Чужая.

- Алин, - Алла как-то замялась, потупила взор. От легкого волнения в руках завертела найденную на журнальном столике шариковую ручку, - я много думала о Филиппе. О нас с ним. Ты знаешь, - глубоко вздохнула женщина, отложив все-таки шариковую ручку в сторону, - я была во многом не права. Меня никто не любил так, как он. И, самое важное – я никого не любила, как его. Конечно, не рассчитываю на возобновление наших отношений – не смею рассчитывать, - подчеркнула прима голосом, - но хотя бы… На дружбу… Или прощение… Алина молчала, внимательно слушая, все, что она говорит. Но что ответить – не имела ни малейшего понятия. Причина столь серьезной глубокой переоценки пока казалась ей загадкой, хотя женщина видела, что Пугачева не лукавит. Видела ее волнение, чувствовала шлейф напряженности, который отчего-то повис в атмосфере. - Ты сама же пела, что жизнь невозможно повернуть назад, Алл… - как-то растеряно ответила Алина, - Ты в своих чувствах уверена? - Уверена. Я все еще люблю его. – твердо, но тихо произнесла Пугачева. Редель посмотрела на подругу – в ее взгляде читалась искренность, она буквально сочилась из нее, и Алина успела заметить образовавшиеся в глазах слезы, - Ты знаешь, я когда сегодня увидела его в аэропорту… - Да ладно! – сильно удивившись, перебила ее подруга, - Серьезно? - Да. Мельком, правда. Он выходил из зала получения багажа. Меня он не заметил. - Ну, хотя… - на миг задумалась Алина, - вы же все-таки венчаны. А у таких людей есть особая связь. Поэтому, в принципе, ничего удивительного. - Так вот, когда я его увидела, - продолжила Алла, - у меня внутри все теплом обдало, почти жаром. Сердце забилось чаще, мурашки иголками в груди забегали. Алин, – Алла придвинулась к подруге ближе и взяла ее за руку, - прошу, помоги, - сделав небольшую паузу, продолжила она, - я хочу вернуть его. Подскажи, что мне делать? - Дурью не маяться. Алл, поезд ушел. Правда. Ты зря затеяла это "примирение". Сама же сделала все, чтобы он тебя разлюбил, так что… Да и у него, как я слышала, женщина есть. - Пойми, я не живу прошлым. И не питаю иллюзий. Мне хотя бы просто поговорить с ним. - Может, ты еще и Люсю в качестве домработницы вернуть хочешь? – ухмыльнувшись, пошутила Редель, - Как я тебе помогу? Да и быть в роли сводницы как-то не тянет… - Пригласи его под любым предлогом к себе. Он тебе не откажет, он придет. А я с ним здесь поговорю. - Запутанно как-то… Почему нельзя позвонить, если ты так уверена в своих чувствах? Сказать все, как есть? - Мне… - замялась Алла, - страшно. И стыдно… Прошу, - певица сжала руку подруги крепче, словно ища в ней поддержки, - скажи, что не откажешь. - Да, Господи! – Алина так смутилась, что вынуждена была согласиться, - Как я тебе могу отказать? Так и быть, придумаю что-нибудь. А сейчас надо решить вопрос с твоим жильем. Но ты можешь остаться у меня на сколько пожелаешь, хоть на ПМЖ, я тебе только рада. - Алиночка, одно дело в гости приехать, а другое – на ПМЖ поселиться. Спасибо за твою заботу, но я, наверное, завтра в отель поеду. Денег немного осталось, сниму апартаменты. - И куда ты пойдешь? - Да все туда же, - ухмыльнулась Алла, - в старый добрый "Балчуг". - Ну это уж крайний случай, - улыбнулась Редель, почувствовав ее иронию, - Давай, ложись спать, я тебе уже постелила в гостевой комнате. А завтра подумаем над тем, что ты мне сказала. Утро вечера мудренее, как говорится.