Другой подход

- Хочешь меня, да? Дима скалится и призывно оттягивает ворот рубашки. Издëвки Череватого по поводу работы и знаний молодого чернокнижника стояли поперёк горла с самой первой съёмки. В кадр попадала лишь малая часть того, что Влад себе позволял и Диме надоело. Настолько надоело, что позвать в свободную комнату "разобраться" казалось единственным вариантом. - Как там говорят.. издевается, значит тайно любит? - Матвеев припал спиной к стене, явно чувствуя себя хозяином положения и не переставая сверлить взглядом Влада, который конкретно выпал и не знал, что делать и говорить. Он стоял струной, смотря на Диму округлыми глазами. Влад ожидал привычного - словесно задавить смельчака из Тольятти и победителем уехать домой. Понятное дело, что никаких разборок на кулаках не было бы, как минимум потому, что Влад не бьёт парней, которые ниже него на две головы, это не по-мужски. Влад даже голоса на Диму не повысил бы, он же ещё мальчик, хоть и младше лишь на год. Но то, что выдал Дима не укладывалось в голове. Ручной демон довольно, горячо выдохнул в макушку и Влад отмахнулся. Нет. - С ума сошёл? В тебе бес? - наконец отмер Влад и неосознанно сделал шаг назад, незаметно сглотнув. Атмосфера начала нагреваться, давить. Давить в спину, заставляя шагать не назад, а прямо навстречу к Диме. - Да. Ты же хотел изгнать, помнишь? - и правда, на одном из общих испытаний Влад пошутил, что в Диме кто-то сидит и его нужно срочно изгонять, пока у чернокнижника постарше по-своему рука не поднялась. Влад сглотнул собравшийся в горле ком и сделал несколько широких шагов вперёд, вставая вплотную к Диме. Он крепко и совсем не нежно взял его за запястье и прикрыл глаза, принявшись читать что-то себе под губы, невпопад повторяя слова "дьявол", " бес", "отдавай" Матвеев усмехнулся. Неплохая попытка. Встал на носочки, свободной рукой притянул Влада пониже за воротник водолазки и вцепился в чужой рот своими губами не давая отстраниться. Влад пытался сопротивляться, но Дима загнал его в ловушку. Ручной демон наседал сзади, не давая Череватому отпрянуть ни на миллиметр. Сговорились. Хочешь поиграть, Матвеев? Давай поиграем. Влад с особой жадностью ответил на подобие поцелуя, что больше напоминал борьбу, поддался вперёд, сильнее сжав чужое запястье. Не понимал, что делает, просто не мог контролировать движения. Что Дима сделал с ним? Он свёл его с ума. Матвеев закинул руки на чужую шею, сжимая в тиски и показывая, что теперь Влад так просто не уйдёт, не забудет. А Влад с каждой секундой прощался с собственной головой, он перестал видеть перед собой абсолютно всё кроме Димы. Что это за заклятие? Что за приворот, пробивший мощнейшую защиту экстрасенса? Дьявол ли это, или собственное желание, которого Череватый испугался как огня и закинул глубоко внутрь себя? Это уже не важно. Потому что оно вылезло наружу. Дима сам это вытащил. Влад поддаётся вперёд, зажимая стройную фигуру между собой и стеной. На него накатило такое сильное, неконтролируемое желание, что Влад был не в силах ему сопротивляться, наоборот, он был рад потакать этому обстоятельству, у него появился повод. Секс у экстрасенсов был не таким, как у обычных людей, а если он происходил между двумя экстрасенсами, то это больше напоминало сон. По ощущениям это было невероятно, это был обмен энергией, борьба силой, это была настоящая эйфория. И Владу, и Диме удавалось попробовать это, прочувствовать, пожертвовать себя чужим дьяволам, так что оба понимали, какое наслаждение их ждёт. Ждёт, если никто не даст заднюю. В частности, если Влад не прийдет в себя. Широкие ладони блуждают по бархатной коже под рубашкой, изучают чужие изгибы, рельеф молодого тела, наполненного большим количеством энергии. Влад определённо насытиться, теперь он знал наверняка, что хочет этого. Он попал в ловушку, проиграл Диме, но кто же знал, что его будут покрывать такими картами? Матвеев соблазняет, пошло высовывает язык, изгибается под фантомными касаниями так, словно его уже накрывает оргазм и не прекращает шептать не менее грязные речи, раздражающие Череватого, раздражающие его контроль над собой. Владу слишком сложно сдерживать своё человеческое обличие и черта в придачу, так что он отпускает защиту, совершенно не думая о последствиях. Он открывает калитку, развязывает узел, позволяя тёмной силе войти внутрь себя, взять контроль. В отличии от людей, нечисть медлить не привыкла. Взгляд меняется, по лицу Череватого расползается широкая улыбка, какую можно часто заметить на испытаниях. Он разворачивает Диму одним движением, вжимает щекой в холодную стену, а сам льнëт сзади, давит на поясницу и заставляет пробежать дрожь предвкушения по чужому телу. - Я сюсюкаться не буду, Матвеев. - рычит Влад над ухом, наклоняясь всё ближе с каждой секундой, наваливаясь на спину. - Со мной и не надо. - в пол голоса отвечает Дима, смешно прогибаясь к полу, не в силах противостоять весу. Влад подхватывает его за живот и устраивает поудобнее, держит на месте одной рукой, а второй спешно тянется к своим штанам. Наученными движениями раскатывает по себе защитный латекс, удобно лежащий в кармане (у Александра Шепса воды можно не просить, только дай презервативами из сумки поделиться) и вновь горячо выдыхает Матвееву куда-то в макушку. Теперь уже свободная рука плавно перемещается на чужой ремень и ловко поддевает его пальцами, заставляя громко упасть под ноги. Влад не шутил насчёт того, что не будет церемониться, он рывком стаскивает штаны парня, оставляя их держаться за ляжках и прижимается к голой коже. Влажный от контрацепции ствол упирается меж ягодиц, заставляя Матвеева издать протяжный вздох и поëжиться. Этот бес явно хорошо подготовил себя сам перед тем, как предлагать Владу угощение в виде собственного тела. В конце концов, приятнее будет съесть фрукт сразу готовым, а не корпеть над ним полчаса для того, чтобы почистить (Да и если бы Дима был не подготовлен, то мигом одернул бы обезумевшего чернокнижника от себя, не мазохист же) Влад входит ровно и до конца, наслаждаясь ощутимой жаркостью, а Дима сжимается и шумно выдыхает от пробившей по всему телу дрожи, заставляющей скрутиться животу. Чужая ладонь удобно обхватывает под пахом и держит на весу, пока толчки сзади не прекращаются и играют с темпом. Горячее дыхание в загривок перекатилось в ещё более горячие поцелуи и покусывания, а вторая ладонь грубо зажимала рот, чтобы ни дай бог не услышал никто. Дима умеет быть тихим, что сейчас очень кстати, разве что только для Влада стоны звучат громко и бьют прямо по ушам, но это и очевидно, ведь они буквально слились воедино, не отпуская друг-друга ни на сантиметр от кожи. О чужом состоянии Череватый не заботился никогда и сейчас не собирается, Дима ведь предложил сам, сразу согласился на любой исход, подписал контракт. Он двигается так, как хочет сам, как удобнее и приятнее ему, а Диме не остаётся ничего, кроме как повиснуть на чужих руках тряпичной куклой и сдерживать себя.Матвеев кончает первым, ловит мощный оргазм от ощущений. Горячее дыхание сзади и властные руки заставляют чувствовать себя в заложниках, сдаваться на все безумные желания и подставляться под грубые прикосновения. Влад крепко зажимает тонкую кожу на спине меж своих зубов и отпускает себя следом. Отстраняется нехотя и оглядывает уставшее тело под собой. Усмехается довольно, это явно льстит самолюбию, смотреть на такого Диму одно удовольствие и Влад соврëт, если скажет, что ему не понравилось. Покорность парня зацепила, привязала к себе и лишь добавила желания повторить, но уже в другой атмосфере. Руки заботливо натягивают штаны обратно, напоследок шутливо хлопая по голой ягодице, затягивают ремень и поправляют задравшуюся как попало рубашку, скрывающую все покрасневшие, слюнявые укусы. Дима вдыхает глубоко, выдыхает медленно, будто приходит в себя и разворачивается. Влад не может удержать себя от него, снова прижимается к лицу и глубоко целует, словно благодаря за такой шанс. Парни приводят себя в порядок и параллельно общаются, обмениваются колкостями, осматривают друг друга на наличие приличного вида и вместе направляются к выходу. - Теперь у меня будет ещё более тяжёлый аргумент. Будешь возникать, скажу, что тебя ебал. - шутит Влад, разводя руками. - Буквально. - хихикает Дима и последний раз улыбается Череватому, выходя первым и тут же опуская на своё лицо привычную маску безразличия. А Владу этого и не нужно, он всегда всему и всем улыбается, вот только никто не догадается, от чего именно сейчас и почему намного шире, чем обычно.