На крыше дома

Опять тишина. Ещё чуть-чуть и мысли бы вновь заполнили голову Федора. -На длительное время? Получается, ты скоро покинешь Россию и вернёшься обратно на родину? -Ну я могу остаться здесь. Мне особо нечего делать в Японии. -Вот как. Понятно... -Ой, я же не рассказал о том, как мы сегодня в школе стул сломали! -Бедные стулья. Вы их то в окно выкидываете, то ломаете. Рассказывай, мне интересно.- на лице Федора появилась улыбка. -Сегодня, когда урок Английского языка начался, Михаил Васильевич опоздал, тоесть задержался. Ну мы, как обычно, начали беситься. Женька яблоко а потолок кинул, и от этого там появилось пятно! Федя тихо посмеялся, от чего Осаму улыбнулся во все 32 зуба. -А потом самое интересное началось! Мы пытались оттереть это пятно, а чтобы до потолка достать, построили на парте "лестницу" из стульев! Ну, я как самый высокий залез на эту гору, и начал оттирать яблочный сок тряпкой! А она была вся в меле, и из-за этого светло-серый потолок стал белым! Ахахахаха! А потом!- Дазай уже не мог говорить без смеха, от чего Достоевский начал хохотать.- А потом в кабинет зашёл Чуя, а он дежурным по школе был! Ахахаха! Ну этот коротышка как заорёт на меня, ну я равновесие потерял и полетел вместе со стульями! Оба парня громко засмеялись. -Ну в итоге, стул, который стоял в самом низу сломался! А это был стул Михаила Васильевича! -Вам, наверное, влетело потом? -Не, это был последний урок. Мы решили, что Мишка уже не придет, и ушли из школы. -Ахаха! Так вот почему ты сегодня пришел раньше чем обычно. -Ага! Я ещё в магазин зайти успел! О, к стати, я же конфеты купил! Хочешь? -Нет, пока не хочу. С лица Федора не сходила улыбка, от которой шатен не мог оторвать взгляд. Такие бледные, обветренные и покусанные губы... Они прекрасны. Так и хочется поцеловать. -На каком моменте детектива ты остановился? -На том, где полиция осматривала комнату Руби. -Понятно. Как думаешь, чем всё закончится? -Не знаю, но думаю, что убийца- Джозефина. -Почему ты так думаешь? -Ну... Во-первых, она и Марк недолюбливали Руби, а во-вторых, деньги. Джефферсон хотел выделить ей крупную сумму денег. -Возможно. Они ещё очень долго разговаривали о разном. Не важно о чем. Им было комфортно в компании друг друга. Однако, оба знали, что этот разговор должен окончится признанием в чувствах. Одна лишь мысль об этом, как-будто била током. Хотелось, чтобы этот момент наступил как можно быстрее, и в тоже время был какой-то страх неизвестности. Но с чего-то начинать нужно. -Ого, уже четвертый час ночи! 14 февраля к стати! Ты же знаешь что празднуют в этот день? -Это день расстрела Чикатило. А ещё послезавтра у Саши устный экзамен по русскому языку, а она даже не готовилась к нему. -Ой, ну совсем в тебе нет ничего романтичного! -А разве должно быть? -Конечно должно, а то как тебя тогда любить! -Ну ты же как-то любишь. -Сегодня день признаний и добрых пожеланий! Так вот я хотел...- Осаму не дали договорить. -Я знаю что ты хотел. -Можно?.. -Можно. Чуть пухлые губы Дазая трепетно коснулись столь желанных губ Федора. Сердца начали биться быстрее. Не смотря на "Зачем я ему разрешил?", брюнет не сопротивлялся. Ему нравилось это. Язык японца смело проник в рот Достоевского, а руки залезли под рубашку и начали "рисовать" различные узоры на спине, от чего Федя издал тихий и короткий стон. Уже через несколько секунд Фёдор лежал на кровати, а над ним подвис Осаму. Брюнету захотелось подразнить партнёра. Он положил свою стопу на пах шатена, и сразу почувствовал как под ногой появился бугорок. Губы уже болели от поцелуя, и из-за этого он был прерван. Дазай уже хотел попросить Достоевского о большем, но даже сказать ничего не успел. -Так ты и в правду ходил сюда не для того, чтобы помогать Саше? -Что?.. -Я говорю, ты ходил сюда из-за меня? -Аэ... Мне срочно нужно в уборную! Японец буквально помчался в туалет.