Лягушонок, спутанные наушники и горький запах сигарет

Old Man Canyon — Wisor

Novo Amor — Halloween

Tom Rosenthal — Oh No Pedro

Surf Curse — Freaks

      Задняя сторона век светилась персиковым светом, защищая глазные яблоки от ярких солнечных лучей. Уён вдохнул полной грудью, и лёгкие наполнились свежим запахом цветущих деревьев. Прикрыв ладонью лицо, он открыл один глаз и посмотрел на верхушки шелестящих деревьев, стоящих на противоположной стороне улочки.       Парень устало выпрямил ноги, вытягиваясь в струнку на облезлой лавочке, полностью расписанную разноцветными маркерами. Многочисленные надписи хранили воспоминания десятков счастливых и не очень детей и подростков.       Из открытого окна послышался заливистый детский смех — и не скажешь, что за спиной Уёна детская больница. Всем кажется, что это вечно грустное место, но на самом деле здесь комфортно, и почему-то все дети счастливые. А может быть, это просто день хороший.       Открыв потёртую бананку, Уён вытащил пластиковую прозрачную коробочку, обклеенную разноцветными изящными цветами на тонких ножках, достал из неё сигарету, которую обхватил пухлыми губами, и вновь посмотрел на верхушки зелёных деревьев. Тёплые лучи ласково касались карамельной кожи и грели синие вены.       Полная женщина, вышедшая позвать русого мальчика в больничной пижаме, посмотрела на расслабленного Уёна и шикнула, чтобы тот хотя бы отошёл от входа и курил где-нибудь в сторонке.       Махнув рукой, он поднялся, отряхнул болотного цвета шорты, оголяющие худощавые коленки в пластырях, и отошёл к краю небольшой парковки. За потрескавшимся бордюром начинался светлый лес, дышащий щебетанием птиц и пахнущий цветущими растениями.       Тихий щелчок зажигалки, и тонкий дымок. Вдруг небольшое движение в траве привлекло внимание Уёна. Он присел на корточки.       — Что делаешь? — Уён незаметно дернулся и посмотрел через плечо. Рядом стоял высокий парень, закрывая головой солнце, отчего вокруг его каштановых волос светился золотистый ореол.       — Отойди, солнечный, — пробурчал Уён и вновь отвернулся. Парень на это лишь улыбнулся и присел рядом.       — Симпатичный.       — Кто? — Уён сконфуженно нахмурился, выпуская из лёгких горьковатый дым.       — Лягушонок, — с улыбкой произнёс парень и осторожно указал на маленькое тёмно-зелёное тельце, греющееся на камне.       — А… да, — Уён медленно отвёл взгляд от запястья незнакомца, на котором висел цветной браслет из крупного бисера.       Достав из бананки телефон, Уён навёл камеру на лягушонка и сделал пару кадров.       — Дашь свой номер? — поинтересовался парень, поправляя бордовую футболку.       — Это ещё зачем?       — Я тоже хочу эту фотографию с лягушонком, — вновь лучезарная ослепляющая улыбка.       Будто взвешивая все за и против, Уён помедлил, но всё-таки продиктовал свой номер.       — Юнхо.       Уён молча посмотрел на парня, на что тот уточнил:       — Ну, чтобы в контакты занести.       Кивнув, Уён быстро напечатал имя и тут же отправил фотографии. Поблагодарив, Юнхо замолчал и принялся наблюдать за маленькой лягушкой.       — Почему ты здесь? — решился задать вопрос Уён, вновь выпуская сизый дым в сторону. — Ты не выглядишь больным.       — Я приходил навестить сестрёнку, её вчера положили сюда. Вечером живот жутко болел, поставили подозрение на аппендицит.       Уён лишь понимающе кивнул и затушил сигарету о бордюр.       — А ты?..       — Да так, анализы сдавал, — сказал Уён и махнул головой на левое предплечье, которое было залеплено пластырем.       — Понятно.       Пару минут парни сидели в комфортном молчании, слушая ласкающую уши тихую трель птиц и шелест листьев.       Засуетившись, Юнхо достал телефон и посмотрел на время.       — Мне это… Пора идти, — виновато посмотрел Юнхо, будто нарушив важное обещание. — Маму надо встретить.       Он встал, приятно потянулся и выдохнул. Уён глубоко втянул воздух, будто бы ощущая запах солнца.       — Могу тебе попозже написать? — Юнхо сделал умоляющие щенячьи глазки и посмотрел на всё ещё сидящего на корточках парня, который казался крошечным в этой позе.       Уён незаметно поджал губы, размышляя над ответом. Будто специально в голове возникла фраза, некогда произнесённая отцом: «Позволь себе хоть немного побыть эгоистом».       — Уён.       Восприняв это как своеобразное согласие, Юнхо буквально расцвёл.       — Отлично! Тогда до встречи, Уён! — он счастливо помахал рукой и направился к выходу с территории больницы.       — Пока… Солнечный, — тихо произнёс Уён и опустил взгляд на левое предплечье. Он сдёрнул пластырь и слизал выступившую капельку крови, смешав её с сигаретной горечью во рту. Своеобразный ритуал.

•••

      Вернувшись домой, Уён быстрым шагом направился к себе в комнату и рывком закрыл дверь. Мать встревоженным проводила его худощавую фигуру взглядом и вздрогнула от резкого звука. Отец лишь ласково погладил её по плечу, оставляя лёгкий поцелуй у виска.       — Он обязательно нам расскажет, — успокаивающе заверил мужчина, на что в ответ получил несколько доверительных кивков.       Уён рухнул на кровать и уткнулся носом в подушку. Зря, зря, зря, не надо было соглашаться, нельзя! От бессилия он стукнул кулаком по матрасу, но тот лишь мягко отскочил от поверхности.       Мысли ворохом обрушились на голову Уёна, пытаясь поглотить его, но среди чернеющего клубка просвечивался маленький тёплый луч. Перед глазами возникла искренняя улыбка и глаза, наполненные радостью. Уён всеми силами пытался прогнать из головы образ Юнхо, но всё было безрезультатно.       «Позволь себе хоть немного побыть эгоистом».       «Но я ведь так испорчу ему жизнь!» — Уён схватился за голову, стараясь справиться с внутренним конфликтом.       От мучающих мыслей его отвлёк звук сообщения. Будто очнувшись, Уён протянул руку и посмотрел на экран. 17:36 Солнечный Приходи завтра в три на заброшенную детскую площадку возле красного дома на пятой улице ;)       Прикрыв глаза, Уён шумно выдохнул. Почему-то все тяжёлые мысли резко испарились, и на душе стало спокойно. Странно и непривычно.

17:40 Уён

А ты умеешь на скейте кататься?

17:41 Солнечный Ага, а ты?

17:41 Уён

Нет, научишь?

17:41 Солнечный Без проблем))       Уён слегка улыбнулся и посмотрел на рисунок, нарисованный маленькой девочкой из больницы, который висел на противоположной от кровати стене. Внизу была немного корявая подпись размашистым почерком «Уёну от солнышка» и красное закрашенное сердечко.

17:43 Уён

Тогда до встречи

17:43 Солнечный ;))       Отложив телефон, Уён встал с кровати и поочерёдно начал открывать хлипкие ящики деревянного письменного стола. В третьем ящике среди начатой пачки виноградной жвачки, двух розовых закончившихся зажигалок, на боках которых были нарисованы бесконечные маленькие цветы, красной пружинки для волос, мягкого брелка с Кирби и стопки исписанных листочков из блокнота Уён нашёл запутанные проводные наушники. Он сел прямо на пол и стал распутывать клубок из проводов.       Справившись с наушниками, Уён спустился вниз, натянул любимые потёртые найки и вышел из дома, направившись в единственный спортивный магазинчик в их небольшом городе.

•••

      — Раз уж ты хочешь научиться кататься на скейте, то нам нужно подходящее место для обучения, — протянул Юнхо, закинув руки за голову и блаженно прикрыв глаза. Уён воспользовался моментом и рассмотрел лицо нового знакомого.       Светло-каштановые, чуть кудрявые волосы светились на солнце настоящим янтарём, длинные ресницы были похожи на аккуратные крылья бабочки, а мягкие на вид щёки хотелось взять в ладони и разрисовать многочисленными ромашками.       Сердце Уёна сбилось с ритма и застучало с новой силой, вызывая лёгкий румянец на щеках. Что это за мысли такие?..       Открыв глаза, Юнхо поймал смущённый взгляд, но не стал зацикливать на этом своё внимание и добродушно улыбнулся.       — Ну что, ты готов?       — К чему? — Уён растерянно заморгал, смотря на Юнхо.       Тот лишь тепло коснулся локтя Уёна и, хитро крикнув «Догоняй!», сорвался с места и побежал в сторону поля, которое расстилалось рядом с зеленеющим лесным морем.       Уён на секунду заколебался, но, подхватив новенький скейт под мышку, рассмеялся и побежал следом.       Выбежав через некоторое время на чуть потрескавшуюся асфальтированную дорожку, идущую вдоль кромки леса, Уён остановился рядом с Юнхо и склонился, упираясь руками в колени. Они оба тяжело дышали, а затем, переглянувшись, одновременно рассмеялись. Отчего-то рядом с Юнхо было очень комфортно и тепло, даже если бы на дворе был не конец июня, а середина января.       После нескольких минут подробных объяснений, Юнхо предложил перейти к практической части.       Но только на словах было всё просто. Как только Уён встал одной ногой на разноцветный скейт, тот тут же выскользнул из-под ступни и укатился в траву.       — Так, ладно, сделаем по-другому, — произнёс Юнхо и подошёл к Уёну.       Осторожно обхватив его за талию, Юнхо сказал поставить ноги так, как учил. Однако в этот момент из головы Уёна исчезли все мысли, и он сконцентрировался лишь на обжигающих ладонях, покоящихся на его талии. Ну точно солнечный…       Глубокий вдох, глубокий выдох.       Приведя мысли в порядок, Уён последовал всем указаниям Юнхо, стараясь не смотреть тому в глаза, иначе вся концентрация улетела бы как пугливая бабочка.       Спустя множество не очень удачных попыток у Уёна всё-таки получилось самостоятельно держать равновесие на доске, поэтому, немного разогнавшись, он вскочил на скейт и поехал по дороге, расставив руки в стороны.       — Юно, у меня получилось!!! — радостно закричал он, и лес словно подбадривающе шумел ветвями.       — Уён-а, я горжусь тобой! — громко ответил Юнхо, смотря на удаляющуюся фигурку. — Ты только не упади!       Как только Юнхо это произнёс, Уён отчаянно замахал руками и свалился на землю.       — Вот чёрт… — Юнхо моментально сорвался с места, не забыв захватить свой небольшой рюкзак с десятком нашивок любимых супергероев.       — Хэй, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил прибежавший он, на ходу доставая бутылку с водой и упаковку с пластырями.       Уён лежал на спине и светился своей самой прекрасной улыбкой. Прикрыв глаза, он умиротворённо гладил тонкими пальцами зелёные стебельки травы. Несмотря на разодранные коленки, с одной из которых стекала маленькая красная капля, Уёну было… комфортно. Жизнь будто вновь обрела краски и зацвела с новой силой, вдыхая в небольшое тело всю энергию вселенной. Хотелось кричать на весь мир и одновременно молчать, упиваясь драгоценным моментом.       — Юно… — тихо позвал Уён и чуть приоткрыл глаза.       — Да? — Юнхо пришлось присесть рядом, чтобы расслышать фразу.       — Я счастлив, — Уён посмотрел прямо в глаза парня и протянул руку, вкладывая за его ухо распустившийся ярко-фиолетовый василёк. — Спасибо, солнечный.       Юнхо скромно опустил глаза и засветился. Посмотрев на разбитые колени, он открутил крышку и стал аккуратно промывать раны, отчего по ногам потекли розовые струйки. Когда он закончил с обработкой, на ногах красовались несколько цветных пластырей.       — Пойдём к ручью, — Юнхо потянул Уёна за руку, помогая встать. Тот отряхнул шорты, подхватил скейт, сдул с него краснобокую божью коровку и направился следом.       Лес встретил их объятиями приятной прохлады и тихим журчанием воды, в которой купалась стайка птичек.       Они подошли к ручью и умылись чистой холодной водой. Это было настоящим спасением после знойного поля. Заметив неподалёку два пенька, Юнхо подошёл к ним и присел, поставив рядом рюкзак. Солнце игриво проглядывало сквозь пышные кроны деревьев и отскакивало лучами от прозрачной воды. Уён сел на соседний пенёк и устал вытянул ноги.       — Давай поиграем в игру, — вдруг предложил Юнхо, улыбнувшись.       — В какую?       — Смотри, — Юнхо встал, отошёл на пару шагов и взял небольшой камень. Выкопав ямку, он собрал несколько деревяшек и маленьких камешков из ручья и вернулся обратно. — Задача такая: мы по очереди кидаем что-нибудь в ямку. Кто ближе будет к цели, рассказывает интересный факт о себе. Так мы сможем узнать друг друга получше.       Уён на секунду напрягся. Рассказывать о себе — его самая нелюбимая часть общения. Однако взглянув на Юнхо, он ощутил приятные волны доверия, который тот неосознанно излучал. Хотелось подарить ему весь мир и рассказать все свои секреты.       — Давай, — произнёс Уён и протянул ладонь.       Первый камешек перелетел ямку и остановился возле кромки воды, спугнув лиловую стрекозу. Настала очередь Юнхо. Тот тоже не особо рассчитал силы, но всё-таки был ближе к цели.       — Я старший ребёнок в семье, — начал Юнхо, перебирая горстку камней в ладони. — Папы у меня давно нет, мама постоянно работает. Младшую сестрёнку зовут Лили, ей сейчас двенадцать лет, так что мы с ней постоянно вместе. Но, как ты уже знаешь, сейчас она лежит в больнице, поэтому мне немного непривычно без неё. Ещё у нас есть бабушка, мы иногда ездим к ней на выходные в деревню.       Уён увидел искреннюю любовь к сестре во взгляде Юнхо, и у него потеплело на душе. Всем бы такого старшего брата.       — Познакомишь меня потом с Лили?       — Конечно! — Юнхо загорелся радостным огоньком после этих слов.       Ещё один бросок, и в этот раз Уён был ближе. Задумавшись, он закусил губу и повертел в руке квадратную деревяшку.       — Я с самого детства очень люблю животных и всегда мечтал о собаке, но у моих родителей, к сожалению, аллергия на шерсть животных. Так что дома у меня много игрушек. Моя самая любимая — это тёмно-голубая касатка, которой я несколько лет назад нарисовал такую же родинку под глазом, как у меня.       — Как очаровательно, — Юнхо по-доброму усмехнулся. — И твоя родинка на губе тоже очаровательная.       Уён жутко смутился и кинул в него кусочек древесины. Юнхо захохотал и поймал её на лету.       — Да правду говорю! Я такого ни у кого не видел!       — Угу, давай бросай уже.       Целых полчаса разговор лился безостановочно, и, казалось, вся живность леса слушала тихие голоса двух подростков, которые делились друг с другом своими увлечениями.       — Мы с сестрой очень любим коллекционировать разные наборы из журналов. Мама, конечно, была сначала не в восторге, но, увидев наш энтузиазм, сдалась. У Лили несколько десятков маленьких симпатичных лошадок, а у меня весь блокнот в наклейках с супергероями! Я знаю, выглядит по-детски, но мне очень нравится.       — Я очень люблю Человека-Паука, — Уён хитро посмотрел на Юнхо. На что тот вытаращил глаза и приоткрыл рот. — Только не говори, что ты тоже.       — Шутишь?! Я тоже! — Юнхо от радости вскочил на ноги. — Значит, ты обязан заценить мой набор!       — Договорились, — улыбнулся Уён, и его глаза превратились в щёлочки. — А у меня…       В этот момент красная струйка неожиданно вытекла из носа Уёна и коснулась верхней губы.       — Чёрт… — Уён тут же размазал ладонью кровь и прикрыл нос.       — Что случилось? Тебе плохо? Может, в больницу? — Юнхо затараторил, сильно переживая. Быстро сообразив, он вытащил из рюкзака носовой платок и, смочив в речной воде, протянул Уёну. Тот сидел на пеньке, сильно сгорбившись, и держался за голову.       — Держи, — Юнхо ласково погладил Уёна по плечу и заглянул тому в глаза. В тёмных радужках отразилась бесконечная усталость, отчего сердце Юнхо пропустило удар. — Всё хорошо?       — Да… не переживай, — Уён с благодарностью принял смоченный платок и приложил к носу. — Такое часто бывает. У меня просто сосуды слабые, не волнуйся. И голова начинает болеть, когда кровь течёт. Всё правда хорошо.       Юнхо внимательно осмотрел Уёна, видимо, пришёл к умозаключению, что жизни парню ничего не угрожает, и выпрямился.       — Пойдём?       — Ага, — Уён схватился за протянутую руку и поднялся следом.

•••

      Тихие переговоры родителей за вечерним чаем прервала песня 80-х, заигравшая на телефоне Уёна. Он от неожиданности выронил круглое шоколадное печенье, которое откусывал понемногу с краёв. Быстро засунув всё печенье в рот, он двумя большими глотками допил чёрный чай и, проговорив еле внятное «спасибо, было вкусно», убежал в свою комнату. Родители многозначительно переглянулись и с нежными улыбками продолжили пить чай.       Уён улёгся на кровать и ответил на звонок.       — Привет, — раздался тёплый голос из динамика телефона. — Не отвлекаю?       — Привет, Юно, — поздоровался Уён и торопливо проглотил остатки печенья. — Неа, мы только закончили ужинать. Как дела?       — А-а-а, понятно. У меня всё хорошо, а у тебя? — Юнхо чем-то зашуршал на фоне и потом добавил: — Как твоё самочувствие? Хоть уже прошло три дня, у тебя не текла снова кровь из носа?       — Нет, всё отлично! — Уён закинул босые ноги на стену рядом с кроватью и положил под голову мягкую подушку. — Ах, секунду.       Протянув руку к бананке, которая лежала на стуле рядом, Уён достал зажигалку и сигарету. За окном шумел дождь, и, когда парень открыл окно, в комнату залетела прохладная сырость и вызвала волну мурашек по телу. Подвинув поближе к себе пепельницу, Уён поудобней перехватил телефон и уставился на темнеющую за окном улицу.       — Как там Лили? Её скоро выписывают?       — Да! Врач сказал, что ещё буквально пару дней, и ей можно будет вернуться домой. Я так скучаю!       — Ты же только сегодня утром её видел, — усмехнулся Уён, сбрасывая пепел.       — Ну это не то! Её дома не хватает, — чуть обидчиво произнёс Юнхо, и Уён представил, как тот надул губы.       — Верю-верю.       — Не хочешь встретиться? — после нескольких минут приятного молчания подал голос Юнхо.       — Прямо сейчас?       — Ага. Приходи к сарайчику возле моего дома, где тётушка Юна хранит сено.       Уён вновь усмехнулся и пообещал скоро прийти. Затушив сигарету, он спрыгнул с кровати и стал быстро собираться. Тёмно-синяя футболка, любимые джинсовые шорты чуть выше колена, бананка на талию. Он хотел было выйти из комнаты, как вдруг развернулся и достал из ящика спутанные наушники и плеер.       — Мам, я пойду прогуляюсь! — крикнул парень, надевая прозрачный дождевик, на котором маленькие разноцветные рыбки с длинными изящными хвостами образовывали бесконечные парочки.       — Там же дождь! Ты не заболеешь? — послышалось в ответ.       — Ну и что! Я… — Уён на секунду задумался. — Я к другу! Пока, люблю!       Закрыв дверь, Уён бегом спустился по лестнице и вышел на улицу. Пара крупных капель тут же упала ему на макушку. Положив в рот жвачку со вкусом голубики, он накинул капюшон и побежал в сторону дома Юнхо.       Когда Уён приблизился к невысокой деревянной постройке, то увидел, что под навесом стоял Юнхо в чёрной толстовке и счастливо махал рукой. Уён приблизился к нему и крепко обнял.       — Фуу, ты мокрый весь! — Юнхо сморщил нос, но обнял ещё крепче в ответ. — Пойдём внутрь.       В сарайчике была большая гора прошлогоднего сена, которая всё ещё хранила запах сухой травы и отцветших растений. Юнхо предусмотрительно принёс походный фонарик, который поставил на небольшой стол возле входа. Уён снял дождевик и аккуратно повесил его на гвоздик, торчащий из деревянной стены, а Юнхо тем временем с наслаждением упал на мягкое полотно сена и вдохнул полной грудью.       — Возьми у меня из рюкзака две бутылки, — произнёс он.       Уён нашарил пару стекляшек зелёного и красного цвета и вытащил, сунув под мышку.       — Что будешь? Тархун или лимонад? — спросил Юнхо, поднял голову и посмотрел на Уёна. Тот молча осмотрел бутылки и протянул парню зелёную.       В сарайчике раздался тихий пшик, прервав монотонный шум дождя, который каплями разбивался о крышу.       — О, смотри, — Юнхо приподнялся, достал из кармана перочинный ножик и снял с горлышка бутылки пластиковое зелёное кольцо. Нацарапав что-то на нём, он взял Уёна за руку и надел кольцо на палец. Присмотревшись, тот увидел, что на тонком пластике была написана буква Ю.       Улыбнувшись, Уён повторил действия Юнхо, нацарапав немного кривую У на красном пластике.       — Ложись давай, — проворчал Юнхо, когда заметил, что оголённые руки Уёна покрылись мурашками. Парень, не медля, завалился на сено рядом с ним, свернувшись калачиком и положив голову ему на грудь.       — Как тепло… — протянул Уён, устраиваясь поудобней.       — Да… — согласился Юнхо и приобнял того за плечо.       Уён вспомнил, что пару дней назад обещал дать Юнхо послушать свои любимые песни, поэтому расстегнул бананку и достал оттуда плеер с наушниками. Несколько минут борьбы с непослушными проводами, и вот они уже наслаждаются спокойной музыкой, засунув по одному наушнику в уши.       — Знаешь, я тебе ещё кое-что не рассказал, — нехотя начал Уён, рассматривая зелёное пластиковое колечко на своем пальце. Юнхо лишь тихо хмыкнул в ответ, давая понять, что весь во внимании.       — Мне в детстве поставили диагноз — синдром Элерса-Данло. Это довольно редкое заболевание, связанное с дефицитом коллагена, который обеспечивает прочность и эластичность сосудов. Всё бы ничего, но у меня развилась аневризма сосуда головного мозга, — Уён прервался, переживая неприятные воспоминания из больницы, которые червями въедались в душу. Он неосознанно вслушался в тихий ритм сердца Юнхо и излучаемое тепло тела и чуть успокоился. — Поэтому… в любой момент у меня может произойти кровоизлияние в мозг, — последние слова Уён проговаривал уже тихим шёпотом, будто извиняясь за свою болезнь.       Несколько минут они лежали в тишине, и Уён уже пожалел, что всё это рассказал, но в этот момент Юнхо подал голос:       — Я предполагал что-то такое… Поэтому я морально готовился. Так что… — Юнхо мягко повернул голову Уёна, чтобы тот посмотрел ему в глаза. — Не переживай, пожалуйста. Ты мне нравишься любым.       — Чем я заслужил тебя, такого хорошего?.. — Уён задался вопросом, и на глаза навернулись кристальные слёзы.       Сердце неожиданно забилось быстрее обычного, а ноги онемели от переживаний. Юнхо был так близко, рядом с ним было так тепло, приятно и так… волнительно.       Отбросив все мысли, Уён осторожно приподнялся и коснулся мягких губ Юнхо, на которых остался вкус тархуна. Через нежный поцелуй Уён передавал сладкие неозвученные чувства, терпкую благодарность и горечь переживаний.       Через некоторое время Юнхо отодвинулся и посмотрел на Уёна, щёки которого смущённо горели румянцем. Вытерев большим пальцем сверкающие капельки слёз, Юнхо прижал Уёна к груди и ласково провёл по тёмным волосам.       — Всё будет хорошо, — такое простое обещание, которое разожгло в сердце Уёна целый пожар.

•••

      На следующий день Юнхо никак не мог дозвониться до Уёна. Каждый раз набирая номер, он не позволял плохим мыслям заполнить голову. Однако когда он прибежал к дому Уёна, дверь открыла молодая женщина, глаза которой были красные от слёз.       — Ты, наверное, его друг… — слабый голос женщины сорвался, и она прикрыла рот рукой.       — Да… — Юнхо всё понял. Мышцы сковало невидимым, но такими горячими цепями, что хотелось выть от боли.       — Если хочешь, ты можешь зайти в его комнату… — женщина отошла от входа, вытирая глаза салфеткой. — Я думаю, Ён-а хотел бы, чтобы ты взял что-нибудь на память… Прости, мне надо отойти.       Женщина скрылась в ванной комнате и прикрыла за собой дверь. Юнхо потребовалось собрать все силы, чтобы переступить порог.       Зайдя в комнату Уёна, Юнхо замер, рассматривая каждую маленькую деталь, которая так хорошо отражала характер и привычки парня. Светло-фиолетовая пепельница на подоконнике, открытый ящик с разноцветными фломастерами, многочисленные наклейки крошечных цветов на стенке коричневого шкафа, прозрачная коробочка с сигаретами, скейт рядом с мягкой кроватью, полароид на столе, лежащий среди десятка листов со школьными записями.       Юнхо сглотнул комок в горле и подошёл к столу, над которым висела бечёвка с фотографиями на маленьких прищепках. Сняв один снимок, где Уён широко улыбается, а на заднем фоне дурачится Юнхо, он перевернул его. На задней стороне аккуратным почерком было написано: «Я и мой солнечный, 21 июня».       Подняв взгляд в потолок, Юнхо сдержал вырывающиеся слёзы и шмыгнул носом.       — Я уже скучаю, Уён-а… — тихий шёпот в тишине комнаты.       Юнхо аккуратно положил снимок и цветастую коробочку от сигарет в рюкзак, поднял скейт и вышел из комнаты, прикрыв дверь. Мама Уёна всё ещё не вышла из ванной, поэтому Юнхо не решился тревожить её. Он зашёл на кухню, нашёл чистый листочек и записал свой номер телефона и имя.       Выйдя из дома, он направился в лес, на ту самую полянку рядом с ручьём, где они с Уёном делились фактами из жизни. Положив скейт между двумя пеньками, Юнхо присел на один и позволил всем своим эмоциям вырваться наружу.       — Спасибо за незабываемое лето, Уён-а. И за мой первый поцелуй со вкусом сладкой голубики и горьких сигарет, — тихо проговорил Юнхо через некоторое время, когда смог хоть немного успокоиться. Посидев ещё немного в тишине, он провёл ладонью по шершавой поверхности скейта и поднялся, вдыхая полюбившийся запах тёплого леса.