Трансформация и трансфигурация

6 День. Лиса и ведьма. — Ах, Северус, проходи. Я рад, что у тебя нашлось время, чтобы зайти и поделиться новостями со мной, — старый чародей радушно пропустил своего гостя в кабинет.       Комната была залита теплым светом от полуденного солнца. Тлеющий сандал исходил тонкой нитью из настольной бронзовой курительницы в форме саламандры. На тонком шесте из боярышника дремал верный феникс Фоукс.       Директор Хогвартса неспешно подошёл к столу и разлил чай по чашкам. Воздух наполнился ароматом таволги и смородины. — Мисс Грейнджер вернула себе человеческое обличье в ночь полнолуния, — решив не растягивать, сразу заявил Снейп и сел в предложенное кресло. — Однако, — к Мастеру Зелий была протянута чаша с леденцами, от которой тот лишь отмахнулся. — Я так понимаю, произошло не только это, раз она не пришла с тобой. — Я оставил её на ночь в Больничном крыле, -сказал Северус с досадой, словно он мог как-то предотвратить произошедшее. — И к утру она перекинулась повторно. — Интересно… — Альбус, она обратилась, как чертов оборотень, при полной Луне, и это всё, что ты можешь сказать? — он был сильно зол, видя как седовласый волшебник спокойно похлебывает чай, словно они обсуждали погоду. — Не надо беспокоиться, мой мальчик, — расслабленный вид бывшего профессора трансфигурации заставил Снейпа ещё больше нахмурить брови, а от фамильярного обращения так и вовсе скривиться. — Мисс Грейнджер точно не оборотень. А лишь жертва неудачно наложенных чар. — Скорее проклятья.       Наблюдая за задумчивым видом Дамблдора, Северуса осенила догадка: — Вы знаете в чём дело… — Мне всегда импонировала твоя проницательность. Луна — это огромное ночное светило, что освещает скрытое, потаённое… — Не надо читать мне лекций, Альбус. — …и эта Луна показала настоящую мисс Грейнджер, что теперь скрывается под своим новым обликом. — Ты сказал «скрывается»? — Как раз в тот день у меня состоялась интересная беседа с одним невыразимцем отдела Тайн по имени Джонатан. Случай мисс Грейнджер привлёк его внимание. — О нет, Альбус, отдел Тайн её не получит. — Ммм… Я не ожидал, что ты так буквально воспримешь роль её защитника. — Не уходи от темы разговора. — Но ты так волнуешься за эту ведьму. — Студентку. — Несуществующего восьмого курса. Напоминаю тебе, что по факту мисс Грейнджер, будучи взрослой волшебницей, является здесь вольнослушателем, которая вернулась, чтобы успешно сдать экзамены. — Я надеюсь, у тебя хватит совести не продолжать развивать эту мысль. — Конечно, мой дорогой, это ваши… дела.       На какой-то момент в кабинете стало холоднее лишь от одного только взгляда, что Снейп бросил на директора. Альбус скинул морок, нервно поведя плечами, и решил больше не касаться личных тем. Они поболтают об этом в следующий раз. — Ознакомившись с медицинской картой мисс Грейнджер, а также с предоставленными воспоминаниями мистера Уизли, мой знакомый выдвинул следующее предположение: чары могут рассеяться самостоятельно в течение нескольких дней, что, собственно, и произошло по твоим словам. Однако, как я уже сказал, интересно то, что произошло дальше, а именно возвращение мисс Грейнджер в её звериную форму. — Тебе известно, почему это произошло? — попытки старика что-то скрыть раздражали Северуса всё больше и больше. — Возможно, этим с нами может поделиться сама мисс Грейнджер? — Ты же не предлагаешь ждать следующего полнолуния? — возмущенно прошипел мужчина. — О нет, думаю, этого не потребуется. Я постоянно убеждаюсь, что она по-настоящему самая уникальная и способная ведьма, что когда-либо учились в стенах этой школы с времен Основателей. — И упоминая её выдающиеся способности, ты намекаешь, что… — Намерение, мой друг. Огромную роль в колдовстве играет намерение волшебника. Именно оно придает силу, мощь заклятию. Оно так же управляет нашей магией и направляет её.

***

      Северус шёл к себе, вспоминая, как прошлым вечером отпаивал захворавшую мисс Грейнджер молочной смесью для вскармливания шишуг.       Эту смесь ему вручил Хагрид, когда Снейп обратился к нему за консультацией. Всё-таки у преподавателя по уходу за магическими существами больше опыта в подобных внештатных ситуациях.       В благодарность профессор зельеварения передал лесничему лишние семена Зубастой Герани, которую великан хотел вырастить с нуля сам.       Всё ещё с недовольством вспоминая об инциденте с шоколадом, Северус усмехнулся, когда вообразил степень возмущения этой своевольной лисицы, предложи он той носить намордник. Нет, не было смысла обострять их отношения.       Размышляя о состоянии депривации, в которой оказалась мисс Грейнджер, в уме профессор чуть ранее разработал четкую схему своего поведения и действий.       Пути для поддержания приемлемого уровня социализации и стимуляции когнитивных навыков были очевидны. Её присутствие на его занятиях вполне отвечали поставленным задачам. То, что его комнаты стали для неё надежным убежищем, где о ней проявляли заботу также не вызывало вопросов.       Однако, что делать с пунктом, который никак нельзя было игнорировать, а именно: «Формирование эмоционально близких отношений» — Северус не знал.       Хоть Гарри Поттера зови в свои покои жить…       Холод ужаса от этой мысли пробежался табуном кентавров вдоль его спины и, достигнув головы, заставил волосы встать дыбом.       Хватит с него Поттеров. Он в состоянии сам справиться с этой задачей.       Когда Северус вошёл в покои, лисица была там. Она всё чаще была там, когда волшебник возвращался, отлучаясь всё реже и реже, и это дарило ощущение, что его ждали. Достаточно приятное ощущение.       Рассудив, что небольшое проявление симпатии не принесёт ни вреда, ни угрозы его репутации, Северус опустил руку на угодливо подставленную пушистую голову.       Проводя рукой по короткой, лощённой шерсти головы лисицы, Северус думал о разговоре с Дамблдором. Перспектива узнать, что же скрывается в сознании этой волшебницы всё больше дразнила и так уже изрядно подёрганные нервы, желание сатисфакции выходило в авангард.       Не ведьма, не животное, не человек, не оборотень. Уникальное создание, что оказалось в его руках. Несколько дней в шкуре зверя, лишь на одну ночь дочь Магии и Матери Природы. Загадка.       По какой-то причине, стоило ему на мгновения прикрыть глаза, как на месте сидевшей лисицы он видел истинный образ девушки. Настоящий. Подлинный. Девушка-лиса. Лиса-девушка. А всё вместе: Гермиона Грейнджер.       Осознавая, какие события привели его к таким мыслям, с чего вообще началась эта история, в памяти всплыли слова Альбуса о намерениях.       Его намерения были определены.       Осталось выяснить, каковы же намерения мисс Грейнджер. Надо придумать, каким способом он может о них узнать.

***

      Узкая, засыпанная мелким щебнем, вытоптанная тропинка, что спускалась вниз с холма замка мимо задремавшей от первых заморозков Гремучей ивы, огибала территорию огородных угодий Хагрида и вела прямо к опушке Запретного леса. Густой подлесок, что плотно пролегал под пологом высоких деревьев, стоял живой стеной, ограждая и разделяя свободные и запрещенные земли угодий.       Подходя по тропе вплотную к этой границе, Северус ещё раз окинул взглядом свою компанию: лисица мягко переступая лапками, избегая мелких луж, держалась рядом. Показательность примерного поведения в течение дня не могла обмануть мужчину, справедливо полагавшего, что в любой момент эта пушехвостая гриффиндорка могла ретиво заскакать вперёд. Нет, он не станет брать ведьму на поводок, пусть и в виде лисы. — Это не увеселительная прогулка, мисс Грейнджер, — ворчливо произнес мужчина, ступая всё глубже в лес, где раскидистые деревья даже летом мешали пробиваться солнечным лучам, что говорить об осеннем пасмурном небе. — Наша задача: зайти, собрать вислоухих визжащих поганок и дремоносных бобов, а затем вернуться в замок. Рядом нет Поттера и Уизли, к счастью, это поможет вам избежать тех нелепостей, что безмозглая молодёжь с упоением называет приключениями, в которые вы так любите влипать в этой компании.       Тихое фырканье в ответ не заставило думать Мастера Зелий иначе.       Северус не раз посещал темный лес, и каждый раз приходилось проявлять осторожность и внимательность к окружающей обстановке. Если за все века ни один директор или преподаватель не соизволил сделать карты глубоких чащ и рощ, это намекало на безмерность скрытых опасностей помимо известных.       От Грейнджер было больше проку, чем он полагал, планируя это мероприятие. Этот черный кнопочный нос, что прижался к земле, не дал и шанса сидевшим в засаде притихшим поганкам. Слизкие и скользкие после дождя, те изрядно сопротивлялись, цепляясь волосатой сеткой гифов за плотный слой влажной почвы.       Зайдя в лес глубже, Северус вышел к краю обширной топи. Воздух стал на столько влажен, что ощущался на кончиках пальцев, стоявший сумрак погружал возвышавшиеся стволы деревьев в вязкие тени. Задерживаться тут не стоило.       Несколько кустов дремоносного растения раскинулись прямо под старым вязом. Его плоды, еще не пришедшие в негодность из-за погоды, редко подрагивали, удерживаемые густыми листьями снизу.       Стоило мужчине подступить ближе к вязу, на последнем шаге почти переспевшие плоды подпрыгнули и тут же горохом осыпались на землю и заскакали словно блохи, намереваясь скрыться в высокой зелени.       Выхватив палочку, Северус хотел собрать бобы одним ловким движением, однако мимо него махнула Грейнджер и увлечено начала прыгать сверху, пытаясь поймать своими лапами ускользающую добычу и прижать её к земле. Неуспешно и малопродуктивно.       Этой ведьму ничего не могло удержать на месте.       Когда он только хотел крикнуть рыжей бестии отойти и не мешать, где-то поблизости, в стороне от опушки, на весь лес раздался лай собаки.       Чертыхнувшись, Снейп ничего не успел сделать, когда лиса словно обретя крылья, оттолкнувшись от земли и цепляясь лапами, взлетела на дерево и скрылась в густой листве.       Могло ли быть хуже? И главное, что ему нужно делать дальше?       Уже некоторое время стоя под деревом, маг безуспешно призывал ту спускаться. Ни угрозы, ни вежливые просьбы не возымели эффекта — лиса упрямо пряталась наверху и отказывалась подчиняться.       Эмоционально близкие отношения, как Северус вспомнил, подразумевали под собой определенный уровень доверия. Он решил попробовать: — Мисс Грейнджер, — подняв очи горе, он развел руки в сторону, — прыгайте, я вас поймаю. Смелее…       Когда ему на грудь с грацией тролля упали 14 фунтов живого веса, оступившись, он сделал шаг назад, но скачущие под ногами бобы, что так невовремя оказались поблизости, привели к полной потере равновесия, и они оба упали в лопушняк.       Он забыл насколько эмоциональное сближение могло быть болезненным.