Случайность

Ким Тэхён просыпается в тёплой и мягкой постели, ощущая приятную боль в мышцах. Парень тихонько, но довольно стонет и потягивается на простыне. Очень сладкое пробуждение после… После чего?.. — Что за… — медленно произносит омега, приоткрывая глаза, но плотные задёрнутые шторы позволяют разглядеть лишь очертания предметов и… размеренно посапывающего мужчину рядом. Большие карие глаза округляются и ещё раз пытаются рассмотреть обстановку. После очередной попытки что-то осознать до Кима доходит, что на нём совершенно нет одежды, как и на незнакомце, с которым, судя по всему, он провёл ночь. Тэ тяжело сглатывает, старается проморгаться и воскресить хоть какие-то воспоминания. Удаётся, конечно, это довольно плохо, но всё же в памяти всплывают обрывки произошедшего. Вечер пятницы, клуб, стопка коньяка, потом ещё одна и ещё… А потом сильный жар во всем теле и обжигающие поцелуи. — Пиздец, — выдаёт омега, понимая, что он натворил. Да, он давно взрослый, пару недель назад исполнилось 24, и его половая жизнь, разумеется, состоит не только из мытья полов раз в неделю. Для Тэхёна вполне нормально удовлетворять периодически естественные потребности при помощи как одинокой дрочки в душе, так и секса с альфами. Но напиться до состояния нестояния, а потом поймать волну течки в разгар отдыха в клубе и провести её неизвестно где и с кем, не имея возможности вспомнить даже лицо партнёра — это явный перебор. Внутри появилось гадкое, липкое чувство, которое не предвещало ничего хорошего. Он быстро поднялся с кровати. Ноги подкашивались, но Ким подхватил с пола (видимо, сброшенные в порыве страсти) вещи. Тихо оделся, сунул в карман не потерянный (слава яйцам!) телефон и, не удосужившись взглянуть на все ещё спящего альфу, вышел из комнаты. Глаза резануло ярким светом… Коридор отеля? Тэхён, вновь отчаянно застонал от собственной глупости и неосмотрительности и открыл список пропущенных от Чимина. — Алло, — хрипло поздоровался омега, тут же жмурясь от громких возгласов на том конце. — Тэ, ты совсем идиот, скажи мне?! — оглушил надрывный вскрик лучшего друга. — Ушёл развлекаться и пропал со всех радаров. Перестал отвечать на звонки! Я тут чуть не помер от переживаний! Ты вообще где, придурок?! — Чим, умоляю, не ори, — попросил Ким, спускаясь по лестнице на первый этаж и наконец увидев выход на улицу, — у меня голова раскалывается. — Ты где, пьянь? — уже более спокойно повторил вопрос Пак. — Сам не знаю, если честно, — со вздохом ответил парень, выходя на свежий воздух и оглядываясь по сторонам, — я сейчас вызову такси, доберусь до дома, а потом всё расскажу, окей? — Господи, ты сведёшь меня в могилу, Тэхён, — даже не видя Чимина, можно было сказать, что тот закатил глаза, — я жду дома. И, пожалуйста, будь на связи. — Договорились. Через сорок минут такси подъехало к дому, причем всю поездку водитель странно поглядывал на омегу. Ким даже подумал, что стоило взглянуть на себя в зеркало перед выходом из номера. Видимо, выглядел Тэхен совсем плохо, раз незнакомого человека так удивил его внешний вид. Пак Чимин, как уже упоминалось, лучший друг Кима, с которым они вместе снимают квартиру. Обоим казалось это всегда максимально удобным: в одиночку жить скучно, а вдвоём — намного веселее. Только вот если Тэ чаще всего был отменным пофигистом, то Мини — это «беспокойная мамочка». И сейчас, пока Ким пытался найти в карманах ключи и чувствовал накатывающую новую волну течки, второй омега уже распахнул дверь в квартиру перед носом ошарашенного друга. — Ким… Тэхён! — зло начал нахмуренный Пак, будучи похожим на рисовый пирожок в гневе и уж точно не на того, кого можно бояться. — Мини, сладкий, давай попозже с нравоучениями, — выдохнул старший, закрывая за собой дверь и включая свет. Лицо Чимина мгновенно изменилось с раздражённого на обеспокоенно-удивлённое. — Боже, Тэ… Это что?.. — младший взволнованно провёл рукой по своим светлым волосам и вновь оглядел друга. — Да, я плохо выгляжу, предполагаю, что даже очень, — цокнул Ким, закатив глаза, — послушай, у меня течка и мне пиздец как плохо. — Нет, Тэ, дело не в этом… — растерянно пробормотал Пак. — Да что ж там тогда такое? — с сарказмом спросил второй, всё же поворачиваясь к зеркалу в прихожей. — Твою мать! — потрясённо прошептал Тэхён. Растрёпанные грязные голубые волосы, помятая футболка, да даже россыпь засосов никого не удивили бы. Но… — Чимин, это же… — голос омеги дрогнул, а глаза увлажнились. — Тэ, милый, что произошло? Тебя изнасиловали?! — блондин прикрыл ладошкой рот, не в силах сохранять спокойствие. — Чим, — уже на грани истерики всхлипнул Тэхён, дрожащими пальцами касаясь свежей метки на шее, которая не успела зажить и немного кровоточила. Пака буквально трясло, он первый раз видел своего друга таким потерянным и разбитым. В конце концов омега решил немного повременить с паникой и пару раз выдохнул. Сейчас Киму нужна адекватная поддержка, а не бессвязные вскрики. И хотя держать себя в руках было очень сложно, Чимин, дрожа всем телом, снова обратился к старшему: — Расскажи мне что было, солнышко, — омега нежно повернул голову Тэ к себе, а тот с пустыми глазами и дорожками слез на щеках уставился на друга. — Я переспал с каким-то альфой в каком-то отеле, после того как напился, — ровным голосом пояснил Ким, ощущая жуткое опустошение. — У меня началась течка, и я даже не знаю, предохранялись мы или нет. Теперь на мне стоит его метка. А ещё я почти ничего не помню. Произнеся всего пару предложений и осознав весь кошмар ситуации, потрясённый парень начал сползать на пол, всё тело скрутило судорогой, а из глаз полились слезы. — Тэ, миленький, прошу, посмотри на меня, рыбка моя, — засуетился Чимин, помогая Тэхёну всё же подняться и практически на себе оттащил в душ. Завалившись следом в кабинку и наскоро стянув домашнюю одежду, Пак включил тёплую воду и начал поливать бившегося в беззвучной истерике друга. Прямо так, даже не раздев. — Чимин! — в конце концов закричал, задыхаясь и смотря безумными глазами, обычно всегда спокойный и рассудительный Тэхён. — Что мне делать, Мини?! Что?! Вместо ответа блондин присел рядом с ним на пол душевой и крепко прижал к себе, гладя по волосам и оставляя мелкие поцелуи на макушке, висках и щеках. Пока Ким громко рыдал, чувствуя только безысходность, Пак успокаивающе обнимал своего Тэ, бережно стягивал с него мокрые джинсы и футболку, носки и белье, намыливал голову шампунем и купал как маленького. Под конец, когда младший укутал друга в большое мягкое полотенце, Ким немного пришёл в себя и только всхлипывал, загнанно смотря испуганными заплаканными глазами. — Мин… — всхлип. — Мини, что… — снова всхлип. — Что мне делать? — Ч-ш-ш, — блондин вновь обнял дрожащего Тэхёна, прижимаясь губами к влажному виску в успокаивающем жесте, — пойдём, волосы твои синие посушим, принцесса. Чимин улыбался и отвлекал омегу от жутких мыслей, хотя самого так и трясло от переполняющей ненависти к незнакомому альфе. Тот бессовестно воспользовался течным омегой, да ещё и пометил, навсегда впечатав в нежный васильковый аромат концентрированный древесный запах. — Чим, опять… — заплакал Тэ, когда уже с высушенными волосами сидел на кровати, понимая, что по стройным белоснежным бёдрам потекла густая омежья смазка. — Тише-тише, василёк, — Пак уложил раскрасневшегося обнажённого Тэ в постель и достал из шкафа свои собственные вещи, чтобы переодеть друга. Течки у омег всегда проходят очень тяжело, если рядом нет заботливого альфы. И эти двое, разумеется, не исключение. Но через какое-то время оба осознали, что запах друг друга их немного успокаивает и уменьшает сильное и болезненное возбуждение, позволяя хотя бы ненадолго забыться сном. Однако в этот раз Тэхёну мало помогал медовый аромат Чимина. Поверивший в существование большого члена в первый день течки организм изнывал от желания, а свежая метка пульсировала, чесалась и болела так, будто из шеи ежесекундно вырезали по куску кожи. — Мини, я хочу умереть, — рыдал Тэ, раздирая до крови оставленный альфой след и скручиваясь от невыносимого спазма внизу живота. Никакие таблетки не помогали, самоудовлетворение не приносило никакого эффекта от слова «совсем», а даже наоборот, усугубляло ситуацию. Пак не знал, что делать, бегая до кухни и обратно и пытаясь напоить водой бедного омегу, страдающего ещё и от обезвоживания. Но когда на второй день Ким потерял сознание от болевого шока, Чимин вызвал скорую, которая довольно быстро приехала. Тэхёна забрали в больницу, поставили кучу капельниц и погрузили в состояние овоща, избавив омегу от мук на остальные пять дней течки. И этому он был безмерно благодарен, когда очнулся уже дома рядом с обеспокоенным Паком и листом, исписанным рекомендациями медиков. — Мини, — едва прошелестел Ким, лежа на кровати и слабо улыбнувшись зарёванному другу. — Тэ! — бросился в объятья блондин. — Я так боялся за тебя, такого никогда не было, тебе было так плохо! — тараторил Чимин, роняя слезы на плечо омеги. — Я думал, что это конец, — признался парень, будучи похожим на бледную поганку с анорексией. — Ничего не конец, миленький мой, всё будет хорошо, — шептал на ушко Пак, прижимаясь к груди Тэхёна. — Буду ещё долго мозги тебе трахать, — пошутил Ким, поглаживая блондина по спине, — давай хоть анализы мои посмотрим да рекомендации врача почитаем. — Да, давай, — младший взял с тумбочки бумажки и начал вчитываться в строчки: «Состояние пациента стабильное, уровень β-ХГЧ крови позволяет диагностировать беременность, предположительный срок — 1 неделя…» — Чим, ты чего там бормочешь? — нервно усмехнулся омега, вдруг приходя к ещё одному страшному осознанию. — Василёк, я не понимаю, — растерянно распахнул глаза Пак, ещё раз перечитывая про себя ранее озвученное, — может, это не твои анализы? Это же бред… — А по-моему, Мини, это ещё один пиздец, — прошептал свой приговор Тэхён, снова внутренне умирая. Теперь нет никаких истерик. Есть только одинокая слеза, обжегшая нежную кожу, и убитый горем взгляд. Поставленная метка не позволит забеременеть от другого альфы, а аборт оставит Кима, мечтавшего о большой семье с кучей детей, навсегда бесплодным и одиноким. Кому нужен омега, насквозь пропитанный чужим запахом и неспособный выносить потомство? Тэ выдохнул и включил своё спокойствие и рассудительность, которые всегда были присущи его характеру. И решил для себя одно: этот ребёнок позволит ему не сдохнуть от горя и одиночества. Он вырастит крошку, деньги у него есть, квартира пока что съёмная, но это тоже исправимо… В голове парня уже был маленький сыночек, бегущий из школы в объятья папочки и восхитительно вкусно пахнущий тёплым молоком до раскрытия собственного аромата. Лёгкая улыбка тронула пухлые губы омеги: — Всё будет хорошо, — тихо, но уверенно произнёс Ким, — я рожу этого ребёнка и выращу его. — Тэ, — глаза Чимина расширились, — ещё рано говорить об этом. Срок слишком мал, до 6 — 8 недель риск выкидыша достаточно высок и… — Мини, — опять улыбнулся парень, — я меченый. Моя беременность — самое надёжное, что можно себе представить. Феромоны этого альфы никогда не позволят случиться выкидышу. — Ты даже имени его не помнишь? — через несколько секунд молчания спросил Пак. — А внешность? — Нет. Ничего, кроме этого древесного запаха, который пропитал меня всего и почему-то всегда успокаивает. — Ты не злишься на него? — удивлённо поднял брови блондин. — За что? — усмехнулся Тэхён. — Я и не злился на него никогда. Произошедшее — это моя глупость и неосмотрительность. Я знал, что нахожусь в предтечной фазе, что мне не стоит пить, да и вообще идти в клуб. У него сработали инстинкты, он тоже, скорее всего, был пьян, логично, что он сорвался. — Это же бред! Он воспользовался тобой! — возмущённо воскликнул омега. — Я в шо… Чимина прервал звонок в дверь. Он нахмурился и пошёл открывать незваному гостю, поскольку Тэхён был ещё слишком слаб, чтобы подняться с постели. — Добрый день, — виноватая улыбка и уставшие грустные глаза альфы сразу привлекли внимание. — Добрый. Че надо? — по-хамски фыркнул Пак. — Извините, пожалуйста, что беспокою, — мужчина нервно облизнулся, принюхиваясь, — вы не знаете Ким Тэхёна? — А зачем… — начал было блондин, а потом втянул носом воздух, — это ты! — раздражённое выражение лица сменилось на гневное. — Это ты пометил моего ТэТэ и заделал ему ребёнка! — Ребёнка? — поражённо выдохнул альфа, не чувствуя налетевшего на него чужого омегу. — Тэхён! Тэ! — позвал мужчина в глубину квартиры и замер, увидев маленького бледного синеволосого парня, который на дрожащих ногах вышел из-за угла. — Простите, мы знакомы? — поднял брови тот. — Это я, Тэхён, меня зовут Чон Чонгук, — сердце альфы ушло в пятки от осознания, что этот омежка носит его ребёнка под сердцем. — Кто? — непонимающе уточнил Ким. — Это тот ублюдок, который воспользовался тобой! — еле держащий себя в руках Пак зарычал на Чона. — Чимин, успокойся, пожалуйста, — устало попросил Тэ, и друг тут же замолчал, отвернувшись от гостя и сложив руки на груди. Омега подошёл к стоящему на пороге мужчине и мгновенно ощутил волну аромата, который пропитал насквозь тело и душу Ким Тэхёна. — Это ты… — большие карие глаза наполнились слезами, бегло осматривая Чонгука. Высокий и широкоплечий, с «руковом» татуировки, проколотыми в нескольких местах ушами, пирсингом на губе и в брови — он выглядел устрашающе огромным и слишком, слишком… сексуальным. Но взгляд… такой добрый, такой нежный… — Знаешь, я не удивлён, что потрахался с тобой, — горько усмехнулся парень, осматривая накачанное тело, спрятанное под синей футболкой. — Прости меня, прошу, — Чон сделал шаг вперёд, пересекая порог квартиры. Пак было дёрнулся преградить путь, но Тэ покачал головой, что заставило затормозить и тактично промолчать, а после и вовсе удалиться в другую комнату. — Зачем ты извиняешься? — упавшим голосом спросил Ким, опуская глаза. — Как ты меня нашёл? — Ты мне безумно понравился в том клубе, Тэхён, — с трепетным волнением начал Чон, неотрывно смотря на прекрасного омегу перед собой. — Когда мы с тобой заговорили, и я понял, что ты очень пьян и хочешь потрахаться, — парень хохотнул, — тогда я решил, что утром обязательно приглашу тебя на свидание. А потом… — Чонгук сглотнул. — Пока мы добирались до отеля, у тебя началась течка. — Ох, я этого не помню, — опять вымученно улыбнулся Тэ. — Я понимаю, — альфа отзеркалил улыбку, — а у меня вот-вот должен был начаться гон, который и спровоцировала как раз твоя течка. В итоге я плюсом был немного пьян и очень плохо контролировал, что творю. Я пометил тебя и повязал, а когда осознал произошедшее, ты уже отключился, а утром тихо ускользнул из постели. Мне так жаль, Тэ, — искренне прошептал Чон. — Ты всё же не ответил мне, как нашёл, где я живу, — сдержанно напомнил Ким, хотя у самого вот-вот были готовы прорваться слёзы. — Мой друг, Юнги, врач на скорой и… — начал мужчина, но тут показалась белая макушка Пака: — Это тот секси-доктор, который спас ТэТэ? — глазки Чимина хитро сузились. — Мини, подслушивать плохо, — хихикнул Ким, а друг фыркнул и снова скрылся за дверью. — Так вот… — продолжил альфа, даже не умилившись поведению блондина: он был слишком взволнован и сосредоточен на диалоге. — Так вот… я ему все уши прожужжал про нашу с тобой ночь, а потом так получилось, что он мне позвонил и сообщил о вызове по этому адресу. Юнги описал твою внешность, и я сразу понял, что это ты. Чонгук закончил монолог и с ожиданием смотрел на омегу. Тот переступал с ноги на ногу, а потом всё же сказал: — Пойдём, я прилягу, у меня всё ещё слабость после этой течки. Они прошли вглубь квартиры и зашли во вторую спальную комнату, которая не была занята Паком. Тэхён приземлился на постель и облегчённо выдохнул. Да, так точно легче, чем стоять посреди коридора. — Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил альфа, присаживаясь рядом и неуверенно беря за руку Кима. — Получше, — честно ответил парень, — тяжёлая была неделя… — Да, я знаю, — виновато произнёс Чон, — прости меня, Тэ, умоляю! Дай мне шанс всё исправить. Я обещаю, что буду всегда рядом, буду делать всё, что ты мне скажешь, только… — отчаянный взгляд карих глаз проникал в душу, — только прошу, не прогоняй меня и… и не избавляйся от ребёнка. — А я и не собирался, — омега вдруг сильно покраснел и отвернулся. — О боже… — облегчённо выдохнул Чонгук, — я так благодарен тебе, Тэхён. — За что? — аккуратные брови вновь поднялись в удивлении. — За то, что не оттолкнул меня и не выставил из квартиры, за то, что выслушал и оставил нашего малыша. — Нашего? — Прости, я, наверное, не так выразился, — альфа напрягся и сжал руку омеги, — твоего… — Нет, всё хорошо. И я… я ни в чём тебя не обвиняю, правда. Я всё понимаю. Просто это было очень трудно принять, — горько прошептал Тэ, прикрывая веки. — Прости меня, прости, что заставил тебя так страдать, — Чонгук поцеловал хрупкую ладонь, жмурясь от подступающих слез, — умоляю, дай мне шанс! Всю эту неделю я чувствовал всё, что с тобой происходило. И я не переживу, если не смогу помочь тебе, не смогу сделать тебя счастливым, помочь вырастить наш… — альфа прервался, — твоего ребёнка. — Нашего, Чонгук, — с улыбкой поправил Ким, заглядывая в чёрные омуты альфы своими тёмными бусинами, — и я согласен, давай попробуем… Большой и сильный альфа расплакался, выцеловывая руки хрупкого омеги, который смотрел в глаза напротив и не верил в происходящее. Всё правда наладится? Всё правда будет хорошо? Впереди у этих двоих ещё очень много времени. Узнать друг друга, понять, сблизиться, влюбиться… Они связаны. И их связь гораздо сильнее гордости. Ведь стоит лишь посмотреть в глаза напротив — и сразу поверишь: всё будет хорошо.