rest in peace, dear angel.

Джонхан обычный человек, самый обыкновенный, он тоже чувствует, он тоже плачет и не спит ночами, и на лице у него маска, да такая, что и не поймешь, где он правду говорит, а где аккуратно лжет, да что уж говорить, люди уверенны что он с ними самый настоящий, только вот какое разочарование их ждет, когда Юн снова вернется в свое ужасное состояние, в котором периодически живет уже четвертый год. То самое состояние, когда сообщения друзьям начинаются уже не с «привет», а с «знаешь, я правда долго терпел-» и тогда все снова от него отвернуться, тогда ангел снова останется в одиночестве и снова заплачет тихо, и тогда он наконец-то решит вернуться домой, на небо, те самые теплые и мягкие облака, которые никому, кроме него, не суждено потрогать и ощутить все это сможет только сам ангел, и только уже в заветной мечте его крылья пропадут, и он снова проснется в теплой, но в то же время холодной кровати, снова увидит на часах 7:49 и побежит со всех ног собираться в школу, ведь учитель географии будет кричать и продолжить ненавидеть Джонхана за все. Но Юн думает и знает, что он не станет мечтать о возвращении на землю, все здесь его неимоверно достало. Может, ему и стоит продолжать жить хотя бы ради друзей, но Джонхан не уверен ни в ком, он даже себе не доверяет, и выражается это в таких будничных вещах, как: «а мне точно ко второму?/а мне точно в этот кабинет?/ а мы точно сегодня довговорились встретиться?» а друзья…он знает, что они тоже такие же люди, и на лицах у них тоже маски, самые разные, и залезть под них у него не получится да и желания нет. Сложно ли ему жить так? Чертовски, ведь каждую секунду наедине с самим собой, его начинают поедать навязчивые мысли: «я так люблю Джошуа! А он меня? А вдруг он просто пользуется? А вдруг он тоже уйдет? А почему он такой холодный ко мне? Я снова один? Я снова нелюбим? Я снова ничтожество!» и тогда, глазами, заполненными горькими слезами, он возьмет со стола канцелярский ножик, и сделает десятки резких движений по руке, а на утро, перед зеркалом, будет стонать от боли, ведь рука ох как болит, а, все еще красные, линии и спрятать некуда, в отчаянии он покрыл ими всю руку. «Дебил» думает он, и надевает водолазку, которая любезно скроет подробности вчерашней ночи от других. Он пытается быть хорошим человеком, правда, но выходит нелепо, когда он пишет близким: «если что-то не так, давай поговорим, если тебе не нравится мое поведение например.» а сам никогда не решиться об этом рассказать честно, когда отправляет друзьям сообщения: «если нужна поддержка я всегда тут, рассказывать о своих переживаниях безумно важно, не бойся!» и помогает, хотя сам, даже под дулом пистолета не расскажет что у него на душе на самом деле. А все это началось с детства, в то время его постоянно предавали, так что доверия и вовсе не осталось. В те времена он так боялся крови, что попросту морил себя голодом, все что он слышал, так это крики о том, что он себя так в могилу сведет «а если я этого и хочу?» думал Джонхан, но не произносил это вслух, лишь прятал все под улыбкой, и отшучивался, мол «зато денег нужно будет меньше тратить.» А школа? А в школе одни проблемы, учителя Юна там совсем не жалуют, начало года он проводил в слезах из-за оценок, только сейчас успокоился, потому что знает, что эти оценки ему больше не нужны, и даже те двойки по алгебре его не, простите, ебут, Как же ему теперь все равно. Перемены он проводит за партой, в наушниках, смотря на то, как его друзья веселятся вместе, а как только он делает шаг, чувствует холод, и всем уже плевать на него. «Чертовски устал бегать за людьми.» снова думает Джонхан, и плакать хочет, безумно, но вот только из глаз не течёт, а только лишь голова болит, отдавая ударами в виски, и он корчится от боли, зажмуривая глаза, не выдержав отпрашивается домой, а там уже и глотает разные таблетки, только лишь бы этот ад прошел. И даже сейчас, стоя на крыше обычной, серой семнадцатиэтажки, он не думает ни о Джошуа, ни о Сынчоле, Вону в его воспоминаниях уже совсем исчез, а Мингю? А Мингю он любит, да вот только тот его уже задолбал, они переставали общаться несколько раз, и все это время Юн прощал, давал шанс, а потом все по-новой, Джун? Тот самый с которым они дружили в начальной школе? Он еще тот ублюдок, Как бы Джонхан хотел вернуться в прошлое и никогда не прощать его, и один только Сынкван ему ничего не сделал, тот его безумно любит, но он не может продолжать жить под всем этим давлением только ради него, уж простите, чтобы показать как он его ценил, Юн только ему отправляет прощальное сообщение, для всех остальных, друзей, родителей и других родственников, он уже начеркал несколько сотен строчек на большом листе своим корявым почерком, надеясь что те найдут их и последуют всем его прихотям. «Младшие не поймут, и плакать будут, но жизнь такая, это не мой выбор, звездочки.» последняя мысль проносится в голове парня, и он делает роковой шаг, зная что никто его уже не спасет, и он доволен, это правда не его выбор, он был вынужден, он никому не нужен, ему никто не нужен, он хочет покоя, хочет выспаться на теплых облаках, чтобы люди наконец-то начали его ценить. Ноги трясутся, капли горьких слез стекают по бледному лицу, а в голове никаких мыслей, пока тот стремительно падает с крыши на твердый асфальт, адреналин, потеря сознания еще до смерти, сделала ее не такой уж и болезненной. Теперь ангел свободен и расправляет пушистые крылья, направляясь высоко в облака, наслаждаясь покоем, пока бездыханное тело парня, в луже алой крови, замечает собственная мать и звонит в скорую, думая что еще не все потеряно, ой как она ошибается, она уже потеряла его, своего сына, про которого начала думать только после его смерти. «Я так и знал.» думает ангелочек. “С Юн Джонханом покончено, а вопрос все еще открыт, сильный или слабый поступок, это ваше самоубийство?„