éternité

ты затаскиваешь меня в одну из комнат ебанутого пентхауса. я сам не знаю, как я оказался на этой тусовке. пиздец, у меня настолько богатые знакомые? очки с жёлтыми линзами бликовали яркими световыми эффектами, скрывая мои нетрезвые глаза. я осознаю всё прекрасно — не настолько пьян.       — блять, – отвожу взгляд, быстро таща тебя за дверь комнаты. в ней происходила ебейшая оргия, блять аж противно. ты на мне виснешь, хочешь хоть один поцелуй получить, но я отталкиваю, мол не здесь. в одном из помещений сидят две размалёванные курицы, явно без души. они липнут к нам, но ты выгоняешь их из комнаты и дверь захлопываешь. так сильно боишься потерять меня, так ревнуешь, мне пиздец нравится это. прижимаешь к стене, впиваясь жадно в губы мои искусанные. язык твой с моим сплетается в ритмичном танце. мы терзаем друг друга, смешивая кровь в поцелуе. ведёт обоих от металлического привкуса и распаляющего чувства. ты такой ахуенный. ещё полчаса назад ты игрался с девушками, а я за компанию с тобой сидел, но ни притронулся ни к одной из них, либидо моё послало на хуй меня уже давно. всё скомкано произошло, мы как-то издалека друг другу признались в наших недочувствах, но сейчас похуй абсолютно. ты на меня чуть ли не залезаешь, тебе пиздец мало. сдаёшься, на кровать меня толкая, и сверху нависаешь. твои бездонные дырки-глаза меня сверлят смазано, рассматривая. целуешь снова, зарываясь в моих волосах медных, а я кусаюсь сильно, отчего ты шипишь, поскуливая. вижу тебя под этим фильтром жёлтым от очков — заебался. откидываю оправу куда-то за кровать и рассматриваю тебя завороженно. в твоём взгляде только пошлость блядская. ты хочешь, и это единственное читаемое желание в твоих глазах. я всё и так понимаю. тянусь к тумбочке, где лежал тюбик кислотно-розовый, но ты по руке моей бьёшь и сам лубрикант забираешь. помогаю скинни эти блядские с дырками с ног твоих стройных стянуть вместе с бельём. пиздец. ты растягиваешь сам себя пальцами дрожащими, ладонь вторую на грудь мне опустив для опоры. тебе неудобно, стыдно явно, губу закусываешь, и какая-то часть здравого смысла отрывается от разума моего в этот момент. я смотрю на это снизу-вверх, глаза широко раскрыв. не пытаюсь помочь тебе, ты блять гордый слишком, не позволишь же.       — я уже не могу, – выдыхаешь обессилено, продолжая пальцами себя трахать. я готов умереть в ту же секунду, когда ты стонешь сжимая футболку мою. тебе хорошо до жути, колени дрожат, а я покорно жду, пока разрешишь, хотя я блять больше не могу себя сдерживать нормально. твой мешок, который ты "худи" называешь, приподнимаю, чтобы рассмотреть хоть ещё кусочек тела твоего. вожу ладонями шершавыми по бёдрам, особо трепетно проходясь по внутренней стороне. вздрагиваешь от действий этих, выдыхая томно. убедившись, что хорошо себя растянул, к моим штанам приступаешь, бантик развязывая. не церемонясь стягиваешь всё с меня движением одним, смотришь на мой член слишком долго. отсосать хочешь? или он слишком большой для тебя? смазка холодная по органу растекается, и я голову откидываю от ощущений, выдыхаю сдавлено. рукой помогаешь распределить субстанцию и сам уже готов насадиться, но медлишь. проезжаешься ложбинкой по всей длине, на реакцию мою смотришь, а я только и могу, что выдыхать рвано, постанывая. тебя явно моя пассивность удивляет, мне просто нравится смотреть на твое возбуждение несдержанное. обычно ты холодный и безэмоциональный, но не сейчас. сейчас ты шлюха настоящая, готов полностью принимать меня и утопать в ощущениях, глаза закатывая. руслан, ты такая блядь. пытки эти продолжаешь, но самому уже невмоготу. головку ко входу приставляешь, губу закусывая, а я бёдра твои подхватываю, ибо знаю, что колени твои не выдержат долго. смотришь на меня взглядом своим нечитаемым: то ли готов мне голову оторвать за поддержку, то ли поблагодарить, но не делаешь ничего. наконец, член в нутро своё пропускаешь, ощущая чуть ли не каждый новый миллиметр. я выстанываю что-то неразборчивое от тепла твоего сжигающего и тесноты душащей. ты лыбишься, но не в твоём положении делать это. в тебе скрывается уже половина длины. я чуть ли не хнычу от того, насколько медленно ты опускаешься вниз, но не рвусь. дышишь сбивчиво, тянешься вверх. больно? я рефлекторно руки отдёргиваю с ягодиц твоих, а ты довольно быстро движешься до основания, не в силах больше терпеть. из рта моего громкий звук гортанный вырывается, а ты выгибаешься чуть ли не до хруста позвоночника и всхлипываешь. возвратно-поступательные нарастающие продолжаешь, пытаешься попасть по точке желанной, чтобы удовольствие приторное получить снова. руки мои на бёдрах твоих оказываются вновь, и я под углом нужным насаживаю тебя сильнее. ты стонешь и застываешь, подрагивая, в негу впадаешь. по запястьям моим бьёшь, и я отпускаю тебя, а ты уже сам продолжаешь на моём члене скакать, как блядь. не думал, что когда-то буду ебаться с парнем, так ещё и со своим лучшим другом. это так странно, я вроде бы нового ничего не испытываю, но лицезреть тебя на мне и слышать твои громкие всхлипы, которые ты никак нормально заглушить не можешь, очень необычно. я в унисон с тобой стенаю, но видимо это тебя не очень устраивает. ты рукой своей мне рот затыкаешь, двигаться продолжая. хочешь показать свою власть над процессом, но глаза твои несвоевольно закатываются, ты дрожишь весь, рот в немом стоне раскрывая.       — пиздец, бревно, – ты платишься сразу же за слова колкие свои, когда я вбиваюсь резко в нутро твоё, и стонешь очень громко, сжавшись весь. хватаешься за футболку мою двумя руками и в настоящем наслаждении растворяешься. теперь главный — я. приподнимаюсь, вбиваться продолжая, а голова твоя на плече моём оказывается, и теперь все твои звуки похабные клеймом в разуме останутся точно. все вздохи опаляющие моё ухо и мольбы невнятные по комнате распределяются вместе со шлепками. пожалуйста, умоляй меня больше, мне так это нравится. я надрачиваю тебе умело, и ты выгибаешься сильно, мёртвой хваткой за плечи мои зацепляясь. даже через ткань я чувствую острые ногти твои, от которых явно следы останутся. тянешься за поцелуем смазанным, зажмуриваясь сильно. поза ужасно не удобна, никогда больше трахаться в ней не буду, особенно с парнем, блять. ты кончаешь с хриплым вскриком, и по твоему телу судорога проходит. я толкаться в тебя продолжаю, вслед за тобой заканчивая. прости, руслан, сегодня ты шлюха по-максимуму. слезаешь с члена и чувствуешь, как что-то неприятно стекает по бёдрам твоим. смотришь вниз невинно, будто, и от этой картины у меня разум плывёт пиздец. я и не думал, что ты такая блядь. на меня взгляд переводишь, уже гневаясь, а я просто улыбаюсь тепло, тебя подрагивающего к себе притягиваю, обнимая. я, кажется, по-настоящему полюбил тебя. ты приятный человек. мы так долго знакомы, что я сильно очень к тебе привязался. боюсь, конечно, потерять тебя. мы теперь вместе, всё хорошо. руслан, ты такой ахуенный.                                                                      

но прости меня, я не смог и слезы выронить на похоронах твоих внезапных через две недели после…