Латиния

Прекрасная дочь чёрного герцога Отряд выдвинулся из лагеря совсем рано на рассвете, и когда войско вернулось в город, не было ни оваций, ни поздравлений с победой. Испуганные горожане лишь провожали их настороженными взглядами. Уставшие солдаты вместе с Альбрехтом лениво пошли в свои казармы, а гвардейцы Конрада мысленно умоляли его отпустить их тоже. Когда был отдан приказ расходиться, они с нескрываемой радостью устремились в свои апартаменты. И лишь один Конрад стал неспешно прогуливаться по городу, в надежде хоть как-то убить скуку. Но тут, пока он разгуливал по площади, из-за угла очередного особняка проехала богато украшенная карета, а из окна этой кареты выглядывала бледная тонкая женская ладонь, и какая же была досада, что кроме этой ладони ничего разглядеть было нельзя! Но он заинтересовался, ему хотелось узнать больше, и поэтому он подошёл с деликатным вопросом к какому-то молодому дворянину с вопросом, чья же это была тройка, тот ответил: - А, эта! Это экипаж молодой герцогини Кёллер, а вы, так погляжу, тот самый королевский холоп, защитник короны, да? - Что ты сказал, гад?! - Я говорю лишь чистую правду, такую, какая она есть. С каждым словом этого молодого дворянишки глаза Конрада расширялись, а рука уже тянулась к рукояти меча, не выдержав, он выхватил клинок из ножен и с криком " ОСКОРБЛЕНИЯ СВОЕЙ ЧЕСТИ Я НЕ ПОТЕРПЛЮ, ЗАЩИЩАЙСЯ!" начал атаковать. К этому времени дворянин уже тоже вытянул свой меч из ножен и прямо посреди улицы началась дуэль. Испуганные горожане пытались спрятаться и лишь наблюдали за поединком, но защитник короны также слышал, как кто-то за его спиной уже звал стражу. Клинки мелькали в воздухе столь быстро, будто крылья насекомого, но тут меч противника обрушился на его доспехи и с треском порвал его сюрко с вышитой на ней алой лилией, от этого Конрад свирепел лишь больше и начал бить мощными ударами с верху на противника. Когда он сделал первый удар, и его противник закрылся, то тут же нанёс смертоносный колющий, от которого никак нельзя было увернуться. Острая сталь вошла дворянину прямо в грудь в область сердца, проломив рёбра и разрезав кожу. Его противник рухнул прямо на каменный пол, обливаясь кровью и исходя предсмертными хрипами. Зуль стоял над своим поверженным врагом с окровавленным мечом в руках и смотрел, как противник кашляет кровью изо рта. Но тут, откуда не возьмись, его окружила стража со всех сторон, они угрожающе выдвигали свои алебарды в его сторону, как назло среди этой стражи не было ни одного знакомого лица. И тут раздался незнакомый голос. - Конрад фон Зуль! Вы арестованы за убийство дворянина, немедленно сложите оружие в ножны! Перед ним стоял нарядно одетый человек. Человек, который объявлял ему приговор. Не сделав то, что ему сказали, он закричал: " Я РЫЦАРЬ ОРДЕНА «АЛЫХ ЛИЛИЙ», ЗАЩИТНИК КОРОНЫ, ДЬЯВОЛ ВАС ЗАБЕРИ ! НЕМЕДЛЕННО ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ, Я ЗАЩИЩАЛ СВОЮ ЧЕСТЬ ! " Но тут откуда-то сзади на него рухнул тяжёлый удар, ноги подкосились, в глазах потемнело, и он рухнул на труп своего врага. Очнулся он лёжа на сене с мыслями: «Кто посмел положить меня на сено?!» Когда он захотел подняться, то почувствовал резкую головную боль и свернулся, изрыгая из себя остатки пищи. Это были видимые последствия удара по голове. От такого удара даже шлем не защитил. Медленно поднимаясь с земли он осмотрелся: небольшое подвальное помещение, залитое светом. Единственным выходом отсюда была тяжёлая деревянная дверь. Когда он попытался встать, то услышал странный звон, оказалось, это звенели цепи, на его ноге были колодки! Что за наглость! Его приковали к цепи словно вора! Его величество это просто так не оставит! Но сначала следует осмотреться внимательнее, его доспехов на нём не было, как и меча, только лишь рубаха и шоссы, даже ходил он босой. Через боль он подполз к двери и закричал: - Эй, есть кто живой? - Чего надо? А ну замолкни, спать мешаешь. - Ублюдок! Я защитник короны. Немедленно выпусти меня отсюда! - Ага, сейчас же, ваше благородие, сию минуту, уже бегу. Тут неизвестный голос засмеялся. Делать ничего не оставалось, он лишь сел на место, где почище, и стал ждать. Он ни о чём не жалел. Тогда в городе он защищал свою честь и не мог не ответить на оскорбление. Что бы о нём сказали люди? То-то же, погнали бы такого рыцаря куда подальше, а так, может, за него хоть кто-то заступиться, вызволит из плена. Но всё же как красива была та маленькая ладонь. Как её звали? Герцогиня Кёллер? Да, верно. Именно так, интересно красива ли молодая герцогиня? Наверняка красивая, вот бы с ней свидеться... Мысли в его голове прервала какая-то возня снаружи, были слышны шаги туфель по камню, потом негромкий разговор, звук удара... И вот было слышно, по каменному полу идут уже два человека, идут к его двери, возятся с замком. Зазвенели ключи, дверь распахнулась, в неё зашёл пожилой человек с отличной для его возраста фигурой, но главное на его плаще были вышиты алые лилии. За ним вошёл пузатый с лысиной тюремщик. Старик немного посверлил его взглядом и дал знак тюремщику "Отопри кандалы". Тут же надсмотрщик подбежал к нему и стал спешно освобождать Конрада от оков. Когда дело было сделано, старик, всё ещё не говоря ни слова, поднял его с земли и погрузил его руку на своё плечо, таким способом они дошли до ближайшей лавки, на которую после положили нашего героя. Пока Конрад разминал свою затёкшую ногу, старый гвардеец смотрел на него суровым взглядом сверху вниз. Тут не выдержав Конрад заговорил первым. - Кто вы, милостивый господин? - Я ещё не совсем знаю, могу ли я, такому как ты, называть своё имя или же нет. - Не хочу показаться болтуном, но, как вижу, вы из того же рыцарского ордена, что и я. - Да неужели? Вот так новость. - Всё же кто вы такой? Проигнорировав вопрос, старик суровым голосом произнёс: - Ты обвиняешься в убийстве дворянина прямо посреди города, рассказывай, что произошло. - Этот мерзавец оскорбил меня. Я лишь защищал честь рыцаря. Так что я был в полном праве убить этого наглеца. - Да, это серьёзно. Но в следующий раз знай, для дуэли нужно выбирать время и место, а не начинать её прямо на глазах у простых жителей. Я слышал, в ордене у тебя звание защитник короны, так? - Да, господин. - А вот и нет. В прежние времена такого, как ты, даже близко бы к королю не допустили! - Извольте, сударь. Я выиграл этот титул своим мечом. Я победил целых трёх гвардейцев из личной охраны самого короля. - Какой наглец. Ты смеешь оспаривать мои слова?! Да ты хоть знаешь кто я такой? - Ну и кто же? - Я Людвиг де Торн! – громогласно взревел старый рыцарь. - М-Магистр? – с испугом в голосе произнес молодой рыцарь. - Именно что магистр! - Прошу меня простить, я не знал. Тут старый магистр тяжело вздохнул и опустился на лавку. - Всё же я порой поражаюсь нашим королём, назначить такого сопляка вторым лицом в ордене. Да где такое видано? Вот так всегда, стоит на некоторое время уехать, и тут снова какие-то неприятности, ладно... Где твои доспехи? - Я без понятия, сударь, меня окружила стража, а потом кто-то ударил со спины, и я не помню, что дальше произошло. - Вот ублюдки, так подло напасть со спины только стража и могла. Ладно, я поищу твои латы. Наверняка, где-то тут, а ты сиди здесь и никуда не уходи. Понял? -Да, сударь. Уже когда он облачался в доспехи, то хотел было взять и надеть своё сюрко, но тут помешал магистр. - Эй ! Не смей надевать эту рванину! Когда придем, тебе выдадут новый плащ. Вскоре они вышли на улицу, а там кромешная темнота, и лишь городские фонари освещали им путь. - Магистр Людвиг, можно вопрос? - Задавай. - Вы не знаете, кто такая юная герцогиня Кёллер? - Кёллер? А точно! Дочь Чёрного герцога! - Что за Чёрный герцог? - Герцог Генрих Кёллер, большой человек, феодал, ведущий затворнический образ жизни. Он, кстати, сейчас приехал сюда в столицу в своё поместье. - А где именно, здесь, в столице живёт юная госпожа Кёллер? - Что? А не влюбился ли ты, парень? Я тебе сразу скажу, эта затея гиблая. Генрих за свою ненаглядную любого порвёт. Говорят, он неровно дышит к своей дочурке. - То есть как это? - Именно так, как ты и подумал, но это всё слухи, а как там на самом деле обстоят дела, никто не знает. - Так всё же где именно они живут? - А вон там. Магистр показал на большое двухэтажное поместье с высокими каменными стенами - Но всё же, будь осторожнее. Этот Чёрный герцог раньше на войне любил врагов на кол сажать, и это уже не слухи, а правда. - Не волнуйтесь, Магистр. У меня уже есть опыт в битвах, я смогу за себя постоять. - Знаешь, то, что ты побил парочку смердов, не считается за битву. - Как можно, магистр! Совсем недавно мы брали штурмом укреплённый лагерь бандитов, там полегла целая дюжина наших человек. - А сколько вас и их было? - Нас шесть десятков человек, их пятьдесят или сорок, никто точно не считал. - Ха, разве это битва? Нет, это так...мелкая стычка. Ладно, хватит тут разговаривать. Перед ними уже возвышался в своём величестве золотой дворец. Когда они вошли в него, их спокойно пропустила парочка гвардейцев, и, пройдя мимо приемной, устремились к его величеству. На троне восседал мрачный, словно туча, монарх. Всё это время он слушал, как его советник что-то говорил ему на ухо. Наши герои поклонились, и слово взял магистр Людвиг. - Ваше величество, я привёл назад защитника короны, всё это время он отбывал наказание в темнице города. - Постой Людвиг, по какому праву его задержали, ведь, как мне доложили, он настоящий герой. - Мой господин, защитнику короны пришлось защищать свою честь в поединке, его оскорбили, и он разобрался с наглецом, посмевшим так с ним поступить. - Что ж это довольно существенный повод для поединка, но впредь Защитник короны помните что проводить дуэли в городе запрещено, и впредь даже не думайте повторить подобную выходку, иначе будете разжалованы. А теперь сэр, Конрад, вы можете взять обещанную награду за голову того преступника, как же его звали... - Хаген, мой господин. - Именно, возьми принадлежащую по праву тебе награду и иди в свою комнату, завтра ты приступаешь к своим обязанностям. - Благодарю вас, Ваше величество. - Да, да конечно можешь идти, нам стоит ещё немного поговорить с Магистром Людвигом. Откланявшись, он неспешно пошёл за наградой. То, сколько там ему отдали денег, его просто поразило, это был целый золотой, похоже, что скоро ему придется открывать счёт в одном из этих банков. Всё же хорошо тут живётся, он и не думал, что так легко отделается. И ещё одно, наверное, стоит завтра посетить поместье семьи Кёллер. Напишу анонимное письмо, да, так и сделаю, прекрасная идея. На следующую ночь он уже крался словно вор к поместью. В тёмной и лёгкой одежде это можно было сделать совсем легко. Перелезая через высокий забор, он увидел, как вдалеке патрулируют улицы стражники, быстро спрыгнув, затаился в кустах и терпеливо прождал до того, пока патруль скроется из виду. Да, быть вором в столице очень сложно, всюду рыщет стража, но наверняка добыча была бы очень богата. Но он пришёл сюда не воровать, у него здесь другая цель. Ладно, теперь стоит рассмотреть окна. На первом этаже у нас гостиная, а на втором... ничего не видно, следует залезть на второй этаж, сделаю это через окно. Конрад залез по стене так же ловко, как это делала ящерица, и тут же он начал внимательно всматриваться в окошко. Стекло было очень мутным и практически ничего не было видно. Ладно, решено, я полезу во внутрь. Ох, если меня поймают, добром это не кончится, мигом руки отрубят. Он начал медленно открывать эту преграду, когда всё же открыл, влез сначала одной ногой, потом второй и вот он проник в особняк. Он оказался в комнате чудесного вида, небольшой, но её стены были украшены прекрасными гобеленами. Видно было, что о человеке, тут живущем, очень заботятся и любят. В центре стояла большая кровать с балдахином для сохранения тепла. На цыпочках подойдя к ложе Конрад увидел ту самую бледную женскую что ладонь что сейчас беззаботно свисала с кровати. Ладно, я просто оставлю письмо и уйду... Но как же хочется… Может, я хоть посмотрю на её лицо? Ничего же плохого от этого не будет… С этими мыслями молодой рыцарь начал медленно оттягивать балдахин. И, о чудо! Какая она красавица! Перед ним на кровати лежала девушка, столь юная и прекрасная, что захватывало дух . Белое чистое лицо с большими ресницами, волосы чёрные, как уголь, и они так красивы уложены, что захватывало дух. Своим видом она скорее напоминала фарфоровую куклу нежели человека. А её губы... Ох, до чего она красива ! Сердце в груди забилось чаще, в животе появилось странное чувство, что это? Любовь? Да, похоже я влюбился. Своим ростом она была совсем низкой, но зато фигурой. Хоть фигуру и скрывало большое одеяло набитое пухом, даже так можно было понять, что она невероятно стройная. Рядом с ней он показался бы просто великаном! Как же хочется увидеть её глаза, они наверняка цветом будто драгоценный сапфир. Я не должен её будить! Ни в коем случае! Пускай она и дальше наслаждается сном. У меня будет больше времени, чтобы насладиться ее созерцанием. Эта милая девушка похитила его сердце. Он беззвучно положил письмо на её одеяло. Надеюсь, она не уронит его во сне. В этом письме были сказаны все его чувства по отношении к ней, он рассказывал ей о том как увидел её в первый раз, как много думал о ней. А ещё там было предложение начать тайную переписку. Уже надо было уходить, но он всё никак не мог от неё оторваться. Но тут он вздохнул, и этот вздох был, как ему показалось, столь громким, что он сам его испугался. Но слава богу, она его не услышала, и он начал медленно спускаться из окна, не забыв конечно его закрыть. Один раз он чуть не упал, но не упал же? Уже спустившись, стал не спеша перелезать через забор, но тут со стороны улицы послышался крик: " ЭЙ ! КТО ЭТО ТАМ ?! " Вот ублюдки ! они его заметили, пора спасаться бегством !" Спустя некоторое время Конрад, тяжело дыша стоял около ворот золотого дворца. Он не знал, что стражники отстали от него практически сразу, как только его увидели, и столько времени он бежал ни от кого. Но молодой дворянин ужасно испугался, что его могут поймать. И уж точно он не хотел снова оказаться в королевской темнице. На вопрос одного из гвардейцев, где его факел, он лишь небрежно сказал, что случайно уронил его в лужу за пределом города. Он забыл, как шёл до своей комнаты. Помнил лишь, как лёг в свою кровать. Ужасно уставший от своего забега. Уже лёжа в просторной кровати, он думал о той милой девушке, что наверняка даже не знала о его существовании. Как же прекрасна она была... Надеюсь, она не выбросит письмо, а прочтёт его. Письмо было анонимное, в нём он рассказывал лишь о своих чувствах к ней. Дочь Чёрного герцога, нет и нет. Не так! Прекрасная дочь Чёрного герцога, вот так намного лучше. Уже засыпая, он всё думал о молодой герцогине, но тут веки дрогнули, и сладкий сон накрыл его своим одеялом. Весь следующий день он ходил по дворцу с гигантским любопытством. Что она ему написала? Когда ответит? Не испугалась ли она от того, что узнала что ночью в её комнату пробрался незнакомец? Всё это время он с нетерпением ждал, когда ему вновь представится возможность её увидеть. Уже с некой рутиной выполнял свои обязанности, но тут короля оповестили: «Прибыл посол государства Вивор.» Страна к северу от Латинии. И тут же Конраду сказали, чтобы он в том числе присутствовал на встрече, в своих парадных доспехах. Они просто не знали, что у него только одни доспехи. При встрече выглядел Конрад прилично и внушал уважение лишь своим видом. Когда в двери вошли послы, выглядели они очень богато, одетые в шёлк и бархат, ножны тонких мечей и их перевязи были позолочены. Войдя они поклонились и представились. Весь этот трёп он слушал в вполуха, не вдаваясь в подробности. Всё было бы хорошо, но он знал, что шестьдесят лет назад Латиния с Вивором воевала и при чём с таким ожесточением, что на месте одной из битв трупы убирали и хоронили целый год. Его дед, Вальтер фон Зуль, воевал на стороне Латинии. И прославившись в одной из битв, стал королевским маршалом, после чего водил войска в бой. Маршал, он конечно же маршал, но земель ему за этот титул так никто и не дал. И по этому всему к послам он относился с некой неприязнью. Король тоже выглядел нахмуренно, он молчаливо выслушивал пустые россказни послов, которые были лишь предисловием, ведь если сразу перейти к делу, тебя могут посчитать некультурным. Но тут посланец произнёс: - Так вот, Ваше величество, я надеюсь, вы помните такое графство под названием Тулонь? - Это случайно не та самая провинция, которая шестьдесят лет назад была завоёвана нашей армией? - Ваше величество столь проницательны, да, это именно та провинция. И вы наверняка знаете, что в графстве Тулонь большинство населения - подданные короля Людовика, великого правителя Вивора. - К чему вы клоните? Переходите ближе к делу. - Мой король хочет вернуть своё графство назад. - Это исключено, графство не продаётся. - Ваша светлость, вы меня не так поняли. Король Людовик желает заполучить своё владение назад, так как изначально оно принадлежало именно нам и большинство населения тоже хочет вновь служить моему великому королю. Так что... - Передай своему королю, что ни одного ярда графства вы не получите!.- С угрозой сказал Луи - Я надеюсь, Ваша светлость понимает, что это может привезти к необратимым для вас последствиям? - А вы понимаете, что сейчас можете угодить в пыточный подвал? Уведите этого наглеца с лаз долой! -Мы ещё вернёмся с этим вопросом, когда Ваша светлость будет в здравом уме и сможет обсуждать серьёзные темы для разговоров. Когда гвардейцы увели наглых послов прочь из зала, король Луи седьмой стал в злости ходить по комнате из стороны в сторону. - ВЕЛИКИЙ ЛЮДОВИК! ХА! НУ И ЧЕМ ЖЕ ОН ПРОСЛАВИЛСЯ?! ТЕМ, ЧТО ЖРАЛ В ТРИ ГОРЛА ИЛИ ЧТО ПИЛ БЕЗ МЕРЫ?! ВОТ ИМ, А НЕ ТУЛОНЬ !- Он показал фигу в воздух. -Нет, Конрад, ты видел, видел, что это было? Следовало отправить их к шкуродёру. Ушёл он от своего короля с мрачными раздумьями, похоже, что ситуация между королевствами накаляется. Возможно, будет новая война. Когда послы придут во второй раз и также получат отказ, Людовик просто введёт войска в графство, и дело закончится кровью. А что же у нас есть? Рыцарская тяжёлая кавалерия, примерно три или четыре тысячи, стальная пехота, да, без опыта в битвах, но зато их целых десять тысяч, плюс небольшой флот. А сколько же у врага? Неизвестно, по крайней мере ему точно. Также дело омрачается тем, что все эти цифры лишь его предположение, хоть и близкое к реальности, но, как точно обстоят дела, он не знает. Ну ладно, теперь ему следует идти к наследному принцу и продолжить охрану столь важного лица. Плохие мысли быстро вышли из головы, но когда он вошёл в комнату к наследнику, увидел смешную картину. Принц Луи тыкал своей тонким клинком в воздух, причём выражение его лица было столь серьёзное, что вызывало смех. Увидев его, мальчишка просветлел, но из-за чего? Ах, точно, он забыл снять латы. - Конрад, ты что, на войну собрался? Возьмёшь меня с собой? - Ваше благородие, прошу вас, успокойтесь, никакой войны не будет. - А почему тогда... это.. - Была важная дискуссия с чужеземным послом. - И чего они хотели? - Хотят отобрать у нас графство. - ЧТО? ДА ЧТО ОНИ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЮТ?! ДА Я ИХ! ДА МЫ! - Умоляю вас, успокойтесь, войны пока что не будет, но это пока что... Не взяв то, что он хочет словами, король Людовик может попытаться забрать желаемое силой. - А почему мы сидим на месте? ПОЧЕМУ МЫ НЕ НАПАДЁМ ПЕРВЫМИ?! - Враг может одуматься и предотвратить кровавую баню. Всё же скорее всего он не станет атаковать, но кто знает, что творится у этого полоумного в голове. А теперь, как вижу, вы захотели освоить новые приёмы из фехтбука ? - А... Да, точно! -Ну тогда пойдемте на ристалище. - Правда? Наконец-то! – с восторгом проговорил мальчишка. Уже где-то минут через десять, два человека с деревянными клинками в руках занимались фехтованием. - Нет же, ваше благородие, всё не так. - Да что на этот раз?! - Давайте начнём с того, что вы стоите неправильно. Когда вы делаете выпад, левая нога должна оставаться на своём месте, а правая смотреть вперёд, согнутая в колене. Ещё меч вы держите неверно, не надо было хвататься за навершие, у двуручного меча не зря есть рукоять, на которую можно положить две руки. Это же простой выпад, как можно было сделать столько ошибок? - Я уверен, в моём возрасте ты был ничуть не лучше меня! - Ну уж нет, здесь вы не правы, но это к нашему делу не имеет никакого отношения. Что ж, похоже, наше время подошло к концу. - И это всё? Отчего так быстро? - Когда человек занят делом, время летит намного быстрее. Я провожу вас в ваши покои. - АХ! Ну ладно... – с некой ноткой досады произнес принц Луи. Когда Конрад отвёл юного принца в свою комнату, то тут его неожиданно встретил Альбрехт. - ОГО, какая встреча. Сам Конрад фон Зуль здесь. - Что ты хотел, Альбрехт? - Да вот, решил поговорить с глазу на глаз. - Ну что же, говори. - До меня тут дошли слухи, что ты был рядом с нашим монархом, пока принимали послов. - Да, это так. - И как всё прошло? Вздохнув, Конрад начал говорить. - Всё плохо. Иноземцы грозятся в случае отказа отдать графство Тулонь им, начать войну. - Да... и в правду плохо. Знаешь, я просто хочу удостовериться, что если нам всё-таки придется защищать это никчёмное графство, ни ты, ни твои люди не сбежите. - Даже не смей об этом думать. Я скорее умру, чем побегу от сражения. С серьёзным лицом сказал наш герой. - Ты, возможно, да, но вот твои люди... Большинство из них были набраны из молодых неопытных дворян. Ты, наверное, не знаешь, но во время нашего сражения у лагеря парочка из них сбежала, когда началась общая свалка. Хотя то сражение, в котором мы участвовали, всего лишь небольшая стычка, настоящий бой намного опаснее. - Альбрехт, даже если я побегу, ты можешь в назидание другим просто отрубить мне голову. - Всё же, надеюсь, этого не случится. - А теперь ответь на мой вопрос. - Ну давай. - К чему весь этот разговор? Ты сомневаешься в моей храбрости и ставишь под сомнение храбрость гвардейцев, хотя сам прекрасно видел, как я дрался вместе с тобой. Ответь мне, чем же я заслужил такое недоверие? Может быть, это всего лишь твоя зависть? Ответь честно, ты завидуешь мне? Ты бы хотел быть на моём месте? При последних словах Конрада брови капитана стражи поползли вверх, из его рта так и хотели вырваться слова " ДА! ДА, Я ХОЧУ!", но дворянская честь не позволила это сделать. Тяжело вздохнув, он начал говорить. - Знаешь, Конрад, мой отец заложил своё поместье, лишь бы отправить меня в стражу обычным рядовым. Я с упрямым упорством пробирался вверх по карьере, при любом случае пытаясь отличиться, из-за этого я не раз рисковал жизнью, на моём теле практически нет живого места, оно всё покрыто шрамами. И тут из какой-то глуши приезжает парень, практически ребёнок, и за один день поднимается столь высоко, что я за всю свою жизнь и мечтать о таком не мог! Как ты думаешь, что я чувствую в этот момент? – Старый рыцарь проговаривал свою речь с явной обидой в голосе, но тут слово взял защитник короны. - Значит, я был прав... Именно из-за этого ты так себя повёл. Тут глаза Конрада стали столь хищными и ясными, что напоминали взгляд большой дикой кошки. - Именно из-за своей зависти к моему успеху ты только что поливал меня своим ядом. На миг Альбрехт почувствовал страх, ему стало страшно от молодого льва, нависающего перед ним. Лев сможет легко проглотить его и не подавится. Слова его были рубленными и били по больному. Но страх сменился злостью. Жилы старого вояки на лбу вздулись, глаза налились кровью, а зубы обнажились в кровожадном оскале. - СОПЛЯК! КАК СМЕЕШЬ ТЫ КЛЕВЕТАТЬ НА КАПИТАНА СТРАЖИ! ДА Я ТЕБЯ ИЗРУБЛЮ, СВОЛОЧЬ НЕБЛАГОДАРНАЯ! -КАКОЙ ТЫ ЕЩЁ КАПИТАН?! ТЫ ЛИШЬ МЕЛКАЯ ЗМЕЯ, КОТОРАЯ ТОЛЬКО И СПОСОБНА, ЧТО ИЗВЕРГАТЬ СВОЙ НИКЧЕМНЫЙ ЯД! - ПАРШИВЕЦ! ТЫ БУДЕШЬ МОЧИТЬСЯ ОТ СТРАХА, УЗНАВ МЕНЯ В ГНЕВЕ ! - ПЁСЬЯ КРОВЬ! ДЛЯ ТЕБЯ БУДЕТ ЧЕСТЬЮ, КОГДА Я ТЕБЯ СТАНУ УБИВАТЬ! - ДУЭЛЬ! - ДУЭЛЬ! Два человека выкрикнули одно слово одновременно и в гневе пошагали в разные стороны. Они даже не удосужились узнать время и место поединка. Но уже были готовы убить друг друга с особой жестокостью. А ведь когда-то эти люди называли друг друга друзьями. Конрад уже сидел в кресле в своей комнате, ярость отступила, и он обдумывал всю ситуацию. Похоже, что в один момент ему следовало остановиться, но он так и не смог этого сделать. Он продолжал размеренно наносить удары по больному. Неужели ему и вправду придется убить единственного друга? ОХ! НУ ЧТО ЖЕ Я ЗА ДУРАК?! Зачем я это сделал? Получается, один из нас умрёт. И только в одном он находил утешение, он думал о той прекрасной юной герцогине. Она должна была дать свой ответ в одно секретное место, ранее указанное в его письме, но ответит ли она? Если же нет? Если она не написала своё письмо, то его сердце на веки разбито. Я пойду туда, когда наступит ночь, это будет правильное решение. Когда на город наступила темнота, и все его честные жители уже сладко дремали в своих постелях, молодой рыцарь вышел из огромного золотого дворца весь в чёрной одежде. Гвардейцы короля лишь проводили его подозрительными взглядами. При каждом его шаге фамильный меч, висевший у Конрада на перевязи, бил ножнами по его ногам. А тем временем над городом стояла полная луна, и лишь стрекотание кузнечиков из аккуратно подстриженных кустов доносилось до его ушей. А вот и оно, то самое секретное место с письмом и именно здесь он должен был получить свой ответ. Сердце в груди забилось, его одолевало волнение, маленькие капельки пота медленно катились по его лбу. Что если ответа он так и не дождётся? Приготовившись с мужеством принять то, что никакого ответа он так и не получит, он с решительностью стал искать письмо в тайнике. На долю секунды он испугался, что не найдет его, но тут его рука почувствовала шершавую твёрдую бумагу. Неужели это то, что я искал?! Конрад начал медленно вытаскивать руку из тайника. В его ладони лежало немного помятое, но чистое и аккуратное письмо. Наконец-то! Его труды не пропали зря! Он не стал терпеть, и словно зверь разорвал конверт в поисках самого послания. Как назло, ничерта не видно! Где же хоть какой-то источник света?! Быстрым шагом он подошёл к ближайшему фонарю. Первое, что он увидел мелкий, красивый почерк, его посетило то чувство, будто он вернулся в ту самую ночь. Первой буквой в письме была большая заглавная З. З дравствуй, незнакомый мне господин ! Меня зовут герцогиня Анна Кёллер, я дочь герцога Генриха Кёллера из Волхаста. Смею признаться, что на утро, когда я проснулась, Ваше письмо меня ужасно испугало. Но когда я полностью прочла ваше послание, меня тронули ваши чувства. Мне ещё никто и никогда не признавался в любви, но Вы... Я искренне верю, что Вы добрый и благородный человек, и поэтому я соглашаюсь на общение с вами. Прошу вас, приходите лишь поздней ночью, иначе нас могут увидеть. Днём стражники очень бдительны, и вам даже не стоит показываться рядом с нашим двором в полдень. Мой отец Генрих Кёллер пытается оградить меня от всех опасностей этого мира, в этой тесной красочной комнате я чувствую себя словно певчая птичка в золотой клетке. Я могу только оставаться здесь и лишь надеяться на встречу с вами, и то, что этот кошмар наконец-то закончится. Прошу, не оставляйте меня здесь в одиночестве и лишь иногда навещайте меня письмами. Я искренне верю и надеюсь, что мы с вами когда-нибудь встретимся. Анна Кёллер. «Она дала согласие! Но почему, почему она говорит о клетке? Я здесь, я с тобой, я вызволю тебя из этого плена. Неужели юную красавицу и вправду держат взаперти под семью замками? А ведь правда, ни на одном собрании или же королевском банкете этот Генрих ни разу не появлялся, а я читал каждый список гостей, как только проводилось любое мероприятие, и фамилии Кёллер там и в помине не было! Конечно же юной девушке не пристало появляться на улице в одиночку, но как каждый благородный человек, этот чёрный герцог должен был выводить её в свет, дабы найти для неё будущего состоятельного мужа. Что-то мне это не нравится... В этой истории, похоже, есть какая-то страшная тайна, может то, что говорил магистр Людвиг, правда? – с ужасом пронеслась мысль в голове у Конрада. Может быть Генрих и вправду испытывает совсем не отцовскую любовь к своей дочери? Кто бы мог знать правду? Может быть только сам Черный герцог? Кстати, я ни разу не слышал названия этого города, и вообще, как же называется само герцогство, в котором Генрих правит? Пока что для меня это неведомая тайна. Ладно, пора уходить отсюда. На прощание Конрад кинул печальный взгляд на окно юной герцогини, громко вздохнул и медленно, никуда не торопясь, пошёл в свои покои. Все эти мысли в его голове…Их стоит обдумать позже, жаль, конечно, что это письмо было столь коротким. Ему точно следует завтра же написать ответ и ухитриться снова его отдать этой милой девушке. Но сейчас пора отправиться спать. Проснулся он от назойливого стука в дверь. Уже порядком разозлившись, он встал с кровати и попутно, громко ругаясь, резко открыл дверь. Его встретил немолодой уже мужчина в богатой одежде с длинным мечом для фехтования на золотой перевязи и с серьёзным выражением лица. Взглянув на него суровым взглядом, мужчина заговорил: - Я так понимаю, вы... - Меня зовут Конрад фон Зуль. – Не дожидаясь, пока тот договорит, Зуль со злостью заговорил. - Я рыцарь ордена «Алых лилий» в звании защитник короны, кто вы и по какому вопросу ?! - Если вы будете так учтивы, я попрошу меня не пе-ре-би-вать!- Видно было, что этот человек тоже не горел желанием говорить с ним. - Так вот... Я здесь по поводу вашей дуэли с капитаном стражи. я предлагаю вам провести её в четыре часа дня за нижними воротами города, поединок будет до смерти. Вы согласны или Вы отказываетесь от своих слов? - Ни в коем случае! Но неужели ваш капитан наконец-то соизволил послать человека, дабы узнать время боя? Я уже думал, что буду ждать его до конца моих дней. - Я надеюсь, вы не явитесь на поединок чести в таком виде?- С этими словами он бросил взгляд на его одежду, взглянув вниз, он увидел что одет лишь в одной пижаме, ничуть не смутившись этому, с ехидцей подметил. - Что же, в отличии от Альбрехта я смогу выйти на ристалище и в рубахе. - Мне передать ваши требования? - Да, пожалуй, вы можете это сделать. - Как скажете, вместо кирасы вы будете сражаться в рубахе. - У меня есть ещё кое-что вам сказать ... -Что же? - Передайте Альбрехту, что если он, как я, не выйдет на бой в рубахе, то он будет считаться трусом. Ничего не сказав, посыльный лишь недовольно скривился и не попрощавшись ушёл в неизвестном направлении. Проводив его взглядом, Зуль младший принялся писать прощальное письмо своей возлюбленной. Возможно, он никогда больше ее не увидит, в письме он стал писать обо всём, что сейчас происходит. На жёлтом листе бумаги он принялся объяснять, что сегодня ему придется выступить на поединок против того человека, которого он когда-то назвал другом. И если же ему не удастся победить, то всему настанет конец. Лишь одно его утешало, что умрёт он сегодня от руки рыцаря. Закончив писать письмо, он запечатал его в конверт и вышел в приёмную короля, быстро поймав за руку одного из посыльных, он в лоб спросил: "Хочешь заработать? " услышав утвердительный ответ, он стал объяснять, что ему следует отнести этот конверт в поместье чёрного герцога и отдать герцогине Анне Кёллер лично в руки. Ещё Конрад добавил, что гонец за это получит целых десять серебряных монет и пять как предоплату. Услышав всё нужное, посыльный молча взял конверт из его рук и быстро умчался к выходу. Подождав его где-то с полу часа, он уже заметил приближение гонца. Тот был весь какой-то уставший и немного взъерошенный, а в глазах явно читалась злость. - Сударь! Из-за вашего письма меня чуть не порвали на части сторожевые псы! - Вы доставили письмо? - В руки? Нет, сударь я лишь успел забраться на второй этаж госпожи Кёллер, и тут меня заметила стража ! Я еле как ноги унес! - Ты не доставил ей письмо?! – грозно провозгласил Конрад. - Я успел кинуть его на пол её комнаты. - Вот, забирай свои деньги и проваливай с глаз моих! - И это всё?! Да за такую работу и золотого мало! - А ну сгинь с глаз моих, паршивец ! - С этими словами Конрад набычился и положил руку на эфес меча.- ТЫ ЧТО, СОБАЧИЙ СЫН, РЕШИЛСЯ БОЛЬШЕ ДЕНЕГ С МЕНЯ СТРЯСТИ? Я РЫЦАРЬ, ЧТОБ ТЕБЯ! А ТЕПЕРЬ ПОШЁЛ ВОН ОТСЮДА, МЕРЗАВЕЦ!- Явно испугавшийся посланец лишь отрыл рот и в испуге выпучил глаза, не смея больше ничего сказать он лишь беззвучно наблюдал, как молодой рыцарь удалялся от него с явной злобой. Когда пришло время идти на поединок, он облачился в доспехи. Для начала он снял с торса всё и оставил лишь белую нательную рубаху. Но в уговоре ничего не было сказано о том, что нельзя надевать другую защиту, и поэтому он надел на голову свой бацинет, предварительно сняв забрало, а затылок и шею защищала кольчужная бармица. Но это было не всё, также он надел латные наручи и стальные поножи, в общем без сковывавших движения панциря он чувствовал себя гораздо быстрее, но при этом и гораздо уязвимее. Когда Конрад сел на коня и стал не спешно ехать по городу, его голову заполняли всякие мысли. Сегодня предстоит нелёгкий бой, в этом я точно уверен, может быть, всё-таки не стоило так его оскорблять? Ладно, если же я сегодня умру, то умру я от рук рыцаря в честном поединке. Но если я выиграю, то эта победа покроет меня славой и каждый благородный в этом королевстве будет знать, кто такой защитник короны Конрад фон Зуль! Пока он ехал по городу на своём сильном жеребце, люди лишь косились в его сторону, обходя всадника. Под его рубахой были видны незаурядные мышцы, а на руках, там, где их не закрывали наручи, можно было увидеть широкие плечи. Он совсем не замечал взглядов, что бросали на него обеспокоенные горожане, но в их глазах отчётливо читался страх и уважение. Уже доехав до нижних ворот города, он заметил человека, именно того самого господина, что приходил к нему сегодня утром от Альбрехта. Подъехав к этому мужчине, Конрад спросил: «Ну и где же Альбрехт?» А тот лишь ответил, мол господин Альбрехт фон Шнайдер разбил лагерь недалеко от сюда. С этими словами этот двое всадников поскакали вперёд галопом. Именно по этой дороге он в первый раз пришёл в этот город. В конце концов проводник вывел его на большую поляну, залитую солнечным светом, а на этой поляне виднелось несколько палаток и один шатёр. Подъехав ближе, он заметил сидящего на стуле Альбрехта, тот был одет практически как он, также на его теле не было кирасы, а присутствовало всё остальное, но было только одно отличие, на его мастерски сделанном кавалерийском армете был красно-белый плюмаж . Спешившись с коня, он стал не спешно приближаться к нему. Когда всё было в сборе, они встали на открытое место, и секундант заговорил. -Господа мы все пришли сюда по поводу ссоры двух благородных человек, это капитан стражи Альбрехт фон Шнайдер и защитник короны Конрад фон Зуль. Ровно день назад в золотом дворце произошла встреча этих двух господ, при которой началась ссора из-за того что сэр Альбрехт усомнился в храбрости сэра Конрада и именно из-за этого появился конфликт. Я предлагаю в последний раз простить друг друга и навсегда забыть об этой ссоре. Наш герой молчаливо смотрел прямо в глаза своему оппоненту, оппонент делал то же самое и практически не моргал. Наконец Конрад заговорил. - Что ж, господа... Мне очень жаль огорчать тех, кто пришёл сюда для того, чтобы увидеть, как мы убиваем друг друга. Потому что желаемой крови он не получит. Я предлагаю моему хорошему другу Альбрехту на веки забыть об этой ссоре и никогда больше о ней не вспоминать. С этими словами молодой рыцарь протянул ему руку и улыбнулся лучезарной улыбкой. Ни секунды не промедлив, Альбрехт пожал её точно также улыбаясь. Он видел, как лицо секунданта скисло, но не предал этому значения. Но вдруг откуда-то со спины послышался дикий крик. " ВИВОРЦЫ! " Из-за леса выскочил словно черти из табакерки отряд врагов. Все мигом обнажили оружие, перед ними стоял вооружённый до зубов отряд полностью в кольчугах, а на головах у них были открытые шлемы. Вот как же ему повезло, у него совсем не было панциря! А рубаха даже от ветра защищала плохо, что уж там говорить об ударе мечом! Не долго постояв, он услышал щелчок спускаемого арбалета, этот щелчок был словно командой к атаке. Тут же люди стали с остервенением резать своих врагов. Какой-то тщедушный пехотинец попытался проткнуть его своим копьём, но Конрад перехватил в руку оружие врага, не давая ему ударить его, и приблизившись он рубящим ударом отрубил ему ногу, тот свалился словно подкошенный и стал с диким рёвом кататься по земле, поливая её своей алой кровью. Не дав опомниться, на него накинулся сержант с длинной глефой . Он уворачивался, как мог, но пару режущих ударов все же пропустил, и тут, как только подвернулся случай, он ударил виворскому ублюдку прямо в лицо! Уже полностью в крови, фон Зуль закричал " Я ВСПОРЮ ТЕБЕ БРЮХО! УМРИ, ОТРЕБЬЕ! " Выглядел он со стороны ужасно - выпученные глаза, налитые кровью, и звериный оскал, а в руке окровавленный меч. Он побежал на встречу врагам с яростным боевым кличем, тут что-то свистнуло в воздухе и он почувствовал, как что-то вошло ему в тело, посмотрев вниз, он увидел, как из его груди с боку торчит арбалетный болт... Только представьте, на белую льняную рубаху полилась алая кровь. Он лишь и смог что издать пару хрипов, прежде чем повалился на землю, исходя кровью. "Как долго я так лежал ? Я не помню... Помню лишь то, что очнулся от невыносимой боли в ране, с криком я открыл глаза и через пелену увидел смутный силуэт южанина, что сейчас тянул из раны болт. Кто-то поднёс мне к лицу какой-то резко пахнущий порошок, подышав им, я потерял сознание." - Ай-ай-ай, что за безобразие? И зачем же сей славный воин вышел в бой без доспеха? -Рауф, он будет жить? - Ой, дорогой не знаю... Может да, может нет. Всё чтобы спасти его я сделал, тут он уже сам должен начать бороться со своей смертью. - Ах ты, чёртов сарацин! Ты будешь говорить нормально? Мой друг останется жив?! - Жизнь его в руках спасителя. Альбрехт ничего не сказал, он лишь посмотрел на южанина недовольным взглядом и вышел из шатра. В этой стычке полегли практически все наши бойцы, остались в живых только два копейщика и то один из них был сильно ранен в бок, но зато все враги были мертвы, в этом бою он получил несколько лёгких царапин от меча, но сейчас нужно лишь ждать, пока все наши раны зарастут. Рано утром на рассвете к лагерю прискакал всадник, спешившись, он начал искать двух человек. - Эй ! Здесь есть кто-нибудь ? Я гонец короля, ищу защитника короны и капитана стражи города Даннбург! - Мы здесь – практически ответили капитан стражи и пехотинец. - Но где же защитник короны ?!- Озадаченно спросил гонец. - Он тоже тут – ответил Альбрехт. - Скорее садитесь на коней и отправляйтесь в город! – приказным тоном заявил посланник. - Мы не можем, у нас здесь раненные!- будто в оправдание прокричал фон Шнайдер. Спешившись с коня он направился за Альбрехтом в шатёр. Увидев Конрада, он ахнул, перед ним на тюфяке, набитом соломой, лежал молодой человек в бессознательном положении, со всеми признаками горячки. Чёрные длинные волосы его спадали на грудь, лицо было красное, сам он тяжело дышал, а грудь была перебинтована. Этот человек был в беспамятстве, рядом с ним сидел южанин с тюрбаном на голове, который внимательно наблюдал за состоянием больного. Немного помедлив, гонец спросил. - Что это с ним? - Арбалетный болт виворского поддонка угодил ему в грудь. - Но его величество приказал немедленно явиться во дворец. - МЫ НЕ МОЖЕМ! Передай королю, что его рыцарь тяжело ранен, и он не может приехать! – уже с пеной во рту проревел Альбрехт. - Но ведь... - Ты что, не понимаешь меня?! Я говорю, что он не сможет сесть на коня! - Подождите, вы сказали что на вас напали виворцы? Но откуда им тут взяться? До границы с Вивором по меньшей мере в пяти десятках миль, а то и больше, что они тут делали? - Откуда мне знать?! Может, это какой-нибудь отряд лазутчиков или что-то подобное... - Вот верно! Они наверняка здесь добывали информацию! - В лесу? Ты что держишь меня за дурака? - Не стоит смеяться, отсюда до столицы рукой подать. Они наверняка хотели произвести диверсию, подбить горожан на бунт или сотворить иную подлость. - И с чего это пузатым аристократам начать бунтовать? – скептично предположил командир стражи. - Но ведь кто-то из них может быть недовольным правлением короля. И возможно они могли подбить на бунт городскую чернь, вариантов множество. Может быть вы находили на телах убитых какие-то бумаги? В них могли быть какие-то распоряжения. - Бумаги? Дай-ка, подумать... Да, точно, я вспомнил! Была одна бумаженция! - Где же она, сударь ? Что с ней стало? - На ней было написано всё хаотично, буквы не составлялись в слова. Где же эта чёртова... Ах, вот и она ! - Дайте-ка взглянуть. На грамоте и вправду все буквы в словах были написаны беспорядочно, слова невозможно было прочитать, но все остальные правила правописания были соблюдены, здесь были точки, запятые, некоторые слова выделялись подчёркиванием . - Я понял, это наверняка какой-то шифр! Послание зашифровали, чтобы посторонний не смог прочитать. - Это хорошо, что ты это понял. А то я вчера из-за хмеля чуть его не спалил, да в какой-то момент забыл, что хотел сделать и кинул его куда подальше. - Как можно было такое сделать? Это же, наверняка, ценные сведения.- С этими словами гонец прижал грамоту к своей груди и ошарашено посмотрел на Альбрехта. - Я же говорю, я был чертовски пьян вчерашним вечером. - Ладно, забудем об этом. Я сейчас отправлюсь с вестями о нападении на вас к королю. А бумагу с шифром я передам нашему писарю, он должен разбираться в таких вещах. А вы оставайтесь тут и никуда не уезжайте. - Как я уеду, бросив моего друга?! О чём ты говоришь? - Скажите мне следует что-то ещё для вас сделать ? – игнорируя предыдущий вопрос, спросил гонец. - Значит так, найми три телеги, две для перевозки наших погибших и одну для раненных, а этой гнилью вскормим землю. – Кивая на трупы врагов, с презрением сказал Альбрехт. - Я вас понял, господин, берегите себя. С этими словами молодой гонец запрыгнул в седло лошади и поскакал галопом к городу. Покидая лагерь, он оставлял этих людей, большинство из которых были ранены, на попечение самому себе. Альбрехт же лишь посмотрел на него хмурым взглядом, вздохнул и медленно пошёл в шатёр. Зайдя в него, он увидел всю ту же самую картину, на тюфяке в горячке с красным лицом лежал Конрад, который сейчас лишь и мог что исходить потом. А рядом с ним сидел Рауф, лекарь сарацин родом из какого-то южного города государства, название которого было невозможно выговорить. Этого человека он заполучил к себе в слуги, когда ещё не был капитаном, а обретался в сержантах. Тогда его взяли вместе с другими стражниками для охраны торгового каравана, якобы купцы, а на самом деле наши лазутчики, дабы выкупить у местного оружейника страшное оружие, выплёвывающее огонь, то название, которым его называли местные южане, легче язык сломать, чем выговорить. И поэтому мы стали его называть по простому ручница. Это была короткая трубка из кованых стальных полос на длинной деревяшке, за которую надо держаться, пока целишься. Грохот при выстреле она издавала знатный, но если говорить честно, то шума было больше, чем дела. Хороший панцирь этой ручнице был не по зубам. Заряжать он её так и не научился, потому что её ему в руки не давали. Хм, кто же даст такую вещицу простому сержанту? Вот тогда он, можно сказать, и купил Рауфа, его чуть не расчетвертовали на площади за то, что он не смог спасти какого-то местного знатного вельможу, но Альбрехт выкупил у них лекаря. Врачеватель оказался вполне полезным приобретением, ведь в казармах стражи рано или поздно у кого-то точно произойдёт травма, кто-то лодыжку потянет, а у кого-то кость сломается. Был даже один случай забавный, как солдат утверждал, что у него жуки в голове, ну и врезал старшина ему своим пудовым кулаком по макушке, и мигом все жуки пропали. А саму ручницу отдали нашим умельцам. Ломали они над этой штукой голову долго, но всё-таки сделали похожую, только вот получилась она какая-то кривая и косая, да и вообще не стреляла, а запас чёрного порошка, из-за которого она огнём плевалась, как позже выяснилось, закончился, и поэтому мы снова отправились в этот город, да оказалась что лавка торговца этим оружием сгорела вместе с мастером, что их делал. Посмотреть на пожар собрался весь город, а привлек их грохот взрывов, да таких, от которых земля дрожала. А у других торговцев подобной ручницы не было. Так и стоят те стреляющие палки в королевской оружейной, да пыль собирают. Может быть, когда-нибудь какой-нибудь умник да что-нибудь и придумает с этой штуковиной, да и заставит её снова извергать огонь, тогда уж всем врагам Латинии худо станет. Но наступят ли эти времена? Кто бы знал... Грустно вздохнув, Альбрехт потянулся к бурдюку с вином. Была у него такая слабость, уж очень он выпить любил, и меры он в этом не знал. И если уж начинал пить, то тут худо становилось всем, кто под руку попадётся. Бил он и своих слуг, и рядовых, и даже женщин-слуг. Только на одних людей не мог он руку поднять - это на короля и его рыцарей. Тут на чин не посмотрят, сразу голову с плеч. А рыцарь, если ему слово не то скажешь, сразу меч из ножен тянет и норовит на поединок вызвать, вот как с Конрадом было. Так что с ними драться себе дороже. Но сейчас фон Шнайдер лишь сидел на походном стуле, неспешно потягивая вино из серебряного кубка. Пара вчерашних мелких ран от виворских мечей всё ещё ныли. От этой мелкой, как казалось, боли всю вчерашнюю ночь он не смыкал глаз. Рауф всё это время не давал Конраду проснутся. Как тот начинал приходить в себя, так тут же лекарь давал дышать ему дурманом, чтобы молодой рыцарь не чувствовал боли. Если говорить честно, то он сомневался в этом методе лечения, но так как Альбрехт сам в этом не разбирался, то не лез не в своё дело и лишь наблюдал за происходящим. День прошёл незаметно, единственный серьёзно непострадавший копейщик чинно патрулировал окрестности лагеря. Вдруг на горизонте показалась целая кавалькада всадников, несущаяся во весь опор прямо к их лагерю. Услышав топот копыт, Альбрехт выскочил из шатра с обнаженным мечом в руке. Увидел он картину, которая не на шутку его взбесила, тот самый стражник при виде кавалерии уже бросил своё копьё и с криком страха бежал в лес, роняя по пути военное снаряжение. Громко выругавшись, Альбрехт стал живо осматривать конников, были снаряжены они в латы, а на груди у них до боли знакомая накидка поверх доспехов. - Эй, рыцари, мы здесь! Из этой массы людей отделился один благородный человек на огромном и рыжем Латинийском дестриэ . Одет он был намного богаче остальных, его доспехи в некоторых местах украшала позолота, а в руках было тяжёлое кавалерийское копьё. Подъехав ближе, рыцарь поднял забрало закрытого шлема, давая увидеть незнакомую с большими вислыми усами физиономию. Не давая сказать ни слова, всадник заговорил. - Представьтесь, добрый человек, кто вы? - Моё имя Альбрехт фон Шнайдер, я капитан стражи города Даннбург и рыцарь Латинийской короны. - Капитан стражи? Ах, точно, я слышал о вас. Что же вы забыли в этом тёмном лесу вдалеке от нашей славной столицы? - Сейчас это неважно. У нас здесь два тяжело раненых человека! - А кто и где вас посвятил в рыцари? - Да чтоб вас забрал дьявол! Я же говорю, у нас здесь раненые и причём один кавалер вашего ордена! - Ну и кто же это? - Конрад фон Зуль! Защитник короны! - ЧТО?! Неужели это тот самый Зуль, что за один день получил звание защитника короны? Где он? Спешившись с коня, храбрый рыцарь немедленно вошёл в палатку. Перед собой он увидел лишь молодого человека, что сейчас мучился в лихорадке. - И это тот самый Зуль? Это же мальчишка! - Между прочим этот мальчишка практически без доспехов вчера убил двух виворцов в доспехах, один из которых был сержантом. И я уверен, что он убил бы ещё больше, если бы не подлый арбалетный выстрел, угодивший ему прямо в грудь! - Вы сказали, практически без доспеха? Или же арбалетный болт оказался столь сильным, что пробил кирасу? - На нём не было панциря, и вообще это долгая история, не задавайте лишних вопросов. С вами должны были приехать телеги, где они?! - О чём вы говорите? Что ещё за телеги? Мы здесь по приказу магистра ордена «Алых лилий», нам вообще никто ничего не сказал! - Те-ле-ги! – твердил рыцарь. - Для перевозки раненых и убитых. Сударь, я уже теряю терпение! - Перестаньте кричать на меня! Я рыцарь, а не холоп. Если вы продолжите в том же духе, я буду вынужден вызвать вас на поединок. - Ладно, успокойтесь. Сегодня утром на рассвете к лагерю приехал гонец, он обещал сообщить о нападении на нас королю и сделать так, чтобы сюда приехали телеги для перевозки пострадавших к лекарю. - Похоже, я знаю, о чём вы говорите. Пока мы ехали к вам, нам на пол пути встретился пустой обоз, я тогда очень удивился этому, но быстро о них забыл. Похоже, они направляются именно сюда и, наверняка, скоро уже будут здесь. - Если они и вправду идут к нам, это прекрасная новость! Через каких-то полчаса к лагерю и вправду приехали пустые возы. Люди, как можно аккуратнее стали складывать раненных на повозки, с трупами же падших товарищей никто не церемонился. Возницы кидали их внутрь словно мешки с камнями. А мёртвых врагов, которые уже сильно воняли оставили гнить здесь же на месте битвы. Тот кто пришёл за землёю нашей, в ней и сгниёт.