Ты мило спишь ~

Был трескучий мороз... А сборы все равно должны быть, несмотря на то, что мороз неприятно покалывал нос и щеки, оставляя после себя нелепые красные пятна. Адидас сказал, что они все обсудят в качалке. Там, где обычно собираются или отдыхают универсамовские, проводят свободное время. Несмотря на то, что помещение качалки было маленькое, в ней было комфортно. Размещённые тренажеры, а еще уже родной маленький просиженный диван. В качалке было не то что холодно, но и не тепло, дабы раздеваться до майки. Было терпимо... Вахит проснулся рано, но решил, что это ему на руку. Парень оделся, надел свой вязанный свитер и накинул куртку, как всегда оставляя молнию не застёгнутой. Решил прийти на сборы раньше. Думал, что он, как обычно, будет последним, кто придет туда. Но нет, он ошибался. Там никого не было. Стояла гробовая тишина. Вахит зевнул и решил обойти всю качалку. Может здесь кто-то есть, но просто сидит тихо и неподвижно, испугавшись зашедшего Вахита. Зима обошел все, заглядывая чуть ли не в каждый угол. Найти кого-то не удалось. Получается, он здесь один, чего и требовалось ожидать. Кто придет в качалку в начале седьмого утра? Вахит лег на диван, накрылся своей тяжелой, но теплой курткой и прикрыл глаза. Нос начал покалывать морозный воздух, а кончики пальцев ног слегка подрагивали. Несмотря на эти не очень комфортабельные условия, со временем парень заснул. Переворачиваясь с бока на бок, тот что-то тихо бормотал себе под нос, шмыгая носом. Вахит не знал что сейчас, Валера сидит на краю дивана, наблюдая за тем, как Вахит спит. Как тот во сне издавал звуки, отдалённо похожие на мурлыканье, как переворачивался с бока на бок, пока его куртка вовсе не упала на пол. Тело Вахита было слегка худощавое, что, в принципе, было ожидаемо. Кожа бледная даже в теплом свете лампы, а тонкие пальцы, кажется, были бесконечно длинные. Валера, поджав губы, осторожно привстал со скрипучего дивана. Желания будить Вахита не было, поэтому все действия были обдуманы двести раз и выполнялись слишком медленно для клички "Турбо". Осторожно прикоснувшись сухими из-за мороза губами ко лбу спящего парня, Туркин слегка улыбнулся, сново накрыв Зималетдинова. Вахит открыл глаза и заметил Валеру, глупо улыбающегося над ним. Лежавший резко вскочил и раскрыл глаза шире, забавно смотря вокруг себя. — как долго я спал? я все проспал? — Валера усмехнулся и, дабы успокоить парня, осторожно прижал беспокойные бледные пальцы к дивану своей ладонью, осторожно поглаживая холодную кожу. — все хорошо, ты не проспал. ничего еще не началось. — Кучерявый осторожно прикоснулся к губам напротив своими, подмечая то, что Вахит подмерз. — спи, соня... — Валера хмыкнул, отстраняясь, — ты мило спишь. —Валера сел на диван и прижал к себе Зиму. Уши Вахита загорелись ярким пламенем. Он что-то пробурчал, но из-за картавости в голове Валеры возникли лишь очередные сравнения Вахита с котами, которых Туркин встречал по городу и гладил за ухом, наслаждаясь вибрацией и мурчанием маленького теплого клубочка шерсти. Те, желая больше ласки, тыкались в руку мордашкой, из-за чего на лице Турбо мелькала улыбка. Возможно, еще немного, и Зима ровно также будет желать объятий. Русая голова Вовы виднелась из-за двери, а карие глаза старшего уловили лишь две продолговатые фигуры на диване. Оба лежали небрежно, кажется, еще секунда, и оба грохнутся с дивана, матеря все, что можно и нет. Но, сейчас , им снился явно спокойный сон... Парни были умиротворёнными, пока спали. Вова смотрел на них, но ничего не сказал. Просто прошел мимо, делая вид, что так и должно быть. Даже не разбудил их. А зачем? Мужчина смысла в этом не видел. Дать возможность отоспаться — лучшее решение. А разговор Вова проведёт потом.