Фальшивое свидание со школьным принцем страдающим амнезией

«А что интересного в кино?» Чжэнь Юаньбай сразу же отказался, воскликнув, что это пари его не привлекает. Ши Буфань спросил: «Тогда что ты хочешь делать? Если ты не можешь победить меня, ты можешь получить от меня бесплатную порку?» Чжэнь Юаньбай был очень недоволен. «Ты можешь перестать думать об избиении людей?» Ши Буфань послушно кивнул и сказал: «Тогда, если ты победишь меня, ты поцелуешь меня. Если я тебя побью, то я тебя поцелую.» " Нет.» Это был второй раз, когда Ши Буфань получил отказ, и он был немного нетерпелив. Чжэнь Юаньбай быстро сказал: «Если ты победишь меня, то сделаешь 10 контрольных работ. Если я побью тебя, то сделаю 10 контрольных работ.» Ши Буфань нахмурил брови и сказал: «Если я тебя побью, ты меня поцелуешь. Если ты победишь меня, то сделаешь 10 контрольных работ.» «Ты делаешь 10 контрольных работ.» «Хорошо, я сделаю это.» Обычно Чжэнь Юаньбай не был бы ему ровней. В конце концов, Ши Буфань мог побить мировые рекорды для Чжэнь Юаньбая. Последний уже собирался бежать, когда Ши Буфань свистнул. Через минуту Ши Буфань стоял у дерева, которое они выбрали, размахивая руками и говоря: «Быстро, Улитка Чжэнь!» Улитка Чжэнь на полпути запыхался и медленно подошел, сразу же оказавшись в объятиях Ши Буфаня. Последний интимно положил свое лицо рядом с Чжэнь Юаньбаем и сказал: «Теперь давайте заставим нашего дорогого маленького господина выполнить свое обещание.» Чжэнь Юаньбай покраснел и выругался: «Разве ты не можешь вести себя как ученик?» «Если ты меня поцелуешь, я сделаю 10 контрольных работ. Как это звучит?» Чжэнь Юаньбай сделал паузу и сказал: «Тогда тебе нужно попасть в топ-100 на следующем ежемесячном экзамене.» «Хорошо, я тебя услышал.» Чжэнь Юаньбай поджал губы и поднял подбородок, быстро целуя лицо Ши Буфаня. «Ладно, с утренней пробежкой покончено. Давай вернемся к учебе.» Ши Буфань коснулся своего лица, немного недовольный. Чжэнь Юаньбай обернулся и строго сказал: «Если ты не сможешь попасть в топ-200 классов на выпускной экзамен этого семестра, я перестану с тобой встречаться.» После долгих размышлений Чжэнь Юаньбай решил, что ему нужно покончить с этим фальшивым свиданием, и чем скорее, тем лучше. В противном случае, согласно этому развитию, все в конечном итоге узнают. Кто знает, как Чжэнь Юйсю смотрел на них сейчас. И потом, есть еще мама Ши… Похоже, она ничего не знает. Ши Буфань последовал за ним и сказал: «Что ты имеешь в виду, говоря, что больше не будешь встречаться со мной?» Чжэнь Юаньбай строго сказал: «Я собираюсь порвать с тобой.» Ши Буфань смутился и спросил: «Почему ты все время упоминаешь о разрыве?» «Потому что ты не слушаешь.» «Ты все еще хочешь контролировать меня, а?» «Короче говоря, не думайте, что я шучу.» Чжэнь Юаньбай зашептал и начал ругаться: «Сколько раз ты тащил меня вниз? Ты должен помочь мне обрести лицо и компенсировать это. Иначе какой мне от тебя прок? Только чтобы потерять лицо?» Маленький одноклассник хочет иметь лицо. Ши Буфань не смог сдержать улыбки и сказал: «Хорошо, я обещаю, что попаду в топ-200 на выпускном экзамене и не разочарую ожидания учителя Чжэня.» Затем Чжэнь Юаньбай обернулся и одобрительно посмотрел на Ши Буфаня. На самом деле, даже если Чжэнь Юаньбай этого не говорил, Ши Буфань тоже знал. Поскольку маленького одноклассника уже пригласили в его дом, одно дело, чтобы его оценки улучшились, но его оценки не могут упасть. Даже если бы он не разговаривал с родителями Чжэнь, по реакции Чжэнь Юаньбая он мог бы сказать, что если он хочет встречаться с Чжэнь Юаньбаем при поддержке родителей, он должен улучшить свои оценки. Когда они вернулись домой, еда уже была приготовлена. Матушка Ши тут же насыпала им риса, и Чжэнь Юаньбай даже поблагодарил ее. Однако Ши Буфань просто начал играть на своем телефоне, явно не ставя своих родителей в поле зрения. Чжэнь Юаньбай выпил кашу немного печально и почувствовал, что атмосфера снова становится неловкой. Во время еды Ши Сянь осторожно задал Чжэнь Юаньбаю несколько вопросов о его семье, например, где работают его родители и не утомительно ли это. Когда он услышал, что у Чжэнь Юаньбая есть брат, Ши Сянь спросил о его оценках и тому подобном. Чжэнь Юаньбай ответил на каждый вопрос. Однако Ши Буфань внезапно фыркнул и сказал: «Я не знал, что ты исследуешь его дом. Деньги, которые ты заработал, вероятно, были связаны с коррупцией, верно?» Лицо Ши Сяня позеленело, но Лин Сюань остановила его, рассмеявшись и сказав: «Ребенок просто шутит с тобой. Не сердись.» Чжэнь Юаньбай чувствовал себя крайне неловко, находясь в семье из 3 человек. Чтобы атмосфера не стала еще более неловкой, его рука скользнула вниз и осторожно потянула подол рубашки Ши Буфаня. Тот успокоился и протянул Чжэнь Юаньбаю золотистую жареную хлебную палочку. Ши Сянь нахмурил брови, но глаза Лин Сюаня заблестели. После завтрака Чжэнь Юаньбай ответственно достал свою книгу и начал учить Ши Буфаня. Последний тоже был честолюбив, зарывался головой в работу над контрольными работами второкурсников, не думая о свидании с ним. Чжэнь Юаньбай убрал руку, и Ши Буфань сунул в рот последний кусок дыни, сказав: «Скажи что-нибудь хорошее.» «Что ты имеешь в виду?» «Зови меня муженек, и я спущусь вниз, чтобы нарезать тебе еще фруктов.» Как глуп он был, когда хвалил Ши Буфаня за его честолюбие в учебе? Чжэнь Юаньбай протянул руку и схватил пустой поднос, возразив: «У меня есть руки!» Он спустился вниз, и Лин Сюань тут же спросила: «Хочешь еще? Я нарежу.» «Ммм,» Добавил Чжэнь Юаньбай, «Я случайно доел все это, а Ши Буфань ничего не съел.» Лин Сюань рассмеялась и сказала: «Не волнуйся. Пойду приготовлю еще. Хочешь еще винограда и черники?» Чжэнь Юаньбай кивнул и последовал за ней. Он собирался отнести поднос наверх, когда она закончит. Лин Сюань вымыла фрукты и мягко спросила: «У Фанфана не очень хорошие отношения с нами. Мы тебя напугали?» Чжэнь Юаньбай немедленно покачал головой и сказал:» Нет.» На самом деле, он планировал не приезжать на следующей неделе, так как атмосфера в семье Ши была слишком странной, и он чувствовал, что не принадлежит ей. Лин Сюань улыбнулась и спросила: «Ты приедешь на следующей неделе?» Чжэнь Юаньбай был ошеломлен на 2 секунды, прежде чем ответил: «Я уже согласился… Конечно, я приду.» После этого он посмотрел вниз, немного колеблясь. Могла ли матушка Ши догадаться, о чем он думает? Может ли она читать мысли? «Я могу сказать, что Фанфан очень любит тебя. Обычно он никого не слушает.» Кончики ушей Чжэнь Юаньбая покраснели, и он сказал: «Нет. Он, он относится ко мне как к своему благодетелю…» «Разве вы теперь не хорошие друзья?» Лин Сюань слегка улыбнулась и передала поднос с фруктами, сказав: «Могу я попросить тебя об одолжении?» «Конечно, скажите мне.» «Не мог бы ты по-доброму поговорить об этих дяде и тете в присутствии Фанфана? Тебе не нужно делать это слишком очевидным, но ты можешь просто случайно упомянуть об этом, когда захочешь.» Чжэнь Юаньбай вопросительно посмотрел на нее, но в конце концов кивнул. Лин Сюань не смогла сдержать улыбку, так как Чжэнь Юаньбай оказался более послушным, чем она ожидала. «А тебе не интересно, почему?» Чжэнь Юаньбай оглянулся, и его сверкающие глаза прекрасно показали, насколько он любопытен. «Вы планируете рассказать мне?» «Это не значит, что я не могу тебе сказать,» Вздохнула Лин Сюань и сказала: «Но, пожалуйста, не говори Фанфану. По сравнению с тем, что было до того, как он потерял память, он…» Она вдруг остановилась, и Чжэнь Юаньбай обернулся, увидев, как Ши Буфань спускается вниз. Он поднял брови и сказал: «Вам, ребята, нужно много времени, чтобы даже вымыть фрукты. Я не знаю, как ответить на вопрос. Иди сюда.» Чжэнь Юаньбай подошел, и Ши Буфань потянулся, чтобы взять фрукты на подносе, взглянув на Лин Сюаня. «Разве вы не знаете, что мой благодетель поминутно берет плату за разговор с ним?» Линь Сюань слегка улыбнулась и сказала: «Хорошо, я поняла.» Ши Буфань оглянулся и пошел наверх вместе с Чжэнь Юаньбаем. Он протянул руку, понюхал его, прищурился и сказал: «От тебя пахнет ее духами.» Чжэнь Юаньбай не хотел с ним разговаривать. Он был всего в шаге от того, чтобы удовлетворить свое любопытство. Теперь он ничего не понял из разговора. Ши Буфань был действительно раздражен, но последний не находил Чжэнь Юаньбая раздраженным. Когда они поднялись наверх, Ши Буфань подошел и поцеловал его, спросив: «Что она тебе сказала?» «Она сказала, что ты глупый мальчик и она хочет, чтобы я был более терпеливым. Она хочет, чтобы я сдержал свое желание избить тебя.» «Хм.» Ши Буфань странно среагировал и сказал: «Дорогой, ты совсем испорчен. Ты даже сейчас хочешь избить своего парня.» Ресницы Чжэнь Юаньбая дрогнули, когда он услышал, как Ши Буфань назвал его «дорогим», и теперь не обращал на него внимания. Ши Буфань удовлетворенно улыбнулся и сел рядом с Чжэнь Юаньбаем, вертя ручку в руке, говоря: «Ты знаешь, когда у твоего парня день рождения?» «Я не хочу этого знать.» «Если ты не знаешь, я собираюсь тебя поцеловать. Я буду целовать тебя, пока ты не заплачешь.» Он протянул руку, и Чжэнь Юаньбай немедленно отодвинулся. Чжэнь Юаньбай оттолкнул Ши Буфаня и сказал: «Если ты не скажешь мне, откуда я должен знать?» «Через несколько дней.» Ши Буфань сказал: «12 декабря. Чуть не забыл.» «Разве ты не потерял память? Ты все еще помнишь свой день рождения.» «У меня все еще есть удостоверение личности,» Сказал Ши Буфань, доставая свое удостоверение, и спросил: «Как ты думаешь, мое удостоверение выглядит красиво?» Чжэнь Юаньбай взглянул на него и подумал, что Ши Буфань, должно быть, сделал этот снимок, когда ему было 14-15. Ши Буфань был тогда молод и нежен, его волосы были гладкими. Тогда он явно был послушным ребенком, Чжэнь Юаньбай тут же перевел взгляд с Ши Буфаня на фотографию и обратно, сказав: «Ты явно вырос не в ту сторону.» Прежде чем он закончил свои слова, он отодвинул стул подальше, и было хорошо, что Ши Буфань не беспокоился о нем. В противном случае, Чжэнь Юаньбай снова заплакал бы. Ши Буфань позволил ему отойти подальше и спросил: «Покажи мне свое удостоверение.» «Я не хочу, чтобы ты видел.» «Если ты не дашь мне посмотреть, я пойду к тебе.» Если они сядут вместе, Ши Буфань снова станет раздражающим с Чжэнь Юаньбаем. Поэтому последний неохотно достал свое удостоверение и подтолкнул его к Ши Буфаню; он сложил два удостоверения вместе, думая, что они вполне подходят друг другу. Затем он увидел день рождения Чжэнь Юаньбая и сказал: «1 ноября… Ого. Весь мир собирается отпраздновать твой день рождения.» «Я старше тебя.» Взгляд Ши Буфаня остановился на годе его рождения. Чжэнь Юаньбай не смог сдержать своей гордой улыбки, сказав: «2 месяца. Ты должен называть меня старшим братом.» Ши Буфань не смог удержаться от смеха и кивнул. «Ты прав,» сказал он в своей обычной манере. Затем… «Старший брат?» Чжэнь Юаньбай глубоко вздохнул и почувствовал, что мир расцветает цветами, и запах счастья был повсюду. Он любезно скривил губы, когда Ши Буфань сказал: «Не мог бы ты объяснить мне этот вопрос сейчас? Я не пойму.» Чжэнь Юаньбай, заслуживший его уважение, отодвинул стул, и легкая кудрявая челка на его лбу закачалась. Он обратил внимание на величественные манеры своего брата и сказал: «Скажи мне, какой вопрос?»…» Красивое лицо Ши Буфаня тут же приблизилось к лицу Чжэнь Юаньбая. Ши Буфань схватился за спинку стула и просунул руку под стул. Он приложил силу одновременно и прямо повернул Чжэнь Юаньбая лицом к себе. Деревянный стул издал мягкий стук, и Чжэнь Юаньбай оказался в ловушке. В комнате воцарилась тишина. Затем они внезапно услышали голос матери Ши снаружи, говорящий: «Твой брат делает домашнее задание с Фанфаном в комнате. Ты должен известить эту тетю, и я могу послать за тобой шофера.» Чжэнь Юйсю равнодушно сказал: «Очень жаль, я уже здесь. Но вы можете прислать водителя, чтобы он отправил нас обратно позже, спасибо.»