Однушка

Самая страшная пытка в жизни Санджи — слушать на протяжении тридцати минут женские крики о помощи. Истеричные такие, от которых внутренности болезненно сжимаются, а тело кричит от бездействия. Он в очередной раз сжимает руки в кулаки, когда сосед сверху, здоровенный бородатый мужик, которого Санджи видит (чаще всего, с бутылкой водки в руке) буквально каждый день, когда возвращается из университета, вновь ударяет свою жену. Правда, её крика сейчас не последовало. Санджи хмурится, поднимает взгляд к потолку, сдерживаясь, чтобы не сорваться и не побежать на этаж выше. Проблем не хотелось, а то, что происходило у соседей — это не должно было волновать остальных. Как там говорят на такие случаи? Будет тело — будет дело? Боже, так и свихнуться можно. Санджи устало вздыхает, возвращая внимание кастрюле с кипящими макаронами в виде рожков на плите. Хмыкнув, Винсмоук думает, будет ли один идиот возмущаться, что целую неделю готовятся одни макароны? Просто, денег на шведские столы не было. Поставив руку на талию, Санджи упирается задницей на белую столешницу, поворачиваясь к обеденному столу, который стоял возле стены. Подняв взгляд на настенные часы, парень удивлённо таращится на стрелки, которые показывали ровно 18:25. — Опаздывает он что-то, — бурчит под нос Санджи, закусывая нижнюю губу. Подняв руку, Винсмоук сжимает собственное плечо, пытаясь привести мысли в другое русло. Так, с парнем соседом Санджи всё в порядке. Подумаешь, придёт позже со своей грёбаной тренировки по кендо! Может, у него снова начались приступы топографического кретинизма и он ищет дорогу домой, но каждый раз заходит в какие-то ебеня? Вот теперь Санджи точно переживает! Звонить и писать не было смысла, потому что у Зоро (так звали «соседа») сто процентов телефон на беззвучном режиме. Мол, бесит его мелодия звонка. Санджи каждый раз хочется ему по голове дать. Но ведь, если это сделать, Маримо подумать может, что о нём волнуются. Ещё чего! Не достойна эта водоросль зелёная чужого внимания. С этими мыслями, Санджи вернулся к готовке ужина, что в очередной раз состоял из макарон и молочных сосисок. Чёрт, опять ведь на работе зарплату задерживают, а стипендия...закончилась на прошлой неделе. Нет, конечно, осталось каких-то жалких пятьсот рублей, отбывающие свой срок на банковской карте, пока сигареты не закончатся. Ещё и сестра зажимает денег. Ну и ладно, Санджи и без Рэйджу справится. Прошло, кажется, минут двадцать и входная дверь с шумом открылась. Санджи хмыкнул, когда услышал усталый вздох и громкий стук. Бедная спортивная сумка, которую так безжалостно кинули на пол. Стараясь не улыбаться так широко, Санджи наигранно хмурится, продолжая помешивать макароны в кастрюле. Чёрт, он не мог контролировать свою радость, когда тяжёлые шаги Зоро разнеслись на всю однокомнатную квартиру. — Ты сегодня поздно, Маримо, — произносит Санджи, когда ноги Ророноа переступили порог небольшой кухни, куда еле-как вместились стол, два стула, холодильник и кухонный уголок, с белой мебелью и железной раковиной. Зоро подошёл к спине Винсмоука. Что самое странное, он молчал. Обычно ведь оправдывался, мол, дороги занесло, встретились бездомные собаки, переводил бабушку через дорогу и подобный бред. — Чего молчи... ГХАХ?! — Санджи удивлённо воскликнул и пугливо дёрнулся, чуть не роняя ложку обратно в кастрюлю, когда ему под футболку резко засунули ледяные руки, а на ухо начали нагло смеяться. — Придурок! — ещё раз прошипев, когда холодная щека прижалась к шее, Санджи попытался ударить ногой Зоро под коленку, но тот смог увернуться. По телу Винсмоука прошлись мурашки, да и весь он задрожал от холода. Вот любил Зоро так делать! Знает ведь, как Санджи подобное бесит. — Ты тёплый, — хрипло говорит Ророноа, прижимаясь к Санджи практически всем телом. Руки, которые немного согрелись, опустились на живот парня, сцепляясь в замок. Санджи закатил глаза, продолжая игнорировать лёгкую дрожь в теле. — Конечно тёплый, — отвечает Винсмоук, выключая конфорку газовой плиты. — Я же дома сижу. — Говоришь так, будто отопление снова включили, — недовольно произносит Зоро, убирая холодную щеку от шеи парня. Ророноа пялится на светлый затылок Санджи, хмурится, опуская взгляд вниз. Хоть Санджи и ходил по квартире в футболке, у него на ногах тёплые шерстяные носки и штаны с начёсом. Но и те не помогали согреться. Ступни Винсмоука постоянно были холодные, в любую погоду. Поэтому Зоро, на манер бабушки, постоянно напоминал этому идиоту с завитой бровью (чудеса генетики) тепло одеваться. — Ну, — Санджи пожимает плечами на возмущения Ророноа, — батареи были слегка тёплые. Выбравшись из несильного захвата рук, которые уже стали горячими, Санджи поворачивается лицом к Зоро. Уперевшись задницей на столешницу рядом, Санджи закусывает губу, когда он смотрит в карие глаза напротив. Зоро перекладывает руки на спину Винсмоука, наклоняется к его лицу, прижимается своим лбом в чужой. Проведя руками по крепким плечам, Санджи укладывает их на шею Зоро, который судорожно вздохнул от прикосновений. — Ты включал обогреватель сегодня? — спрашивает Ророноа, проведя одной рукой по спине Санджи вверх, ловя взглядом каждое подрагивание на его касания. Зоро будто наслаждался тем, как начинают краснеть бледные щёки Винсмоука. В ответ на вопрос, Санджи только отрицательно качает головой, а Зоро открывает рот, чтобы возмутиться. — Ты счета за электричество видел? — успевает перебить Санджи, недовольно потянув Ророноа за его три серёжки в левом ухе. Зоро шикнул от боли, ущипнув парня за бок. — И что? — недовольно отвечает Зоро, продолжая щипать Санджи, который каждый раз дёргался, посылая своему обидчику злобный взгляд. — Я не хочу однажды зайти домой и увидеть вместо тебя сугроб. Или сосульку. — А ты волнуешься, что ли? — смеётся Санджи. На самом деле, он так старался скрыть своё смущение. Боже, он ненавидел, когда за него переживают. Постоянно чувствовал в этих «сладких» словах какой-то подвох. А тут ещё и от парня! Щёки предательски начали гореть, сердце забилось в бешеном ритме, не успевая циркулировать кровь, которая прилила не только к лицу. А Зоро, скотина такая, знал об этом. Он буквально бесит Санджи своей заботой и...этой странной любовью. Особенно в той стране, где «такие» отношения были запрещены законом. Они вдвоём уже устали притворяться перед той самой старушкой, у которой они квартиру снимают, что они «просто друзья.» Нет, никаких сексов тут не будет; просто чистая, крепкая, мужская дружба! — Да, волнуюсь, — Зоро, вместо того, чтобы просто кивнуть, подаётся вперёд, касаясь своими губами губ Санджи. Тот, не ожидав такого поворота, застыл на месте, неосознанно отвечая на поцелуй. Ну, зато, таким образом Винсмоук наконец-то согрелся! Санджи зарылся пальцами в короткие зелёные волосы Зоро, который одобрительно вздохнул. Двинувшись вперёд, Ророноа жмётся к телу парня напротив, проводит языком по его губам, чуть ли не мурчит от ощущения, как тот вздрагивает в его руках. У Санджи по груди разливается тепло, а глаза сами по себе закрываются. Губы медленно двигаются, колени подгибаются... Разрушает эту идиллию до фундамента очередной крик женщины из квартиры сверху. Санджи пугливо дёрнулся, хватаясь за плечи Зоро, отстраняясь от его губ. Ророноа нахмурился, высунул одну руку из под чужой футболки и положил её на затылок Санджи, прижимая его к себе ближе. Насколько ж стены тонкие, что сейчас отчётливо были слышны три удара и мужской пьяный крик «Вырежу тебя, мразь!» Затем ещё какой-то громкий стук, будто тело на пол упало. Санджи с силой сжал пальцы на плечах Зоро, который успокаивающе водил рукой по его спине. — Долго они так? — шепчет Зоро на ухо Винсмоуку, который немного успокоился, когда крики и удары прекратились. Чёртовы соседи. Если терпеть друг друга не можете, так почему продолжаете жить вместе? Конечно, ежу понятно, что развод — дело сложное и не приветствуется в обществе, но это лучше, чем портить друг другу жизни. Хотя, сколько не говори, будет что об стенку горох. — До этого было...где-то полчаса, — дрожащим голосом отвечает Санджи, не отрываясь от плеча Зоро. Винсмоук таких «сцен» насмотрелся ещё в детстве и во взрослой жизни это не очень-то хорошо отразилось. Теперь Санджи боялся громких звуков, особенно ударов. Зоро вздыхает, целует висок парня. Это меньшее, что он мог сейчас сделать. Слушая прерывистое дыхание Санджи, Ророноа водил пальцами по его затылку, стараясь успокоить его быстро бьющееся от страха сердце. Через какое-то время, Санджи первый отстранился, не поднимая взгляд вверх. Зоро пришлось взять лицо Винсмоука и поднять, чтобы тот посмотрел ему в глаза. Заметив слёзы в голубых глазах, Зоро и сам чуть не расплакался. — Ужинать будешь? — только Санджи мог спросить это с улыбкой на лице, сквозь слёзы. Зоро пришлось согласиться и оставить эту ситуацию. Всё равно не будут обсуждать, так как это...слишком сложно.

***

Вся прелесть однушки в том, что здесь, всё что надо, всё под рукой. Единственная комната была и спальней и гостиной и просто помещением, где можно разложить свои вещи. В углу комнаты стояла небольшая тумбочка, с плазменным телевизором, который Зоро выключил буквально пять минут назад. И то, из-за бурчания Санджи о том, что он под его чёртов биатлон спать не может. Возле правой стены стояла кровать, на которой, в позе звезды разлёгся Санджи. С противоположной же, стоял диван, где расселся Зоро, чтобы не дай Бог Завитушке своими движениями не мешать. Ну, при любом раскладе он всё равно бы помешал ему! Потому что Санджи только дай повод кого-то виноватым в своих грехах сделать. Стянув с себя футболку и штаны, по дороге в ванную, Зоро усмехнулся, смотря на то, как Санджи ёрзает по кровати, ища удобное место для сна. Но ему, как всегда: то нога зачешется, то подушка не под тем углом лежит, то одеяло слишком жаркое. А без одеяла холодно. Настоящая пытка! Оставив неудачные попытки заснуть, Санджи поворачивается на спину, сложив руки на животе. Он пялится в потолок, на котором в некоторых местах треснула штукатурка. Теперь трещины напоминали паутину пауков. Вспомнив про восьмилапых существ, Санджи брезгливо дёрнулся, накрываясь одеялом по самый нос. Зато, никакие бабайки из под кровати за ногу не схватят. Да, Санджи уже девятнадцать лет, но он до сих пор верит во всяких бабаек и подкроватных монстров. А что такого? Он ведь даже спит постоянно возле стены, чтобы вместо него волк за бок Зоро кусал. Зоро выходит из ванной спустя двадцать минут. В одних трусах и с красным полотенцем на плече, которое он сразу же кинул на спинку кровати, под злобный взгляд голубых глаз. Зоро хмыкнул, по-хозяйнически поднял одеяло, под которым устроился Санджи, и лёг рядом с ним. Фыркнув, Санджи двигается к стенке, но его неожиданно сгребают в объятия, а Зоро весело хихикает, когда парень попытался сопротивляться. Смирившись со своей участью, Санджи прижался к плечу Зоро. Ладно, он-то хотя бы горячий, какая-никакая, но польза от него. Закрыв глаза, Санджи попытался заснуть. Но у него опять: то нога зачесалась, то подушка стала твёрдой, то Зоро слишком громко на ухо дышит. Никакого покоя! — Не дёргайся, — проговаривает Ророноа, сжимая тело Санджи сильнее. Тот охнул, цокнул языком, но двигаться перестал. Довольно ухмыльнувшись, Зоро целует Санджи в щеку. Винсмоук надулся ещё больше, выражая свою брезгливость к таким нежностям. Он был бы не против получать поцелуй на ночь от какой-нибудь прекрасной девушки, но никак не от зеленоголового качка! Тишина длилась каких-то жалких пять минут, пока за стенкой не раздался...громкий женский стон. Стон, когда люди трахаются, блять! Санджи дёрнулся, когда девушка за стеной ещё раз простонала, но громче и протяжнее. Боже, Винсмоук боится представить, что там с бедной девушкой творят, что она так горло рвёт. — Пиздец, — шепчет Санджи, прижимая свободную руку ко лбу, стараясь не краснеть, ведь за грёбаной стенкой опять простонали. Санджи начал мысленно молиться, чтобы эти звуки поскорее закончились. Он уже чувствовал, как по щекам пошло тепло и быстро переходит вниз, прямо к члену. Не хватало тут только посреди ночи возбудиться! Зоро никак не обращал внимания. По-крайней мере, пока за стенкой не начало что-то громко скрипеть. Кровать, наверное. Но не суть! Ророноа усмехнулся, а Санджи недовольно вздохнул, отодвигаясь от стены. — Ты намного громче стонешь, — шепчет Зоро прямо в ухо Санджи и тот дёрнулся всем телом. Шёпот, блять, слабость Санджи! И Зоро, скотина, знает это! — Не правда, — словно обиженный ребёнок, парирует Винсмоук, хватаясь рукой за ухо, в которое продолжали дышать. Дрожь прошлась по всему телу, а очередной стон только хуже ситуацию сделал. — Правда, — начинает спорить Зоро, умиляясь с реакции Санджи. Нравилось Ророноа бесить и раздражать этого парня, из раза в раз наблюдая, как его щёки краснеют, а взгляд так и хочет на месте сжечь. — И как это только соседи не жалуются, когда ты подо мной буквально кричишь от удовольствия... — Заткнись! — Санджи, не найдя в себе силы вытерпеть этот чёртов шёпот и такие...грязные слова, сам закрывает рот Зоро своей рукой. У Винсмоука по венам течёт кипяток, уши и щёки горят огнём, а член уже успел встать. Самый ужасный день в жизни Санджи. Соседи сверху устроили побои, соседи сбоку устроили камасутру, а сосед рядом, который лежит...на одной кровати с Санджи, тоже хочет камасутру устроить. Боже, не жизнь, а кошмар. Зоро проводит рукой по животу Санджи вниз, натыкается на его стояк и хмыкает. Винсмоук мысленно напрягся, так как он знал, что означают эти движения. Ророноа приподнимается на кровати, перебирает ногами и руками, не слушая возмущения парня рядом с собой и...обустраивается между ног Санджи. Как ожидаемо, что аж плакать хочется. Санджи прижимает руку к лицу, сильно надавливает, когда Зоро приподнимает подол его растянутой футболки (опустим тот факт, что футболка эта, раньше Зоро принадлежала). Зоро смотрит на парня под собой сверху вниз, вновь слышит протяжный стон, похожий на скулёж, за стеной и над его головой «зажигается лампочка.» — Это она тебя так возбудила? — в голосе Зоро слышатся угрожающе-ревностные нотки. Дело пахнет...не очень-то хорошо. Санджи не помнил, остался ли у них вазелин, или сегодня без него. Санджи попытался ответить хотя бы что-то. Просто кивнуть даже! Но он лежал бревном, глупо прижимая одну руку к лицу, а второй хватаясь за предплечье Зоро, который продолжал поднимать футболку вверх, намереваясь её снять. Ророноа остановился, поднял взгляд вверх, чтобы увидеть покрасневшее лицо Санджи. За стеной опять стонут, кровать громко скрипит. Боже, да засуньте этой даме кляп в рот! Ророноа закатывает глаза, сдержавшись, чтобы не постучать кулаком по стене. Перестараться ведь может. Стены, наверное, буквально картонные. — Сейчас как заиграет симфония Бетховена, — Зоро улыбается со своей «шутки», пока Санджи, непонимающе, сквозь небольшую пелену слёз, наблюдал за ним. Зоро опустил руки обратно вниз, начиная стягивать с длинных стройных ног пижамные штаны Винсмоука. Тот удивлённо раскрыл глаза, не успевает даже вдох сделать, как штаны уже оказались на полу. Зоро смотрит на нижнее бельё Санджи и старается не хихикать. — Ты б ещё панталоны одел под низ, — произносит Ророноа, проведя большим пальцем по бедру Санджи. — Надел, — возмущается парень, нахмурив брови. Зоро и сам возмущён до предела. — Какая разница? — Большая. Вот, что бывает, когда технарь и гуманитарий встречаются. — Какая разница, — повторяет Зоро, залезая пальцами под край трусов Санджи, который согнул ноги в коленях, ещё не совсем соглашаясь с происходящим. Ророноа, тем временем, продолжил: — Одел или надел, если я всё равно сниму с тебя это? Возмущаться у Санджи не было смысла, потому что...звучало логично. Но пóшло! Такой себе подкат, если честно. Винсмоук вздрогнул, когда за стеной снова раздался пронзительный вскрик. Теперь точно страшно представить, какие там ролевые игры. Хотя, будь это действительно ролевые игры, запихнули бы дамочке кляп! Зоро, под шумок, стянул трусы с ног Санджи и, так же как и штаны, кинул куда-то на пол. Потом сам убирать будет. Хоть в комнате и было темно, Зоро мог видеть, насколько парень под ним возбуждён. По члену стекала смазка, дыхание прерывистое, взгляд... Санджи закрыл глаза, не вынося такого позора. Как будто в первый раз, ей Богу! Зоро хмыкнул, опускаясь вниз. Зоро укладывает руки на бока Санджи, чувствует, как чужая эрекция упирается ему в грудь, когда он начинает целовать плоский живот. Винсмоук сдавленно стонет, со всей силой, которая ещё осталась в его чувствительном на данный момент теле, прижимает руку ко рту, выгибает спину навстречу горячим губам, которые поднялись к груди. Не церемонясь, Зоро оставляет несколько красных пятен на шее Санджи, видит, как того трясёт от таких простых ласк. И тут случилось то, от чего Зоро не смог сдержать хихиканье. Санджи не сдержал громкого стона, и одновременно с ним, за стенкой у соседей, тот же самый звук раздался. Ророноа упёрся лицом в шею Винсмоука, стараясь не начать смеяться в голос. Санджи, который смутился ещё больше, злобно пнул пяткой Маримо по заднице. — Вас бы на диктофон записать и можно было бы трек намутить, — шутит Зоро, проведя рукой по спине Санджи, поднимая футболку выше. — Получше Кати Самбуки вышло бы. — Очень смешно! — шипит Санджи, почти разом потеряв весь свой настрой. Слова Зоро заставили Винсмоука непонимающе моргнуть пару раз. — Ты откуда про Самбуку знаешь? Зоро ничего не отвечает, лишь движется вниз, взяв член Санджи в руку. Парень удивлённо воскликнул, вновь затыкая себе рот собственной рукой. В глазах Санджи появились звёзды, когда Зоро коснулся красной головки языком. Винсмоук схватился за волосы Ророноа, когда тот облизнул свои пальцы. Санджи кое-как сдержал крик, когда в него ввели один палец, а в бедро впились острые зубы. Выгнув спину, Санджи сильнее сжал волосы Зоро в кулаке, готовый в любой момент оттолкнуть его от себя. Зоро провёл свободной рукой по бедру Санджи, толкнул второй палец, продолжая целовать, кусать и облизывать бледную кожу, на которой легко можно было оставить след. Пальцы Зоро прошлись по какому-то месту внутри Санджи, от чего по телу парня словно электрический заряд прошёлся. Ророноа улыбнулся, продолжая попадать, теперь тремя пальцами, по одной точке, чтобы Санджи каждый раз вверх подбрасывало. Закатив глаза от удовольствия, Санджи кончил, не сдержав громкий и протяжный стон. Ну, всё. Соседи ведь сто процентов услышали. Если пожалуются насчёт этого хозяйке, или ещё кому-то, Зоро труп! Получив с этих звуков неимоверное удовольствие, Зоро вытащил пальцы из разомлевшего Санджи и сдержался, чтобы самому не кончить. Перевернув парня на живот, Ророноа видит, как Винсмоук хватается за подушку и прижимается к ней грудью. Зоро стягивает с себя нижнее бельё, подхватывает бёдра Санджи, тянет вверх и ставит на колени. Санджи издал какой-то звук, похожий на стон, когда Зоро, положив руки на его задницу, раздвинул половинки в стороны. — Зо...нгх!.. — Санджи сжимает простынь в руке, чувствуя, как Ророноа медленно входит в него, стараясь не причинять боли. Зоро накрывает своей рукой ладонь Санджи, переплетает пальцы, продолжая всё так же аккуратно двигаться. — Блять, — слышится от Зоро, как только он прижался бёдрами вплотную к заднице Винсмоука. Зоро опускается к парню под собой, проводит носом по его шее. — Ты как? — голос слегка хриплый. Зоро поднимает вторую руку, так же, как и с первой, сжимает руку Санджи, пока тот привыкал к члену в себе. — Нормально, — произносит Санджи, спустя несколько попыток. Он приподнял голову над подушкой, но тут же пожалел. Голова бессильно падает обратно, а ноги начинают ещё больше дрожать. — Можешь двигаться. Зоро кивает, целует плечо Санджи, выходит практически до конца, оставляя внутри только головку, и толкается вперёд. Санджи тихо стонет, старается держать тело на весу. Зоро пришлось отпустить одну из рук Санджи и обвести вокруг его талии, чтобы тот не упал. Санджи сгибает руку в локте, кусает край подушки, пока Зоро двигается, ища нужный угол. Очередной толчок и по телу Санджи разнеслось то самое чувство, из-за которого он чуть не задушил себя подушкой, подавляя рвущийся стон. Зоро поднимает руку с талии и касается подбородка Санджи, поворачивая его голову в сторону, чтобы поцеловаться. Так неуклюже, так пóшло, но Винсмоук ощущает что-то до боли нежное в этом простом касании губ. По лицу Санджи текут слёзы, чёлка прилипла ко лбу а про то, что он кончил второй раз за последние несколько минут, как только Зоро вошёл слишком глубоко и говорить не стоит. Зоро слегка прикусывает плечо Санджи, последний раз толкается и кончает внутрь него, совершенно не слушая возмущения снизу. Они стояли в такой позе несколько минут, жадно глотая воздух, стараясь убрать головокружение от переизбытка чувств. Как только Зоро вышел, Санджи переворачивают обратно на спину. Винсмоук тянет руки вверх, а Ророноа подаётся ему навстречу, крепко обнимая за талию. Они оба мокрые, оба грязные. Но ведь всё равно обнимаются, так крепко, будто задушить друг друга хотят. — Я люблю тебя, — произносит Санджи, когда Зоро целует его в шею. Зоро удивлённо вздрагивает от этих трёх слов. Его сердце сделало акробатический кульбит. Кажется, не справилось и упало в желудок. Зоро поднимает взгляд, полный удивления на Винсмоука. Тот сразу же заметушился, дёргая конечностями. — Т-то есть, я... Зоро впивается в его губы поцелуем, от которого у Санджи снова голова закружилась. Это впервые, за два года их отношений, когда кто-то сказал те самые слова. — Я тоже тебя люблю, — бормочет Зоро между поцелуями, пока Санджи пытался справиться со слезами на щеках. — Очень сильно люблю. — Не смущай ещё больше, — Винсмоук вяло бьёт пяткой по бедру Зоро, что перешёл с поцелуями с губ на щёки, стараясь стереть все мокрые дорожки от слёз. Соседи больше не подавали признаков жизни. Наверное, оно и к лучшему, потому что Санджи был готов пойти на убийство, чтобы ему дали нормально поспать после такого охуенного оргазма.

***

На следующее утро, Санджи чуть не ревел от того, что он, чёрт возьми, проспал университет! Во всех грехах он винил Зоро, что покорно слушал истерику Завитушки с серьёзным лицом. — И так стипендия хуй, да нихуя! А ещё из-за тебя её забрать могут, идиота ты кусок! — Санджи вновь попытался встать с кровати, но руки Зоро крепко держали его, преграждая любые попытки сорваться с места. — Ну и хер ли ты молчишь, а?! Как только Санджи лёг на кровать, шмыгнув носом и отвернувшись к стене, он сложил руки на груди. Зоро глубоко вздыхает, прижимается всем телом к спине Винсмоука и укладывает голову ему на плечо. — А теперь вспомни, какое сегодня число, — проговаривает Ророноа, успокаивающе водя пальцами по животу Санджи. Шестерёнки в голове Винсмоука начали крутиться, вспоминая вчерашний день. Вчера было двадцатое число, это Санджи точно помнил, потому что он устал в своих тетрадках писать его. По логике вещей, если вчера было двадцатое, значит... — Двадцать первое, — говорит Санджи, медленно поворачивая голову в сторону Зоро, что кивнул, позволяя парню самому додуматься. Сегодня воскресенье! Выходной, и никуда не надо. — Блять, — Санджи прижимает одну руку к лицу, закрывая себе глаза. — Прости, Зоро, я просто... — Всё нормально, — перебивает Зоро, коснувшись губами покрасневшей от стыда щеки Санджи. Тот нахмурился и надулся, ещё и фыркнул, опять отворачиваясь от Ророноа. На такие выходки, Зоро только улыбнулся, прижимаясь щекой к шее Винсмоука. — Тебе надо больше отдыхать. — Некогда мне отдыхать! — возмущается Санджи, пнув ступнёй куда-то назад. Кажется, он попал в ногу Зоро, но тот будто и не заметил, продолжая улыбаться с него. — Я же не ты, дома сидеть и на компьютере кнопки тыкать. — Мне за эти кнопки больше платят, — парирует Зоро, поворачивая голову, чтобы укусить то самое место, где секунду назад была его щека. Санджи вздрогнул, попытался ударить локтём прямо в бок, но Зоро перехватил его руки, прижимая к животу. Теперь Санджи злобно сверлил стену, пока эта водоросль получала удовольствие от покусывания чужих плечей и шеи. Особенно сильно Санджи дёрнулся, когда зубы сжались в одном месте, от которого по телу прошлось какое-то приятное ощущение. Зоро хмыкнул от своей «находки», продолжая терроризировать это самое место. Это было так странно. Лежать вместе с парнем, когда тебя могут за такое казнить! А ведь Санджи действительно этого идиота любит, но больше никогда в жизни вслух не признается. Обойдётся. — Давай на следующих выходных сходим куда-нибудь? — спрашивает Зоро, оставляя шею Санджи, на которой виднелись следы укусов и красные засосы, в покое. — Вместе? — интересуется Винсмоук, не поворачиваясь к парню за своей спиной. Не хватало только, чтобы он его покрасневшее лицо видел. — На свидание меня зовёшь, Маримо? — где-то сзади раздалось согласное мычание и Санджи был вынужден недовольно вздохнуть. — Ты же знаешь, что нам придётся либо изображать из себя друзей, либо позвать Нами и Виви, чтобы не было подозрений. Как и ожидалось — Зоро недовольно буркнул какой-то мат, но он согласился с возражением Винсмоука. Эта ситуация так раздражала, что хотелось себе вены тёркой порезать. — Скоро реально придётся деньги копить на то, чтобы в другую страну переехать, — говорит себе под нос Зоро, зная, что Санджи всё равно услышит его. — Вначале английский выучи, а потом думай об этом, — хихикает Винсмоук, свободной рукой сжимая предплечье Ророноа. — И доучиться тоже надо. Согласно промычав, Зоро закрывает глаза, собираясь ещё немного полежать в кровати. В квартире холодно, так что, Санджи тоже никуда уходить не собирается, а в единственный выходной хочется отдохнуть и выспаться. Натянув одеяло повыше, Санджи прислушался к сопению Зоро. Так быстро заснул, что Винсмоук ему завидует. Улыбнувшись, Санджи прикрыл глаза, прижимаясь спиной к Зоро. У которого температура тела была выше, чем у обычного человека. Всё-таки, хорошо иметь при себе живой обогреватель.