Good Cop Bad Cop Routine

Алекс поправил галстук и взглянул на Майлза. Его глаза сверкнули сквозь прорези чёрной лисьей маски. Его улыбка была едва видна из-за падающей тени. Он развернулся и прошёл через бархатистую ткань занавесов, растворяясь в ярком свете. Майлз надвинул маску в виде волка на лицо и тоже вышел на сцену. Бокалы с просекко, блестящие вечерние платья, маски, украшенные стразами, софиты – всё это слепило до боли в глазах. Люди громко смеялись, болтали, и Майлз мечтал, чтобы они заткнулись. Наконец, свет стал немного приглушённее, внимание толпы устремилось к сцене. Эхом разнёсся звон струн, заунывный и меланхоличный. –  I don't like you anymore You've fallen for the faux again Голос Алекса был безнадёжно спокойным и деликатно небрежным. Он расстилался, словно отравляющий угарный газ, заполняя собой каждый уголок помещения, обволакивая ушные перепонки. Он душил ядовитой змеёй. Хотелось вздрогнуть, поёжиться, помыться под горячим душем. Но оторвать взгляд было невозможно. Майлза тошнило, выворачивало на изнанку. Тело тряслось от раздражения. Почему, помимо презрения и отвращения, он ощущает... робкое упоение. Почему этот человек, лицо которого скрыто маской, кажется ему таким прекрасным. – Only for me to realise the same Музыка затихла. Голос Майлза раздался внезапно, как воздушная тревога. Искра, которой достаточно, чтобы взорвать здание. – I don't like you anymore! Темп ускорился. Его рука прыгала по ладам, заставляя гитару рычать. – The sound of your voice Is piercing my patience Губы отскакивали друг от друга, смакуя каждой буковкой. Слова были искренними. Или Майлзу хотелось, чтобы они были искренними. Загадочные, даже загробные звуки синтезатора. Лёгкие рассыпающиеся удары по медной тарелке. Вновь голос Алекса. Скользкий и обезоруживающий. Алекс скалится, растягивая слова, и Майлз думает, что тот насмехается. – Retire to the setting hate, – голос дрогнул. Тёрнер льнёт к микрофонной стойке. Кейн задыхается от ненависти. Алекс начинает фразу и Майлз её подхватывает. Cause I don't li(I do)ke(n't) you (li)any(ke)more (you anymore)... Голос Майлза крадётся за голосом Алекса. Словно эхо в заброшенном, уродливо покасившемся здании. I don't li(I! do)ke(n't!) you (li)any(ke!)more (you! anymore!)... Словно липкая пугающая тень. Словно Хайд, выглядывающий из-за спины Джекила. – I don't like you anymore! Рёв Майлза разрезает воздух. Он прижимается губами к микрофону и щерится, как волк на его маске. – But your pout puts us about, – он агрессивно выплёвывает слова. Переходит на крик. Все эти тупые люди выводят его из себя. Они перемешиваются, рассеиваются за плотно зажатыми веками. Но Алекс не исчезает. Гитара отчаянно воет, как зарезанная в грязной подворотне девушка. Вместе с пульсом учащается бой ударных, превращающийся в барабанную дробь, будто перед прыжком в огненный обруч замученного плешивого льва под высоким красно-белым шатром. Темп ускоряется. Быстрее Быстрее Быстрее Майлз достаёт из-под полы пиджака пистолет и стреляет в большую хрустальную люстру. Она обрушивается, разбрызгивая вокруг себя стеклянные капельки. Визг и крики. Майлз скидывает с себя гитару и хватает Алекса за горло, утаскивая за бархатный занавес. В маленькой комнатке, используемой, вероятно, периодически в качестве гримёрки, крики людей доносились совсем едва слышно. Алекс снял с себя гитару и стянул маску. – У тебя переклинило что-то? Ты ебанулся? – он испуганно хлопал глазами, потирая саднившую шею. – А я думаю, это ты не в себе, Алекс, – прошипел Майлз, громко дыша, – Променял присягу на тёплую собачью лежанку у ног Бейтса, да? Что он тебе предложил? Кучу денег? Чудесные сверхспособности? Или с ним настолько приятно трахаться? Алекс плюхнулся на стул и опустил голову. – Ты всё испортил... – вздохнул он. – О, я всё испортил! Какая жалость, правда? Как я посмел выполнять свои обязанности! Алекс поднял голову и увидел, что Майлз наставил на него пистолет. – Выстрелишь в меня? – Тёрнер поднялся и, слегка пригнувшись, упёрся лбом в ствол, – Стреляй! Чего же ты? Стреляй! Майлз, ты такой придурок, – он выпрямился и развёл руками, – Ты правда думаешь, что я бы так поступил? – Ты так и поступил. Я всё знаю. Я слышал о чём вы говорили, – Майлз нахмурился. – А теперь опусти пушку и выслушай меня, – Алекс подбоченился, – С первого дня, как Бейтс появился в нашем отделе, я чуял, что от него пахнет жареным. Я хотел втереться в его доверие. И у меня получилось... – Ты давно об этом знал? И ты ничего не сказал мне? – Я узнал о том, что Бейтс – охотник в ночь, когда ты словил пулю. И я хотел тебе сказать об этом... Когда будет подходящий момент. Просто, понимаешь, говорить об этом в его доме было слишком рискованно. Я был под его наблюдением. Обратного пути уже не было, он прикончил бы нас там обоих. – Он хотел вколоть тебе Армор? – Да, последний прототип. Вероятность умереть большая, а он в могилку явно не собирается. Но испытуемым должен быть человек, которому он хоть как-то доверяет. Эта сыворотка даёт устойчивость к всяким неприятным штукам... серебро, осина... и далее по списку. – Но в чём его цель? – В том, за что ведутся войны. Власть... – Алекс хмыкнул, – Либо он просто типичный непрописанный злодей из бульварной писанины. – Я не понимаю... Зачем ему тогда армия людей, жаждущих уничтожить вампиров? И все эти поставки... – Вероятно, чтобы уничтожить их. Армор создают смертельно опасным для людей. Новый прототип, по крайней мере, точно опасен. Он даже не на всех вампиров действует. У нас с Ричардом очень схожа кровь, поэтому я подходил... – Как он узнал о схожести? – Ну... – Алекс задумчиво отвёл взгляд, – Он пил мою кровь. – Мерзость... В чём вообще заключался твой план? Мило кивать ему, а когда он вознесёт над тобой иглу, сказать: "Ой, извини, я передумал"? – А в чём заключался твой план, Майлз? Скорректировать декор заведения? Или чтобы эта люстра Бейтсу по башке прилетела, чтоб неповадно было? Майлз вздохнул. Эмоции правда взяли верх над его разумом. – Я застрелю его... – Поубавь пыл. Ричард хочет испытать прототип уже сегодня. Нам нужно что-то придумать. Каблуки Бейтса глухо стучали по дощатому полу. Он нервно осматривался по сторонам, заглядывая в дверные проёмы. Одна дверь была заперта, и он резко открыл её. В комнате был Алекс. – Майлз сбежал. Он хотел застрелить меня, но не смог. – Он всё узнал? Как? – Подслушал наш разговор. – Ладно, насрать, – Ричард вздохнул, – Я разберусь с ним. Но сейчас нам нужно ехать.

________________

Автомобиль остановился. Бейтс вышел из машины и открыл дверь Алексу, на что тот только хмыкнул. Дождь только начинал барабанить по крыше, но уже было ясно, что вскоре он перерастёт в ливень. Алекса и Ричарда встретил дворецкий. Они зашли в дом и спустились в подвал. Одна из подвальных комнат сильно отличалась по антуражу от других. Холодный свет ламп, вокруг одной из которых вилась жирная чёрная муха, отражался от зеленоватых, явно уложенных наспех плиток. У стены располагалась кушетка. Низенький худощавый мужчина в белом халате поднял взгляд, блеснув толстыми стёклами очков. – Всё готово? – строго спросил Ричард, ступая широким шагом в комнату. – Да. Мистер Тёрнер, располагайтесь, – мужчина засуетился у металлического столика. Сняв пиджак, Алекс сел на кушетку и начал закатывать рукав. – Э-не! Укол не в вену, – доктор постучал двумя пальцами по груди, – В сердце. Тёрнер сжал губы и прерывисто выдохнул. Ослабив галстук, он стянул его через голову. Пуговки рубашки расстёгивались очень медленно под дрожащими пальцами. – Не переживай, Алекс. Как комарик укусит, – Бейтс улыбнулся, – Мне же не стоит сомневаться в твоей меткости, пьющая морда? – он перевёл пренебрежительный взгляд на доктора. – Талант не пропить, – мужчина нервно хихикнул, – если мистер Тёрнер умрёт, то точно не по моей вине. Алекс невесело усмехнулся и лёг на кушетку. Сквозь белую простынь почувствовался металлический холод. Доктор взял стеклянную ампулу и начал заполнять шприц жидкостью. Снаружи послышался суетливый шум. Алекс и Ричард посмотрели в сторону двери, доктор завис в неестественной полусогнутой позе. Шорох прекратился, стояла полная тишина, прерываемая, разве что, жужжанием мухи. – Джон? – крикнул Бейтс. Он открыл дверь, но дворецкого за ней не было. Мягкий свет настенных ламп был погашен, подвал был погружён в темноту. Ричард прошёл дальше, пытаясь всмотреться в тьму. – Где носит этого придурка? – шепнул он себе под нос и выругался. Дворецкий лежал на полу. Быстро развернувшись, Бейтс зашёл обратно в комнату. Его брови взметнулись вверх, а на лице расплылась улыбка. – Мне даже не пришлось искать тебя. Майлз стоял позади доктора, одной рукой закрывал ему рот, другой держал пистолет. – Ты поедешь с нами в участок. Сейчас. И это прихватим, – он коснулся дулом ампулы с Армором. – Не торопите события, мистер Кейн, – Бейтс сделал шаг вперёд. Майлз направил на него пистолет. – Засунь себе свою пушку в задницу, – Ричард сделал ещё один шаг вперёд и поднял руку. Пуля со свистом прошла сквозь его ладонь. Он скорчил лицо от боли, но не двинулся с места. – Я звонил капитану Купер. Подкрепление приедет с минуты на минуту. – Не лгите, мистер Кейн, – Бейтс жмурился, но продолжал мерзко улыбаться, – У вас плохо получается. Сзади Майлза послышался скрежет силиконовых полосовых занавесов. Резкий удар, и пистолет лязгнул о кафельный пол. Майлз оттолкнул доктора и развернулся, готовясь драться, но растерялся. Перед ним стояла Арабелла. Воспользовавшись его замешательством, она ударила его в пах. В их сторону устремился Бейтс, но Алекс встал и преградил ему путь. Он замахнулся, но Ричард схватил его кулак. Тёрнер извернулся, но его зубы заскрежетали, когда он получил по челюсти. Он отпрянул и с разбегу толкнул Бейтса, что тот повалился животом на кушетку. Не теряя времени, Алекс прижался к нему и взял на удушающий. – Очень зря, Алекс, – Бейтс хрипел, сжимая в руках простынь, – Не то чтобы я не ожидал от тебя этого, – в его тоне была явная усмешка, – Хотя наблюдать, как ты проявляешь ко мне интерес... было весьма занимательно. В какой-то момент я даже подумал, что ты умнее своего дружка... – Захлопни уже наконец свою пасть! – Алекс скалился, но вдруг его лицо исказилось в удивлённой гримасе, руки расслабились, а ноги подкосились. Веки казались слишком тяжёлыми, чтобы их поднимать. – Что ты ему вколол?! Армор? – Майлз держал трепыхающуюся, как пиранья на берегу, Арабеллу, пытающуюся подбежать к пистолету. – Успокоительное, – доктор положил шприц на стол, – Вы, ребята, слишком нервные. Майлз ослабил хватку, чтобы наброситься на доктора, но Арабелла толкнула его. Бейтс быстро поднялся и ударил его в живот, Майлз упал на пол, ударившись затылком о стену. Белла прижала каблуком его грудь, а Ричард сел перед ним на корточки. – Поразительно, – насмешливо сказал Бейтс, натягивая на руку резиновую перчатку, – Снова и снова вы поступаете, как полнейшие... тупицы. На что ты вообще надеялся, Майлз? Перечитал комиксы и возомнил себя супергероем? Ты посмешище. Копы из вас просто отвратительные, – он улыбнулся и потянулся рукой в перчатке к карману кожаной куртки Арабеллы, доставая оттуда серебряный костет. Он замахнулся, и перед глазами Майлза расползлась темнота.

________________

Морские волны мягко шептали в ушах, сплетничая о каких-то своих секретах. Солнце приятно грело лицо. Где-то в далеке кричали чайки. Вновь один из тех снов, где Майлз счастлив. Вновь сон, который просто растворится, когда Майлз откроет глаза. Но ничего не растворилось. Майлз видел море и высокие пальмы. Мокрый песок... под его подбородком. Майлз хотел пошевелиться, но тело было сковано... песком. Он был закопан по шею. Кейн хотел вздохнуть, но грудь сдавило. Неужели это конец. Это даже иронично – быть погребённым в месте из снов, откуда он не хотел уходить. У жизни больное чувство юмора. Майлз посмотрел на небо. Погода его трагедии не разделяла, безоблачное небо держало в своих объятьях маленький, слепящий шарик солнца. Кейн откинул голову, чтобы опереться на песок и закрыть глаза. Но обо что-то стукнулся. – Ай! Поаккуратнее, придурок! Майлз закатил глаза. Даже умереть спокойно в одиночестве он не может. Алекс вдохнул, чтобы сказать что-то ещё, но волна накрыла их с головой. Отплёвываясь, он начал вертеть головой, чтобы смахнуть с лица прилипшие мокрые пряди. – Дурацкие волосы! Может, мне сделать стрижку как у тебя, а? – улыбнувшись, Алекс повернул голову, но не смог повернуть её так, чтобы увидеть Майлза. – Если придумаешь, как нам отсюда выбраться, можешь делать всё, что хочешь. Алекс действительно начал напрягать мышцы, но совладать с песком не получилось. Несколько минут стояла приятная тишина, но Тёрнер вдруг завопил. – Майлз! Майлз! – Что? Там кто-то идёт? – Да... Ползёт... На меня ползёт. Краб. – Краб? – Огромный! – Ты главное не шевелись и не разговаривай! А то нос клешнями тебе отцапает. Майлз перестал чувствовать сзади себя шевеление и прыснул от смеха. – Алекс? Краб уже съел тебя? – Он убежа... – ударила новая волна, и Алекс закашлялся, – Почему Бейтс не смог нас просто нормально убить? Он хотел, чтобы мы тут от скуки померли? Майлз задумался. – Может, морская соль? Растворённая в воде. Она будет медленно расстворять наши внутренности, попадая в организм. Ну... твои расстворит быстрее, если ты будешь продолжать открывать рот во время удара волны. – Но ведь она не заговорённая, не освящённая. Майлз начал осматриваться по сторонам и увидел торчащий из воды крест. – Я бы поспорил... Хотя, врядли это так работает. Наверное, Бейтс и не планировал нас убивать. Просто выигрывает время. Если повезёт, песок вымоет, и мы сможем выбраться. Прошёл час. А, может быть, минут пятнадцать. Тело зудило, ссадины от костета на лице Майлза щипало от морской воды. Шея болела. Алекс притих. – Майлз? – М? – Ты... Ревновал меня к Ричарду? Повисла тихая пауза. – Я? С чего бы я должен? Ты мне отчётливо дал понять, что у нас с тобой ничего не выйдет. Алекс вздохнул – Прости, что не говорил обо всём с самого начала. Я боялся... И вообще. Вдруг, всё-таки, выйдет? Знаешь... Если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это – последний раз, я бы никогда не остановился... Кейн уже был готов растрогаться от таких слов, но... – Эта фраза из "Друзей"? – Ага. Майлз смешливо фыркнул. Он поднял глаза и увидел вдалеке расплывающийся силуэт. Он зажмурил глаза, чтобы убедиться, что это просто мираж, вызванный солнечным ударом, но силуэт настойчиво приближался. – Там... Мэтт! Мэтт! – Мэтт? – Алекс пытался повернуть голову, но угла обзора всё ещё не хватало. Хелдерс помахал им лопатой, двигаясь на них быстрым лёгким шагом. – Вы, ребята, удивляете меня всё больше и больше, – он копнул песок, помогая выбраться, – Тачка стоит на обочине, выше берега, пойдём туда. И, – Мэтт указал на них черенком лопаты, – стряхните с себя весь этот песок, она арендованная, – он развернулся и пошёл обратно. Майлз и Алекс стояли друг напротив друга, смотря друг другу в глаза. – Что ты там говорил про поцелуй? – усмехнулся Майлз. – Я думал, мы с тобой умрём, и сказанное будет погребено с нами в могиле, – Алекс отвёл взгляд скрывая улыбку, но вдруг вновь посмотрел на Майлза. Он сделал шаг вперёд и заключил его в объятия. Те объятия, которые можно ощутить только от самых близких людей. Алекс отстранился и, немного помешкав, поцеловал Майлза. Не так, как в клубе перед охранником, даже не так, как на корпоративе... Уж тем более не так, как в отеле. Неторопливо, мягко и... искренне? Смыв с себя песок, они поднялись к машине. Мэтт стоял у авто, уткнувшись в телефон; оперевшись задом на капот, стоял Джейми. В его чёрных очках отражалось солнце, в руке он держал бумажный стакан, попивая его содержимое через трубочку. Мэтт достал из заднего сидения полотенца и кинул их в Майлза и Алекса. – Как вы вообще нашли нас здесь? – удивлённо спросил Майлз. – Спрашивали у всех на улице, не видели ли они тут двух идиотов – англичан, – прыснул от смеха Кук и вновь припал к трубочке. – Это даже почти правда, – Мэтт оторвался от телефона, – Вам повезло, что мы встретили в баре старика, который ворчал о том, как хотел прийти на дикий пляж, чтобы попрактиковать там свои... нудистские увлечения, но увидел в песке две торчащие головы. Он думал, что это белая горячка... – К слову, – Алекс тёр полотенцем волосы, – Бейтс – охотник. – Серьёзно? – Мэтт и Джейми одновременно вытянули вперёд головы, – А он сказал, что охотник – ты, Алекс, а Майлз – твой сообщник. И ещё, кстати, вас объявили в розыск, – обыденно произнёс Хелдерс. – Вы приехали нас арестовать? – Майлз напрягся. – Мы в это не поверили. – Да, потому что Алекс слишком тупой, чтобы додуматься до такого. – Молчи и пей свой молочный коктейль, – Алекс зыркнул на Джейми. – Это не молочный коктейль. Это маргарита, – Джейми довольно подвинул языком трубочку ко рту. Тёрнера нахлынули флешбеки. – Как Бейтс вообще аргументировал своё обвинение? – Майлз скрестил руки. – Ну, – задумчиво протянул Мэтт, – Он отправил фотографии, на которых Алекс находился тут, а не на якобы похоронах. – А я, между прочим, отправлял тебе открытку с соболезнованиями за 85 пенни! – Джейми фыркнул в сторону Тёрнера. – Также он показал видео с камер наблюдения, где Алекс лежит на медицинском столе и в кадр попадает кусок стола, на котором стоит колба с маркировкой Армора. Сказал, что ему отправили это анонимно. Ещё сказал, что вы напали на него, прострелили ладонь табельным. – Вот же мудила! – Алекс сплюнул, – А вы что, просто покинули отдел? – Отказались от дела. Ник остался, будет докладывать, как всё протекает. – Самоотверженно... – Вам бы стоит что-то придумать! Чтобы не позволить остаться Амелии без отца. Мне ведь даже некому из вас, кретинов, доверить присматривать за ней! Джейми язвительно захихикал, но потом замолк, осознав, что это относится и к нему. – Мы обязательно что-нибудь придумаем, – успокаивающе сказал Майлз, – Но для начала было бы славно быть одетым во что-то более приличное, чем нижнее белье. – Джейми? – Мэтт посмотрел на Кука, и тот достал из машины и бросил на капот кучку цветастого тряпья. – Боже, что это? – пренебрежительно сказал Алекс, выставив перед собой гавайскую рубашку и пляжные шорты. – Мы спешили, заехали в первый попавшийся магазин. Времени выбирать вам гардероб не было, – Мэтт сел за руль. – Но я тщательно выбирал, – улыбнувшись, шепнул Джейми и сел на соседнее сиденье.