно говорю, он мне изменяет, — хнычет Тэ с набитым ртом, сидя у себя в просторной светлой кухне, подогнув одну ногу под себя.       — Да боже ты мой, — в который раз за эти полчаса вздыхает Пак. — Успокойся уже и жуй свой омерзительный бутерброд, — морщится он, догадываясь, что на один кусочек белого хлеба омега намазал варенье, а сверху положил рыбу. В последнее время он только так и ест. А вот Чимина сейчас стошнит.       — Ничего они не омерзительные, — хмурит брови Тэхён, разглядывая свой шедевр кулинарии в руке. — И хватит меня успокаивать! Ты не слышишь? У моего мужа есть кто-то на стороне! — неподдельно возмущённо восклицает омега.       Чимин тяжело вздыхает, не зная, что ещё сказать, лишь бы угомонить этого разбушевавшегося беременного.       — И вообще, почему я не могу на видеосвязь нас переключить? — спрашивает Тэ, продолжая попивать чай.       — Эм. Ну… Потому что я занят! — выпаливает Чимин, пытаясь сделать голос более убедительным.       — Чем же? — не замечая изменений в их беседе, интересуется Тэ.       — Секрет! Расскажу потом. Всë, мне пора идти, а ты не волнуйся там, я уверен, Гук просто из-за работы забыл про годовщину и про день всех влюблённых. Он тебя любит и старается ради вас с малышом. Пока-пока, — Тэхён и слова не успевает вставить, как вызов заканчивается, а на том конце наступает тишина.       Омега доедает свой завтрак, моет посуду и решает устроить себе день фильмов. Он усаживается на кожаный диван молочного цвета, включает первый попавшийся фильм, не имея настроения что-то искать, и проваливается в мир кинематографа на часа так три. Пока мозг не подаёт идею спуститься на улицу и зайти в одну кафешку неподалёку, чтобы заказать вкуснейшие круассаны, которые продают только там.       Омега надевает любимые бежевые штаны, плюшевый свитер с горлом, сверху накидывает белую шубку, заматывается длинным шарфом, так как на улице мороз, и обувает сапоги. Образ получился на скорую руку, поэтому выглядит парень немного смешно, но круассаны он хочет больше, чем стоять и наряжаться, поэтому забирает ключи от квартиры и захлопывает за собой дверь, уже предвкушая, как они с малышом наедятся.       Улицу всю замело снегом, мороз неимоверный, но Тэхён упорно пробирается сквозь эту метель, идя в сторону любимой кафешки. Он не сдастся! Ни за что! Его ребёнок в животе требует сладенького, и он его получит, даже если наступит конец света.       Спустя восемь минут он наконец добирается до своей цели. Это заведение стоит здесь уже давно, внешне оно ничем непримечательно, поэтому Тэхён его не замечал. Однако год назад Чонгук его сюда привёл на свидание и омеге так понравилось, как тут готовят, что теперь, если он хочет куда-то выбраться покушать, идёт именно в «Your favorite dishes».       Тэ немного грустно усмехается, вспоминая, что они давно с мужем не ходили на свидания, и тянет серебристую ручку на себя, открывая дверь в помещение. Бежевые стены с персиковым отливом, светлый паркет и картины с изображением кофейных зёрен, чашек чая, шоколада и прочего. Всё освещено аккуратными бра, которые излучают мягкий свет. Маленькие столики и мягкие стулья придавали интерьеру больше уюта.       Тэхён оглядывается по сторонам, наблюдая за снующими официантами, а также попутно выглядывая себе свободное местечко. Но вдруг кое-что привлекло его внимательный взгляд. За круглым столиком в дальнем углу кафе сидят темноволосый мускулистый альфа в тёмных джинсах и худи, а рядом ему мило улыбается миниатюрный светловолосый омега, одетый с иголочки. Они что-то тихо обсуждают, иногда касаясь рук друг друга. Омега громко и заливисто смеётся, после чего приближается к уху мужчины и что-то с задорной улыбкой шепчет.       В этой паре Тэхён узнаёт своего супруга и… лучшего друга.       Тэ яростно вытирает непрошенные слëзы и, не сделав заказ, выбегает из заведения. Задыхаясь от переизбытка чувств, он бежит обратно домой, не зная и не понимая, что делать. В голове полная каша, на душе боль от поступка любимого человека, а под сердцем их ещё не родившийся ребёнок, который не видит, как папе плохо.       Залетая в квартиру, Тэхён оседает на пол, не раздевшись, и даёт волю своим чувствам. Он рыдает навзрыд, не думая, что соседи могут его услышать, и забывая, что волноваться ему нельзя. Он прикладывает правую ладонь к сердцу, пытаясь пальцами содрать там кожу. Ему невыносимо больно, омега хочет, чтобы это всё оказалось сном, сейчас он проснется, а Чонгук лежит рядом и целует в носик, как любит часто это делать. Но этого не происходит ни через пять минут, ни через тридцать и даже ни спустя час. Слëзы кончаются, Тэхён приходит в себя и наконец встаёт, чтобы раздеться и дождаться мужа с объяснениями. Сегодня он точно не заснёт, даже если придётся ждать до утра.       Хлопок двери и щелчок замка произошли ровно в 21:00. Тэхён вздрогнул от неожиданности и отложил телефон, в котором успел напечатать и отправить гневную тираду бывшему другу, а затем удивился, ведь уже успел забыть, когда в последний раз альфа приходил не под утро, а вечером. Успокоив свой тремор в руках, он направился в их небольшую прихожую, дабы сразу посмотреть в эти бесстыжие чёрные глаза.       — Котёнок? — лицо мужчины озарилось белоснежной улыбкой, как только в поле его зрения появился такой очаровательный Тэхён в домашней одежде, с небольшим беспорядком на голове и немного сонными глазками.       — Не знаю, о ком ты. Твой котёнок остался в кафе, — зло выпалил омега, складывая руки на груди.       — Что? Т-ты о чём? — с непониманием отозвался Гук, ставя два пакета, что принёс с собой, на пол.       — Не подходи! — выкрикивает Тэ, выставляя одну ладошку вперёд, пальцами касаясь груди альфы. Чонгук медленно переводит взгляд с лица мужа на его руку и наоборот, после чего осторожно, дабы не спугнуть, берёт его ладонь в свою, опуская вниз и подходя чуть ближе, всматриваясь в глаза, которые наполняются слезами.       — ТэТэ, ты чего? Что случилось? Где я успел накосячить? — обеспокоенно вопрошает Чон, легонько дотрагиваясь до щеки омеги. Но и этого действия было достаточно, чтобы Тэ начал содрогаться в рыданиях. Ему так не хватало этих прикосновений и такого взгляда, наполненного бесконечной любовью и заботой.       — Я стал толстым и ты меня разлюбил? Или у меня появились растяжки, и ты меня больше не хочешь? Тебя что-то не устраивает? — продолжая лить слëзы, еле выдавливает из себя слова омега.       — Тэхён, что за бред? — вытирает большими пальцами мокрые дорожки с прекрасного лица. — Опять насмотрелся фильмов с моделями-омегами и считаешь, что я способен променять тебя на одного из них? — мягко усмехается мужчина.       — Ты уже это сделал! — вновь пылает гневом Тэ, отбрасывая от себя руки альфы.       — Да что я сделал?! — уже более раздражённо спрашивает Гук.       — Променял меня на Чимина! Просто будь смелее и признай, что спишь с моим другом за моей спиной, пока я вынашиваю нашего ребёнка! — на одном дыхании проговаривает Тэ, не в силах больше сдерживать эмоции.       — Чего?! Что за ересь ты выдумал? Ещё и Чимина сюда приплёл, — Чонгук порой сильно удивляется фантазии супруга, а когда он забеременел, то её стало ещё больше, увеличилась в трёхкратном размере.       — Я видел вас сегодня в кафе! Можешь не оправдываться, заметил, как вы мило шушукались, — морщится омега, вспоминая эту картину, которая теперь до конца дней будет отображаться в его памяти.       — Да он мне помогал с подарком тебе! — выкрикивает Чон, начиная понимать, что происходит.       — А ещё как ты поглаживал его ладонь… Подожди, что? — когда слова мужа доходят до разгоряченного сознания, Тэ замирает и в неверии смотрит на Гука. — Подарок?       — Да! Я две недели бился головой об стену, размышляя, что подарить тебе на четырнадцатое февраля. Ведь всë-таки сразу два праздника… А ты в последнее время стал безумно капризным, я хотел, чтобы ты обрадовался, а не разозлился, поэтому обратился к Чиму, вот и всё, — выдыхает альфа, опуская голову и смотря на мужа исподлобья.       — Так ты не изменял мне? — всё, что может спросить сейчас заторможенный омега.       — А должен был? — приподнимает брови вверх.       — Да… То есть, нет… Нет, конечно, — встряхивает головой Тэ, чтобы быстрее собрать мысли в порядок.       — Вот, — Чон протягивает мужу конвертик с двумя билетами.       — Франция? На три недели? — шепчет Тэхён, осознавая, какой он дурак.       — А это, — указывает на пакеты, — должен был быть романтический ужин, — с нотками горечи говорит Гук.       Тэхён, подняв глаза на супруга, стыдливо отводит взгляд в сторону, прикусывая нижнюю губу. Он облажался, бесспорно. Дабы немного восстановить настроение, с которым Гук пришёл домой, Тэ откладывает билеты в сторону и с кокетливой улыбкой подходит к мужчине, обвивая двумя руками его шею.       — А у меня тоже есть для тебя подарок, — томно шепчет на ухо альфе. — Только мне нужно отойти на десять минуточек, ты же подождёшь? — облизывает мочку уха и смотрит на мужа.       Чонгук гулко сглатывает и кивает в согласии. Его тянут за руку на диван в гостиной и усаживают, в последний раз тихо говоря на ухо: «Я скоро».       Спустя вечность, как показалось Гуку, а на самом деле десять минут, его взору предстаёт такая картина, что в штанах становится тесно, а во рту пустыня. Сначала его глаза устремляются на длинные стройные ножки, которые ничем не скрыты. Альфа плавно и осторожно ведёт взгляд выше, замечая чёрные кружевные трусики, на которых уже образовалось небольшое пятно от смазки. Чонгук облизывает свои пересохшие губы, продолжая своё дистанционное путешествие. Тёмные и уже явно затвердевшие бусины прикрывает прозрачный лиф того же цвета, а весь образ завершает портупея. Чёрные ремешки с красивыми камешками обхватывают талию омеги и закрепляются на бедрах и изящной шее. Кажется, мозги Чона покинули его, а когда он поднимает свой взор на Тэхёна, замечая в карих глазах искорки игривости вперемешку с возбуждением и эти чëртовы манящие алые губки, он полностью теряет контроль над собой и резко оказывается возле лица старшего.       Тэхён ахает от неожиданности, когда его подхватывают под бëдрами и вжимают в холодную стену. Гук не распыляется на слова, затягивая мужа в мокрый горячий поцелуй. Как же хорошо, что омегу сейчас держат эти сильные руки, иначе он уже упал бы. У него закружилась голова от таких родных настойчивых, но мягких губ. А такие обжигающе-нежные прикосновения заставили покрыться мурашками и издать первый сдавленный стон прямо в губы мужчине. Их языки сплетаются в чувственном танце, пока оба мужчины плавятся в объятиях друг друга.       Омега отстраняется первым, сразу же хватая воздух, тяжело дыша, но продолжая тереться пахом о живот альфы.       — Кто-то явно соскучился, — ухмыляется Чон, чувствуя на своих пальцах стекающую смазку.       — А ты попробуй быть беременным, который постоянно хочет секса, но не получает желаемого, — еле говорит Тэ, покрепче обхватывая шею мужа.       — Так это всё из-за гормонов, а не потому, что ты очень любишь и хочешь меня, — в шутливой манере дует губы Гук.       — Даже не начинай, — торопливо проговаривает Тэхён и тянется за новой порцией поцелуев, но его мягко отодвигают, обеспокоенно заглядывая в глаза.       — Я ведь не сделаю вам больно? — намекает на ребёнка.       Омега раздражённо вздыхает и цедит сквозь зубы:       — Если ты меня сейчас не трахнешь, Чон Чонгук, то больно сделаю тебе я!       Гуку повторять дважды не нужно, он вгрызается в губы омеги и, не открывая глаз, на ощупь идёт в спальню.       В комнате темно, только небольшой свет фонарей из окна освещает пространство. Чон аккуратно ложится на атласную бежевую постель, подминая под себя супруга. Омега прогибается в спине, когда влажный язык проходится по чувствительной шее. Колени дрожат, а низ живота напрягается в предвкушении. Зубами альфа прикусывает левый сосок через сетчатую ткань, чем вызывает громкий стон сверху. Он приподнимает элемент белья и посасывает поочередно то один, то второй сосок. Тэхён весь распластался по постели, дыхание сбилось, но он не прекращает мычать и стонать, не жалея голоса.       Чон тихо выдыхает, у самого уже неприятно трëт внизу, но он терпит, желая первым делом доставить удовольствие своему ревнивому котёнку.       — Ты правда решил, что я изменяю тебе с Чимином? — задаёт вопрос мужчина, резко опуская ладонь на вставший член старшего.       — Да-а-а, — выстанывает Тэ, делая несколько толчков вверх.       — Неужели не доверяешь мне? — задаёт следующий вопрос Гук, сильнее сжимая орган и проводя вниз вверх, глядя на такого беззащитного мужа.       — До… Доверяю, — выдавливает из себя Тэ, не переставая облизывать губы. Он старается сфокусировать свой взгляд на любимом, но ничего не выходит, всё плывет.       — Ещё посмеешь хоть раз задуматься о том, что я тебе не верен? — продолжает вопрошать младший, водя рукой всё быстрее и быстрее.       — Не-е-е-т, — хватается за плечо мужчины, оставляя на нëм отметины от ногтей.       Движения на члене ускоряются, лишая омегу возможности дышать, перед глазами звёздочки, а внизу жар. Тело под альфой напрягается, и он резко пережимает основание, довольно усмехаясь над дезориентированным котёнком.       — Ты что творишь? — шипит Тэхен, не ожидавший подобного. Он этого оргазма две, мать его, недели ждал, а этот альфа…       — Это твоё наказание за глупые мысли, — улыбается Чон, после чего валится на кровать, когда омега с максимально недовольным лицом резко меняет их местами, седлая бëдра мужчины, и в отместку проезжается задницей по колом стоящему члену.       Громкое мычание слетает с уст мужчины, и он хватается за две аппетитные булочки, помогая двигаться. Тэхён больше не может терпеть, поэтому торопливо снимает с мужа худи и расстëгивает пуговицу на джинсах, тут же просовывая ладонь внутрь, сжимая большое достоинство Чона, вызывая шипение у того.       Через пару минут они полностью избавляются от ненужных тряпок, оставляя только портупею на старшем. Чонгук решает сменить позу и ставит Тэхёна в коленно-локтевую, облизываясь на шикарный вид. Его взгляд замечает что-то розовое в покрасневшей дырочке, а после до сознания доходит, что это анальная пробка.       — Сука, — рычит Гук, шлëпая по одной из половинок.       — Нравится? Для тебя старался, — игриво улыбается омега, прикусывая эту блядскую нижнюю губу и виляя своим задом перед лицом мужа.       Чонгук ничего не отвечает, лишь издаёт утробный рык и высовывает пробку наполовину, начиная трахать омегу ей.       — А-а-а-а-а-х, — валится грудью на постель Тэ, продолжая терпеть издевательства Гука.       К движениям мужчина добавляет язык, которым обводит края сжимающегося ануса, параллельно водя второй ладонью по своему члену, мыча и передавая вибрацию по всему телу Тэхена.       — Я не могу больше… — выдыхает Тэ. — Гук-и, войди в меня уже, прошу.       Пах скручивает от напряжения, омега хнычет, когда слышит громкий рык альфы, который в последний раз мажет языком по дырочке, убирает «игрушку» и встаёт в полный рост. Тэхён громко дышит и поворачивает голову на Чонгука, смотря, как он собирает пальцами смазку с него, размазывая её по налившемуся органу.       Альфа встречается с глазами омеги и резким движением входит наполовину длины, слыша усладу для своих ушей — мелодичный стон.       — Ещё, — выкрикивает Тэ, самостоятельно насаживаясь до конца.       — Как же сильно я хочу тебя, — рычит мужчина.       Он хватается двумя руками за ремешки на спине, слегка приподнимая Тэхёна, и начинает неистово вбиваться в омегу. Двигает бёдрами, запрокидывает голову и стонет в унисон с мужем.       — Чон... гук, я хоч… хочу сверху, — еле произносит своё желание Тэ, чувствуя импульсы по всему телу.       Гук быстро меняет их местами, позволяя руководить мужу. Тэхён, не теряя времени, сразу же насаживается на член альфы и восстанавливает тот же ритм бёдер. Чон разводит ягодицы омеги и помогает ему прыгать. Тэ уставший, но явно не планирующий останавливаться, тянется к губам Чонгука, утягивая его в глубокий развязный поцелуй, продолжая уже стонать ему в рот. Пальцы запускает в чёрные, как смоль, волосы и оттягивает, отстраняясь и утыкаясь в ключицу мужчины. Гук, поняв, что омега устал, обвивает его талию, упирается ступнями в матрац, продолжая трахать мужа, чётко каждый раз попадая по заветной точке.       Когда младший чувствует, что подходит к финишу, просовывает свою ладонь меж их телами и начинает надрачивать Тэхёну в ритм своим толчкам. Омега стонет в ухо мужу, его трясёт, кажется, что он сейчас сойдёт с ума от невероятного наслаждения. Два грубых и глубоких толчка доводят обоих до умопомрачительного оргазма.       — Гу-у-у-у-к, — обильно кончает Тэ, сжимая внутри альфу, что громко стонет в ответ и изливается в омегу.       Оба обессиленно падают, не меняя положения, слыша дикое биение их сердец, и пытаются восстановить дыхание. По итогу, через несколько минут засыпают, даже не приняв душ, лишь мирно сопя в объятиях друг друга.

***

      Очередной звонок заставляет пробудиться светловолосого парня и с трудом разлепить глаза. Он медленно осматривается вокруг, восстанавливая картинки прошлой ночи у себя в голове, и тихонько усмехается, замечая, как они вчера уснули с мужем.       Тэхён осторожно встаёт с мирно спящего Чонгука и подползает к прикроватной тумбочке, беря не замолкающий смартфон.       Пятьдесят непрочитанных и двадцать пропущенных видит он на экране. И все от Чимина.       Не успевает Тэ хоть о чём-то подумать, как телефон вновь издаёт звук.       Звонит Чимин.       — Алло? — всё, что успевает сказать Тэхён, тут же слыша дикий крик в трубку, что приходится отодвинуть от себя гаджет.       — Чон Тэхён! Ты совсем охренел? Забеременел и теперь вообще башкой не думаешь? Да как ты посмел подумать, что я, Пак Чимин, способен увести чужого мужа?! — негодует друг, продолжая что-то орать про законы дружбы.       Тэхён же молча смеëтся и смотрит в сторону Чонгука, понимая, что он выиграл эту жизнь: у него самый лучший мужчина на свете, а скоро появится ещё и комочек их общей сильной любви. Ему не на что жаловаться…       Ну, только если на всё ещё орущего друга.       — Да прекрати ты вопить, сейчас я тебе всё объясню.