На крыше дома

Николай Гоголь младше Федора на один год. Он переехал в Россию когда был в восьмом классе. Проблем с новыми одноклассниками не было. Коля легко вписывался в любую компанию, кроме своих родителей, у которых были вечные ссоры. Никоша с детства не получал нужных любви и внимания ни со стороны родителей, ни со стороны сверстников. Мать с отцом постоянно требовали от ребенка высших результатов во всем: в учебе, в дополнительных занятиях и секциях, и даже в самых обычных делах, таких как прием пищи. С возрастом Коля именовал эти "Рамки" клеткой. Он чувствовал себя птицей, которую заперли. Николай хотел обрести свободу во всем: избавиться от гиперопеки родителей, от каких-либо поручений, от чувств, абсолютно от всего. Когда он уходил в школу он обретал хоть и не большую, но свободу. В новой школе Гоголь стал клоуном. Он стремился общаться, казалось, со всей школой, но дружил только с двумя одноклассниками и Федором. Эти трое лишь уделили Никоше немного внимания, но ему этого хватило. Мальчишке сразу понравился Достоевский, тем более когда старший просто общался с ним так хорошо, как не с кем более. Коля по какой-то причине все романтизировал и посчитал, что и брюнету он нравится. Примерно год назад Коля нежданно зашёл в гости к Достоевским. В тот день Федор был дома один: бабушка в деревне, а сестра ушла за продуктами в магазин. -Привет, Достик!- Из подъезда на Федю налетело с объятьями лохматое чудо без шапки.- Там так холодно!- Никоша обнял своего друга. Из-за разницы в росте старший уткнулся носом в шею. -Холодно, а ты без шапки.- С улыбкой произнес брюнет приобняв Колю. -Шапки для лохов! Апчихи! -Заболеешь ещё. Заходи, чай пить будешь. Фёдор закрыл входную дверь и пошел на кухню. Гоголь пошел за ним. -Как у тебя получается такой вкусный чай?- поинтересовался блондин, отпивая из кружки горячий напиток. -Ты просто льстишь мне. Это самый обычный чай. -Нет! Ни капли лжи! Этот чай прекрасен, как и ты! И горячий как я!- с гордостью в голосе и с довольной улыбкой сказал Коля. -Сам себя не похвалишь, никто не похвалит.- Достоевский допил свой чай с прикрытыми глазами.- Ну что, согрелся? -Не совсем...- тихо сказали прямо в ухо Федору. Он и сам не заметил, как Никоша подкрался к нему. Брюнет почувствовал на своей шее тяжёлое и горячее дыхание. От этого ему стало не по себе. Он вздрогнул, а затем оттолкнул от себя Николая. -Что ты творишь?- Фёдор чуть ли не кричал. -Извини! Прости, оно как-то само! Извини... Просто... Федя, ты мне нравишься... -Что, прости?- Федору стало не комфортно рядом с Колей. -Ты мне нравишься. Я тебя люблю. -А я тебя нет. Мы не можем быть вместе. Если согрелся, то уходи. Ты мне... противен. -Х-хорошо... Извини- Гоголь был в ступоре. Такой важный в его жизни человек разбил сердце на миллионы кусочков, словно хрупкую вазу. Блондин больше всего боялся того, что он противен Достоевскому. Ему хотелось расплакаться, но родители учили мальчика тому, что слезы- признак слабости. В голове прозвучали слова отца: "Ты девочка что-ли? Хватит реветь! Ты слабак, а не мужчина!" "Но это- чувства, и слабак тот, кто их скрывает." За такой дерзкий, по мнению родителей, ответ Коле сильно влетело. Даже вспоминать тот день не хочется. У Николая ещё долго все тело болело, особенно спина, по которой ему прилетело какой-то деревянной палкой. Младший собрался и уже хотел покинуть квартиру, но вдруг входная дверь открылась со стороны подъезда. В квартиру зашла младшая сестра Федора. -Здравствуй, Никоша! Уже уходишь? -Да, пока...- Николай чуть ли не выбежал из квартиры. Он не знал куда ему идти. Хотелось спрятаться от всех куда-нибудь. Дома родители, которые будут орать на него. Хочется уйти подальше от этого места; уйти из этого мира. Блондин шел в неизвестном направлении. Шел мимо старых многоэтажных домов, мимо гаражей и каких-то незнакомых ему парков. По лицу текли горячие слезы. Уже совсем скоро стемнело. Николай понял, что потерялся. "Мне нужно домой, но разве не этого я хотел? Мама будет переживать. Нужно идти домой." Коля включил телефон чтобы найти дорогу до дома через приложение, но устройство оказалось разряженным из-за мороза. Парню пришлось просить помощи у прохожих, но никто не знал где находится нужная улица. Никоша продолжал бродить по переулкам в надежде найти хоть какой-то знакомый район, но все было безуспешно. Остался только один вариант: зайти в какой-нибудь супермаркет. Там точно есть охранник. "Может он хоть как-то поможет..." Блондин начал искать хоть какой-нибудь магазин, который ещё работает. И он нашел. -Здравствуйте! Не подскажите где находится улица Имени Артема? -Здравия. Это на другом конце города. Заблудился что-ли? -Я просто ездил на экскурсию, а потом решил погулять... А потом помял, что заблудился, а телефон отключился... -Понятно.- охранник немного подумал.- У меня сейчас закончится смена. Давая я тебя довезу до дома. Твои родители, наверное, беспокоятся. -Да, наверное... Не могли бы подсказать который час?.. -Без десяти одиннадцать. Вскоре магазин закрылся и Коля поехал с Фукучи (так звали охранника) до нужной улицы. Всю дорогу юноша молчал, за то Оочи говорил о своей молодости и о родине. По его имени и фамилии стало ясно, что он из Японии. Гоголь был спокоен до того момента, когда он узнал свой район и машина вдруг свернула не на ту дорогу. -Но мой дом на другой улице. Куда мы едем? -Мы едем дворами, потому что на главной дороге сейчас почти не проедешь. И правда, эта дорога постоянно забита машинами из-за железнодорожного переезда. Фукучи довёз Николая до самого подъезда. -Ну, удачи, юнец. -Спасибо вам большое.- Блондин вышел из машины и поднялся по лестнице. "Ну, с Богом..." Стук в дверь. Вход в квартиру открылся. На пороге стояла мама с заплаканным лицом. -Где ты был? Знал бы ты как я переживала!- Матушка говорила тихо. Она обняла колю.- Прости за то, что накричала на тебя... Слава Богу, ты жив... Объятья... Его обнимает Мама... По лицу юноши текли горячие слезы. На его спину тоже капали слезы. За него переживают... -Иди скорее в свою комнату, пока отец не проснулся. -Извини меня... Папа опять пил?..- Никоша направился в свою комнату. -Да... Спи спокойно, мы ему скажем, что ты все время был дома. -Хорошо. Спасибо... и извини... Веки были тяжёлыми. Как только Колино лицо соприкоснулось с подушкой, разум погрузился в туман. Он уснул.