Чужая.

Не засиживаясь излишне долго на кухне после ухода подруги, Алла погасила везде свет и направилась в спальню. Филипп как раз вышел из душа и, скинув с себя халат, забрался под объемное теплое одеяло. Переодевшись прямо при нем, Пугачева легла в кровать и прижалась к мужу. - Будем спатеньки? - спросила она Филиппа, поглаживая по груди. - Да я как-то не особо хочу, - ответил ей Фил, прижимая к себе супругу, - Ты устала? Может, кино какое-нибудь посмотрим? - Давай, - улыбнулась прима. Киркоров дотянулся рукой до пульта на тумбочке и включил телевизор, - Филь, а ты билеты уже взял? - вдруг спросила она. - Да, я улетаю завтра вечером, - заметив в ее взгляде легкое беспокойство, он опустился к ней ласковым продолжительным поцелуем, - не волнуйся, котенок, - тон его ласковый и успокаивающий, рука нежно гладит ее щеку, - ты не заметишь моего отсутствия, я быстро. - Ты расскажешь о том, что мы поженились Бедросу?.. - вдруг спросила Алла. Она прекрасно понимала, что он вряд ли обрадуется. - Посмотрю по ситуации. Но, вообще, да, планирую - он же мой отец как-никак. Не волнуйся, - поцеловал жену Фил, - все будет хорошо. Пока Киркоров включал фильм, выбирая его из огромной библиотеки тв-каналов, Алла молча анализировала то, что сказала ей Алина. Да, Филипп действительно был близок к пропасти и особенно остро эта близость ощущалась, когда они развелись, в новогоднюю ночь. Он запросто мог сменить ориентацию, просто не сумев спать с другой женщиной. И то, что все закончилось так хорошо, не считая происходящего с ее детьми - действительно можно было назвать чудом. Откуда-то возникло чувство вины... Но и вместе с тем все сильнее разгоралась в ее сердце любовь к нему. Хотя, казалось, сильнее некуда - нет, есть. Когда Фил, выбрав все-таки фильм, спросил, нравится ли этот жанр - драмы - Алле, она в ответ притянула его к себе и долго-долго целовала, вкладывая всю любовь к нему и... немую просьбу ее простить. Филипп, обрадованный таким проявлением ее любви, охотно отвечал, хотя на большее рассчитывать не смел - подумал почему-то, что она сегодня не захочет. Так они и смотрели кино - он, оперевшись о спинку кровати сидел, разведя ноги в стороны, и она лежала прямо на его руках, своей спиной касаясь его груди, облокачиваясь на него. По одному из тв-каналов транслировали фильм, снятый по мотивам романа Корнелла Вулрича. Картина о том, как двое влюбленных не могут обходиться друг без друга, женщина становится одновременно и ангелом, и сатаной для влюбленного измученного мужчины, провоцируя его на нетипичные для него и в какой-то степени аморальные поступки. И, хотя, он понимает, что она одновременно является и ядом, и противоядием, одной рукой бьет, другой гладит, все равно - не может без нее жить. Женщина стала всем для него, в переносном смысле похитив его душу. В конце концов, любовь поглотила все то ужасное, что сотворила его избранница. Когда в фильме показывали эротическую сцену, Алла немного смутилась - фильмы такого порядка она не смотрела очень давно, а здесь соитие было показано во всех естественных красках. Киркоров ухмыльнулся, глядя на ее смущенную реакцию. - Тебе не нравится? Переключить? - спросил он. - Да нет, нормально. Оставь. Они... красиво это делают. Действительно - занимаются любовью, а не сексом. Разница все-таки есть. - Есть. Это правда. - Фил произнес это так категорично, что Алла немного удивилась. - Серьезно? - она повернулась лицом к мужу, - Когда ты последний раз занимался сексом? Любовью? - Алл, - замялся он, понимая, что она ненароком затронула какую-то живую, все еще тревожащую его тему, - любовью я занимаюсь только с тобой. Когда последний раз было, не считая недавних событий? Помнишь? - Ну... - она стала копаться в памяти, понимая, что довольно давно. - Пять лет назад, Аллусь, - четко произнес он, - В гримерке. - А-а-а, - протянула прима, вспомнив, - да-да, помню. Да ты просто ворвался в гримерную, мы посрались, и ты меня оттрахал. А затем ушел. - Да. Потому что не хотел быть тобой посланным нахер. - его слова ранили ее. Она снова вспомнила, что сказала ей Алина. - Филечка... - Пугачева повернулась к мужу лицом и ладонями ласково гладила его щеки, глядя в глаза, - пожалуйста, прости меня! Я была не права во многих вещах... - тихо произнесла она. Но Филипп только улыбнулся и, убрав прядь с ее лица, затянул в глубокий поцелуй. - Все равно я тебя очень люблю... - тихо прошептал он прямо в губы, - и хватит себя казнить. Все это - дела минувших дней. Я тоже вел себя порой как сволочь. Даже помню твою смску в 2002 году, когда мы разругались в пух и прах, я ушел из дома и ты меня потом искала: "Сволочь! - пародируя Аллину интонацию, воспроизвел текст Фил, - Я тебя дома жду! Купи по дороге мне "Корвалол"! И совесть себе заодно!" - а затем засмеялся, давая понять, что прошлое должно остаться в прошлом. - Я люблю тебя, - прошептала Алла, улыбаясь в ответ на его воспоминание. - И я тебя, мышка, - Фил снова поцеловал ее, - и я тебя. Эротическая сцена в кино все никак не завершалась, и Алла, почувствовав легкое волнение, даже прикрыла глаза, чтобы накатывающие на нее ощущения не зашли слишком далеко. Филипп, хотя уже и не смотрел фильм, а саму сцену не воспринимал вообще, прижал жену к себе поближе. Залез под теплое одеяло, положил свою руку ей на живот, слегка поглаживая его. По телу Аллы от таких недвусмысленных прикосновений тут же побежали мурашки. К счастью, сцена в фильме завершилась, и прима сделала глубокий вдох, успокаивая свои пробудившиеся ощущения. Киркоров наклонился, уложил Аллу на свои колени - она теперь лежала на нем - и впился в ее губы долгим поцелуем. Пугачева, лежа на его коленях, почувствовала, как что-то упирается ей в спину, нижнюю ее часть. Не желая излишне дразнить мужа, она вернулась в исходную позицию, когда они вдвоем просто лежали. - Филь... - Алла снова поцеловала его, но кратко, чтобы не обидеть отказом, - ты чего? Перевозбудился? - Меня не кино, - ответил мужчина, затягивая жену в новый поцелуй, - меня ты возбуждаешь. Лежишь тут такая... лакомая, - улыбнулся он игриво, - в кружевном белье и футболке. Кстати, зачем ты ее носишь? Ты же всегда спала без одежды! - Да неприлично уже как-то... сисяндрами трясти... - смутившись, ответила женщина. - Снимай давай! - он схватил за края футболки и быстро стянул одежду, освобождая грудь, - Сама же мне говорила, что тело дышать должно! Или ты, что, опять меня стесняешься? - Да нет... - смущенно ответила Алла, - да я как-то уже привыкла так спать. - Че в этом удобного? - не мог угомониться Филипп, - Ты переворачиваешься с боку на бок, крутишься в этой футболке, как в коконе! Да ну! Спи так! Чего ты? Алла не могла понять - он хотел ее соблазнить или же нет... Вроде и да, а вроде и нет. С другой стороны, заботливо укрыл одеялом, чтобы не продуло из приоткрытой форточки. Прижал к себе - укутанную - поцеловал в макушку, носом зарываясь в ее блондинистые локоны. И смотрел, как ни в чем не бывало, фильм, только убавив громкость на пульте на две единицы. Лишь когда он продолжил ненавязчивую ласку, Алла все-таки поняла его намерения, но к тому моменту сопротивляться уже не было сил. Ласково, неторопливо Филипп гладил ее живот, поднялся рукой к груди, бережно сжимая одну из. Скинул одеяло, прильнул горячим поцелуем в шею, даря женщине накатывающую волну сильного возбуждения. Пока левая рука мяла ее взбухшую грудь, правая незаметно опустилась ниже живота, поглаживая сквозь оставшееся на ней белье интимную зону внизу. Ласки нежные, но с каждой секундой все более настойчивые. Постепенно пульс ее учащается, дыхание перехватывает, тело становится мягким, буквально растворяясь в его объятиях. Когда пальцы залезают под полоску трусиков и медленно массируют ее набухший бугорок, Алла не сдерживается и, притянув Фила к себе, одаривает бездонным поцелуем, играясь языком в его рту. - Филь... - оторвавшись от него, она посмотрела в его глаза, полные любви к ней, - мы с тобой уже третий день подряд... Как кролики прямо, - улыбнулась прима. - Ну что я могу поделать, если ты меня возбуждаешь, если я люблю тебя? - ответил он, в ответ улыбнувшись. А затем, не мешкая, более настойчиво принялся ласкать ее мокрую промежность, активнее стимулируя клитор так, что Алла задрожала от желания, громко простонала, прикусывая губу. - Филя... - дыхание ее стало частым, глубоким, когда пальцы мужчины проникли в глубину, нащупывая точку наивысшего удовольствия на передней стенке, - Ах... - громко вздохнула Алла, почувствовав внутри нарастающее волнами удовольствие, на что Фил улыбнулся, - Филь, нас услышат, - дыхание сбилось, она жадно глотала воздух и закатывала глаза. - Ну и что?.. - шепотом ответил Филипп, целуя жену в шею, горячим дыханием касаясь уха, - Я хочу, чтобы тебе было хорошо... - Так будет нечестно... Давай, чтобы нам было хорошо, - Пугачева положила свою руку поверх его руки, которая ласкала ее снизу, словно останавливая. - Люблю... - ответил Киркоров, подчинившись, а затем, уложив ее на постель, навис над ней, задаривая пышные груди легкими поцелуями. Его тело настолько разгорячилось, что Алла чувствовала жар, исходящий от него возбужденного. Он целовал ее - глубоко и страстно - а затем ненадолго прерывался, чередуя ласковыми поцелуями в веки и ключицу. Это странное сочетание штормило ее, придавая желанию еще больше остроты. Руки нащупали его боксеры и, сразу отодвинув их ткань, прима дотронулась до возбужденного горячего пениса, провела вдоль него, поглаживая по нежной коже, опустилась к самому основанию, ладонями поласкала яички, слегка сжав их и, приблизившись к мужу, направила член в свое лоно, позволив ему войти. - Филя... - еле слышно произнесла возбужденная женщина. Тут же прижала к себе ногами, чтобы как можно глубже ощущать его в себе. Филипп не торопился - позволил привыкнуть к внушительным габаритам, которые заполняли ее всю, - пожалуйста... - Алла накрыла ладонями его ягодицы, сжимая их вместе с оставшимися боксерами, давая понять, чего она хочет. Фил двигался медленно, даже чересчур, дразня и без того измученную возбуждением жену. С каждой фрикцией ее ноги прижимали его к себе все ближе, глубже, и она глухо стонала осипшим голосом, получая удовольствие, - Боже... - сбивчиво шептала она, - Да... - руки надавливали на его ягодицы, подсказывая ему нужный темп, ноги разведены в стороны, обеспечивая ему максимальный доступ для более глубокого проникновения. Ее ладони поднялись на поясницу, цепляясь в нее ноготочками, оставляя неглубокие следы, а прижимающие ноги подсказывали более быстрый, нарастающий с каждой фрикцией темп, - Скоро... - сорвалось с ее уст, словно она предупреждала его о приближении пика. Но Киркоров, вопреки ее ожиданиям, внезапно остановился. Переводя дух, он задаривал ее тело поцелуями, взял в рот сосок правой груди, низко наклонившись, языком написал ее имя на всей площади ореолы, отчего Алла задрожала. Немного грубо сжал грудь, а затем, той же рукой приподнял ее ногу и, поцеловав в губы, задал сумасшедший ритм, что прима, не сдерживаясь, почти кричала, выплескивая эмоции сильного удовольствия. Затем он снова сбавил темп, немного затихнув и, наклонившись, почувствовал на своем плече сильный отрезвляющий укус - в порыве неконтролируемой страсти, она впилась в его плечо зубами, но, понимая, что ему больно, сразу попыталась зализать следы, - прости... Хищно улыбнувшись, Филипп поцеловал ее, впиваясь в рот неожиданным интимным французским поцелуем, и ускорил движения так, что Алла стонала ему прямо в уста, что возбуждало его еще сильнее. Предчувствуя приближение оргазма, переместил поцелуй на шею, прикусив слегка подбородок. Пугачева прижимала его к себе ногами все быстрее, и скоро они кончили одновременно, задержав дыхание на несколько долгих умопомрачительных секунд... Ноги дрожали от сильного оргазма, тело свело сладкой истомой. Алла глубоко и часто дышала, пока Филипп лежал на ее груди, руками поглаживая ее трепещущее тело. - Аллочка... Аллусенька... Мышка... Аллчонок... - отрывисто шептал Фил, целуя ее щеки, веки, губы короткими, но чувственными поцелуями, - Я люблю тебя... До безумия... - Филечка... - отвечала ему Пугачева, постепенно приходя в себя от испытанного наслаждения. Она отвечала на его поцелуи, ласковые руки гладили его плечи, спину, пальцы запутались в волосах, массируя слегка кожу головы, - мой мальчик... Люблю... Кино они так и не досмотрели. Проваливаясь постепенно в глубокий сон, лишь успели обняться, сплетая ноги в интимных обессиленных объятиях, и выключить пультом телевизор...